Живи настоящим

      Снова день. Солнечный день. Такой до противного тёплый и радостный, что уже в который раз сожалею, что вышла на улицу.       Я смотрю на небо и щурюсь, взглядом следя за падающим зелёным листиком. Опускаю голову и вздыхаю, садясь на немного влажную после дождя скамейку. По позвоночнику проходит холодок, оставаясь мелкими мурашками. Выдыхаю и откидываюсь на спинку, зажмурившись и вздёрнув голову навстречу Солнцу.       Сожалеем.       Резко открываю глаза и подскакиваю, тут же нервно выдохнув и утерев лицо ладонью, истерически хихикнув. Слова, которых я боялась, эхом отдавались в памяти, мешая сосредоточиться. Как же это надоело.       Встаю и выхожу из парка, засовывая руки в карманы. Плевать, эта прогулка изначально была провальной идеей, не хочу больше об этом думать.

***

      Сижу на кровати и слышу тиканье часов, так неприятно давящее на сознание. Ветер тихо колышет шторы, оставаясь в комнате свежестью и приятно холодя кожу. Включаю телефон, щурясь от яркости, и смотрю время. Почти два часа ночи.       Опять.       Мотаю головой и встаю, ероша волосы и нарезая круги по тёмной комнате. Удручённо вздыхаю и сажусь на корточки, обхватывая себя руками. Дрожу то ли от холода, то ли от переживаний.       Неясно.       Непонятно.       Неважно.       Слышу знакомый звук и поворачиваюсь в сторону тумбочки, тут же вставая и подходя ближе. Включаю телефон и, завидев уведомление, тянусь к очкам. Аккуратно держу душки и, помедлив, напяливаю предмет на нос, открывая приложение и улыбаясь.

      «Не спишь?»

      — Дурачок, время то видел?       Оглядевшись, ложусь на кровать и долго смотрю на короткое предложение. Улыбка медленно сползает с лица и переворачиваюсь на спину. Мне не по себе, чувствую себя отвратно. Решительно нажимаю на кнопку вызова и ставлю на громкую связь. Тишину комнаты прорезают гудки, довольно быстро прекратившиеся. Из динамика послышался тихий родной голос:       — И почему я не удивлён?       — Ну, ты же меня знаешь.       Хихикаю и кладу телефон на подушку, вслушиваясь в убаюкивающий тембр.       — Даже слишком хорошо, — усмехаешься и спокойно продолжаешь, — снова не можешь уснуть?       Молчу, хмурясь.       — Да.       Слышу вздох с той стороны и отвожу глаза. Сама знаю, что чем дольше тяну с бессонницей, тем хуже. Не хочу снова садиться на таблетки.       — Как поход в больницу?       Пытаешься перевести тему.       Мило.       Глупо.       Грустно.       — Это не телефонный разговор.       Повисает тишина. Мне неуютно. Тебе видимо тоже.       — Понял.       Смотрю в потолок и переворачиваюсь, пододвигая гаджет к себе.       — Я соскучилась.       Хихикаешь и чуть громче произносишь:       — Не ожидал услышать от тебя подобное.       — Я очень скучаю, Эн... — Судорожно выдыхаю, пытаясь убрать влагу с уголков глаз, чуть не уронив очки, — ты даже не представляешь, как мне одиноко уже месяц засыпать и просыпаться без тебя.       Мне не по себе.       Снова молчание. Снова тишина.       — Я тоже соскучился и мне тоже одиноко без твоих объятий по утрам. Если бы знал, что командировка будет такой долгой, то уступил бы её Ви, — вздыхаешь, — потерпи ещё немного, я скоро вернусь.       — Обещаешь?       — Обещаю.       Слабо улыбаюсь и укрываюсь одеялом, слушая твоё тихое бормотание, закрыв глаза. Стараюсь забыть сегодняшний день.       Стараюсь уснуть.

***

      Прошла неделя. Всё-таки решаюсь выйти из дома спустя столько времени. На улице снова ярко. Не люблю такую погоду. Медленно хожу по улочкам и решаюсь зайти в магазин. Что-то на ужин надо готовить.       Протискиваюсь между людьми, морщась от чьего-то парфюма. Слышу цыканье в свой адрес и закатываю глаза. Я ведь не виновата, что здесь такая толпа. Подхожу к холодильной витрине и пытаюсь вспомнить, есть ли дома молоко. Щурюсь, пытаясь прочитать мелкие цифры на ценнике и сетуя на свой маленький рост. Вздрагиваю, когда толкает мимо проходящий парень и с презрением оборачивается:       — Слепая что-ли? Не видишь я иду?       Не обращаю внимания и смотрю на упавшие очки.       — Походу ещё и глухая.       Кажется, они треснули. Жаль, недавно ведь меняла линзы. Сажусь на корточки и продолжаю разглядывать. Не хочу вмешиваться в конфликт.       Снова промолчу.

***

      Сижу в кресле с книгой. Замечаю, что в последнее время всё чаще пытаюсь отвлечься от реальности. Удручённо вздыхаю, когда не могу вникнуть в сюжет. Хмурюсь, перечитывая одну и ту же строчку раз за разом.       Бессмысленно.       Поднимаю глаза к потолку, тут же чувствуя что-то странное. Смотрю вниз на запачканные кровью страницу. Снова. Какой это уже раз? Вздыхаю и встаю, зажав нос рукой. Надо сходить умыться.       Надо отвлечься.       Надо глубоко вздохнуть.       Надо перестать волноваться.

      ***

      Стою возле вокзала с руками в карманах. Проклятое Солнце. Натягиваю на голову капюшон, чтобы не так сильно слепило. Вздрагиваю, когда чувствую руку на плече. Поднимаю взгляд и встречаюсь с твоей улыбкой.       Такой тёплой и живой.       Не сдерживаюсь и сильно обнимаю, чуть не сбив с ног. Смеёшься и обнимаешь в ответ, гладя меня по спине. Впервые за долгое время чувствую облегчение, хоть и ненадолго. Хватаюсь за ворот рубашки и тяну тебя вниз, небрежным поцелуем втыкаясь в губы и игнорируя осуждающие взгляды прохожих. Вздрагиваешь, но отвечаешь, подхватывая на руки, чтобы не затекла спина. Мне так нравится ставить тебя в подобное неловкое положение.       Медленно отстраняемся и утыкаюсь в чужое плечо, обвив талию ногами и ероша светлые волосы. Твой запах так умиротворяет. Разворачиваешься и идёшь в сторону дома, попутно что-то говоря.       Пытаюсь успокоиться.       Пытаюсь сосредоточиться.       Пытаюсь улыбнуться на твои шутки.

***

      Спустя столько времени мы наконец собрались с ребятами. Пока ждём прихода Ви Тэд что-то увлечённо рассказывает. Стою с тобой под руку и слежу за каждым движением. Почему-то снова не могу вслушаться в разговор. Повезло, что сегодня пасмурно. Поправляю очки и смотрю в сторону выхода из парка, где скоро должна появиться как всегда опаздывающая подруга.       Снова начинаю нервничать.       Голова забивается ненужными мыслями, выцепляя меня из реальности. Вздрагиваю, когда перед носом кто-то щёлкает пальцами. Поднимаю глаза на только что пришедшую опаздунью, что озадаченно переглядывается с остальными.       Чувствую смятение.       Чувствую неуверенность.       Чувствую тревогу.

***

      Прошло несколько месяцев с той прогулки, в течение которой друзья кидали на меня косые взгляды. Сама осознаю, что стала слишком молчаливой. Ничего не могу с этим поделать. Сейчас сидим с тобой в кабинете врача. На этот раз вдвоём. Пытаюсь придать себе равнодушный вид, но кажется стучащая по полу нога выдаёт волнение. Вздрагиваю, когда чувствую мягкое прикосновение к руке, и перевожу взгляд. Встречаюсь с твоими глазами и расслабленной улыбкой.       Признаю, это меня немного подбадривает.       Наконец мужчина прокашливается и, закончив перебирать бумажки с моими анализами, смотрит на нас и огорчённо качает головой:       — Я сожалею, но нельзя проводить операцию, пока не наступит ремиссия.       Ты хмуришься и аккуратно спрашиваешь, не выпуская моей ладони:       — А что, если она никогда не наступит?       Врач опускает голову.       — Давайте будем надеяться на лучшее.       Смотрю как в пустоту, пока к горлу подступает ком. Становится тяжелее дышать.       Чувствую, как сердце пропустило удар.       Чувствую твою усилившуюся хватку.       Чувствую страх.

***

      Мы сидим на полу в полностью тёмной комнате спиной к спине. Я не знаю, о чём ты думаешь. Наверное, я и не хочу узнавать. С того дня прошло довольно много времени, а я всё не могу перестать вспоминать об этом.       Я до сих пор не могу нормально уснуть.       Я всё больше отстраняюсь от реальности.       Я ещё волнуюсь.       Я перестала улыбаться.       Я не могу больше находиться среди людей.       Я часто паникую.       Я...       — Эн, ты бросишь меня, когда я стану инвалидом?       Слова сорвались раньше, чем я успела подумать. Чувствую напряжение.       Почему так долго молчишь?       Опускаю голову и тихо всхлипываю.       Я уже знала ответ.       Чувствую шевеление, но не оборачиваюсь. Слышу тихий голос:       — Почему ты об этом думаешь?       Проглатываю слёзы и смотрю в потолок, судорожно выдыхая.       — Потому что кому надо заботиться о человеке, что даже чай себе не сможет налить?       Снова молчишь. Меня начинает трясти. Наверное от холода, даже если окно закрыто. Хочется выть и рвать на себе волосы от этой никчёмной жизни.       — Я слепну, Эн, и как бы ты не пытался отрицать, это так. Ничего не помогает, я уже не вижу дальше собственного носа и мне страшно! — Чувствую, как по щекам катятся горячие слёзы и сажусь боком к тебе, — мне очень страшно, что я больше не смогу видеть радостные лица друзей и твою подбадривающую улыбку. Мне плохо от осознания, что ремиссия может не наступить. Мне тошно от самой себя и...       — Живи настоящим.       Что?       Медленно разворачиваешься и берёшь аккуратно моё лицо, снимая очки и утирая влагу, смотря сверху вниз.       — Не думай о том, что может произойти потом и не загоняй себя в угол. Просто живи. Живи так, как хочешь. Живи так, словно завтра не наступит. Живи настоящим, — целуешь в щёку и притягиваешь в объятия, — а я всегда буду рядом несмотря ни на что. Я не уйду, даже если ты ослепнешь и всегда помогу налить чай. Мы справимся. Шаг за шагом, вместе?       Расслабляюсь и хватаюсь за уже промокшую футболку, прижимаясь дрожащим телом к тебе и, не сдерживаясь, плачу, пытаясь найти утешение в мягких поглаживаниях и успокаивающих словах. Я не хочу больше думать об этом. Не хочу знать, что будет дальше.       Я просто хочу спокойной жизни.       В ту ночь впервые за год мне удалось спокойно вздохнуть.       В ту ночь впервые за год я перестала волноваться.       В ту ночь впервые за год мне удалось уснуть.       Тогда я так и не узнала, что ты боялся не меньше меня.