Древность

У Ильи дергался глаз. Уже неделю генерал усиленно пила успокаивающий чай и пыталась не ругаться. Но трое маленьких кентавров усиленно выводили женщину из себя. Цинь Са, Таргутай и Джагатай пристыженные сидели на полу. Илья смотрела на них, сложив руки на груди и сурово покачивая головой. Наконец, генерал заговорила: "Объясните мне, почему, когда что-то происходит в крепости, вы обязательно оказываетесь рядом? ". Таргутай тихо прошептал: " Честно, я не имею никакого понятия. Так просто получается ". Его товарищи тут же зашипели на него и заставили замолчать. Илья устало села за стол: " Так теперь объясните мне, кто из вас ничью таскает сладкое из кладовых? ". Жеребята переглянулись м отрицательно покачали головами. Джагатай ответил за всех: " Точно не мы... Мы только... ". В мгновение Цинь Са подскочил со своего места и закрыл ему рот ладошкой: " Ничего! Это точно не мы! ". Илья вздохнула: " Говорите уже... Не буду же я бить вас. Да и не поймете вы так". Цинь Са вернулся на свое место и покраснел: "Это мы... Яблоки таскали. Которые красные, для праздника были". Генерал привычно потянулась к кружке с чаем, но обреченно поняла, что тот закончился уже несколько часов назад. Пришлось терпеть. Илья махнула рукой, отпуская мальчишек. Те только кивнули и радостно рысцой убежали из комнаты. Мальчишки сидели в тени огромного дерева и размышляли. Джагатай щурил глаза от тонких лучей солнца, что иногда проникали сквозь бескрайнее море листвы: "А почему сразу на нас то подумали? Почему если что-то идет не так, то это сразу мы? ". Таргутай поджал под себя тонкие копытца: " Просто... Ну, так получилось. Мы же все равно тут самые маленькие. Вот и решили на нас". Цинь Са резко вскочил и топнул: "А тогда давай поймаем того, кто это делает! И тогда очистим наши имена, докажем, что это не мы". Так они и порешили. Таргутай только осторожно заметил: " Только... Никого не бейте снова. Иначе мы точно получим". Но его уже не слышали. Джагатай и Цинь Са благополучно сбежали готовиться. Маленькие кентавры высунулись из-за угла. Первый этап был пройден успешно. Проще всего ночью было выбраться Джагатаю и Цинь Са. Первый хорошо умел сбегать от взрослых в силу происхождения, а второму было легко выскользнуть из жилища новобранцев из-за отсутствия должного контроля. Таргутая же они ждали долго. Башня пророков была ужасным лабиринтом, а наставник цилиня - жутким педантом, который требовал от ученика послушания и хорошего сна ночами. Наконец, Таргутай выскользнул со стороны чёрного входа и галопом рванул к товарищам. Мальчишки двинулись в путь. Первая ночь наблюдения не увенчалась успехом. Маленькие кентавры уже через час спали вповалку, свернувшись в один большой клубок. Первым утром проснулся Цинь Са и недовольно лягнул кого-то копытом. Клубок заворочался и, наконец, проснулся. Кирин сложил руки на груди и качал головой: "И вот что мы делаем? Мы же спим. И никого не поймали. Давайте теперь по одному в дозор ходить! ". Товарищи вынуждены были согласиться. Но вскоре Джагатаю пришлось ходить в дозоры совсем одному. Таргутай был пойман во время вылазки и посажен наставником за чтение древних трактатов. Цинь Са же с остальными новобранцами были отправлены на тренировки в другие крепости. Джагатай уселся на камень и вглядывался в бархатную тьму. Глаза предательски слипались, хотелось спать, но маленький кентавр был непреклонен. Наконец, мимо мелькнула тень и юный примарх рванул за ней. Хибу Хан осторожно крался по двору крепости. Все дела уже давно были решены, отчеты написаны, а крепость постепенно засыпала, предоставляя время для тайн и загадок. А это было только на руку молодому хану. Уж слишком он стыдился своего маленького секрета. В тот время, когда остальные братья предпочитали мясо и рисовое вино для долгих вечеров, Хибу больше нравился чай и сладости. О, это действительно было самой большой страстью в его жизни. Медовые брусочки из орехов, засахаренные ягоды, а уж что можно было сказать о лунных пряниках. Хибу казалось, что именно за них он будет готов продать всего себя от кончиков ушей до хвоста. Собственно за ними молодой хан и шел. Уже благополучно достав сладость с полки и наливая себе чай, кентавр услышал крик: "Ага! Попался! ". Хибу вздрогнул, попятился назад и ударился головой о низко висящую полку. На секунду весь свет в мире погас. Очнулся хан только от того, что его окатили почти ледяной водой. Хибу сполз по стенке и, наконец, открыл глаза. Перед ним стоял ребенок, сжимавший в руках кувшин. Мальчишка моргнул и оживился: "Ой! А ты живой! Это хорошо". Хибу поднялся с земли, отряхивая одежды и попутно замечая беспорядок в кладовке. И тут хан вдруг заметил, что, видимо во время падения, он зацепил стол и уронил все с него. Те самые желанные лунные пряники теперь оказались раскрошены в труху. Хан погрустнел и с лёгкостью поднял стол, ставя его на место. Хибу повернулся к ребёнку: "Ты кто и что тут забыл ночью? ". Джагатай улыбнулся: " А я в дозоре! Ловлю того, кто сладкое таскает. А то меня с друзьями в этом обвинили". Хибу замер, но потом осторожно спросил: "И что ты теперь делать будешь? ". Джагатай с видом победившего хищника схватил его за руку и потащил в Стратегиум: " В плен возьму! ". Илья проснулась от грохота и наспех накинула домашний халат прям на пижаму. Шум доносился из двора. Генерал выскользнула за двери и увидела престранную картину. Хибу Хан упирался и спорил с юным примархом. Джагатай же пытался не дать тому сбежать из двора Стратегиума. Илья едва успела подавить смешок и крикнула: "Это что такое? Что вы тут устроили? ". Хибу, услышав знакомый голос, мгновенно приземлился на землю и попытался съежиться. Джагатай же наоборот подлетел к Илье и улыбнулся: " А я поймал того, кто сладости таскал. Я молодец? ". Его потрепали по голове и строго спросили: " А почему ты не спишь? Ты конечно молодец, но не до конца". Джагатай фыркнул: "Но я же старался! ". Тут уже голос подал Хибу: " Простите, сы-Илья, но и мне есть что сказать. Ваш подопечный, конечно, старался, но похоже перестарался. Могу ли я заставить его помогать восстанавливать испорченную провизию? ". Генерал удивилась странной просьбе, но быстро согласилась: " Конечно. Но только утром! Юным жеребятам надо спать". Хибу попытался запротестовать, но был тоже загнан спать. Джагатай робко переступил порог светлой комнаты. В ней уже во всю хозяйничал Хибу, доставая что-то из шкафов. Наконец, он заметил мельтешение в дверях и махнул рукой, подзывая к себе: "Заходи уже. Что как неродной жмёшься? ". Джагатай быстро скользнул внутрь: " Так я же не родной те... Вам". Ребенка потрепали по голове: "Айя! Так мы же все дети Степи". И тут же вручили кусок ткани. Маленький кентавр не понял и спросил: " А что это? ". " Фартук, чтоб не запачкаться" - Хибу уже был занят проверкой каких-то баночек и мешочков. Джагатай кое-как справился с завязками и пытался подглядеть, что же все-таки делает молодой хан. А тот уже успел замесить тесто, которое нужно было переложить в форму. Правда, теперь уже Хибу слегка не рассчитал амплитуду движения и случайно ударил юного примарха по плечу. Джагатай от неожиданности хлопнулся на пол и пискнул: "А ты чего дерешься?! ". Хибу с лёгкостью поднял его, держа под подмышки: " Упал - вставай. И я тебя не бил. Случайно задел". Маленький кентавр попробовал вырваться и запищал: "Пусти! Я, вообще, зачем тут? ". Тонкие длинные копытца до земли не доставали и из-за этого вид юного примарха был комичен. Словно пойманный за лапку паук-косеносец или водомерка. Все же Хибу решил не издеваться над ребенком и поставил его на землю: " Ты испортил еду - тебе и восстанавливать. Поможешь мне в этом. Я хотел тогда чай с лунными пряниками попить. Но кто-то решил поиграть в дозор". Джагатай виновато переступал с ноги на ногу: "Я не хотел... Я просто хотел, чтоб не думали на меня... А тут... Вот". Его потрепали по голове снова: " Сейчас новые испечём и попьем чай вместе. Хорошо? ". Юный примарх кивнул. Уже через пару минут Джагатай освоил принципы лепки пряников. И с удовольствием заворачивал медово-ореховую начинку в плотное тесто. Через час заготовки уже стояли в печи. Юного примарха отправили мыть посуду в тазике. И тут то и возникли трудности. Перед Джагатаем лежала внушительная горка черепков от разбитой керамики. Хибу только и успел вздохнуть: "Ну... На счастье значит... ". Ребенка отправили ждать в беседку. Наконец, перед ним поставили тарелку со слегка кривоватыми пряниками. Хибу разливал чай по пиалам: " Будешь пробовать то, что сам приготовил? ". Юный примарх осторожно взял одну из сладостей и откусил: " Вкусно... Но очень сладко. Как ты вообще ешь такое в таком количестве? ". Хибу к тому моменту уже умял половину тарелки и лукаво улыбнулся: " Опыт. Да и вкусные они". Джагатай размышлял: "Но... Обычно вы, чогорисийцы, же любите мясо. И овощи. А еще лапшу и рис. Я правда еще не все попробовал еще. А ты сладкое ешь. Еще и ханом называется". Хибу едва не подавился: " А как это связано? Ты думаешь, что взрослые не любят сладкое? Или что взрослые резко становятся взрослыми? Суровыми и скучными". Маленький кентавр покачал головой: "Да нет! Просто... Я не видел еще таких как ты". Молодой хан слегка наклонил голову: " А кого ты видел? ". Джагатай стал загибать пальцы: " Илью, Цинь Са, Таргутая, Хасика, Джемулана... Вот. И все". Хибу улыбнулся: "Так это же еще не все. Нас тут много. Всех и не увидишь. Всех не упомнишь". Маленький кентавр грустно опустит взгляд в чашку, наблюдая за танцем чаинок: " Я еще приеду... Не знаю только когда. Тогда и с другими познакомлюсь ". Ему пододвинули последний пряник: " Конечно, познакомишься. Ты же примарх. Тебе надо будет всех знать". Джагатая словно кипятком ошпарило: "Я же не говорил! Как ты узнал? ". Хибу засмеялся: " Так просто же все. Я тебя еще не видел, это раз. Два - это то, что ты знаком с сы-Илья. А она учеников не брала. И три - ты слишком отличаешься от других мальчишек в крепости ". Маленький кентавр вернулся на свое место: " И ты меня не боишься?". Хибу покачал головой: "Нет, конечно. Я же не кролик, чтоб всего бояться. Да и сы-Илья попросила меня помочь тебе". Юный примарх задумался и спросил: " А в чем помочь? ". Ему улыбнулись: " Побыть обычным ребенком. Понравилось? ". Джагатай застыл от осознания: " Не знаю как сказать... Мне и интересно, но и страшно. Я многое не умею... Но я же могу научиться? ". Хибу кивнул: " Конечно. Думаю, что посуду мы тебя точно научим мыть. А потом и до остального дойдем". Маленький кентавр счастливо улыбался в ответ. Вечерние лучи заливали беседку, отражаясь от граней черных и белых камушков для игры в го. Илья положила новую фигурку на доску: "И как тебе юный примарх? Он слегка младше тебя". Хибу ,недолго думая, ответил на ход: " Он добрый. Даже иногда слишком. Но в нем много талантов. Он быстро учится ". Генерал вновь закрыла клетку камушком: " Это прекрасно. Я хотела попросить тебя еще об одном одолжений. Научи его владению мечом. Не думаю, что Джемулан нойон-хан справится с этим". Хибу вскинул бровь: "Сы, вы сомневаетесь в мастерстве старшего хана? Я могу поставить свою жизнь и честь на то, что он гораздо лучше меня сможет совладать с этим". Илья вздохнула: " Нет. Его опыт велик. Но именно в этом и проблема. Мне нужен тот, кто сможет стать опорой примарха в будущем. А Джемулан... Стар для этого. Юному Кагану нужны новые люди, свежая кровь. Мы, старики, можем только направить вас вперед". Хибу возразил: "Сы-Илья, но вкм же только... Четвертый десяток пошел. Рано вам о таком говорить! ". Генерал рассмеялась: " Прости, что-то я перегнула. В любом случае, Джемулан уже итак занят двумя учениками. А давать ему еще и этот маленький ураган равносильно смерти. Ах, и еще... Я победила. Снова". Молодой хан взглянул на доску, почти все его камушки оказались в ловушке. Хибу улыбнулся: "Уже десятый раз за вечер. Хорошо, я выполню вашу просьбу. Это будет честью для меня. Но тогда вы должны будете хоть раз мне проиграть". Илья смахнула камушки обратно в корзины: " Тогда новая партия? ". Хибу кивнул. Игра продолжилась ровно до того момента пока стол не был снесен Джагатаем. Радостный примарх буквально сиял от счастья: " А я все слышал! Меня, наконец, научат искусству меча? А когда мы начнем? ". Хибу потрепал его по голове: " Хоть завтра... ". Илья покачала головой: " Не выйдет. Государь прислал грамоту. Завтра ты возвращаешься домой, Джагатай ". Вся радость мгновенно испарилась. Юный примарх буквально разъехался копытами по полу беседки и шлепнулся на паркет: " Но... Почему? А когда тогда учиться? ". Хибу поднял его на ноги: " Так сидеть нельзя. Отморозишь все. А учиться будем, значит, позже. Когда приедешь в следующий раз. Ты же мне обещал, помнишь?". Джагатай кивнул и ушел собирать вещи. Отъезд был шумным. С юным примархом вышли прощаться все его старые и новые знакомые. Джагатай прижимал к груди дорогие сердцу подарки: мешочки с чаем и сладостями, теплые шапку, мех которой не сваливался на глаза. И самое ценное - небольшой кинжал, подарок Хибу. Тот не смог проводить примарха, но передал подарок, как бы намекая, что Джагатая тут ждут. И не один раз.