Древность

Сангвиний сидел на спинке кресла и болтал ногами. Ангел размышлял: "Почему Лев уже ездит с Лютером в небольшие походы, а я сижу тут? ". Фулгрим отвлекся от выведения очередного завитка в вязи слов: " Поэтому что он уже взрослый. Тебе стоит потерпеть". Маленький ангел спорхнул со своего насеста поближе к брату. Птенец закутался в хвосты лиса и насупился: "А когда я должен буду перестать терпеть? Это сложно. Это ты всегда ко всем добрый, улыбаешься окружающим". Фулгрим рассмеялся: " Я не всегда такой. Иногда меня злят некоторые вещи. А сколько терпеть... Ну, смотри... Сначала Лев уедет на Калибан навсегда, потом меня отправят на Кемос, затем Пертурабо отправится первый раз надолго на Олимпию. Потом Леман, Джагатай и Рогал станут потихоньку выбираться в свои уделы. А потом тебе разрешат первый раз поехать на Ваал. Как-то так будет ". Сангвиний мгновенно погруснел: " Это же так долго... Я так не смогу. Почему так? Меня же принесли сюда первым". Его приобняли хвостом: "Просто мы родились раньше. Но росли в подвале. Я встретился с мамой только, когда мне было 6, а ты младше был". Сангвиний гладил белый мех хвостов: " Почему это было так? Почему кто-то из нас должен страдать? ". Фулгрим погладил брата по голове: " Так надо, просто надо". Сангвиний вскочил с места: "Вот и мне надо! Я уговорю отца отпустить меня! Все равно делегации еще тут" Маленький ангел стоял у дверей кабинета отца. Она была закрыта. Детский мозг обрабатывал данный и пришёл к одному решению: если закрыта дверь, то открыто окно. Ангел быстро спикировал с балкона и взглядом искал необходимое окно. Найдя его, Сангвиний радостно устремился в приоткрытую створку. Треск стекла и рам сотряс стены кабинета. Ниот вздрогнул и едва успел поймать ворох перьев и бумаги, скатившийся к нему по столу. Сангвиний при приземлении весь перемазался в чернилах, но был абсолютно счастлив: "Папа! Так ты тут! ". Ребенок уселся на край стола, отклеивая прилипший кусок пергамента от щеки. Ниот посмотрел на масштабы разрушений: окно было окончательно разбито, половина документов оказалась смята или залита чернилами. А посреди этого сидел Сангвиний, размазывавший кровь из ссадины на щеке. Ниот магией привел все в порядок. А вот ранка не поддалась. Пришлось промыть водой с мылом. Сангвиний не давался, злобно пища и кусая руки отца. Ниот в итоге не выдержал и просто дал ребенку самому все сделать. Мужчина устало сел на диван и спросил: " Зачем ты так торопился? Что-то случилось? ". Сангвиний улыбнулся: " Я соскучился! ". Ниот слишком хорошо знал сына: " А если сразу к делу перейти? ". Птенец сложил крылья и сделал максимально невинную и милую мордашку: " Я хочу на Ваал. Можно? ". Ниот покачал головой: " Рано. Сейчас время Льва и Фулгрима ". Сангвиний тихонько вил свою нить мироздания: " Но я хочу... Лемана ты уже отпускал на Фенрис! Ну можно...? Делегация еще тут! Ты можешь лично Льюиса попросить". Птенец чуть не плакал, казалось Ниоту. Пришлось брать ребенка на руки и гладить по голове: "Хорошо... Только братьям и матери не говори". Разговор прервал голос из-за двери: " Что там матери нельзя говорить? Быстро выползайте! ". Ниот виновато открыл дверь, узрев недовольную Эрду. Сангвиий ринулся к матери, обнимая ее: " Мама! Меня отец отпустил на Ваал! ". Ниот готов был рухнуть в обморок, секреты хранить сыновья не умели от слова совсем. Эрда с укором посмотрела на мужа: " Я хочу прогуляться по саду. Пойдем ". Ниот с укором посмотрел на сына и обреченно пошел всел за женой. Малый императорский сад встретил их запахом цветущей вишни. Сезоны тут абсолютно не соответствовали остальному миру. Древняя магия поддерживала вечную весну. Эрда до побеления сжала губы, а потом начала разговор: " Почему ты пытался скрыть это от меня? Я мать этих детей". Ниот молчал и просто брел вперед. Эрда повернулась к нему: "Ты даже не можешь это объяснить! Я волнуюсь за сына! ". Ниот сжал руки в кулаки, но быстро расслабился: " Я доверяю Данте. Доверяю как брату. Он прекрасно сможет позаботиться о Сангвинии. На Ваале безопасно ". Эрда расслабилась: " Тогда я хочу лично поговорить с ним. Я должна быть уверена в этом человеке ". Ниот ожил: " Да! Тогда я устрою вам встречу". Льюис Данте трижды проклял тот день, когда согласился принять свою тяжелую ношу наместника. Именно из-за нее он и оказался перед дверями кабинета императрицы. Ангел закусил губу и шагнул за резную преграду перед, казалось, неминуемой смертью. Огромное помещение заливал свет из витражного окна с птицей на фоне солнца. Пахло специями и дубовой стружкой. Льюис осторожно присел на маленький диван в углу. Хозяйки кабинета нигде не наблюдалось. Данте просидел так несколько часов, нервно перебирая перья хвоста. Становилось страшно, оставалось два варианта: либо он попал в немилость к супруге правителя, либо это его испытание. Постепенно стало смеркаться. Льюис уже забрался на диван с ногами и читал подвернувшуюся под руку книгу. Неожиданно послышался шелест, ангел повернулся. Перед ним стояла одна из помощниц императрицы: "Ваше испытание пройдено. Пройдемте, госпожа вас ждет". Льюису показалось, что он заново родился, самые страшные опасения не подтвердились. Он побрел вслед за девушкой. Светлячки яркими звездами кружили между цветов и небольших кристаллов света. Льюиса привели к небольшой оранжерее в Верхнем саду. Прислужница оставила наместника и молча удалилась. Льюис побрел в центр. Эрда внимательно осмотрела его: "Прошу прощения за ожидание. Но я должна была быть уверена в вашей стойкости и уверенности. Все же, я думаю, что вы понимаете, что я не могу доверить своего сына кому-то незнакомому". Данте кивнул: " Я понимаю, госпожа. Любой родитель желает только лучшего своим детям. Я понимаю ваше беспокойство ". Эрда обрезала розы и словно не замечала гостя: "Сангви у нас мальчик нежный, чуткий. Но активный и очень любознательный. Будьте готовы к этому. Иногда придется ловить ы полете. И не разрешайте ему кусать себя! Он очень странно реагирует на кровь. Лучше чтоб вообще он ее не видел". Данте кивал и пытался анализировать. Большинство слов он пропустил мимо ушей и очень удивился, когда ему вручили огромный свиток пергамента. Эрда лишь сказала: "Это важно! Тут как действовать во многих ситуациях. У вас же нет детей? ". Данте покачал головой: " Своих нет. Но я вынужден заботиться о мальчике, который чуть старше вашего сына". Эрда просияла: "Тогда еще лучше. Точно разберетесь". Утром делегация уже собиралась домой. Паковались вещи, передавались дары. Данте стоял слегка поодаль и искал взглядом кого-то. Этот кто-то быстро спикировал сверху и приземлился рядом, быстро прячась под крыло. Оттуда послышался шорох и злое урчание. Данте поднял крыло, под ним обнаружились Калистарий и Сангвиний, пытающиеся покусать друг друга. Детей разняли. Сангвиний все еще шипел по инерции: " Ты же сказал, что будешь под левым крылом, а я под правым. Почему ты тут был? ". Калистарий не отставал: " Так это лево. А мы с какой стороны смотрели? Ой... ". Сангвиний рассмеялся: " Вот тебе и ой". Калистарий насупился: "Что это вообще на тебе? ". Сангвиний натянул капюшон повыше: " Мама сказала. Она у нас из пустыни, знает много". Калистарий поджал губы и отошел. Ребенок начинал завидовать. Данте поправил поклажу на верблюде и повернулся к Сангвинию: "Со мной ехать не получится. Тебя возьмет к себе Корбуло. В дороге будешь с ним". Маленький ангел погрустнел: " А почему? ". И вдруг он вздрогнул, когда из-за спины донесся смешливый голос: " Поэтому что Калистарий со мной не согласится рядом даже стоять. Будет, как кот орать и царапаться". Сангвиний резко повернулся, увидев еще одного ангела со слегка алыми крыльями. Птенец резко отвернулся и чуть не упал от смеха. Калистарий шипел, распуша все имеющиеся перья, и злобно смотрел на Корбуло. Сангвиний спросил его: "Почему он так себя ведёт? ". Корбуло задумчиво посмотрел на птенца: " Просто я - жрец. Я лечу больных. А Калистарий не любит это делать. Ему больно и он не любит, когда его трогают". Сангвиний встрепенулся: "Но я же его обнимал! Он был не против". Корбуло улыбнулся: "Значит, ты ему нравишься. Все просто. Ну, что поедем? ". Сангвиний с легкостью забрался ему на руки: " Да! ". Ребенка усадили в седло. Птенец удобно устроился и приготовился к своему первому путешествию...