Операция по спасению

Телефон завибрировал в кармане джинсов. Энжел неохотно оторвался от своего занятия (он стирал стрелки), и отставил в сторону средство для снятия макияжа. Смс от Вала, значит нельзя игнорировать. За два пропущенных звонка его однажды лишили выходного. "Жди меня в комнате, буду через полчаса. Надень что-нибудь поприличней." Энжел закатил глаза. У него сегодня и так было работы невпроворот (одну и ту же сцену переснимали раз десять, что значительно увеличило время съёмок), а ещё и ночь с Валом! Энжел ненавидел эти ночи. Он давно относился к этому как к неизбежному мучению, и чудо, если оно будет недолгим. Его тактика — просто терпеть. Если же Валу что-то не понравится, всё обратится в настоящую пытку. Энжел оттолкнул от себя стаканчик с кистями, и, круто развернувшись, плюхнулся на кровать. Как же всё достало! От Чарли никаких вестей, а ведь он и не думал, что будет по ней скучать. Хаск тоже, как на зло, молчит. Мало того, что Вал запретил посещать отель, так ещё звонить всем, кто с ним связан. И не только звонить, но даже писать. А когда Энжел в первый же день запрета его нарушил, ему досталось, а Вокс по просьбе сутенёра заблокировал все эти контакты в телефоне паучка. Актёр в очередной раз подумал, что дорогой подарок босса — мобильный от совместной компании Ви — Voxtech — просто способ следить и контролировать своего подчинённого. Энжел со вздохом перевернулся на спину. Из открытого окна дуло, и плотная бархатная штора то приподнималась, то опускалась, колышемая ветерком. Взгляд, бесцельно блуждая по комнате, задержался на фото в пластиковых рамках. На них были запечатлены его друзья — веселая, улыбающаяся Черри, Чарли, Вегги и, конечно же, Хаск. Сзади была Ниффти с перьевой метелочкой для посуды. Энжел прикрыл глаза, чувствуя на них уже знакомое пощипывание подступающих слез. Вспомнив, что так и не избавился от старого макияжа, грешник повторно вздохнул и уныло направился в сторону небольшой душевой. Но на этом он не остановился, а набрал ванну. Он слушал успокаивающий гул включённого крана и тер лицо ватным диском. Глядя на горячую воду и пену для ванн с фруктовым запахом, полбутылки которой он только что вылил в эту самую воду, Энжел вдруг почувствовал, что совсем не хочет принимать ванну. Более того, не хочет вообще ничего. Его посетила безумная мысль. «А что если… Нет! …или да? " Он представил Валентино, вошедшего в его комнату, его недоумение и злость на шлюху, которая смеет заставлять босса тратить время на ожидание. Как разъярённый Вал вламывается в душевую и видит неподвижное тело паучка, погруженное в воду. Но он в Аду, значит и повторная смерть ему не грозит. Да, повреждённый организм перестанет функционировать, а труп постепенно станет частью здания. Года через два на полу ванной комнаты появятся глаза. Тело всё равно восстановится, желает ли этого его хозяин или нет. Такая фрагментарная регенерация является очень долгим и болезненным процессом. Энжел разочарованно отвернулся. «Суицид это не выход, ни в жизни, ни после смерти» — вспомнились слова ему Чарли. Он уже было собирался выйти, оставив воду остывать, но вздрогнул от осознания ещё одной идеи. "Есть одно исключение: смертельное ранение, нанесённое ангельским оружием, убивает навсегда". Так и погиб Пентиус, убитый Адамом в битве за отель. Поражённые этим небеса временно отменили истребление, вызвав Чарли на длительные переговоры. Пока весь Ад ликовал, но жители отеля понимали, что эта победа временная, и её результат — не более чем элемент неожиданности. Экзорцисты просто не предполагали, что могут получить отпор. Это странно, но порой Энжел даже в каком-то роде завидовал змееподобному демону. Жалел, что сам не умер в той битве вместо него. Пентиус обменял своё существование на жизни своих друзей и своей любви. У него было ради кого жить. Появилась Черри Бомб, в которую змей влюбился. Всё это благодаря Чарли. Она всеми силами делала это ради них, не обращая внимания на первоначальные ссоры и колкости в её адрес. Но как бы она не старалась, она не смогла заполнить пустоту в душе Энжела. Пустоту из глубочайшего отвращения к себе, пожирающего изнутри. После отлучения от отеля стало ещё хуже. Каждую ночь с Валом он переживал всё трудней. Если раньше это был просто болезненный, и откровенно противный Энжелу процесс, то со временем всё поменялось. Да, на сцене он выглядел также безупречно в своей наигранной пошлости, разве что утратил заразительный озорной блеск в глазах. Но стоило Валу «взяться» за него, с порноактёром начинало твориться нечто странное. Не имея сил оказать физическое сопротивление, Энжел впадал в состояние конвульсивной паники. В глазах темнело, конечности теряли чувствительность и тряслись, горло сдавливало так, что изо рта вырывался лишь хрип. Тело словно парализовывало, когда на нём смыкались чужие руки. Энжела засасывало в чёрную воронку ужаса, сознание отключалось. После первого приступа, случившегося около недели назад, Даст очнулся на смятой постели. Валентино уже не было. Глотая слезы и пытаясь унять дрожь в теле, грешник подполз к краю кровати и его изрядно вырвало. Дотянувшись одной из четырёх рук до тумбочки, он нашарил блистерную упаковку таблеток. Пальцы не слушались, слезы застилали глаза. Кое-как проглотив успокоительные, демон подтянул острые колени к подборку и разрыдался от бессилия, омерзения и боли.