je ne sais quoi

***

      Джисон наверняка делал это намеренно. Потому что больше никак нельзя объяснить, почему он решил надеть эту короткую юбку и идеальный кроп-свитер в бар сегодня вечером. Почему он продолжает устанавливать зрительный контакт с Минхо даже с другой стороны комнаты, прежде чем перевести внимание обратно на остальных людей за своим столом.       Он никогда не приходит один, всегда висит на руке Хёнджина и хихикает, в то время как высокий блондин заказывает напитки для их стола. Джисон прикидывается, что избегает взгляда Минхо, вместо этого крадёт слишком много салфеток и разговаривает с Хёнджином тихим шёпотом. Минхо бы раздражало это, если б он не знал в какую игру играет.       К счастью, Ли знает, какие напитки предпочитает Джисон. Что-то сладкое, с достаточным количеством приторного фруктового вкуса, что он не может чувствовать горечь алкоголя под ним. Поэтому он передаёт клубничный дайкири по стойке. Его желудок делает сальто, когда широкие глаза Хана поднимаются на него.       — Минхо, я это не заказывал...       — За счёт заведения, Джисони. Я знаю, что Феликс наверняка убеждал тебя выпить пару шотов текилы за всю ночь, поэтому просто наслаждайся коктейлем. Ради меня, пожалуйста? — Минхо немного склоняет голову на бок, надувая губы.       После этих слов глаза Джисона засияли:       — Спасибо, хён! — на его щеках лёгкий румянец, когда он аккуратно берёт бокал и уходит к столику в углу помещения.       Когда Джисон снова садится на высокий стул, Минхо требуется дополнительная секунда, чтобы вздохнуть, смотря на то, как юбка Джисона приподнимается на пару сантиметров, обнажая загорелую кожу. Даже с другого края заполненной комнаты глаза Минхо всегда останавливаются на нём.       Джисон избегает бара до конца смены Ли, вместо этого выбирая бросать, как он считал, незаметные взгляды на Минхо. Их друзья продолжали свои попытки напоить Джисона, но даже Минхо мог видеть, как он осмотрительно отказывается от напитков, только попивая дайкири, который Минхо сделал ранее.       Минхо уверен в том, что сегодня ночью Джисон не хочет пить много, и самовлюблённо думает, что это из-за него. Что, может Джисон надеется продержаться трезвым до конца смены Ли.       Когда пришла его очередь уходить с работы, он делает это очень быстро. Жаждущий прийти к Джисону и, конечно, к его остальным друзьям. Он садится рядом с Ханом, обвивая рукой его талию, где свитер еле как доходит до краёв юбки. Джисон даже не реагирует — он просто моментально растворяется в прикосновении, его голова лежит на груди у Минхо, в то время как он продолжает говорить с Феликсом о какой-то видеоигре, в которую они оба сейчас рубятся.       Он чуть ли не пропускает, как Чан посылает ему понимающий взгляд через стол. Потягиваясь, старший издаёт громкий зевок:        — Я думаю, уже поздновато, да? Может нам уже надо закругляться на сегодня.       Все пробормотали своё согласие кроме Джисона, который выглядел расстроенным от перспективы, что их вечер так скоро закончится. Минхо немного наклоняется так, что его губы встречаются с ухом Джисона.       — Почему бы нам не пойти к тебе домой и не посмотреть аниме, которое мы начали неделю назад, чагия? — полное восхищение, отразившееся на лице Джисона, того стоило для Минхо, когда младший встал и обнял его, обвивая руки вокруг шеи.       — Спасибо, хён, — он низко шепчет, посылая мурашки по коже Минхо. — Мне не помешает компания.       Он вытягивает Минхо из бара в холодный зимний вечер. Минхо занимает себя своим телефоном, заказывая им такси, а затем замечает, как Джисон продолжает на него пялиться. Это отличается от обычных взглядов. Немного тяжелее. Немного… Голоднее.       Прежде, чем он успевает задать Джисону вопрос, на что он так смотрит, младший тянется вперёд, быстро соединяя их губы:       — Боже, я так долго хотел это сделать.       Глаза Минхо широко открылись и выразили недоумение. Казалось, что его мозгу слишком много понадобилось думать, чтобы понять, что произошло. В это время Джисон начал сомневаться, выглядя очень неуверенно и отводя взгляд от своего хёна:       — Извини, я не хотел, чтобы это было как-то странно, но… — его голос обрывается.       Мотая головой, Минхо снова приближает его к себе:       — Всё хорошо, Джисони, — и он снова соединяет их губы.       Джисон выдыхает в поцелуй, становясь податливым в руках Минхо. Единственная вещь, прерывающая их, это машина, остановившаяся перед ними. Водитель спрашивал адрес.       Они запрыгивают в неё, их бёдра соприкасаются. Поездка проходит в основном только с мыслями «Джисон-Джисон-Джисон.»       Внутри Минхо осталось ещё немного стыда, поэтому он избегает контакта с взглядом водителя. Не то, что бы это что-то значило, ведь его лицо находится у шеи Джисона, язык лижет всю солёную кожу там. Он думает, что сможет справиться с осуждающим взглядом водителя, если взамен он продолжит слушать красивые звуки, которые издаёт Джисон.       Они сначала сели просто рядом друг с другом, но вскоре Джисон положил свою загорелую ногу на колени Минхо, руки лапали его рубашку, пальцы пролезали в отверстия между пуговицами, он искал под ними кожу Минхо.       — Х-хён, — Джисон стонет, рука, покрытая свитером, подносится ко рту в жалкой попытке заглушить его стоны. — Хён, я так долго тебя хотел, ждал, пока ты сделаешь первый шаг.       Хо проглатывает свой собственный стон от этих слов, выбирая вместо этого укусить обнажённую ключицу Джисона.       Минхо приобнимает талию Джисона, приближая его к себе. Затем его руки нашли края юбки, играя с мягкой тканью, которая еле как прикрывала бёдра. Отстранившись от шеи Джисона, он поднёс руку, чтобы обхватить подбородок младшего:       — Если б я знал, я бы сделал это всё намного раньше.       Он аккуратно соединяет их губы, бабочки колыхаются в его животе, когда он слышит вздох Джисона. Когда их губы едва соприкасаются, он не теряет возможности проскользнуть языком внутрь. Минхо думает, что он мог бы провести так вечность, изучая каждую часть Джисона. Он не спеша проводит языком по его зубам, затем деликатно проходится им по дёснам.       На языке Джисона остался клубничный вкус, и Минхо никак не мог им насытиться. На его коленях податливый Джисон, что практически растворяется в объятиях Минхо, пока тот берёт то, что хочет от младшего. Он очарован тем, как Джисон разрешает ему тыкать в талию так, что на ней остаются отметины от пальцев.       Они отстраняются на секунду, звуки их дыхания заполняют заднюю часть салона машины.       — Блять, Джисон… Ты фантастический.       Джисон издаёт удовлетворённые звуки, слегка извиваясь на коленях Минхо от этих слов. Его взгляд уже затуманился, тепло разливается по всему его телу. Он уже хочет вновь потянуться за очередным поцелуем, когда вдруг резко раздаётся громкий стук, и водитель кашлянул.       — Пожалуйста, просто... — мужчина кротко говорит, жестикулируя руками.       У Джисона всё ещё есть совесть, поэтому он смущается, а Минхо громко смеётся, протягивая несколько вон через пластиковый барьер. Он вытаскивает Джисона из машины, они оба переплетены и спотыкаются сами о себя на их пути к квартире Джисона.       К тому времени, как они доходят до его квартиры, они сразу оказываются на кровати Хана, атмосфера поменялась на что-то более горячее, и Минхо не может убрать руки с Джисона, когда тот садится к нему на колени.       Его руки трогали подол юбки, ткань мягко струилась в его пальцах.       — Ты так красиво оделся ради меня, чагия? Надел эту прелестную юбку, чтобы впечатлить меня?       Джисон простонал после этих слов, его собственные пальцы впивались так глубоко в рубашку Минхо, что старший боялся, что её сдерут прямо с его тела. Когда его рот открывается, Минхо не может сдерживаться и подносит свою руку к его губам. Его большой палец водит круги по верхней губе младшего.       — Какой нуждающийся, — Минхо проговаривает, смотря с удовольствием на то, как Джисон сосёт палец между зубами, покрывая его слюной. — Сделаешь всё, что захочет хён, а?       Он глупо кивает, его бёдра уже начинают опускаться на бёдра Минхо:       — Я буду очень хорошим для тебя, хён, — Джисон посасывает палец. — Хочу, чтобы моему хёну было хорошо, — Минхо приятно от этих слов. Конечно, Джисон уже ужасно возбуждён. Он уже так сошёл с ума по Минхо, только и думает, как заставить своего хёна кончить.       Если бы ему хотелось нежностей, он бы разложил Джисона на кровати перед ним. Может, разрешил бы ему оставить юбку, в то время как он будет толкаться своими бёдрами так глубоко, как только может, маленькая розовая дырочка будет на виду. Он думает, как бы Джисон выглядел красиво ради него, со слёзками в уголках глаз, когда он жадно заглатывает член Минхо, а его тело поддается, идеально подходя Минхо.       Но сегодня он не нежный. Сегодня, если честно, хочется чего-то более грубого. Поэтому он усиливает свою хватку на талии Джисона. Вены на его руках становятся заметнее, и пальцы вжимаются в загорелую кожу, выглядывающую из-под юбки:       — Разве я разрешал тебе двигаться, чагия?       Джисон ахает, мотая головой так серьёзно и быстро, что Минхо боится, что младший получит травму:       — Нет, извини, я буду хорошим, — он сладко обещает, переставая двигать бёдрами. — Пожалуйста, хён, я так в тебе нуждаюсь, я обещаю, я буду хорошим, обещаю.       Минхо выдыхает. Он никогда в жизни не чувствовал себя настолько могущественным. То, как Джисон теряет контроль от желания, то, как он доверяет Минхо, чтобы тот позаботился о нём. Все мысли тут же пропадают. Его голова плывёт, когда он помогает Джисону лечь на кровать, приподнимая немного юбку.       — Оседлаешь меня? Постараешься, Джисони? — спрашивает Хо, прикусывая нижнюю губу. — Дашь хёну всё, чего он от тебя хочет?       Джисон поднимает взгляд, как будто бы Минхо сам поместил все звёзды на небо, и как будто у него есть ответ на каждый вопрос этой вселенной.       — Конечно, я весь твой, хён, — он говорит так, как будто это неоспоримый факт. А так и есть. Весь Джисон предназначен для Минхо, и Минхо тоже предназначен для Джисона, они оба это хорошо знают.       — Хороший мальчик, — Минхо выдыхает, его хватка становится крепче, когда он помогает Джисону лечь на спину. — Такой хороший мальчик для хёна.       Он оставляет засос на шее Джисона, горд тем, как на коже остаются следы от его губ.       Минхо долго водит губами по телу Джисона, продвигаясь вниз, останавливаясь, когда он доходит до юбки. Он думает, что будет стыдно испортить её. Но это будет просто преступление, если он её снимет.       Вместо этого, он садится на корточки и раздвигает ноги Джисона.       — Ты это спланировал.       Просто предположение, правда.       Внутри Джисона была красивая розовая анальная пробка, истекающая смазкой. Минхо удивлён, как он не заметил её раньше. И он также удивлён, как Джисон не превратился в плаксивое месиво в баре, учитывая то, как эта штука давила ему внутри.       Он проводит пальцем по краю дырочки Джисона, с удивлением наблюдая, как он пытается, безуспешно, втянуть оставшуюся часть пробки. Минхо аккуратно берёт в руки украшение, нежно вытаскивая её, пока Джисон не взмолился под ним:       — Х-хён, пожалуйста...       Минхо улыбается самому себе, не спеша водя игрушкой туда-сюда, экспериментируя с тем, какие звуки он может выдавить из младшего, какие симфонии срываются с его губ. Это, должно быть, самый приятный звук, который он когда-либо слышал.       Он думает, что его загипнотизировали стоны и вздохи, которые издаёт Хан. Он ошеломлён тем, как Джисон не знает, куда деть свои руки, потянутся ли к руке Ли или ещё сильнее будет впиваться ими в простыни, на которых он лежит.       — Пожалуйста что, Джисони? Я не смогу тебе помочь, если ты не скажешь, — Минхо дразнит, его руки останавливаются, и он смотрит на младшего.       — П-пожалуйста, ах, пожалуйста т-трахни меня, хён, — голос Джисона слаб, как и он сам. То, как слёзы собирались в уголках глаз Джисона, вызывает тёплое чувство в животе. Глубокое желание заставить Джисона плакать ещё больше занимает место в частях его мозга, и Минхо не может не наклониться вперёд — его язык высовывается, чтобы попробовать солёную жидкость.       Дыхание Джисона прерывается, и его бёдра поднимаются вверх в жалкой попытке найти трение с бедром Минхо. Он борется с желанием напрячь мышцы, позволить Джисону бесполезно тереться о него, пока тот не превратится в скулящий и дрожащий беспорядок. Но вместо этого он цокает языком, позволяя разочарованию просочиться в его голос.       — Ты никак не научишься на своих ошибках, — голос Минхо тёмный и тягучий, как яд. — Хотя, я должен был знать. Что мой чагия не может ни на чём сконцентрироваться, когда отчаянно хочет член. Мне думать за тебя, хм?       Младший скулит под ним — длительный звук, который доставляет Минхо нездоровое удовольствие, потому что именно из-за него Джисон звучит так. Сладкие звуки только для него. Он наклоняется, чтобы оставить нежный поцелуй на губах Джисона:       — Всё в порядке, чагия. Хён подумает за тебя.       Он приподнимает края юбки Джисона, чтобы открыть вид на его член. Небольшой и розовый, идеально подходящий Джисону. Минхо аккуратно обхватывает его своей рукой, лёгкий выдох Джисона заставляет его ухмыльнутся.       — Оу? Тебе нравится, когда хён трогает тебя?       Джисон сглатывает собственный всхлип:       — Да, я это так люблю, — очень послушно. Очень мило.       Минхо лениво проводит рукой по всей длине, его большой палец останавливается, собирая предэякулят, стекающий по члену Джисона. Им, конечно, понадобится смазка, но Хан такой мокрый, настолько, что Минхо даже не верится, что это по-настоящему. Младший очень чувствителен, дёргается от каждого случайного касания и от каждого движения руки старшего.       — Хорошо и то, что я тоже подготовился, Джисони, — Ли бормочет, его язык тянется, чтобы слизать солёную жидкость.       В ней оказался лёгкий привкус сладости, который заставляет его жадно лакать ещё больше, пока Джисону не пришлось срочно потянуть его за волосы.       — Мин, я кончу, если ты продолжишь, — его голос затихает, туманный и лёгкий.       — Мы же не можем этого позволить, не так ли? Почему бы тебе не растянуть меня, чагия, — он слышит, как Джисон сглатывает после этих слов. Младший уже точно представил, как его пальцы будут ощущаться внутри Минхо.       Джисону не терпится. Он просто в восторге.       Он тянется к прикроватной тумбочке и достаёт оттуда бутылочку со смазкой, уже достаточно сильно использованной. Он размазывает её по своим пальцам, прежде чем потянутся к дырочке Минхо. Старший чувствует колебание Джисона, когда тот осознаёт, что Минхо уже готов.       — Видишь, Джисони, у меня было предчувствие, что я окажусь сегодня ночью с тобой в кровати. Поэтому, я немного повеселился перед своей сменой.       — Ты станешь моей смертью, хён, — Джисон шепчет, он уже вошёл в него вторым пальцем, пока тот говорил. Он всё ещё колеблется, медленно трахая пальцами старшего, удивляясь тому, как Минхо кажется таким напряженным, но в то же время таким готовым.       Недолгое время спустя, Джисон до конца растянул Минхо, эти двое — просто запыхавшийся беспорядок.       — Я-я думаю, что ты готов.       — Хороший мальчик, Джисони, — Минхо тихо говорит, потянувшись к члену Джисона. — Ты готов? — в глазах Джисона голод, когда тот кивает, прикусывая губу.       — Всегда, хён, всегда готов для тебя.       Минхо одобрительно мычит, наслаждаясь сопротивлением члена Джисона, когда тот скользит внутрь него. Прошло так много времени. Так много ночей, когда он мечтал об этом моменте со своими секс-игрушками, представляя, каким милым будет Джисон для него. Он рад, что в жизни всё даже ещё лучше.       Он не даёт Джисону времени привыкнуть, он сразу начинает трахать себя, двигая своими бёдрами вверх-вниз. Минхо одной рукой держится за бедро Джисона, а другой обхватывает свою длину, лениво надрачивая самому себе.       — Оу, б-блять, — Джисон тяжело дышит, его руки обхватили бёдра Минхо. Ему стоит позже на него наорать за следы, которые тот оставил, но что-то в этой острой боли всё-таки есть.       — Х-хён, это перебор, — он заикается.       — Ты сможешь это выдержать. Я думал, что ты хотел быть хорошим для хёна? — голос Минхо наполнен фальшивым сочувствием, бёдра останавливаются. — Д-думал, что ты дашь мне взять то, в чём я нуждаюсь.       Ему бы хотелось, чтобы у него получалось оставаться хладнокровным — это его особенность. Минхо, с его холодной натурой, никогда ничего не смущается. Но, когда дело доходит до Джисона, он просто тает и разваливается на части. Даже пока он контролирует ситуацию, он не может сдержать порывы воздуха, вырывающиеся из него при каждом движении, и стоны, когда Джисон задевает чувствительный комочек нервов внутри него. Минхо, конечно, не может сдержать тихое хныканье, которое вырывается, когда он случайно приподнимается слишком высоко, и член Джисона выскальзывает из него.       Так, что он даже не удивлён, когда ложится на грудь Джисона, лёгкие выдохи вылетают из его рта, и слёзы появляются в уголках глаз, когда он молит Джисона трахнуть его.       — П-пожалуйста, Джисони, ах, п-пожалуйста, трахни меня, я так близко, пожалуйста-пожалуйста.       У них не получается снова засунуть член Джисона из-за смеси предэякулята и смазки, он выходит при каждой попытке. Минхо думает, что просто развалится на части, если оргазм не настигнет его в ближайшие несколько минут.       — Хён, мне жаль, очень жаль, — Джисон лепечет, изо всех сил пытаясь поместить свой член в дырочку Минхо. — Пожалуйста, я не могу, я не могу, — его всхлипы такие красивые, думает Минхо.       Красивые, как и всё остальное в нём, но об этом он подумает позже. Но сейчас ему приходится снова взять всё в свои руки.       Минхо соединяет их губы вместе, его язык охватывает рот Джисона. Поцелуй беспорядочен, они практически врезаются зубами друг в друга, пока целуются всё глубже. Он залезает на бёдра Джисона, его член твёрдо прижат к члену Джисона. Раз у них не получается по-нормальному поебаться, то они хотя бы могут продолжить то, что начали в салоне такси.       Он начинает тереться о Джисона, его рот открывается от ощущения юбки Джисона на головке своего члена. Блять. Он знает, что Джисон поноет об этом позже и будет просить Минхо купить новую, но эта территория ещё такая неизведанная, что ему без разницы. Он бы испортил хоть двенадцать таких юбок, если бы под ними был Джисон.       — Трахну тебя по-хорошему в следующий раз, знаю, что ты будешь идеален для меня, да, Джисони? — слова вырываются из его рта быстрее, чем он успевает подумать. — Ты идеально подошёл мне, как будто бы был создан специально для меня.       Джисона утыкается в плечо Минхо, подтверждая сказанные слова:       — Да, я б-бы был таким хорошим для тебя, хён, я предназначен для тебя, мне нужно, чтобы ты в этом убедился.       Звуки их стонов и вздохов наполняют комнату, мокрые шлепки кожи о кожу раздаются эхом вокруг них, пока они достигают своего оргазма.       — Х-хён, я… Я сейчас кончу.       Тело Джисона замирает под ним, и он закидывает голову назад.       Минхо готов поклясться, что Джисон никогда не выглядел красивее, чем сейчас. То, как его глаза закатываются, и как он прикусывает свою нижнюю губу.       Дыхание Джисона задержалось ненадолго, его тело удерживает весь кислород и отказывается выпускать его, пока Джисон не был вынужден глубоко вздохнуть.       Минхо чувствует, как пальцы ног Джисона сжимаются на его икрах, а затем все его мышцы расслабляются, когда он растекается по матрасу, всё ещё переводя дыхание.       — Всё в порядке, хён, — Джисон говорит почти сонно. — Ты можешь продолжать, хочу, чтобы ты кончил на меня, — его голос такой откровенный. Как будто бы он ничего так больше не хочет в мире, как это.       Он издаёт судорожный вздох, достигая собственного оргазма. Он испытал его всем телом, а ведь он уже давно такого не чувствовал. Мозг Минхо слегка немеет. Когда он моргает, возвращаясь в реальность, он чувствует липкую массу между ними, из-за которой его живот практически приклеен к юбке Джисона. Младший, кажется, не осознает этого и слегка напевает, запуская пальцы в волосы Минхо.       — Мы должны были это сделать уже давно, — Джисон хихикает, рукой поворачивая лицо Минхо к своему и даря ему сладкий поцелуй. Он не похож на те, которыми они делились всю эту ночь. Короткий, милый и полный невысказанных слов.       — Я думаю, нам понадобится хотя бы неделя, прежде чем мы сможем повторить что-то подобное. А то ты сломаешь мой член, а это очень несексуально, чагия.       Джисон берёт его за плечо и переворачивает их обоих:       — Мы можем убраться завтра с утра, эта часть ещё не грязная.       Минхо бы хотел сейчас сказать, насколько это мерзко, что они проснутся и пожалеют об этом решении с утра, когда им придётся застирывать простыни Джисона, прежде чем кидать их в стиральную машину. То же самое и с остальными вещами, которые они, наверное, полностью уничтожили.       Но он уже слышит то, как Джисон посапывает ему в грудь. Поэтому, вместо этого, Минхо обвивает талию Джисона и прижимает его к себе. Ну и что, всего лишь немного дольше помыться с утра?       Ведь он и сам еле как держит свои глаза открытыми.