Моё Бесчестие

Девушка забрала свою порцию и вернулась на кровать. Хмурая, недовольная, но всё же медленно остывающая. Я не беспокоил ее, даже не смотрел, не желая нарваться на злобу. Пусть уж успокоится. Вот только почему она так зла на того барда? Ну, он, конечно, вампир, но… Мне плохим он не показался. Но спросить нельзя, тогда уж я точно получу оплеуху. Николас молча наблюдал за нами. Я вздохнул, собрал посуду и понес ее вниз. Бард так и сидел на стойке, распевая песни. Удивительно, что не срамные, а вполне красивые и даже сказочные.

«И где бы я не проходил в тех беспокойных снах,

По склонам гор, по берегам без света и тепла,

Хранит пустынная волна след княжьего челна,

И ветер арфою звенит, и слышен тихий плач.»

Красивая песня, приятная. Да и голос у вампира хороший, чарующий. Я махнул рукой Адаму и отдал ему посуду. — Ну что, лапа, как вы там? Гневается спутница? — спросил он, улыбнувшись. — Может ромашку ей заварить? По словам люда, она успокаивает. — Да ну тебе, не стоит. Уже всё не так плохо, не стоит волноваться. Ну, злится она немного, но, по крайней мере, не плюет ядом. — засмеялся я. — Не бери в голову, Адам. Всё в порядке. Эльф пожал плечами, передавая посуду на кухню. — Ну, как скажешь. Если надумаешь, я буду здесь. — Я кивнул и пошагал к лестнице. Ладно, хватит мешать ушастому работать. Я морщусь и поднимаюсь на этаж. Ощущение взгляда в спину мне никогда не нравилось. А бард всё пел. Когда дверь закрылась за моей спиной, я выдохнул. Мелани, казалось, почти остыла, и с большим интересом изучала потолок. Я уселся на кровать и прикрыл глаза. Вдруг, лис подал голос. — Так. Значится, вы идете на поиски принца Алексиэля Де Вилье. Что мы знаем? — тон у пацана был деловой. — Ты ведь просто до столицы идешь. К чему тебе наши планы? — отмахнулся я. — Интерес. Да и вам нужно обсудить планы. Незнание — не есть хорошо. — Ник скрестил руки на груди. — Поделитесь тем, что известно. Думаю, это будет занимательно. — То, что вероятно принц Викторианы жив, ведь просто так король бы не стал его искать. — хмуро подал голос я. — Это предположение знают все. — осклабился мальчик. — Ещё? Чтобы найти принца, нам нужно больше информации. Я едва удержался, чтобы не бросить в него чем-нибудь. Ишь, глянь на него, умный самый! Но вдруг Мелани встала, и начала капаться в сумке. Наконец, она вытащила книгу, которая оказалась шкатулкой. Удобная вещица, у меня вроде тоже такая была. Из «книги» Мел вынула несколько бумажек и разложила их на столе. Я, недолго думая, достал карту, но расстилать ее пока не стал. Подсел к столу, я присмотрелся и нервно хихикнул. Да… очень интересно получается. Бумажки эти, при близком рассмотрении, оказались вырезками из газет. И довольно старых. —Это газеты семилетней давности. — начала она. — Этот экземпляр печатался ещё до пропажи принца. Смотрите! — она взяла одну из вырезок. — «Сегодня был найден погибшим лучший друг и советник принца Алексиэля Де Вилье — Виктор Шахрай.» — я поморщился, а девушка нахмурилась. — «Тело погибшего Виктора было найдено в тронном зале поздней ночью. Обстоятельства смерти неизвестны. Тело юноши будет похоронено на городском кладбище. Сочувствуем родным и близким». Мог ли принц сбежать из-за смерти друга? Люди говорят, что мальчики были не разлей вода. — Мог. — легко согласился я, поджав губы. — На момент смерти принцу было около шестнадцати лет. Юношеский максимализм… Мелани же с интересом посмотрела на меня. Потом — на маленький портрет умершего семь лет назад рыжеволосого мальчика. Подошла, заглянула в глаза. — Эван… Твоя фамилия, вроде, тоже Шахрай… вы, случаем, никак не связаны? Даже похожи. — она сощурилась, пыталась найти сходства. Я ещё больше скривился. — Ведьма, да ты совсем сбрендила… Вероятно, это просто глупое совпадение. Моя фамилия не редкая. Да и я не родом из столицы, не был там никогда. Однофамильцы, не более… — Я слышал об этом. — вдруг сказал Николас. — Виктор действительно был лучшим другом младшего Де Вилье, и, насколько мне известно, был мальчиком для битья. Ну, к принцам часто таких приставляют. В качестве воспитательных целей. И. — он замялся. — Насколько мне известно, Виктор погиб от рук короля Александра. Я сжал зубы, аж виски заболели. Наш доблестный и честный король — убийца? Я почему-то не удивлен. Странное ведь дело. Я тоже слышал об этой истории, а после о пропаже и смерти принца… Король силен, даже сейчас он спокойно даст фору молодым мальчишкам. И Александр Де Вилье никогда не воевал и рук в крови не марал. До какого-то момента. Значит, на руках сероглазого короля кровь лучшего друга его собственного сына? Принц вполне мог обозлиться на отца, и сбежать из дома. Алексиэль сбежал и погиб. Но, погиб ли?.. Кого же тогда похоронили? Я попросил у Мелани ее бумажки и просмотрел их, ища что-то о каком-нибудь пропавшем юноше. Ничего. Да и что нам это даст? — Есть ли те, с кем Виктор хорошо общался при жизни, помимо самого принца? — спросил я, скрестив руки на груди. — Есть… — осторожно начал мальчик. — Некая Ядвига Ельная. Ельная? Больно знакомая фамилия… — Кто она и откуда ты ее знаешь? — Неважно. — отмахнулся он. — Она жива, служит Травницей и Целительницей при дворе вместе со своей матерью. Является сильным магом практиком. — Ядвига Ельная? — переспросила Мел. — Внебрачная дочка короля? — Да. Они же… росли вместе. Близки были… — Уж многовато ты знаешь… — фыркнул я, сделав попытку прочитать мысли мальчишки. Нет, умелая и крепкая блокировка. Либо колдовство, либо мешающий артефакт, хотя никаких побрякушек у оборотня я не видел. — Не пытайся. — поморщился он. — Не прочтешь. Знаю, потому что сам знаком с Ви. Мы… Ее мать в свое время мне очень помогла, и забрала меня к себе. — все-таки сказал Ник. — И я помню, как она плакала по поводу смерти Виктора. Именно к ней я и иду. — Что ещё нам известно? — Мел постучала ногтями по столешнице. Я пожал плечами. — Так, давай сначала поймём, что мы уже знаем. Принц, похоже, жив и его ищут, в Верелисте есть те, кто знал обоих мальчишек при жизни… И всё. — вздохнул я. Прикрыв глаза, я задумался. Стоит ли это говорить? Это вряд ли что-то даст, но… — И… Я, кажется, тоже видал его. В последний раз я пересекался с ним в какой-то деревне, да и было это с пару лет назад. Я точно знаю, что это был он, мало у кого такой рубец на лице. Вот только куда он в итоге подался: одним святым известно. — я вздохнул и посмотрел в окно. Пару лет… да, наверное, даже больше. — И почему ты раньше этого не сказал?! — окрысилась Мелани. Но быстро остыла, перевела дух. — Ладно… Ник, а что помнишь ты? Парнишка открыл глаза. — Что помню? Ничего особо важного и не помню. Я не появлялся при дворе. Дарина не желала, чтобы король знал о ее приемыше. Да и… — он вздохнул. — Всё слишком запутано. Мне это всё не нравится. Особенно то, что кого-то похоронили как принца. — Хм… а ведь… а не мог ли король подстроить смерть сына? — предположила Мелани. — Мог. — кивнул мальчик. — Если он убил Виктора, значит повторно испачкать руки в крови он бы не испугался. Он жестокий человек. Кто бы что ни говорил, Александр совсем не так хорош. Дарина как-то рассказывала нам с Ви о том, что он однажды сотворил. Ви ведь сестра Алексиэлю… — Что? Как это? Дарина что — королева? — удивился Мелани. — Разве… — Нет, она служит травницей. — терпеливо повторил юноша. — Она прямо не говорила, но сказала, что король не редко мог… кхм… —Пользоваться прислугой? — бросил пробный камень я. Мальчик кивнул. Я вздохнул, и отпил чай. Мел охнула, и закрыла рот рукой. Все интересней и интересней… — Ты хочешь сказать… — прошептала девушка. — Я ничего не хочу сказать! Просто даю вам понять, что король — жестокий человек. И если ему что-то не по нраву, то он сделает так, как захочется ему. Насколько я знаю, он действительно надругался над Дариной, и, по ее словам, это было, когда Алексиэль даже ещё не родился. Я поджал губы. Король не просто убийца, он ещё и извращенец. Надругаться над травницей… вероятно просто ради того, чтобы увеличить шансы на сына-наследника. Как же это низко, мерзко, грязно… — Ужасно… — выдохнул я. — Он точно бы убил, чтобы сделать вид, что наследник престола мертв! — сказала Мел. — Но… тогда почему? Зачем ему искать того, кто для него и народа уже мертв? Я не понимаю! — Я тоже не понимаю. — вздохнул Николас. — Давайте не будем о плохом, ладно? — сказал я, развернул карту и снова взял уголек. Значок города Дарска уже был обведен, и я перечеркнул его. — Мы здесь. — я провел пальцем до значка столицы и обратно. Куда бы заглянуть дальше? — Какие идеи? Куда дальше? Мне хотелось, как можно скорее, отпустить мерзкую тему. Не мужчина наш король, а тварь, которая должна гнить в темнице. Мелани уселась напротив меня и развернула карту к себе. — Ближе всего лежит Рыбник. — сказала она, отняв у меня карандаш. — И надо будет попросить свежую газету. Мои старые бумажки очень полезны, но нам нужно знать, что говорит люд. В газетах можно найти подсказки или новую информацию. Я дал ей обвести в кружок наш следующий пункт назначения. Мы просидели так до поздней ночи. Рабочие диалоги сменились на более домашние, стало спокойно и уютно. Ее гнев все-таки сменился на милость, она даже улыбалась. А я улыбался в ответ. Редко у нас бывают такие вечера. Редко она спокойно говорит со мной, смеется, рассказывает что-то. Она даже не язвила. И честно, мне таких моментов очень не хватает. Скоро Ник ушел спать на облюбованное им кресло, да и мы решили разойтись по кроватям. Не думал, что этот вечер закончится так хорошо.

***

Несколько дней назад.

Александр стоял у окна и глядел на город. В замке последнее время было неспокойно. Слуги и стража видели тень мужчины, блуждающего по коридорам и что-то ищущего. Если это был человек, то он действительно был Тенью. Странной, искусно прячущейся, как только услышит чью-то поступь. Но неизменно живой. Кто же это такой? Что ему нужно? Но Король не беспокоился, зная, что мимо гвардейцем, стоящих у опочивальни, никакая тень не проскочит. Как же он ошибался. Он осознал всё только когда почувствовал холодную сталь, касающуюся кадыка. И это холодное дыхание… Такая же холодная ладонь закрыла ему рот. Он понимал, одно неверное движение и его убьют. Но как же так? Он не слышал хлопка двери, он не слышал шагов! Раздался хриплый смех. Голос был незнакомый. — Дернешься — с этого места больше не сойдешь. А теперь расскажи-ка мне, милостивый государь… Ты же не его убил, верно? — сказал гость. — А мальчика, очень похожего. Хотя всё равно его перекроил, чтоб наверняка. Как его звали? Ты ведь знаешь, что не «Алексиэль». Расскажи. О всей крови на этих руках расскажи, давай. Александр вздрогнул. Как звали? А как его звали? Мальчишку, очень похожего на его собственного сына… Убитого… Но откуда он знает?! — Назови имя! Назови имя мальчика, и имя своей первой жертвы! На твоих руках кровь двух молодых мальчишек. Имена! — лезвие надавило на кожу, от чего король испуганно захрипел. — Давай, давай. Ты ведь помнишь их. Их обоих. Ручку я аккуратно со рта уберу, вякнешь громче чем надо, будет очень больно. Усёк? Усёк, молодец… — Ален… Ален Де Виль. Так звали… — голос Александра дрогнул. — Того, кого похоронили за место моего сына… — А первого? Алена ты убил вторым. Я это знаю. — Вик. Виктор Шахрай. Мальчонка, хороший друг Алексиэля… Лезвие надавило сильнее. — Мальчик для битья… Лучший друг твоего сына. Знаешь, ни за какую ошибку нельзя наказывать убийством близких. Что бы тогда не сделал Алексиэль, ты должен был принять его выбор. А теперь? Где твой сын? Что изменила эта кровь? Ни-че-го. Ты ведь знаешь, что он жив? Ха-ха-ха… Давай так, государь. Либо ты объявляешь розыск Алекса, за вознаграждение того, кто его вернёт домой, либо один неловким движения я… Ладно, я не так жесток, я ведь не вы. Я до этого е опущусь. Объявляйте розыск, Ваше Величество. Корону рано или поздно придется передать, а в стране у нас были одни короли, насильно зачатую дочурку на трон ты, ублюдок, не посадишь… Еще бы за это тебя наказать… Но это потом. Сначала я хочу увидеть Алексиэля Де Вилье живым. И помни: Я Тень. Одно неверное слово и головешки как не бывало! Кожу всё-таки полоснуло. Совсем слегка, оставив только еле заметный след. Александр глупым не был. Или же был, но не признавал этого. У него нет выбора. Секрет о том, что в закрытом гробу был не Алексиэль знали лишь единицы. И что теперь? Что подумает люд? Лезвие боле не давило на горло, холодное дыхание пропало. Александр обернулся, осмотрел спальню, перевел дух. Всего через пару дней на первых полосах газет появилось:

«Кто вернет принца Алексиэля Де Вилье домой, будет озолочен!»