Blazar

В настоящее время технологии на планете Земля развиты настолько, что позволяют перемещаться не только между планетами внутри Млечного Пути, но и в соседние галактики. Одна из таких - Туманность Андромеды, самая близкая к нам из существующих. Удивительно, но за столетия исследования, в космосе так и не обнаружили иных разумных цивилизаций, похожих людей. Однако, это не значит, что не было найдено планет, пригодных для жизни человека. Самая большая из сейчас уже густонаселённых планет - PA-99-N2b, она превышает размеры Земли в шесть с небольшим раз, а ее второе название - Филактерия. Этот гигант считается одной из самых экологически чистых планет, не смотря на количество живущих здесь людей. У многих живущих здесь людей есть два имени: одно Земное, а другое в честь какой-либо звезды, планеты, объекта или космического явления. Второе имя присваивается при рождении, если ты рождён внутри галактики, или же при подготовке документов на посещение или проживание здесь. Недавно и Чимину присвоили такое имя - Сириус, ведь он поступил в университет IT технологий на Филактерии. Сказать, что он был несказанно рад наконец покинуть Землю - ничего не сказать. Однако, единственное, по чему он будет скучать, наверное, только Луна. Она всегда почему-то притягивала омегу. Всегда чиста и холодна, но при этом никогда не потухает. Перед отъездом юноша читал различные статьи и мнения о планете его мечты, где ему теперь предстоит жить. Читал о спутниках, которых, оказывается, достаточно много и о том, что у планеты имеются две космические станции, в то время как у Земли лишь одна. Раньше омега и представить себе не мог, что ему все таки удастся побывать за пределами Млечного Пути. Его семья не славилась ни богатствами, ни хорошими взаимоотношениями, и поэтому у юноши и мысли не было об учёбе на одной из самых больших планет. Занимая свое место у окна в межгалактическом трансфере, Чимин мысленно радуется, что у него пока что не наблюдается соседей, ведь он бы предпочёл провести следующие двадцать четыре часа в одиночестве, а не рядом с каким-нибудь орущим младенцем. Юноша выглядывает в окно, глазами ища свою прекрасную Луну, потому что видит ее он, возможно, в последний раз. В ней прекрасно все: темные кратеры, неизвестного никому происхождения, белый, отражающий свет грунт, а также ее не менее загадочное происхождение, о котором можно лишь строить теории. В необычных серо-голубых глазах Чимина отражается ее яркий белый свет, когда он слышит шорох рядом с собой. Голову поворачивает, когда незнакомец с черными, как смоль волосами и не менее черными глазами садится рядом, тут же подключая наушники. По терпкому аромату грейпфрута становится ясно, что парень рядом - молодой альфа. Чимин вообще любит изучать людей. Все такие разные, и у каждого свои интересы и свое предназначение. У незнакомца кончики волос, судя по всему, осветлены когда-то были и покрашены в рыже-красный оттенок, что очень подходило под его текущий образ: черные свободные джинсы, рваные в некоторых местах, и черный худи с каким-то красно-оранжевым принтом, на котором мало что понятно. Альфа бросает малозначительный взгляд на неестественно беловолосого омегу, что без стеснения прожигает его взглядом. Юнги уже жалеет о том, что не купил отдельное место для себя. Сегодня он в первый и, надеется, что в последний раз побывал на Земле. А все потому, что какая-то земная тётя решила в срочном порядке лично передать альфе подарок на его день рождения, аргументируя это тем, что тот никогда не был на Земле. Его М31 имя - Тон, в честь одной из самых массивных из чёрных дыр - TON 618, однако дома и в узком кругу он всегда был и останется Юнги. Его маме пришлось сильно потрудиться, чтобы рядом с его М31 именем при рождении написали еще и земное, ведь так обычно не делают. Когда альфа скосил взгляд на юношу в следующий раз, тот уже уткнулся лицом в широкое окно, позволяя рассмотреть себя со стороны. У омеги чисто белые волосы, вьющиеся на концах. Хотя, вероятнее всего, это просто хорошая покраска. Юноша имеет азиатскую внешность, но, не смотря на это, его глаза имеют необычный серо-голубой оттенок, который так идеально сочетается с его чертами лица и цветом волос. Больше всего Юнги заинтересовало его голубое тату на спине в виде фаз луны, но рассмотреть его полностью не удавалось из-за нежно-зеленого кардигана, что закрыл все самое интересное. Над фазой «полнолуние», и уже практически на шее, красуется такая же голубая звезда. А еще, от омеги приятно пахнет свежестью. Только.. Что это за запах? Похоже на лаванду, которую перемешали с мятой. Хочется придвинуться и вдохнуть ближе, но Тон себе такой дерзости не позволяет и от юноши отворачивается.                         *** Чимин стеклянными глазами смотрит, как в последний раз, на такие родные для него места. Они уже давно покинули Солнечную систему и сейчас стремятся на выход из Млечного пути, чтобы совершить прыжок к Галактике Андромеды. Вот они пролетают популярный в их галактике Кеплер-186f. Эта экзопланета-студент была обжита ради постройки средних и высших учебных заведений самых разных направлений, однако, несмотря на это, сейчас это уже целый город размером с планету, что будет чуть меньше Земли. А сейчас вдруг в окно проливается яркий холодный свет, заливая лицо омеги приятным светом. Сириус. Самая яркая звезда на ночном небе, к которой его всегда также тянуло. Юноша долго изучал ее особенности, причины возникновения. Ему было интересно все: например то, что Сириус - очень молодая звезда и ее возраст не превышает трёхсот миллионов лет, или например то, что изначально Сириус состоял из двух звёзд, однако одна из них израсходовала свою энергию и потухла, превратившись в невзрачный белый карлик, размером с Землю. Чимин также был приятно удивлен, когда звезда, к которой он так сильно и давно тянулся стала его вторым именем. Не судьба ли это? В наушниках Юнги играет приятная классическая мелодия, но он ее не слышит, ведь последние десять-двадцать минут без зазрения совести наблюдает за светлым юношей рядом с собой. Сначала он сочел своего соседа по месту за чудика или ненормального, но теперь, когда задумчивый взгляд омеги устремлен куда-то в глубины космических пейзажей, а бледная кожа на его лице освещена холодными лучами Сириуса, он кажется ему очень привлекательным. Черты незнакомца очень мягкие и в то же время красивые, идеальная кожа и невероятные пухлые губки. Взгляд голубых глаз на свету кажется стеклянным, и это придает омеге красоты. Волосы его, что белы, как свежий снег, заправлены за ухо, однако редкая чёлка всё равно опадает на глаза. Чимин поворачивает голову, ловя на себе внимательный взгляд «Грейпфрутового» альфы, который, кажется завис. Омега в недоумении выгибает бровь, когда сосед стыдливо отворачивается, краснея лицом. — Я Сириус. — улыбается ярко, протягивая руку новому знакомому. Теперь уже альфа смотрит на юношу озадаченно. Неужели он решил, что Юнги познакомиться с ним хочет, раз смотрит? Но ведь он всего-навсего рассматривал привлекательные черты лица.. — Тон. — жмёт руку, тут же отворачиваясь. Всем своим видом показывает, что диалог поддерживать не собирается. — А ты ведь тоже летишь на Филактерию, да? А потом куда? На другу планету? А! Или может даже в другую галактику?! — На бедного соседа сыпется миллион вопросов, и теперь он готов выйти в открытый космос, дабы спрятаться от этого энерджайзера. — Филактерия мой дом. Я гражданин М31. — отвечает, пробурчав последнюю фразу, словно оскорблённый тем, что его спутали с землянином. — Ого! И как там? Все по-другому, да? Новейшие технологии, высшие учебные заведения и главное - вкусная еда! О, а какое твоё любимое блюдо? — Не успокаивается. — Ох, я так много читал о этой планете, и теперь желание поскорее туда добраться возросло вдвое! Так какое твоё любимое блюдо? — Мандарины. — Чего? — В ступоре. — Ничего. Забудь. — Смущенно. — Ооо, так ты мандариновый босс? Да ты крутой! Почему этот омега такой красивый, но такой болтливый и странный? Тон раздражённо закатывает глаза, отворачиваясь от собеседника.                         *** Чимин уверенно идет по длинному коридору огромного университета. Людей тут действительно много, и все они такие уникальные и разные, что аж глаза разбегаются. Первый день на учёбе на незнакомой планете в незнакомой галактике всегда даётся с большим трудом всем, но явно не Чимину. Уже перед первой парой он успел обзавестись двумя друзьями: Алькор, что с самого утра светил своей синей макушкой и Ореон - его альфа. После первой пары эти двое сделали короткий экскурс по их факультету, но кто сказал, что омеге этого достаточно? Чимин всегда был любознательным. Наверное именно по этой причине юноша бродит по огромному учебному заведению, которому будто нет конца и края, давно выйдя за границы своего факультета. Сейчас он, кажется, находится в зоне астрологического факультета. Здесь все кажутся такими загадочными и даже немного грустными. Но один человек выделяется из толпы. — Мандариновый босс! — визжит, подбегая к шокированному альфе, что беседовал с весьма привлекательной девушкой-омегой, от которой пахло слащавой ванилью. — Ого! Ты не помнишь меня? — скачет вокруг Юнги, который явно не рад такому повороту событий. — Помню. Ты Сириус. — беспристрастно. — Ты его знаешь? — девушка рядом удивленно осматривает странного омегу напротив, которого ей не доводилось видеть до этого. Раздражается от того, что "её" Тон общается с другими омегами. — Знаю. Мы были соседями во время полёта с Земли до станции на Филактерии. — альфа с ног до головы оглядывает вновь представшего перед ним юношу. Сейчас он выглядит еще лучше чем тогда, на космическом корабле. Его вьющиеся волосы аккуратно уложены, и челка более не прикрывает его холодных глаз, которые от чего-то искрились счастливо. Омега действительно выглядел как студент: свободная белая рубашка, а на ней чёрный галстук, который не позволял ей оголить нежную кожу, такие же свободные чёрные брюки с белыми кедами. Альфу отчего-то раздражает это необъяснимое притяжение. — Пойдем. — грубо хватает девушку за локоть, уходя подальше от Сириуса. — Эй! Ну куда ты? — кричит в след. — Я хотел попросить тебя показать мне ваш факультет. Знаешь, я ведь тоже астроном! Так что мне интересно! Юнги останавливается. Что? — Ты астроном? Что за бред ты несешь? — Это моё второе образование. — показывает «V» пальчиками рук. — Первое я получал в своей галактике на Кеплер-186f - астроном-исследователь. — Сколько тебе лет? — настороженно. — Не скажу, не все же карты раскрывать прямо сейчас?! — хохочет. — Встретимся после пятой пары! Юнги ничего не отвечает вслед уходящему омеге, оставаясь где-то позади.                         *** — Так сколько, говоришь, тебе там лет, раз это твоё второе образование? — вновь уточняет. Чимин ходит из стороны в сторону, разглядывает внимательно каждую деталь просторного кабинета, обставленного различной аппаратурой и компьютерами. Кабинет, где обучаются астрономы-программисты. — А что, интерес мучает? — ехидничает омега. — Мне двадцать девять. Чего?! У Юнги, кажется, челюсть отвисает. Альфа был почти уверен, что старше этого несносного юноши. — Ха-ха! Правда я хорошо сохранился? — хохочет с ошарашенного парня. — Самому-то сколько лет? Выглядишь молодо, но не моложе меня, конечно. — Мне двадцать. Я поступил в универ сразу после того, как вернулся со службы. — смущенно. — Да ты патриот! — искрится, ведь расположил к себе еще одного потенциального друга. — Вау!! — тут же переключается. — А это что за штучка? Омега скачет где-то впереди, временами останавливаясь, чтобы разглядеть различные вывески, что висели на стенах опустевших коридоров высшего заведения. Ему удалось заболтать альфу, и тот показал ему весь факультет астрономии, и Чимин, конечно, чрезмерно рад этому. По его словам, тут все отличается от места, где он учился прежде: другое оборудование, другие люди, другие мнения и другой воздух. Юноша резко останавливается, видимо загоревшись новой сногсшибательной идеей. — Тон. — обращает на себя взгляд альфы. — Ты ведь был на Земле, значит, у тебя есть земное имя. Скажи! — Нет. — Нуу! Мне же интересно, ну скажи! — плаксиво. Вдох выдох. — Юнги. Мин Юнги. — отчего-то решил рассказать, хотя до этого ни с кем этой информацией не делился. Даже со своими бывшими. — Ого! Как интересно! А ты же знаешь, что оно значит? — в упор подходит, в чёрные бездонные глаза смотрит, улыбаясь. — Никогда не интересовался подобным. — А зря. — расстроенно. — Твое имя обозначает «красная жемчужина». Человек, названный «Юнги» будет обладать амбициозностью, сильным характером и волей к победе. Круто, правда? — как Луна светится. Поразительно. Как много информации помещается в голове у этого омеги? Или, может, он просто гений? — Кстати! Твое земное имя и Тон ведь как-то связаны? TON 618 - это ведь огромная чёрная дыра! — руки по обе стороны разводит, на размер указывает. — Понятия не имею. — смотрит в сияющие глаза напротив. — Юнги, ну тебе что, совсем ничего не интересно?! Ты же астроном будущий! — возмущен. По спине мурашки табуном пробегают, когда альфа слышит свое имя из уст практически чужого человека. — Сириус.. — Чимин. Зови меня Чимин. Это мое земное имя, его дал мне дедушка, сказав, что с ним моя мудрость будет выше небес. — строго. — Чимин. Не зови меня по имени на людях. Не хочу, чтобы они знали о нем. Юноша счастливо улыбается, понимая, что ему секрет доверили. Разворачивается на все сто восемьдесят градусов, ланью убегая в сторону выхода.                         *** Чимин, кажется, не спал почти целую ночь. Без конца ворочался и, смирившись, включил себе сериал, под который и задремал к утру. Вот и сейчас он сидит уже вторую пару словно в трансе, держась за больной живот. С утра решил, что больной живот не достаточно веская причина для прогула учебы, учитывая, что учится он всего неделю, и пропускать сейчас что-либо - не вариант. Таблетка, выпитая перед выходом не подействовала, что весьма странно. Вновь списав это на что-то незначительное, омега дождался окончания пары и поплелся в сторону огромной столовой, где обедали все факультеты сразу. Она находилась в соседнем здании и занимала все его три этажа, что не могло не впечатлить. Но даже такой энергичный человек, как Чимин, не мог сейчас воодушевиться чем-либо. Юноша находит себе неприметное местечко в углу столовой и усаживается за свободный стол.                         *** За прошедшую учебную неделю, Юнги успел привыкнуть к новому гиперактивному ураганчику в своей жизни. Чимин часто "случайно" забредал на территорию факультета альфы и проводил время в его компании друзей, которые быстро привыкли к этому болтливому омеге. Сегодня же что-то не так. Уже настало время обеда, а омеги ни слухом, ни духом. В сердце Юнги закралась какая-то неведомая ему тревога и желание увидеть Чимина, убедиться, что он в порядке. Из мыслей его выбивает Капелла - та самая девушка, что была вместе с альфой на момент их второй с омегой встречи. С появлением Чимина она стала вести себя странно и раздражающе: говорила различные колкости в его адрес, на что у него всегда был аргумент, без конца вешалась на Юнги, липла к нему. Девушка ведёт альфу в столовой к трехместным столикам, что находятся в глубине, у стены. Капелла, кажется, искрится от счастья, ведь ей выдался шанс провести день один на один с красавчиком с факультета астрономов. Подходя к одному из свободных столиков, она заметно тускнеет, и выражение лица ее меняется, когда она видит Чимина за соседним, что сгорбился над столом, ковыряя еду в своей тарелке. Юнги оглядывает юношу с ног до головы: волосы растрепаны, будто и не причесывался с утра, на теле широкая оверсайз толстовка серого цвета и свободные спортивные штаны черного, и без того бледная кожа кажется еще бледнее, а стеклянный взгляд направлен в никуда. Омега выглядит устало, болезненно и тускло. Его глаза больше не горят интересом и счастьем - они потускнели вместе со всем телом. Альфа делает два шага, и в его гос тотчас бьет резкий свежий запах Чимина, что ранее был всегда приятным и ненавязчивым. Сейчас же голубая лаванда была похожа больше на натуральный освежитель воздуха, нежели на тот освежающий аромат, имеющий несколько сладких ноток. Течка. Юнги весь напрягается, ловя взгляды других альф на омеге, что скрючился от резко накатившей боли. Капелла в ту же секунду подлетает к юноше с расспросами, будто это не она пускает про него странные слухи о том, что он проститут или о том, что сливает свои нюдсы каждому второму. — Сириус, ты как? — как можно взволнованнее спрашивает. — Капелла, прошу, помоги.. — почти шепотом, чтобы никто посторонний не услышал. — У меня течка. — Течка?! — переспрашивает настолько громко, что, кажется, целый этаж обернулся на них. — Сириус, у тебя течка?! Господи, прикройся.. Ты что, так хочешь внимания альф, что решил прийти в универ в день течки? Ха! У тебя получилось. — как можно громче, чтобы все незаинтересованные до сего момента заинтересовались, а альфы голодно облизываться начали. Юнги терпеливый человек, однако, когда на глазах у всех принижают его хорошего друга за то, что могло случиться с каждым омегой в этом университете, терпеть он не станет. На лету снимая свою новую джинсовку, альфа бедром грубо отпихивает от Чимина девушку, завязывая рукава на поясе омеги. Словно пушинку на руки поднимает, быстрым шагом вынося из столовой дрожащего от обиды и боли юношу, что держался за ноющий живот и скулил.                         *** — Неудивительно, что у тебя сбился цикл течек, ты ведь совершенно с другой планеты, с другой галактики. Твой организм получил дозу стресса из-за межпространсивенных прыжков, а после стал подстраиваться под климатические условия Филактерии. — заключает врач. — Сейчас тебе не стоит пить подавители, потому что цикл только настраивается, и в будущем это может понести за собой некоторые проблемы. — Я Вас понял, спасибо Вам, Ким Сокджин. — кланяется настолько низко, насколько ему позволяет больной живот. — Боже, не стоит, зови меня просто Джин, мы ведь одногодки. — Вам... Тебе двадцать девять?! — рот разинуть хочет. — Только не говори мне, что я выгляжу старше своего возраста, я сочту за оскорбление. — бровь вопросительно выгибает. — Нет-нет, что ты! Просто так неожиданно, что такие молодые врачи работают в университете, обычно все стараются найти более квалифицированное место. — оправдывается. Доктор отмахивается от омеги, прогоняя его из кабинета в коридор, где того ожидал Юнги.                         *** На лбу чуть задремавшего омеги лежит мокрое полотенце, на которое альфа понадеялся, ведь кожа юноши буквально горит. Тот лежит на своей кровати, сжавшись в комок и держась за изнывающий от боли живот. Альфе было невероятно сложно не отвлекаться от вождения машины, когда по всему салону слышался тяжёлый запах голубой лаванды и тихие поскуливания Чимина на заднем сидении. Сейчас же юноша принял душ и сменил пропахшую и промокшую одежду на новую, так что аромат казался лишь немного сильнее обычного. Юнги старался упорно игнорировать болезненный стояк и инстинкты, что говорили ему в срочном порядке вылизать этого текущего омегу. — Юнги.. — заспанно. — Ложись рядом и дай мне свое плечо. Не задавай лишних вопросов. Да он бы и не посмел задать эти самые "вопросы", что вдруг возникли у него в голове с новой волной возбуждения. Альфа рядом аккуратно ложится, ладонь на бедро кладет, притягивая омегу к своей запаховой железе. Отчего-то напряжённые мышцы в момент расслабляются, и Чимин чувствует, как тепло разливается по его телу. Хочется вжаться в этого альфу всем телом, почувствовать запах грейпфрута каждой своей частичкой. Особенно этого хочет изнывающий член, который так и не получил и дозы должного внимания. Омега чувствует, как хватка на бедре крепчает и медленно переползает на вкусные ягодицы. Альфа заходит дальше: сквозь насквозь мокрые боксеры давит на сфинктер, выбивая сладкие стоны из юноши. Последний выгибается в спине, насадиться на палец изнывающей от зуда дырочкой пытается. Юнги отодвигает ткань в сторону и, под тихий стон Чимина, пальцем тут же проникает во влажный анус, медленно растягивая его. Спустя время, омега уже спокойно принимает три пальца, сам на них насаживается и стонет протяжно, когда те попадают по чувствительной простате. Альфа видит, как тело Сириуса содрогается в предоргазменных судорогах - не нравится. Тут же пальцы достает, не позволяя кончить, и обрекая разработанную дырочку на пустоту. Дразнит Чимина. Почти разомлевший от приятных ощущений омега возмущенно стонет, когда в его анусе становится неприятно пусто. Юноша хмурится, сияющими недовольством серыми глазами смотря на младшего. В мгновение ока он валит Юнги на спину, седлая его бедра и утягивая в мокрый поцелуй, от которого альфа млеет. Сириус ласку получить хочет: трется своим возбуждением о чужое, слегка пачкая шорты Тона просочившейся сквозь боксеры смазкой. Альфа глаза в удовольствии закатывает, а на лице Чимина ухмылка играет. Зря дразнил. Омега резче тазом задвигал, создавая идеальное трение между телами, пока его губы гуляли по загорелой шее парня. Нетрудно догадаться, что шея - слабость Чимина: он лизал, кусал, засасывал - в общем все, чего бы не позволил себе в адекватном состоянии. До жути довольный, будто ему дали сладкий леденец на палочке. Снова на пике от безумного трения между разгорячённым полуголыми телами. Стонет громко, протяжно, в такт своим движениям. Тон тазом вперед подается в последний раз, и омега равно выдыхает ему в шею, громко выстанывая его земное имя, прежде чем сокрушительно кончить. Тело Чимина обмякает, наваливаясь всем своим весом на Юнги, член которого сейчас, кажется, взорвется. — Юнги, блять, трахни меня уже, или у тебя там ебливый корнишон?! — слышится откуда-то снизу разъяренный голос омеги, что еще не отошел от охуенного оргазма. Пришло время вести альфе. Тон сбрасывает с себя увесистое тело Сириуса, переворачивая его на живот. Тянется к прикроватному столику, находя там две пачки презервативов. — Встань в коленно-локтевую и раздвинь пошире ноги. — низким от возбуждения голосом указывает. Чимин не смеет ослушаться - все делает так, как ему говорят. Пока латекс раскатывается по напряженному возбуждению, омега лишь принимает удобную позу, пищит, когда член резко входит на всю длину. Юнги жадно лапает ягодицы, сразу же набирая быстрый темп. Омега же только сильнее распыляется, лишь догадываясь, как альфа до него голоден. Ещё два быстрых толчка и два попадания по простате. В унисон кончают, выстанывая земные имена друг друга.