Спокойной вам ночи, вожатые наши

      Перемены между уроками длятся всего пять жалких минут, а за это время Кате нужно успеть привести новую группу учеников, собрать и пересчитать уже отмучившихся детей и никого не потерять среди толпы ребят из чужих отрядов. Повезет, если им удастся хотя бы перемигнуться. Маша, облокотившись плечом о выступающий угол стены, наблюдала за Катей, суетливо водящей пальцем по расписанию, чтобы все дети отправились в нужные кабинеты.       Отправив последнюю девочку в свой класс, вожатая все-таки подняла глаза, бегло осматривая коридор учебного корпуса, надеясь найти среди мельтешащих голов желанное лицо. Встретившись наконец с любимыми глазами, девушка облегченно выдохнула и тепло улыбнулась. Маша незаметно для других отправила воздушный поцелуй, уже принимая в объятия подбежавшую ученицу.       Звонок прервал гляделки. Им снова не хватило времени, и Катя нехотя на прощание машет рукой, тут же возвращаясь к подсчету окруживших ее детей. А Маше приходится отправиться в кабинет, сталкиваясь с привычным гулом учеников.       — Всем привет! Как вы? Как прошел ваш день?       — Мария Алексеевна, здравствуйте, а мы вчера квест проходили…

***

      Учебное время давно закончилось, все уроки и дополнительные занятия прошли, а учителя, не участвующие в программе смены лагеря, отправились домой. Все спешили закончить работу и оказаться дома и с ужасом думали о вожатых, вынужденных две недели безвылазно проводить с детьми.       Маша уже не в первый раз оставалась после проведенных уроков, ходила по территории оживленного лагеря, наблюдала за веселящимися ребятами и, конечно же, неизменно искала встреч — пусть и мимолетных — с Катей. За прошедшую неделю Маше удалось хорошенько запомнить расписание, и она прекрасно знала, что в полпервого ее отряд соберется у столовой, и они смогут поболтать, пока дежурные накрывают на стол, а дети занимают себя активными играми. Помнила, что через полчаса после обеда у них появятся самые ценные тридцать минуть на «побыть наедине», скрывшись от чужих глаз в пустом здании школы. Ждала двух, чтобы вновь оказаться за одним столом на интеллектуальных играх и побороться с детьми за печенья.       Сейчас она ждала около сцены. Через пару минут старший отряд ее освободит, и на их место придут репетировать Катины дети. Они готовят сценки для вечернего мероприятия, все ходят в самодельных костюмах из обоев, штор и другой ненужной ткани, вожатые нервничают, то и дело прикрикивая на ребят за непослушание. Маша наблюдала за подготовкой издалека — стояла у большого дерева на поляне в десятке метров от сцены, периодически поглядывая на телефон.       Толпу стало слышно за несколько минут до их появления в поле зрения. Средний отряд во главе с удрученной Катей, вооружившись картонными декорациями и коробкой со всевозможными тканями, служившими костюмами, направлялся на репетицию. Маша оживилась, приветственно маша́ рукой, ловя в ответ детские улыбки и дружное «Здравствуйте, Мария Алексеевна». Катя довольно улыбнулась, на миг сгоняя с себя тень усталости и позволяя радостному огоньку загореться в глазах.       Маша перебралась ближе к сцене, опустившись на скамью возле здания столовой. Она расслабленно наблюдала за Катей и ее напарницей, увлеченными детьми. Отряд под присмотром лагерного психолога прогонял выступление несколько раз, постоянно прерываясь, чтобы выслушать замечания и исправить недочеты, которые находили вожатые, постоянно сражаясь за единственный микрофон. Заскучав, Маша отвлеклась от репетиции и пробежалась глазами по территории.       Лагерь затихал только ночью, сейчас же ото всюду слышались веселые визги, топот и пение птиц. В буреломе две девочки из младшего отряда играли в догонялки, задорно смеясь, пока их не прервала вожатая — повела за собой, видимо, к остальному отряду. Переведя взгляд на пышные кусты, растущие прямо напротив нее, Маша вдруг наткнулась на непонятно откуда взявшегося директора лагеря. Он, одетый в привычную черную толстовку с капюшоном, хмуро — как обычно — наблюдал за репетицией, заложив руки за спину. Почувствовав, что его видят, директор устремил на преподавательницу безэмоциональный взгляд и смотрел долгие секунды, пока Маша, сдавшись, не отвела глаза. Исчез он так же незаметно, как и появился. Маша поежилась.       — Как тебе? — неожиданно рядом опустилась Катя, устало откидываясь на спинку скамейки. Дети на сцене уже собирали декорации в коробку и стягивали с себя костюмы.       — Шикарно.       — Ты даже не смотрела, да? — укоризненно уточнила вожатая.       — Мне было на что посмотреть. Не волнуйся, уверена, под твоим руководством они точно выиграют смену. Им досталась лучшая вожатая.

***

      Катя возглавляла отряд своих средних детей, пересчитывая каждую голову — не дай Бог хоть один отстанет. Дети копошились, мешая подсчету, вожатой понадобилось больше времени, чтобы с третьей попытки наконец не сбиться. Напарница Аня замыкала толпу, следя за тем, чтобы никто не выбился из конца строя. Ужин окончен, детей ждет самое последнее на сегодня мероприятие — долгожданный концерт, к которому все усиленно готовились несколько дней.       «Ты же придешь?», — напечатала вожатая вопрос в мессенджер, как только выдалась свободна минутка.       «А как же», — незамедлительно прилетело в ответ.       Катя улыбается экрану и возвращается к детям, спешно отправляя телефон в карман.

***

      Уставшие, но довольные дети неспешно плелись за Катей после удачного выступления. Концерт прошел вполне неплохо, пусть все и утомились ждать и волноваться.       — Ребята, в корпус не заходим, все собираемся на поляне! — несколько раз повторила вожатая, удостоверяясь, что каждый ее услышал. Пару девочек, задумавших пропустить рефлексию, все равно пришлось ловить у двери в здание.       — Давайте все построим круг, возьмемся за руки и перед тем, как пойти готовиться ко сну, обсудим сегодняшний день. Все-все, быстренько строимся в круг! Чем быстрее мы закончим, тем больше времени у вас останется, — Аня взяла на себя усмирение отряда. Дождавшись, пока ребята выстроят неровный круг, вожатая продолжила громким шепотом. — Сегодня у нас был очень насыщенный день, мы проделали огромную работу, и мы — большие молодцы! Давайте тихими аплодисментами поблагодарим друг друга.       Дети потерли ладошки — так выглядели тихие аплодисменты, которые вожатые предпочитали использовать на вечерних свечках, дабы шумом не портить «магическую» тишину.       — А теперь пусть каждый по очереди назовет цвет сегодняшнего дня и объяснит, почему выбрал именно его. Я начну, — подхватила Катя, — для меня сегодняшний день прошел в таких ярких и теплых тонах — желтый, оранжевый, розовый. Наверное потому, что сам день был очень яркий и веселый, вы сегодня были очень активными, а еще нас сопровождало солнышко, — отряд активно «захлопал», и слово перешло к девочке справа — Соне.

***

      Сегодня очередь дежурить в корпусе была Ани. Уложив неугомонный отряд по кроватям, Катя пожелала удачи напарнице и выскочила на улицу, наконец доставая телефон.       «Я в школе», — писала Маша полчаса назад.       Катя знала, что она все еще дожидается ее там. Отправив короткое «Бегу», вожатая поспешила к корпусу. Если идти быстрым шагом, территорию можно было обогнуть за три минуты, но Катя позволила себе замедлиться и взять передышку. Лагерь окутывало граничащее с тревожным спокойствие. Солнце уже зашло, но летнее небо не спешило чернеть. К ночи жара спала, слабые порывы ветра шатали ветки деревьев, разнося по затихшей территории уютный шелест и нежный вечерний аромат. Катя вдруг остро ощутила, как хочет спать. Хоть дети и делали ее счастливой, выматывали они не меньше. Учитывая недосып, — планерки и ночные репетиции оставляли на сон жалкие несколько часов, — уже к середине смены вожатые начинали валиться с ног. Дай Бог не заболеть к концу.       Маша ждала на стуле в холле, уткнувшись в телефон. Она не стала включать свет — знала, что ожидание будет недолгим. Заслышав тихие шаги у дверей, она подняла глаза и с улыбкой поднялась навстречу. Вместо приветствия она крепко обняла вожатую и спешно поцеловала — впервые за сегодня.       — Давай сразу в квартиру, я сейчас на ходу усну, — не дожидаясь ответа, Катя отпрянула, взяла Машу за руку и потянула на выход.       На выходе Маша заперла вход и сунула ключи в карман. Держась за руки, они направились к воротам.       — Сегодня на обходе Ольга Александровна нашла у Арины сигареты. Нам пришлось вести ее к директору. Легко отделалась — даже родителям не позвонил. Просто забрал и провел воспитательную беседу. Зато мне досталось, — устало пожаловалась вожатая. Арина уже не раз мелькала в их разговорах, она постоянно что-то вытворяла: то из комнаты откажется выходить, то на отбое уйдет в соседнюю, то сбежать задумает. — Еще и за разбитую Асей тарелку пришлось отдуваться. Так себе денек.       — У Арины все стабильно. Она сегодня пол-урока в туалете просидела, — дойдя до будки охранника, Маша сдала ему ключи и расписалась в блокноте.       — Ты завтра не приходишь, да?       — Не прихожу, суббота же. Расскажешь потом, как шоу талантов прошло. Соня говорила, у нее там какой-то «супер-пупер-крутой номер», надеюсь, заснимут.       Оставшуюся дорогу они молчали, наслаждаясь просто присутствием друг друга. Катя, пусть и знала, что соседки вряд ли уже спят, а может даже и не вернулись еще, не стала набирать код домофона, а открыла дверь своими ключами. Раздался пиликающий звук и девушки прошли в подъезд. Им не пришлось долго ждать лифт, а как двери закрылись, вожатая тут же привалилась к стенке, закрывая глаза.       — Немного осталось, сейчас дойдем и ляжешь уже, — успокоила Маша. Катя угукнула, но глаза так и не открыла.       Свет в квартире был включен, на пороге их встретила Даша — вожатая седьмого отряда.       — Привет. Насти и Алины еще нет, я их дождусь, у меня только что чайник вскипел, — ничуть не удивившись Маше, вожатая продолжила свой путь на кухню.       — Я уже сплю, ждать не буду, — чтобы ее услышали, Катя повысила голос, попутно стягивая с себя кардиган и вешая его на крючок. — Вы Машу потом выпустите, пожалуйста.       В комнате вожатая переоделась в пижаму и упала на кровать. Не было сил даже расправить ее.       — Я собираюсь остаться тут на ближайшие сто лет, — проговорила Катя в подушку, неловко вытягивая из-под нее одеяло. — Ты напиши мне завтра, когда проснешься. И привези мне в понедельник кофе нормальный, пожалуйста, не могу уже этой бурдой за пять рублей давиться.       — Обязательно. Но ты лучше напиши, я иначе забуду, — Маша присела на корточки у кровати, трепля Катины светлые волосы. — Держи завтра в курсе по возможности.       Вожатая лишь согласно промычала, устраиваясь удобнее и накрываясь наконец одеялом. Прощаться совсем не хотелось, но Маше тоже нужно было домой. На прощание чмокнув девушку в макушку, она прошептала: «Good night» и вышла из комнаты, щелкнув выключателем.