Счастье

— Что? Ну что? — растерянно спросил Чимин Чонгука, который уже какое-то время смотрел на него, хитро щурил глаза и в то же время еле сдерживал новый приступ смеха. Чимин и Чонгук — это две половинки сердца; две звезды, которые нашли друг друга в бескрайних небесах; два вдоха воздуха, которые дышать не могут друг без друга; две души, которые соединила и благословила сама судьба. Никто не был против их союза: родители с обеих сторон, друзья, коллеги — никто из окружающих не осуждал их. Всё потому что это было сродни чуду, которое не увидишь в обычной жизни. Любовь, о которой читаешь лишь в романах. Искусство, которое порождает природа раз в тысячелетие. Их никогда не видели порознь с тех пор, как они встретились, а это произошло в их шестнадцатилетие. Да, у них был один день рождения на двоих. Переехав, родители Чимина нашли себе добросердечных соседей в виде семьи Чон. Как же они радовались, что их сын нашёл друга, да такого доброго и воспитанного. На голове Чимина был кавардак после сна. Проснувшись утром, Чон увидел его и разразился смехом на всю комнату. Чимин надулся. — Да что случилось-то, Чонгук? — спросил Чимин, но так же стал смеяться, глядя на своего зайчика, потому что это было самое милое, что вообще есть в жизни: заливистый смех Чонгука. Чонгук снова смеялся и ничего не сказав потащил Чимина за собой, чтобы тот мог посмотреть себя в зеркале. Чимин увидел одуванчик на голове и мордочку зайчика, нарисованную белым маркером. Это было чрезвычайно мило и смешно. Теперь оба стали хохотать на весь дом. Домашние пришли на их смех, и все улыбались, глядя друг на друга. Сегодня день рождения Чонгука и Чимина, а ещё их годовщина. Им исполнилось двадцать пять, и они пять лет официально вместе. Планировался вечер в честь дня их годовщины совместной жизни. Родители с обеих сторон приехали на праздник в их дом, находящийся на краю города и граничащий с морем. Чудесный, светлый и тёплый дом, наполненный любовью. — Всё, как у приличных людей! Отлично даже, — говорил сам себе отец Чонгука, явно довольный своей работой, которую делал с раннего утра: он смастерил деревянную мини сцену, где будут поздравлять, танцевать и петь все желающие. Столы накрывали мамы Чонгука и Чимина. Они наготовили пирогов, булочек, пирожных, а торт заказали у самого лучшего кондитера города, огромный такой — трехъярусный. Вот и наступил вечер. Были приглашены все близкие друзья, коллеги, родственники. Задний двор с бассейном был наполнен людьми в ярких нарядах, музыкой, шарами, мишурой и что-то волшебное витало в воздухе. Чимин был очень счастлив, даже боялся лишний раз вздохнуть, боялся всего этого идеального. Прекрасные понимающие родители, пышущее здоровье, замечательная работа, совместный доход, который позволил купить огромный дом у берега моря. И Чонгук — прекрасный, солнечный, звездный парень, который понравился ему с первой встречи. Его дополнение души и сердца, его кровь в венах, его любовь всей жизни. Его единственный настолько добрый, что даже доходит до смешного. Взять хоть его невинные высказывания: «Чимин, не трогай паучка, он только обустроился, пусть живёт с нами», «Чимин, там муравей нёс крошку хлеба, не задави, он любимой своей несёт или сыночку». Да, Чонгук был его. И продолжалось это вечно. Этот прекрасный день не заканчивался никогда.

***

— И что? Нет никаких шансов? Ни малейшего? — голос мамы Чимина дрожал. — Нет, мадам. Это состояние длится уже третий год. А сейчас, кажется, начались ухудшения, никакие известные нам таблетки и инъекции не дают положительного результата, извините. Вы можете обратиться в другие клиники, однако, боюсь, ответ будет одинаковым: шансов нет. Чимин находился, можно сказать, в сумеречном состоянии. Он оставался в одной и той же позе, смотрел вперед без смысла в глазах, но с ненормально счастливым выражением лица. Кормили его санитары, кололи снотворное, чтобы он хоть немного поспал. В тот день Чонгук умер, нелепо и глупо. Поскользнулся и упал, ударился головой о дверной косяк и умер мгновенно. Всё это произошло на глазах Чимина. А после сидел перед телом Чонгука в немом крике, голос будто отключили, хотел позвать на помощь, но его сковало всего. Похороны были через три дня, при вскрытии установили, что Чонгук погиб из-за перелома шейного позвонка. Чимин впал в ступор: перестал реагировать на все внешние раздражители, не знал день или ночь, голоден он или нет. На родителей смотрел будто сквозь них, не слышал их голоса, хотя со слухом проблем не было. Не спал, не ел, не пил. Никакие уговоры и просьбы родных не имели на него действия. И когда он упал в обморок от истощения, родители вызвали врача на дом. Тот помог чем смог, выслушав предысторию случившегося, а после рекомендовал обратится психиатру. Психиатр, осмотрев Чимина, предложил оставить его в клинике, так как прогноз был неутешительным. Поместив его в клинику для душевнобольных, родители немного успокоились, надеясь на лучший исход. Его там выходили, но Чимин в себя так и не пришел. Он остался с ним навсегда.