Blood and diamonds

Какое-то время спустя  За узкими окнами старого склада завывал ветер, бросаясь в стены, словно пытаясь разрушить этот оплот тьмы. Крыша скрипела, где-то в углу капала вода, но внутри царила зловещая тишина. Тусклый свет ламп дрожал в полумраке, отбрасывая длинные, причудливые тени на бетонный пол. Люди Беса столпились ближе ко входу, негромко переговариваясь. Однако как только в помещении появился их босс, шум мгновенно стих. Атмосфера накалилась. Бес шагнул внутрь, не торопясь. Его длинное пальто соскользнуло с плеч, но он даже не подумал снять его полностью. Он любил ощущать тяжесть ткани, эту дополнительную броню, которая отделяла его от остальных. Его взгляд, холодный, острый, пронзил подчинённых. Один из охранников сделал шаг вперёд, нервно сглотнув. — Босс, у нас… проблемы с Лисой. Бес не изменился в лице, только уголки губ дрогнули в тени намечающейся усмешки. Он молча направился к своему кабинету, уселся на стоящее в центре помещения кожаном кресле и закинул ногу на ногу. Его пальцы лениво простучали по подлокотнику, подавая безмолвный сигнал: говори дальше. — Она освободилась. Разрезала путы и вырубила наших. Потом… – охранник запнулся, но, встретившись с холодным взглядом босса, поспешил продолжить: — Потом выпустила пленницу и той удалось сбежать.  На миг в глазах мафиози мелькнуло раздражение, но затем он снова улыбнулся – медленно, хищно. — Интересно… – протянул он. — Было что-то ещё? — Она устроила драку. Пыталась прорваться, но мы её схватили. Теперь заперта в комнате. Бес коротко усмехнулся. — Неудивительно. Лиса была дикой. Он любил это в ней. Огонь в её глазах, дерзость в движениях, её непокорность… Всё это только разжигало его азарт. — Вы дали ей снотворное? — Да, босс. Она уже должна спать.  Он кивнул, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. В голове уже складывался план. — Видимо, пришло время сломать её окончательно, – произнёс он, голос его был спокоен, но в этом спокойствии таилась угроза. Один из подчинённых нервно кашлянул, прежде чем осторожно спросить: — Что прикажете, босс? Бес неторопливо поднялся, поправляя манжеты рубашки. Он всегда был точен в деталях – будь то выстрел в голову или складка на идеально отглаженной одежде. — Начнём вводить ей препарат, – спокойно сказал он. — Постепенно. Сначала слабые дозы, чтобы подавить волю, а потом усилим эффект. Она должна стать послушной. Моей. В комнате повисло тяжёлое молчание. Охранники переглянулись, но никто не осмелился возразить. — Доставьте врача, – приказал Бес, проходя мимо своих людей, а затем на секунду остановился, — пусть подготовит всё необходимое. Он усмехнулся и добавил, будто бы между делом: — Мы сломаем её. И тогда она станет тем, кем я захочу. Лиса лежала на постели, словно застывшая в безмятежном сне. Её дыхание было ровным, спокойным, грудь размеренно поднималась и опускалась. Снотворное сработало безупречно, усыпив тело и разум, закрыв перед ними все выходы. Она не смогла бы проснуться, даже если бы захотела. Тусклый свет уличных фонарей пробивался сквозь щели в шторах, проецируя на стены длинные тени. В этой темноте время замерло, будто мир затаил дыхание в ожидании неизбежного. Дверь открылась почти бесшумно, мягкий щелчок замка растворился в ночи. Вошёл человек в белом халате – врач, тот, кого Бес доверил работать с самыми «сложными» подопечными. Его движения были точны, уверены, в них не было сомнений, только холодный профессионализм. Он подошёл ближе, склонился над девушкой, внимательно её осмотрел. Затем едва заметно кивнул помощнику. Тот без слов передал ему небольшой металлический чемоданчик. Замок тихо щёлкнул, и в полумраке сверкнула острая игла шприца, наполненного прозрачной жидкостью. — Начнём с малых доз, – негромко произнёс врач, заполняя иглу веществом. Его голос был ровным, почти безразличным, как будто он говорил о чём-то обыденном. — Нужно, чтобы привыкание шло постепенно. Помощник кивнул, наблюдая, как врач аккуратно берёт Лису за руку. Её кожа была тёплой, мягкой, расслабленной под действием сна. Игла легко вошла в вену, и прозрачное вещество медленно потекло в её кровь. — Всё. Теперь ждём. Врач плавным движением вытащил иглу, прижал к месту укола вату и отбросил её в сторону. Ещё мгновение он смотрел на девушку, изучая её реакцию. Пока что всё оставалось неизменным: лицо спокойное, дыхание ровное. Но он знал, что к утру начнётся первое воздействие: лёгкая эйфория, спутанность сознания, податливость. С каждой новой дозой её воля будет угасать, исчезать, растворяться в бездне, оставляя лишь пустую оболочку, готовую подчиняться. — Должно подействовать к утру, – сказал он, поднимаясь. — А если очнётся не так, как надо? – мрачно уточнил помощник. Врач пожал плечами, небрежно убирая использованный шприц: — Тогда увеличим дозу. Они вышли так же тихо, как и пришли, оставив Лису в темноте, в полной тишине. Но теперь внутри неё уже что-то менялось. Химия впиталась в кровь, запуская необратимый процесс. Утром Лиса проспала больше одиннадцати часов. Сон был глубоким, тяжёлым, будто её разум погрузили в вязкое болото, из которого не выбраться. Тело казалось необычно тяжёлым, а голова была словно набита ватой. Она не сразу поняла, что кто-то трясёт её за плечо.   — Подъём, Пламя, – голос Беса был полон уверенности и холодной власти. В нём не было ни раздражения, ни сострадания, только железная настойчивость, от которой невозможно было избавиться. Девушка попыталась ворочаться, но её движения были медленными и неуклюжими. Её пальцы нащупали край постели, но тело оставалось безжизненно тяжёлым. Она почувствовала присутствие Беса рядом, его пальцы на её плече, которые решительно дёрнули её. Она наконец открыла глаза, и мир стал складываться перед ней в более чёткие формы. Солнечные лучи, пробивающиеся через шторы, создавали мягкие линии в воздухе.  Мафиози стоял рядом, слегка наклонив голову, с выражением спокойной, почти забавной заинтересованности. В его взгляде скрывался холодный, почти неуловимый интерес. Он смотрел на неё, как на головоломку, которую нужно разгадывать. — Пробудилась? – его голос был тёплым, но в нем чувствовалась строгость. — Долго спала. Как самочувствие? Лиса пыталась сосредоточиться, но её мысли плыли, будто она была в сонном тумане. Гудение в голове не стихало, и каждый звук казался приглушённым. Она медленно сморгнула, пытаясь заставить себя взять под контроль её собственное тело. — Нормально, – тихо произнесла она, не пытаясь скрыть недовольство. Слабый жест руки, и она заметила, что запястья свободны. Её глаза мгновенно сузились. Бес не смог сдержать усмешку. — Удивлена, что тебя не связали? Пока в этом нет необходимости. Лиса продолжала пристально смотреть на него, пытаясь понять, что он имеет в виду. Но мысли её не спешили сбирать. — Зачем ты здесь? – её голос был хриплым, но в нем всё ещё звучала тревога. Бес сел в кресло напротив, закинув ногу на ногу, демонстрируя расслабленность и уверенность. Он наблюдал за ней с лёгким интересом, как хищник, готовый к следующему шагу. — Я бы мог сказать, что соскучился, но, к сожалению, меня вынудили обстоятельства. – Он склонил голову, с явным изяществом следя за её реакцией. — Мне любопытно, зачем ты отпустила девчонку?  Слова вонзились в сознание, как лезвие, вспарывая вязкий туман, окутавший её разум. Лиса невольно напряглась, но её мысли плутали, ускользая, как песок сквозь пальцы. Она зажмурилась, пытаясь выловить в памяти знакомый силуэт, голос, чувство… — Розэ… – тихий выдох сорвался с её губ. Это имя словно пробило брешь в её сознании, но, чем сильнее она пыталась ухватиться за ускользающее воспоминание, тем глубже оно проваливалось в пустоту. Бес не торопил её, только смотрел с ленивым интересом, улыбаясь уголком губ, будто художник, оценивающий незавершённый шедевр. — Да. Ты её отпустила. Устроила драку, перебила охрану… – он покачал головой, позволив ухмылке растянуться чуть шире. — Я даже горжусь тобой, но всё же почему? Горло наёмницы сдавило, а челюсти сжались. Она не помнила. Внутри нарастало странное беспокойство, но оно тут же тонуло в вязкой, сладкой лёгкости, что растекалась по её телу. Она отвернулась, избегая его взгляда, но уже чувствовала, как её разум постепенно проясняется. Девушка глубоко вдохнула, но, когда попробовала собрать обрывки памяти воедино, её тело предательски не слушалось. Оно будто замедлилось, голова оставалась тяжёлой, а мысли – медлительными, лениво скользящими в пустоте. Бес внимательно за ней наблюдал, с пронзительным интересом, его тёмные глаза ловили каждую деталь. — Трудно вспомнить? – его голос стал мягче, почти ласковым. Тайка сжала пальцы в кулак, как будто пытаясь за что-то зацепиться. — Я… – она замерла, чувствуя, как слова теряются прежде, чем успевают сорваться с губ. Бес удовлетворённо кивнул. Всё шло по плану. Лиса снова попыталась сосредоточиться, её взгляд плыл по комнате, пока, наконец, не встретился с его – холодным, пронзительным, всепонимающим. — Я… не знаю, – её голос звучал хрипло, чуждо. — Просто… мне казалось, что так нужно. Мафиози кивнул, словно бы ожидая именно этого ответа. Он склонил голову, изучая её. — Конечно, тебе так казалось, – мягко произнёс он. — Ты слишком доверчива, Лиса. Всегда была такой, особенно с теми, кто этого совсем не заслуживает. Ты ведь не помнишь, что она с тобой сделала, да? Киллерша нахмурилась.  — Что сделала? Мужчина вздохнул, поднялся с кресла и медленно прошёлся по комнате. — Розэ…, ах, эта твоя дорогая подруга, – в его голосе скользнула насмешка. — Ты была предана ей, как никто другой. Готова была умереть за неё. А знаешь, что она сделала? Манобан не ответила, но в глазах читался немой вопрос. — Детка, ты правда не понимаешь, зачем я держу тебя здесь? — Бес сел в кресло и сцепил пальцы в замок. — Ты думаешь, что всё это из-за какой-то игры или заговора? Брюнетка не отвечала, просто смотрела на него, пытаясь уловить хоть какой-то смысл в его словах. — Я пытаюсь спасти тебя от неё, от них всех.  — От кого..? — От всех твоих бывших подруг. Она сказала тебе, что вы подруги, да? – мужчина усмехнулся и покачал головой. — Что ты ей дорога, что ты можешь ей доверять? Ты правда в это поверила? Лалиса сжала кулаки, что-то внутри неё протестовало, но слова Беса были липкими, обволакивающими, заползающими прямо в сознание. — Позволь напомнить тебе правду, – он откинулся назад и продолжил: — Когда-то ты и Розэ действительно были близки. Настолько, что ты была готова за неё умереть. И знаешь, что она сделала? Она воспользовалась этим. Однажды у вас было задание. Простое, на первый взгляд. Переговоры с одними людьми, ничего сложного. Но в какой-то момент что-то пошло не так. Перестрелка. Ты прикрывала ей спину, сражалась, пока могла. А потом…, потом тебя подстрелили. Тебе нужна была помощь, и ты звала её.  Мафиози внимательно наблюдал за лицом девушки, пытаясь уловить момент, когда яд сомнения начнёт действовать.  — Но она даже не обернулась. Она бросила тебя там, умирать. Просто ушла, оставив тебя в луже собственной крови. Перед глазами будто на секунду замелькали чужие ботинки, растворяющийся силуэт. Лиса не могла точно определить откуда эти воспоминания, он они явились яркими вспышками перед глазами.  — И если бы не я, ты бы действительно умерла, – он опустил голос, делая его почти гипнотическим. — Я нашёл тебя, привёз сюда, выходил. Сделал тебя той, кем ты являешься. Наёмница сглотнула, что-то внутри не давало поверить в его слова, но они слишком хорошо ложились в пустые пробелы её памяти. — А теперь она вернулась, чтобы снова тебя использовать или просто заполучить, я не знаю, – Бес склонился ближе, заглядывая ей прямо в глаза. — И ты её отпустила. Она снова предаст тебя, как и в тот раз. Бес откинулся назад, давая брюнетке переварить услышанное. — Скажи, крошка, ты правда хочешь это повторить? Лиса молчала. Бес видел, как в её взгляде борются сомнения и смутные проблески воспоминаний. Она чувствовала, что что-то не так, но её сознание уже начало запутываться в паутине его слов. — Розэ не единственная, кто тебя предал, – тихо продолжил Бес. — Все они. Каждая из них. Он выдержал паузу, наблюдая, как Лиса напрягается. — Возьми хотя бы Джису. Ты думаешь, она была тебе подругой? Нет, моя хорошая, она использовала тебя, как игрушку. Как оружие. Мне правда не хочется тебя ранить этими обидными словами, но это, к сожалению, правда. Мне продолжать? — Да, расскажи всё как есть.  — Ты правда ничего не помнишь? – мафиози склонил голову, как будто изучая её. — Сколько грязной работы ты для неё сделала? Перед глазами девушки мелькнули тени, отрывки сцен – кровь, темные переулки, чьи-то мольбы. — Она всегда знала, что ты лучшая, что ты безжалостная. Ты была её личным палачом. Ты убивала для неё. Без вопросов. Без сожалений. Ты делала это ради неё. А знаешь, что самое забавное? – мафиози наклонился ближе. — Она даже не ценила этого. Ты была для неё просто инструментом, лишь средством для достижения цели. Лиса напряглась, и Бес заметил это. — Пока ты убивала, она зарабатывала на этом огромные деньги. Она наживалась на твоей крови. На твоих руках, испачканных в крови других людей. А когда ты ей больше не понадобилась… – мафиози сделал паузу, позволяя словам проникнуть глубже, — она просто тебя бросила. Она даже не попыталась спасти тебя. Не попыталась найти. Она просто… стёрла тебя из своей жизни. Слова Беса проникали в самые глубокие уголки сознания девушки, отравляя её память. — Всё ещё хочешь считать их подругами? Лиса не ответила. В груди закипало что-то тёмное, болезненное. — А третья? – она наконец подала голос. — Ты про Дженни? – усмехнулся Бес. — Думаешь, она была лучше? Ох, ты не умеешь выбирать друзей, хот вы были не просто подругами, а скорее парой, но в то время пока ты не чаяла души в своей девушке, та за твоей спиной спала с твоими врагами, передавая им твои планы.  Мафиози внезапно умолк, увидев, как по щеке наёмницы скользнула одинокая слеза. Он мог бы поклясться, что никогда прежде не видел её такой… сломленной. В его глазах она всегда была неукротимой – живым пламенем, пожирающим всё на своём пути. Но сейчас этот огонь словно угас. Его взгляд потемнел, а челюсти сжались, будто пытаясь осознать новую, непривычную картину перед собой. Лиса, всегда гордая, всегда дерзкая, сейчас выглядела почти хрупкой, разбитой. Он быстро поднялся, внимательно вглядываясь в её лицо, он словно пытался прочитать её мысли. — Это всё в прошлом, крошка, – его голос стал тише, мягче, лишённым привычной жесткости. — Забудь. Мы не можем изменить то, что было, но зато у нас есть настоящее. Он шагнул ближе, осторожно положил руки ей на плечи. Пауза затянулась, воздух между ними будто сгустился. Он искал в её глазах привычную сталь, но находил только тень боли. — Пойдём, – наконец произнёс он, голос снова приобрёл хладнокровную уверенность. — Ты должна поесть. Время двигаться вперёд. Лалиса безмолвно кивнула. Её взгляд всё ещё был отстранённым, потухшим, но она послушно поднялась. Бес шагнул первым, и она, словно его тень, последовала за ним. Тёмные коридоры убежища окутывали их, отбрасывая длинные, искажённые тени на стены. В столовой царила напряжённая тишина, прерываемая лишь редким звоном столовых приборов. Лиса ела медленно, размеренно, словно прислушиваясь к своим ощущениям. Но с каждым новым кусочком её движения становились увереннее, осанка – твёрже, а в глазах снова вспыхивал тот самый огонь, который, казалось, уже угас. Это не осталось незамеченным. Бес наблюдал за ней с неподдельным интересом. В его взгляде не было беспокойства – лишь холодный расчёт и лёгкое развлечение. Он изучал её, словно хищник, решающий, стоит ли нападать или жертва уже восстановила силы и готова дать отпор. Но Лиса не была жертвой. Ни тогда, ни сейчас. — Вот и хорошо, – наконец, проговорил он, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди. — А то я уж было подумал, что ты сломалась. Лиса метнула на него раздражённый взгляд, но промолчала, продолжая есть. — Давай поговорим серьёзно, – его голос стал ниже, спокойнее, но в нём проскользнул металлический оттенок. Он чуть подался вперёд, опираясь локтями на стол. — Я дам тебе выбор. Убей одну из них, ту, что, по твоему мнению, больше всех тебя ранила, ту, что действительно заслуживает смерти. Слова застыли в воздухе, тяжело оседая на сознании. Киллерша на секунду замерла, крепче сжимая вилку в руке. Её челюсти напряглись, а в голове вспыхнули образы – силуэты тех, кто когда-то был рядом, но обернулся врагом. — Не торопись, – мафиози говорил медленно, почти ласково, но в его глазах читалось нескрываемое удовольствие. Он наслаждался этим моментом. — Выбери сама. И докажи мне, что ты всё ещё одна из нас. Девушка медленно положила вилку на тарелку, её пальцы чуть подрагивали, но не от страха – от накатившего напряжения. Несколько долгих секунд она молчала, переваривая услышанное, колеблясь между ненавистью, долгом и чем-то, что невозможно было объяснить словами. Затем, глубоко вдохнув, она наконец произнесла: — Хорошо. Бес довольно ухмыльнулся, его губы изогнулись в лёгкой усмешке. — Отлично. Я найду их и сообщу тебе местоположение. Долго ждать не придётся. Он поднялся из-за стола, подавая знак, что разговор окончен. Лиса осталась сидеть, сжав пальцы в кулак. Внутри неё что-то оживало, что-то, что она так долго пыталась заглушить. Пламя, которое казалось потухшим, разгоралось вновь, пробуждая в ней ту, кем она всегда являлась.  После еды тайка не спешила уходить. Внутри всё ещё клокотала злость, смешанная с непониманием. Вопросы теснились в голове, требуя ответов, и оставлять их без внимания она не собиралась. Манобан уверенно направилась в кабинет Беса. Коридоры были тёмными, освещёнными лишь редкими настенными лампами. Тишина, царившая вокруг, казалась давящей, но Лисе это уже стало привычно. Она толкнула тяжёлую дверь и, не спрашивая разрешения, вошла внутрь. Мафиози сидел за массивным деревянным столом, перебирая какие-то документы. Услышав её шаги, он лениво поднял взгляд, но ничего не сказал, позволяя девушке заговорить первой. Лиса скрестила руки на груди, её взгляд стал острым, как лезвие ножа. Каждое её движение было наполнено напряжением, словно она готова была в любой момент воспламениться. Внутри неё бушевал настоящий пожар, но внешне она оставалась спокойной, почти холодной. — Я хочу знать, почему они до сих пор пытаются меня вернуть. Они меня предали, разве не логичнее было бы просто забыть обо мне? Бес, не спеша, отложил бумаги и сцепил пальцы в замок, его лицо не выдавало ни малейших эмоций. Он смотрел на неё с ленивым интересом, будто уже знал, как этот разговор завершится. — Боятся, – его ответ был кратким, но насыщенным скрытым смыслом. Киллерша приподняла бровь, её взгляд стал ещё более проницательным, а губы чуть поджались в недовольной гримасе. — Чего? — Нас с тобой. Нашего союза. Лиса нахмурилась, взгляд её стал твёрдым, как камень. — Чушь. Если бы боялись, держались бы подальше. Он наклонился вперёд, его голос стал чуть более низким и проникновенным, а в глазах загорелся опасный огонь. — Не всё так просто, детка, – сказал он, как бы воскрешая всю мощь тени, что притаилась за его словами. — Они знают, какой ты была. Знают, на что ты способна. И не хотят, чтобы вся эта сила досталась мне. Лиса сжала пальцы, в груди её закипала неистовая ярость, но она старалась держала себя в руках. Девушка не могла объяснить это странное чувство злости, словно что-то внутри управляло ею.  — А их истинные мотивы? — Кто знает, может, хотят тебя использовать, может, боятся, что ты пойдёшь против них. Лалиса прикусила губу, её мысли метались, не в силах найти точку опоры в этом водовороте. Гнев, как раскалённая лава, разливался по венам, наполняя её тело нечеловеческой энергией. — Я это выясню, – прошептала она, её голос был тихим, но в нём звучала сталь, как будто каждая буква была выкована в огне. Бес, с лёгкой улыбкой, кивнул. Он внимательно изучал её, словно видел в её глазах всё, что хотел так давно видеть. И, не сказав больше ни слова, его выражение вновь стало спокойным, а на губах появилась едва заметная усмешка, как у опытного игрока, который знал, как разворачивается игра. — Выпусти пар, – предложил он, лениво махнув рукой в сторону выхода. — Позанимайся в зале, разомнись. А я пока займусь поисками твоих старых подружек. Наёмница не ответила, но в её глазах мелькнула тень опасной решимости. Девушка несколько секунд просто стояла, к затем кивнула и развернулась, твёрдым шагом направляясь в спортзал. Ей действительно нужно было выплеснуть всю эту злость и заодно ещё раз доказать себе, что она всё ещё та самая Пламя, которая не прощает предательства. В кабинете царил полумрак, освещённый лишь приглушённым светом настольной лампы. Бес сидел за массивным столом, небрежно пролистывая какие-то документы, когда в дверь постучали. — Входи, – произнёс он, не поднимая взгляда. Дверь тихо открылась, и внутрь шагнул мужчина в белом медицинском халате. Его движения были чёткими, отточенными, как у человека, привыкшего к точности. В руках он держал небольшую бутылку из тёмного стекла, наполненную густой беловатой жидкостью. — Всё готово, – произнёс врач сдержанным, но уверенным тоном, ставя бутылку на стол перед боссом. Тот наконец оторвал взгляд от бумаг и взял ёмкость в руки, лениво покачав её из стороны в сторону. — Действие усилится? – поинтересовался он, изучая жидкость. — Да, – кивнул врач, не меняя своей сдержанности. — Формула доработана. Теперь препарат будет действовать быстрее. В малых дозах – усиление агрессии, снижение эмоциональной связи с окружающими. В больших… вы сами знаете, что происходит. Бес, изучая бутылку, медленно поднял взгляд на врача, его выражение оставалось беспристрастным, но глаза сверкали холодным интересом. — Просто отдайте ей под видом протеина, девушка ничего не заметит.  — Ты выполнил свою часть, теперь я займусь остальным. Можешь идти.  Врач поклонился, по-прежнему оставаясь на почтительном расстоянии. — Если потребуется, то я всегда на связи, – добавил он, направляясь к двери. Бес некоторое время смотрел на бутылку, задумчиво постукивая пальцем по её горлышку. Затем медленно поднялся, ухмылка тронула его губы. — Ну что ж, малышка, посмотрим, как далеко ты сможешь зайти, – тихо проговорил он, направляясь к выходу. Бес уверенно шагал по коридору, держа в руках бутылку с коктейлем. Коридор был пуст, лишь гул вентиляции разносился по бетонным стенам, создавая ощущение стерильного безмолвия. Он ожидал увидеть Лису в привычной обстановке – отрабатывающую удары, сосредоточенно бьющую грушу или работающую с утяжелителями, но увиденная картина была далека от обыденности. Киллерша стояла у стены, а её ладонь сжимала горло одного из бойцов. Мужчина корчился, прижатый к холодному бетону, его пальцы цеплялись за её запястье в тщетной попытке ослабить хватку. Ногти девушки впивались в его кожу, оставляя алые следы, а в глазах сверкал хищный огонь. На губах застыла кривая, почти насмешливая ухмылка. — Ты так быстро сдаёшься? – её голос прозвучал низко, с тёмной хрипотцой, как у охотника, который играл со своей добычей. Бес остановился, прислонившись к дверному косяку, и стал с интересом наблюдать. Лалиса была в каком-то другом состоянии – её зрачки расширены, дыхание глубокое, прерывистое, словно ей было мало воздуха. Она медленно наклонилась к уху своей жертвы и прошептала: — Слишком слабый. Как же скучно.  Она резко разжала пальцы, отпуская мужчину. Тот рухнул на пол, задыхаясь, хватаясь за горло, пытаясь отдышаться. Манобан сделала шаг назад, встряхнула руки, сбрасывая напряжение, и лишь тогда её взгляд пересёкся с Бесом. Он стоял, по-прежнему прислонившись к косяку, с полуулыбкой на губах. Бутылка с коктейлем легко покачивалась в его руке, будто всё происходящее перед ним не имело значения. — Расслабляешься? – спокойно спросил он, равнодушно скользнув взглядом по бойцу, сжавшемуся на полу. Лиса ухмыльнулась, медленно провела рукой по волосам, отбрасывая их назад. — Просто проверяла, кто здесь чего стоит, – в её голосе звучал едва уловимый вызов. Бес неторопливо подошёл ближе, протягивая ей бутылку. — Выпей, тебе это пойдёт только на пользу. Наёмница чуть прищурилась, вглядываясь в его лицо, затем, не отводя взгляда, взяла бутылку. Открыла крышку, сделала глоток, затем ещё один. Густая волна адреналина всё ещё гуляла в её крови, но холодный вкус коктейля оставлял на языке сладкое, приятное послевкусие.  Мафиози продолжал наблюдать, его взгляд скользнул по её лицу, изучая каждую реакцию. Он знал, что с каждой новой дозой её ярость будет становиться ещё сильнее. Ещё опаснее. И вскоре наёмница уже сама не будет понимать, где заканчивается её воля и начинается его контроль. Лалиса опустошила бутылку почти до конца, облизнула губы, а затем лениво встряхнула руку, сбрасывая остаточное напряжение после схватки. Бес внимательно наблюдал за ней, отмечая, как её зрачки расширились, а дыхание постепенно приходило в норму. — Как тебе коктейль?  — Сладкий, — пожала плечами девушка, не особо задумываясь над ответом. — Главное, что даёт силы. Бес ухмыльнулся, лениво скользнув по Лисе оценивающим взглядом. Именно это ему и было нужно — та самая искра, разгорающаяся в её глазах. — Раз ты в таком настроении… — он шагнул ближе, его голос опустился на полтона ниже, приобретая почти завораживающую мягкость, — предлагаю тебе сегодня немного развлечься. Брюнетка приподняла бровь, скрестив руки на груди. В её взгляде читался скрытый интерес, но она не спешила показывать его открыто. — Что ты имеешь в виду? — Охота, – небрежно бросил он, словно говорил об самых обыденных вещах.  На мгновение воцарилась тишина, но она не была пустой – в воздухе повисло напряжение, электрический заряд, пронзивший пространство между ними. Затем, почти незаметно, уголки губ Лисы дрогнули в предвкушающей ухмылке. В груди вспыхнул огонь, разливаясь по венам. — В городе? – уточнила она, её голос был низким, бархатистым, наполненным нетерпением. — В городе, – кивнул Бес. — Выберешь жертву сама. Никаких ограничений. Наёмница задумалась, но лишь на долю секунды – это было скорее частью игры, чем настоящим раздумьем. Она уже знала ответ, знала, что откажется только в одном случае – если перестанет быть самой собой. — Я в деле, – её слова прозвучали почти с голодной жаждой. Мафиози кивнул, удовлетворённый её реакцией. — Отлично. Тогда будь готова. Выдвигаемся вечером. Лиса чувствовала, как внутри разгорается пламя, наполняя её нутро предвкушением. Сегодняшняя ночь обещала быть интересной. Ближе к ночи Ночной город расстилался перед ними, освещённый неоновыми вывесками, фарами проезжающих машин и одинокими уличными фонарями, отбрасывающими длинные тени на асфальт. Бес вёл машину плавно, уверенно, с той ленивой небрежностью, которая бывает у людей, полностью контролирующих ситуацию. На его лице играла едва заметная ухмылка – лёгкий намёк на предвкушение. Лиса сидела рядом, откинувшись на спинку сиденья, её руки покоились на коленях, но взгляд выдавал внутреннее напряжение. В её глазах вспыхивали искры азарта, словно предстоящая ночь уже пульсировала в её крови. Она наблюдала за улицами, за знакомыми силуэтами зданий, за мимолётными лицами случайных прохожих, даже не догадывающихся, что за люди проезжают мимо. За окном мелькали витрины ночных заведений, притягивающие своим ярким светом, обещаниями веселья и греха. Город жил своей привычной жизнью, но Бес и Лиса были здесь не для того, чтобы стать частью этой суеты. Они направлялись туда, где их никто не ждал. Когда неоновые огни остались позади, и улицы стали менее оживлёнными, мужчина свернул в сторону парка. Здесь было тихо, воздух пах влажной землёй и листвой, а над головой тянулись чёрные силуэты деревьев, скрывающие звёздное небо. Киллерша вдохнула поглубже, ощущая, как в ней поднимается волнение, растягиваясь в нетерпеливое предвкушение. Машина медленно подкатила к пустой парковке у края аллеи. Мафиози заглушил мотор и перевёл взор на девушку.   — Прибыли.  Лалиса бросила взгляд на затемнённый парк, её губы тронула хищная ухмылка. Густые тени деревьев, отсутствие людей, редкие фонари, скрадывающие очертания предметов – всё здесь было идеальным. — Отличное место, – пробормотала она, отстёгивая ремень. Они выбрались из машины, и тайка почувствовала, как прохладный воздух ночи касается её кожи. Бес сунул руки в карманы и не торопясь зашагал в глубину парка. Брюнетка держалась рядом, её шаги были бесшумны, движения лёгкими, отточенными. Чем дальше они уходили, тем темнее становилось вокруг. Фонари встречались всё реже, оставляя их среди деревьев, где тьма пряталась в изгибах ветвей и шорохе листьев под ногами. Наконец впереди показалась лавочка под широкими ветвями дуба. Бес спокойно опустился на неё, небрежно закинув одну ногу на другую. Его поза была расслабленной, движения ленивыми, но в глазах мелькал хищный интерес. Он ждал шоу, которое предстояло устроить Лисе. Наёмница, не говоря ни слова, скользнула в сторону, скрываясь в густых кустах. Теперь она была тенью. Там, в темноте, её глаза вспыхнули, как у хищницы, затаящейся перед броском. Теперь охота началась.  Лиса затаилась в густых кустах, слившись с темнотой, словно часть самого лесного покрова. Она не дышала слишком громко, не двигалась резко – её тело было напряжено, но полностью подчинено инстинкту хищника. Глаза привыкли к тьме, улавливая малейшее движение впереди. Она выжидала свою жертву. Прошло несколько минут, прежде чем издалека послышался ритмичный топот. Кто-то бежал по аллее, не подозревая, что его путь приведёт его прямо в ловушку. Девушка медленно подняла голову, прищурившись. Из мрака показался силуэт, это был мужчина в спортивной одежде, бегущий ровным, уверенным темпом. В наушниках, полностью погружённый в музыку, он даже не замечал опасности. Его дыхание было размеренным, мышцы рельефно играли под светом редких фонарей. Очевидно, опытный бегун. Но скорость его не спасёт. Манобан усмехнулась про себя и сделала шаг вперёд, выскальзывая из укрытия, словно призрак. — Эй, – тихо позвала она, её голос звучал мягко, почти заигрывающе. Бегун вздрогнул, но тут же замедлил шаг, удивлённо обернувшись на девушку. Лиса стояла на границе тени и света, её фигура угадывалась в полумраке, но лицо оставалось скрытым. Мужчина вытащил один наушник, скользнув по ней взглядом. — Да? – в его голосе прозвучала нотка осторожности. Киллерша чуть наклонила голову, её губы тронула лёгкая, почти кокетливая улыбка. Она сделала ещё шаг вперёд, позволяя свету упасть на её лицо, подчеркивая линию скул и чуть приоткрытые губы. — Ты не подскажешь… я немного заблудилась, – её голос звучал мягко, вкрадчиво, с той игривой ноткой, которая всегда заставляет мужчин терять бдительность. Бегун задержал на ней взгляд, оценивая. Возможно, ему стоило бы уйти дальше, не вступая в разговор, но в его глазах мелькнул интерес, и этого было достаточно. — Здесь? В парке? – он ухмыльнулся, делая шаг ближе. — Ага, – Лиса изобразила смущение, на мгновение опустив взгляд, будто действительно растерялась. Мужчина сделал ещё пару шагов, теперь он был достаточно близко. В воздухе повисло напряжение, но он его не чувствовал. — Если тебе нужно выйти к дороге, – начал он, но не успел договорить. Лиса двинулась молниеносно. Её рука взметнулась, и в тот же миг острая сталь вонзилась в его живот. Мужчина вздрогнул, его глаза расширились в шоке. Воздух разрезал приглушённый вскрик – не громкий, скорее выдох боли и неожиданности. Он дёрнулся назад, но брюнетка не дала ему шанса. Ловко развернув рукоять ножа, она выдернула его с быстрым движением, и алая капля сорвалась с кончика, опадая на пол.  — Тс-с… – прошептала она, глядя на его испуганное лицо. Бегун осел на колени, хватая себя за рану, его пальцы судорожно сжимались на окровавленной ткани. Он хотел что-то сказать, но только хрипло выдохнул, кашляя. Лиса смотрела на него сверху вниз, холодно, безжалостно. В глазах не было ни сожаления, ни тени сомнения. Только удовлетворение. Киллерша сделала шаг назад, наблюдая за тем, как кровь быстро пропитывает его футболку, превращая её в чёрное пятно. Мужчина судорожно втянул воздух, его грудь болезненно вздымалась, а пальцы царапали мокрую землю, оставляя тёмные, липкие следы. Он пытался заговорить, но лишь влажный, сдавленный хрип вырвался из его горла. Паника охватила его разум, и он, цепляясь за последние крупицы надежды, пополз вперёд, дрожащими руками прокладывая себе путь к спасению. Его затуманенный взгляд метался в темноте, пока не наткнулся на силуэт, спокойно сидящий на лавочке. Лицо мужчины исказилось – в нём смешались мольба и отчаяние. — П-помоги… – прохрипел он, протягивая окровавленную руку к Бесу, словно к последнему спасению. Но тот даже не шелохнулся. Он по-прежнему сидел, раскинувшись на спинке, и лениво наблюдал за происходящим с лёгкой, почти насмешливой улыбкой. В его глазах не было жалости, только чистый интерес – как у зрителя, наблюдающего за последним актом трагедии. — Ты не по адресу, приятель, – протянул он, его голос был ровным, спокойным, даже ленивым. Жертва слабо застонала, его движения становились медленнее, слабее. Жизнь ускользала от него, как песок сквозь пальцы. И тогда его вновь накрыла тень. Лиса. Она стояла прямо над ним, её глаза сверкали в темноте, отражая лунный свет. В пальцах она сжимала нож, тонкое лезвие которого ещё хранило капли чужой крови. — Жалкий, – прошипела она, её голос был пропитан презрением. Рука девушки взметнулась, и клинок сверкнул в лунном свете. Один раз. Второй. Глухой хрип сорвался с губ мужчины, его тело дёрнулось в последний раз и обмякло, погрузившись в вечную тишину. Лалиса выпрямилась, глубоко вдыхая воздух, насыщенный металлическим ароматом крови. Её сердце бешено колотилось, но не от страха, а от восторга. По венам разливалась пьянящая смесь адреналина и абсолютного удовлетворения. Она провела языком по губам, ощущая привкус победы.  За её спиной раздался негромкий звук шагов. Бес неспешно поднялся с лавочки и подошёл ближе, окинув взглядом безжизненное тело, а затем перевёл глаза на наёмницу. В них читался безмолвный интерес, изучающий, словно он пытался уловить её настоящие эмоции. — Как ощущения? – спросил он, чуть склонив голову, будто изучая её реакцию. Лиса улыбнулась, её глаза сверкнули опасным огнём. — Как будто я наконец проснулась. Лиса глубоко вдохнула ночной воздух, насыщенный металлическим привкусом крови, и присела возле убитого. Её пальцы неторопливо задрали окровавленную кофту несчастного, обнажая его спину. В глазах её сверкнул азарт, когда она достала нож и, склонившись над безжизненным телом, начала выцарапывать на коже нечто, ведомое всей Корее.  Бес, лениво наблюдая за её действиями, склонил голову, словно кошка, заинтересованная игрой. Лезвие безжалостно вонзалось в плоть, оставляя за собой рваные кровавые линии. Девушка работала методично, почти с любовью, словно художник, создающий шедевр на живом холсте. Мафиози прищурился, не сразу понимая, что именно она делает. — Решила пометить добычу? – спросил он, подходя ближе и с любопытством заглядывая через её плечо. Лиса улыбнулась, проводя пальцами по свежему рисунку. — Так-то лучше, – удовлетворённо протянула она и поднялась, небрежно отряхнув руки. Она огляделась, её взгляд метался по затемнённому парку в поисках новых жертв. Её глаза горели тем самым огнём, который Бес видел в людях, одержимых идеей. — Мне нужны ещё люди, – почти жадно прошептала она. К утру парк превратился в кровавую галерею. Асфальт хранил на себе алые следы, словно кто-то водил по ним кистью, пропитанной смертью. Земля напиталась тёплой влагой, в которой отражался бледный свет фонарей. Пять тел были разбросаны по разным уголкам парка, каждое испещрено одинаковыми знаками – фирменной подписью Манобан, её своеобразным вызовом всему миру. Лиса стояла среди этого хаоса, вся её одежда была пропитана кровью, оставляя тёмные пятна на ткани. Её дыхание было сбивчивым, но не от усталости, а от наслаждения. В глазах плясал дикий огонь, а на губах застыла лёгкая улыбка. Для неё эта ночь была не чем-то ужасным, а захватывающей игрой, азартной охотой, от которой вены пылали чистым адреналином. Бес стоял чуть поодаль, его поза оставалась расслабленной, но взгляд не ускользал от деталей. Он изучал поле битвы, наблюдая за творением тайки, но его внимание привлекло кое-что более важное. Мелькание огней. Вдалеке, за кронами деревьев, начали пробиваться синие и красные проблесковые маячки. Где-то в ночи трещала рация, выдавая краткие команды. Кто-то нашёл одно из тел. И успел вызвать копов. Бес стоял, оценивая ситуацию, он был напряжённый до предела. В его голове мелькали тысячи вариантов, но все они сводились к одному: если они останутся здесь, всё закончится бойней. Лиса, уже затуманенная запахом крови, готовая к драке, могла не только полезть в этот сумасшедший танце перестрелки, но и получить ранение – и, что гораздо хуже, в какой-то момент снова вспомнить всё, что так тщательно пытался скрыть. Эти мысли разрезали его спокойствие. Он быстро обернулся, бросив взгляд на девушку. Та заметила полицию, но её реакция была совершенно иной. В её глазах пылал огонь, в теле дрожала не просто жажда крови, а азарт, готовый разжечь всё вокруг. — О, ну наконец-то. Хоть какой-то вызов, – её голос был наполнен предвкушением. Она облизала губы, как зверь, ощутивший запах жертвы. С сжатым ножом в руке, она сделала шаг вперёд, будто сама опасность стала её желанным союзником. Она с нетерпением ждала, когда огонь приближающихся огней коснётся её. — Лиса, нет, – голос мафиози прорвался сквозь её возбуждённый взгляд, и он мгновенно оказался рядом. Схватил её за запястье, но тайка не показала ни слабости, ни замешательства в своей реакции, ведь она рывком дёрнула рукой, но не смогла освободить её. Она коротко взглянула на него, а после снова устремила взгляд к огням приближающихся машин.  — Да брось, – её голос был полон презрения, — ты же знаешь, что я справлюсь. Они даже не поймут, что их убило. Попытка вырваться была быстрой, но Бес, несмотря на её стойкость, сжал её руку ещё крепче. Он знал, что если они сейчас не уйдут, всё может закончиться катастрофой. — Мы уходим. Сейчас же, – его слова были ледяными, как сталь, с призывом подчиниться.  Но киллерша не слушала. Брюнетка порывисто отбросила его руку и резко развернулась, готовая идти в бой. — Нет! - её голос был полный ярости, полон борьбы. — Я не ухожу, когда всё только начинается! Мафиози понял, что ситуацию придётся брать под свой контроль. Не давая девушке сделать ни шагу, он быстро поднырнул под её руку и развернул спиной к себе. Он не потерял ни секунды, ловко рывком подхватил Лалису и закинул себе на плечо, не обращая внимания на её протесты. — Чёрт! – рявкнула Манобан, — отпусти, ублюдок! — Спокойно, кошечка, – усмехнулся он, крепко удерживая наёмницу, пока она пыталась брыкаться. Брюнетка извивалась, стучала кулаками по его спине, но Бес держал её железной хваткой, шаг за шагом продвигаясь к машине. — Бес, сука, отпусти меня! – её голос срывался в яростный рык. — Успокойся, – бросил он, ускоряя шаги. Теперь он уже почти бежал, чувствуя, как полицейские приближаются к месту преступления. — Я их всех перебью, слышишь?! – Лиса продолжала кричать, извиваясь, как дикое животное. — Отпусти меня, или я… — Или ты что? – ухмыльнулся Бес, толкая дверь машины ногой и швыряя девушку внутрь. — Перережешь мне горло? Манобан рухнула на сиденье, яростно стряхивая волосы с лица. Её дыхание было прерывистым, взгляд бешеным. Бес, не теряя ни секунды, захлопнул за ней дверь и сел за руль. — Пристегнись, – приказал мужчина, не глядя на неё, его голос был холодным и решительным. Он вдавил педаль газа в пол, и машина рванула с места, как зверь, рвущийся на свободу. Мощный рев мотора раскатился по ночным улицам, которые были уже заполнены эхом сирен и первыми испуганными криками. Тёмные переулки мчались в боковых зеркалах, теряясь в мутной тени. Машина, словно монстр, проносилась по ночному городу, оставляя за собой только звук раскалённых шин, которые нещадно скользили по асфальту, не оставляя следов. Лиса сидела на пассажирском сиденье, её пальцы нервно сжимали ремень безопасности. Кровь всё ещё липла к её рукам, напоминая о том, что только что произошло. Она была жива, но в её теле продолжал бурлить адреналин, как вулкан, готовый вот-вот извергнуться. — Ты что творишь, мать твою?! – Бес проревел, не отрывая взгляда от дороги, его глаза были полны ярости, но страх скрывался за строгим, напряжённым выражением лица. Девушка тяжело дышала, её грудь поднималась и опускалась с каждым вдохом, и в её взгляде пылал огонь. — Ты не дал мне закончить! – огрызнулась она, ударив ладонью по приборной панели. — Это было… это было чертовски прекрасно и я хотела ещё! Бес стиснул зубы, его лицо стало багровым от гнева, но он пытался держать руль ровно, несмотря на дрожь в руках. — Ты чуть не пустила нас под пули! Хочешь, чтобы тебя пристрелили? — Пусть попробуют! – усмехнулась Лиса, её голос стал низким, почти рычащим, как у дикой кошки, готовой разорвать всё на своём пути. Она нервно постукивала пальцами по бедру, не в силах усидеть спокойно, её тело было плотно натянутым, готовое к следующему прыжку. Мафиози глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Его мысли были в смятении, и он искал способ утихомирить её, но вдруг тайка, будто под гипнозом, замерла. Она взглянула в боковое окно. В её глазах появилась странная искорка, взгляд стал напряжённым, внимательным. Она заметила чёрную машину, которая ехала по соседней полосе. В салоне сидели трое мужчин. Они выглядели расслабленно, не обращая внимания на них. Лалиса прищурила глаза, её губы исказила хищная ухмылка, похожая на усмешку зверя перед тем, как броситься на свою жертву. — А что, если… – её слова были полны опасной интриги, как будто она нашла новую цель для своих кровавых развлечений. Мгновение, и её рука с пистолетом выскользнула из под сиденья. Её движения были быстрыми, почти невидимыми, как у хищника, в каждое движение вплеталась смертельная угроза. Брюнетка была готова к следующему шагу, её пальцы скользили по холодной металлической поверхности пистолета, как по оружию, что приносит только смерть. — Мелкая, не смей! – Бес резко повернул голову к ней, его голос был наполнен гневом. Он увидел, что она собирается сделать, и понял – если она начнёт, то её уже будет не остановить.  Но было уже поздно. Тот момент, когда Лиса выстрелила, будто замедлился, и мир вокруг стал зыбким, как туман. Прозвучал отчётливый звук выстрела, и пуля, как смертоносная стрела, пробила стекло чужой машины, угодив водителю прямо в висок. Водитель не успел даже вскрикнуть. Его голова резко дёрнулась в сторону, а затем, не успев прийти в себя, она обмякла. Тело моментально потеряло всякую силу. Машина, не получив должного управления, начала терять равновесие. Вырвалась из-под контроля, она качнулась вбок, будто живое существо, пытаясь сохранить баланс, но её судьба была решена. С жестоким металлическим скрежетом она врезалась в бордюр, и, потеряв последние остатки устойчивости, перевернулась, как игрушка в руках ребёнка. Острая вспышка света, разрыв стёкол и металлический грохот – это было похоже на апокалипсис. Взрывной звук, словно сам город содрогался от удара. Машина не смолкала, она переворачивалась несколько раз, как в замедленной съёмке, перед тем как окончательно замереть, поглощённая клубами дыма и пыли. Из машины вырвались крики, а на улице затихали звуки тормозов других автомобилей, их визг разрывал воздух, создавая хаос на дороге. Это был настоящий ад на дороге, где все потеряли ориентир. Бес в бешенстве ударил по рулю, не в силах сдержать раздражение. — Ты совсем ебнулась?! – рыкнул он, не скрывая гнева. Каждый его нерв был натянут до предела.  Лиса же лишь изогнула губы в довольной ухмылке, убирая пистолет обратно. Её глаза, полные хищного возбуждения, не могли скрыть её удовольствия от произошедшего. — Теперь я удовлетворена, – она сказала это так спокойно, что мужчина на пару мгновений замер. В её голосе не было сожаления, лишь удовольствие, что всё обернулось так, как она хотела. Бес тяжело выдохнул, понимая, что ночные события лишь усугубили её состояние. Лалиса становилась всё более непредсказуемой и опасной, и он знал, кто был в этом виноват. Он сам же толкнул её на этот путь, дав ей всё, что она хотела, но теперь не знал, как остановить этот безумный поток. Машина тряслась на разбитой дороге, и мафиози, сжимая руль, не отрывал взгляд от дороги. Его сердце било тревогу, он отчаянно желал, чтобы они уже оказались на базе. Наёмница сидела рядом, её тело наконец расслабилось и она казалась уже не такой опасной.  — Ты серьёзно, Лиса? – Бес не выдержал и взглянул на неё. Он устал от этого безумия. — Зачем ты такое устроила? Ты оставила следы и подвергала нас опасности, хочешь, чтобы базу нашли? Я заберу у тебя оружие, иначе ты нас всех перебьёшь! Лиса молча посмотрела на него, и в её взгляде мелькнула искорка неудовлетворённости, как будто эти слова была для неё очередной игрой. Она не собиралась подчиняться, не желала сдаваться, но в глубине души понимала, что мафиози прав – если она не остановится, они оба могут пострадать. Бес вытянул руку, требуя, чтобы тайка передала ему оружие.  — Пошёл ты, – пробормотала она, но её пальцы всё же медленно потянулись за пистолетом. Она сняла его с пояса и передала ему, её прикосновения скользнули по холодному металлу, и на мгновение ей показалось, что она утратила что-то важное, пустое пространство, которое уже не заполнишь ничем. Мафиози взглянул на пистолет в своих руках и чуть вскинул от удивления брови.  — Это не тот пистолет, что я тебе дарил. Ты им не пользуешься?  Девушка тотчас нахмурилась, ведь вспомнила, что отдала своё оружие Чеён, когда та убегала, но она не могла признаться в этом Бесу, так что быстро придумала оправдание.  — Я его берегу для более важных дней, а для охоты сгодится и самый обычный.  Мужчина качнул головой, глухо вздыхая. Сейчас окружение было последним, что его волновало. Гораздо важнее было то, что Лиса по-прежнему оставалась дикой, необузданной силой, которая лишь ждала подходящего момента, чтобы снова вырваться наружу. Она была, как шторм, который невозможно усмирить, можно лишь на мгновение поверить в тишину перед новым ударом. Прошло несколько минут, и они наконец въехали на территорию базы. Тёмная ночь окутывала всё вокруг, тишина лежала плотным покрывалом, лишь звук их колёс нарушал спокойствие. Даже после остановки мафиози не спешил глушить мотор. Он повернулся к киллерше, внимательно наблюдая за её лицом, за выражением глаз, в которых всё ещё плясали тени недавнего безумия. — Иди в свою комнату, отдохни, – голос его был твёрд, в нём сквозило напряжение. Он пытался отгородить её от новых глупостей, дать ей хотя бы остаток ночи, чтобы прийти в себя. — Ты нужна мне в форме, а не в состоянии истерики. Лалиса чуть прищурила глаза, её взгляд был мутным, будто её мысли витали далеко отсюда. Она вздохнула, словно слова Беса были для неё не более чем надоедливый шум. — Ты ведь знаешь, что я не собираюсь отдыхать, да? – её голос был низким, уверенным, полным скрытого вызова. — Я устала от твоих приказов. Её рука уже потянулась к дверной ручке, и прежде чем он успел сказать хоть слово, она распахнула дверь и выскользнула наружу. Девушка двигалась к базе, даже не обернувшись, будто знала, что он последует за ней. Бес выдохнул, раздражённо сжав руль, но спустя пару мгновений всё же вышел следом. Когда они дошли до входа в здание, Манобан вдруг остановилась и развернулась к нему.  — Я хочу чем-то заняться, – она склонила голову, её тон звучал почти задумчиво. — Я могу быть полезна. Или ты боишься, что я кого-то порежу, если мне что-то не понравится?  Её слова были пропитаны насмешкой, но Бес знал, что за этим стояло нечто большее. В глубине её глаз всё ещё плясал тот же опасный огонь. Она не успокоилась, не собиралась подчиняться, и он понимал это слишком хорошо. — Тебе нужно отдохнуть и успокоиться, – голос Беса звучал твёрдо, но в нём уже не было прежней уверенности. Он прекрасно видел, что её взгляд говорил совсем о другом. Она не собиралась уступать. Наёмница стояла перед ним, упрямо скрестив руки на груди, её дыхание было неровным, а в глазах бушевал ураган эмоций. Адреналин ещё не выветрился из её крови, напряжение пронзало каждый мускул, не давая ей замереть на месте. Мафиози устало провёл рукой по лицу. В какой-то момент он понял: пытаться контролировать её сейчас – всё равно что пытаться приручить шторм. Она не остановится. Не по его приказу. Но если он не найдёт способ её усмирить, это закончится новой вспышкой хаоса, возможно, ещё более разрушительной. — Слушай, крошка, может, тебе стоит просто немного расслабиться? У меня есть кое-что, что поможет. Она сузила глаза, явно не доверяя его намерениям. — О чём идёт речь? – скептично спросила она.  В ответ Бес без спешки достал из кармана небольшой пакетик с травой, лениво перебирая его пальцами. Лиса опустила взгляд на свёрток, её губы дрогнули в насмешке, но раздражение и усталость в её взгляде говорили о том, что она была готова попробовать хоть что-то, лишь бы избавиться от внутреннего напряжения. — Ты серьёзно? – она усмехнулась, покачав головой. — Ты же знаешь, что это сработает, – невозмутимо ответил он, доставая зажигалку. Киллерша молча наблюдала, как Бес ловко раскуривает травку, пропуская через неё густой дым. Он делал это с привычной небрежностью, словно этот ритуал был для него таким же обычным, как зажечь сигарету. Девушка сжала губы, наблюдая за ним с лёгким недоверием, но в какой-то момент протянула руку, выхватывая у него второй свёрток и зажигалку. — Дай сюда, – бросила она, словно не оставляя места для возражений. Бес усмехнулся, но ничего не сказал, лишь лениво опустился на одно из кресел, которые расположились на террасе, и откинулся назад, наблюдая за ней с явным интересом. Брюнетка поднесла ко рту свёрток, сделала глубокую затяжку и тут же закашлялась. Она резко подалась вперёд, зажимая рот рукой, пока кашель сотрясал её тело. Мафиози расхохотался, хлопнув ладонью по колену. — Ты что, никогда раньше не курила? – он склонил голову набок, с ухмылкой наблюдая за её страданиями. Лиса с хрипом вдохнула, её глаза налились слезами, но она тут же выпрямилась, яростно зыркнув на него. — Заткнись, – процедила она, снова поднося ко рту свёрток. Она сделала ещё одну затяжку, на этот раз медленнее и аккуратнее. На секунду задержала дым в лёгких, потом медленно выдохнула, наблюдая, как он растекается в воздухе. Бес продолжал ухмыляться, но больше ничего не говорил. Он видел, как её тело постепенно расслабляется, как взгляд теряет прежнюю остроту, а губы больше не сжаты в напряжённую линию. Сначала казалось, что ничего не происходит. Лиса сидела, напряжённо всматриваясь в темноту, но спустя несколько минут ощутила, как волны усталости мягко накрывают её. Всё напряжение, что сковывало мышцы, медленно таяло, словно лёд под тёплыми лучами. Мысли больше не метались в голове хаотичным водоворотом – они затихли, растворились в тишине ночи. Она бесшумно опустилась в соседнее кресло, поджав ноги к груди. Густой дым окутывал пространство, поднимаясь в воздух лёгкими завихрениями, и девушка лениво наблюдала за этим, словно зачарованная. Её взгляд, ещё недавно сверкавший опасным огнём, теперь был иным – в нём не было ярости, только усталость. Приятная, почти умиротворяющая. — Я не ожидала, что это поможет, – наконец произнесла она, голос её был тише, чем обычно, чуть осипший, будто тронутый ночным ветром. Она усмехнулась, но в этом жесте не было вызова, лишь лёгкая, неожиданная потерянность. — Может, ты всё-таки иногда что-то и знаешь.  Он хмыкнул, лениво взглянув на неё. — Иногда. Когда ты не ведёшь себя, как чертовски неудержимый ураган. Манобан закатила глаза, но даже этот жест был медленным, почти ленивым. Она не стала спорить, не бросила в ответ колкость. Её тело продолжало расслабляться, дыхание стало размеренным, глубоким. Бес смотрел, как этот бешеный шторм, что всегда бушевал внутри неё, наконец, затихает. Как её плечи опускаются, а пальцы перестают судорожно сжиматься. Как напряжение, обычно струящееся в её венах, растворяется в ночном воздухе. Она больше не держала спину ровной, словно всегда готовясь к атаке, больше не сверлила его колючим взглядом. Голова наёмницы медленно склонилась на подлокотник кресла, её веки дрогнули и сомкнулись. Бес молча наблюдал за ней, отмечая, как редки такие моменты, когда она не бьётся за контроль, когда её огонь гаснет, оставляя лишь мягкое тление. Через несколько минут она погрузилась в сон. Бес тяжело вздохнул и поднялся, затем осторожно, почти бережно, подхватил её на руки. Девушка даже не шелохнулась, не попыталась вырваться, не посмотрела на него своим привычным вызывающим взглядом. Теперь она была лёгкой, беззащитной – совсем не той, к которой он привык. Он шагал аккуратно, направляясь в её комнату, стараясь не разбудить. В тусклом, едва мерцающем свете её лицо казалось чужим – спокойным, почти детским, лишённым той дерзости, с которой она обычно смотрела на мир. Вместо вечного вызова в нём читалась лишь глубокая, безмятежная усталость. Бес опустил её на кровать, двигаясь так осторожно, словно касался чего-то хрупкого. Медленно снял с неё обувь, накрыл тёплым одеялом, наблюдая, как во сне она едва заметно шевельнулась, но не проснулась. Он задержался. Несколько долгих секунд просто стоял, смотря на неё. В этот момент он понял, насколько уязвимой может быть эта бесстрашная девушка. Под всей бронёй, за всеми слоями жестокости, безрассудства и бравады, скрывалась обычная молодая девушка, которая тоже уставала, которая тоже нуждалась в отдыхе. Это было редкое напоминание о том, что даже самые сильные преступники иногда ломаются. Что даже самые неуправляемые бури рано или поздно затихают. *** На следующий день врач, следуя инструкциям, методично увеличивал дозу препарата. Он работал осторожно, незаметно – вводил вещество в организм киллерши в тот момент, когда она спала, добавлял его в пищу, обеспечивая плавное, но неотвратимое воздействие. Уже к вечеру изменения стали очевидны. Лиса больше не напоминала ту неудержимую, неуправляемую силу, с которой приходилось бороться днём и ночью. Её движения стали плавнее, голос – тише, а в поведении появилось нечто чуждое для неё самой: послушание. Теперь она не спорила, не пыталась сломать установленный порядок. Но стоило лишь осторожно затронуть одну-единственную тему, как послушная маска трескалась, уступая место бушующей, необузданной ярости. Достаточно было упомянуть её врагов – тех, кого она когда-то называла подругами, – и девушка вспыхивала мгновенно, словно искра, брошенная в сухую траву. В её взгляде вновь появлялся тот самый огонь, который Бес так жаждал разжечь в нужном русле. Он наблюдал за ней с удовлетворением. Всё шло именно так, как он планировал. Вечером  Солнце уже скрылось за горизонтом, окутывая город мягким полумраком. Длинные тени легли на территорию базы, а воздух наполнился прохладной свежестью ночи. Лалиса сидела на массивном заборе, лениво покачивая ногой, наблюдая за тем, как тренируются люди Беса. Она не только следила за процессом, но и внимательно осматривала окрестности, ловя каждый подозрительный звук, каждое движение среди деревьев. Её мысли блуждали где-то далеко, в лабиринте воспоминаний и размышлений, но вдруг взгляд зацепился за нечто неожиданное. Среди густой зелени чётко выделялась белая макушка – слишком яркая, чтобы остаться незамеченной. Тайка прищурилась, пытаясь удостовериться, что её не обманывают глаза, а затем она увидела знакомый жест. Девушка помахала ей рукой, улыбнувшись. Киллерша замерла. Это точно была она. Пару секунд Манобан просто сидела, не понимая, что Розэ здесь делает. В её голове мелькнули догадки, но уже через мгновение их вытеснили слова Беса – напоминание о том, как Чеён когда-то оставила её, бросила, отвернулась в самый важный момент. Брови Лисы нахмурились, в груди закипала обида, а в глазах вспыхнул злой огонь. Но вот что было странно: сама Пак вовсе не выглядела враждебно. Её движения были лёгкими, дружелюбными. Она подняла руку, держа в ней какой-то предмет, а другой указала прямо на брюнетку. Затем, аккуратно опустив этот предмет на землю, Чеён сложила пальцы в небольшое сердечко и исчезла среди густых сосен. Несколько мгновений наёмница вглядывалась в тёмную зелень, пытаясь разглядеть силуэт девушки, но блондинка словно растворилась в ночи. Не теряя времени, девушка спрыгнула с забора, оказавшись по другую сторону базы, и быстрым шагом направилась туда, где секунду назад стояла Пак. Когда она подошла ближе, взгляд тут же выхватил знакомый предмет. На земле лежал её собственный пистолет, тот самый, который она когда-то отдала Розэ. Лиса подняла оружие, но прежде чем успела обдумать свои дальнейшие действия, её слух уловил едва слышный звук – шаги. Тихие, осторожные, почти неслышные, но всё же выдавшие чьё-то присутствие. Кто-то пытался остаться незамеченным. Киллерша напряглась, сердце на мгновение замерло, а затем вновь забилось в ровном, отточенном ритме. Она быстро перезарядила пистолет, бесшумно скользнув вглубь леса, скрываясь за массивными стволами деревьев. Лиса двигалась уверенно, словно хищник, и когда краем глаза заметила движение, её тело среагировало быстрее, чем разум успел дать команду. Пистолет взметнулся вверх, прицелившись прямо в фигуру, что только что вышла из-за деревьев. Фигура замерла, и когда свет луны осветил её лицо, Лиса наконец узнала её. Розэ. Девушка медленно подняла руки в знак того, что не собирается нападать, но тайка не расслабила хватку. Она даже не двинулась. В этот момент Пак почувствовала, как по спине пробежал холод. — Ли… – её голос был тихим, — мы пришли за тобой. Манобан осталась неподвижной. Её ледяной взгляд прожигал насквозь, а пистолет оставался направленным прямо на Чеён. Более того – Лиса медленно подняла руку выше, прицеливаясь теперь уже в лоб девушки. Блондинка почувствовала, как внутри всё сжалось, но она заставила себя не показать страх. Однако её тело выдало её – едва заметная дрожь пробежала по рукам. Наёмница усмехнулась, но это была не насмешка, не шутливый жест – в её взгляде не было ничего, кроме пустоты. Она чуть наклонила голову, изучая стоящую перед ней девушку, но в её глазах не мелькнуло даже тени прежней привязанности. — Забрать меня? – голос Лалисы был низким, пропитанным ядом, почти хищным. — Забавно. Разве не ты когда-то бросила меня умирать? Розэ на мгновение потеряла дар речи, но младшая не дала ей времени оправдаться. — Так что скажи мне, – её палец медленно скользнул по спусковому крючку, глаза холодно сузились, — почему я не должна сделать с тобой то же самое?