Как тебя покорить?

      Есть вопрос, который мучает Чонгука уже несколько месяцев, начиная с того момента, как начался первый учебный год в старшей школе: как покорить Ким Тэхена? Не проходит и дня без мысли об этом. Чонгук идет в школу — думает о Тэхене и о том, как будет смотреть на него издалека и наслаждаться этим. Жаль лишь издалека... Вблизи Тэхен намного красивее. А еще страшно становится, когда Тэхен ловит его за бесстыдным рассматриванием издалека. Поэтому подойти и заговорить еще страшнее. Когда Чон протирает штаны на стуле во время уроков — думает он совершенно не о химии (или что там рассказывает эта женщина), а о том, как повезло Чимину, ведь он сидит с Тэхеном за одной партой, в соседнем классе, в кабинете под номером тридцать пять. В обед Чонгук думает о том, что хотел бы сесть рядом с Тэхеном и Чимином, ведь Пак вообще-то его друг с начальной школы, и они живут на одной лестничной площадке. Но рядом с Чимином все еще сидит Ким Тэхен, в которого Чонгук влюблен и к которому даже подойти боится, не то, что заговорить с ним. Возвращаясь домой, тоже думает о Тэхене. И совсем немного о том, что он трус, лох и неудачник, что так и закончат они школу, а он так и не признается Киму в любви. Дома, после выполнения домашней работы, Чонгук начинает заниматься своим любимым делом — мечты о Тэхене. Он мечтает о свидании в парке аттракционов, мечтает держать его за руку на страшных американских горках, мечтает угостить сладкой ватой и корндогом, мечтает выиграть для него самого большого плюшевого медведя в тире, мечтает поцеловать его на колесе обозрения под конец вечера. А потом проводить до дома, накинув на его плечи свою кофту. Ужасно романтично. Но потом Чонгук вспоминает, что не может даже пары слов связать, когда Тэхен находится в паре метров от него, волнуясь до потери пульса. Потеет как бегемот, тоже, кстати, от волнения. Краснеет как помидор от смущения, к слову. Таких как Тэхен Чонгук еще не встречал. Хотя, может и встречал, но не обращал внимания. Это ведь не важно! Тэхен для Чонгука — самый красивый, светлый и потрясающий парень на свете. Он харизматичный, энергичный, потрясающе красиво улыбается, стильный, его очень выразительные карие глаза обрамляют супер густые ресницы (не спрашивайте, откуда Чонгук это знает), у него потрясающий музыкальный вкус (не спрашивайте…), он пишет умные цитаты под своими фотографиями в инсте (говорю же, не спрашивайте!). Одним словом, Тэхен — парень мечты Чонгука. Но как его добиться сам Чонгук понятия не имеет. Немного позже к Чонгуку приходит Чимин, чтобы как обычно сделать у него домашку по алгебре, ведь Чон разбирается в ней намного лучше. Чонгуку не привыкать — его наглый сосед тире одноклассник пользуется его мозгами и добротой с самого первого дня в начальной школе. Он безвольно садится за кухонный стол рядом с Чимином, и заглядывает в его тетрадь, проверяя, что он там карябает своими культяпками, особо не вслушиваясь в то, о чем парень болтает. Но вдруг он цепляет из всего монолога Пака одно единственное слово. «Тэхен». — Что там у Тэхена? — оживляется Чонгук, переводя взволнованный взгляд на друга. — Да нормально у него все, — с понимающей улыбкой отвечает Чимина, бросая ручку на стол, так как понял — с математикой Чонгук ему сейчас не поможет. — Ты так и не поговорил с ним? — Нет, — понуро отвечает Гук. — Я не знаю с чего начать разговор, не знаю, о чем спросить… боюсь показаться полным идиотом в его глазах. Чимин пропустил смешок. — Не хочу тебя разочаровывать, но ты и так полный идиот. — Чимин! Я серьезно! — возмущается Чонгук, моментально вспыхивая от обиды. Он, значит, делится с другом невероятно личным, а он, падла такая, смеется! — Он мне так нравится, я так в него влюблен… Чимин, я не знаю, что мне делать! Он ведь такой… Ну… Он такой, — Чонгук не может подобрать слов, бегая глазами по кухне. — Он такой прекрасный, а я… — А ты идиот? — подытоживает Пак. — Я серьезно, Чимин! — почти хнычет Чон. — Так я тоже, — снова смеется. — Как его покорить? Как это сделать, Чимин? Я уже весь извелся… — Да вижу я, — снова понимающе улыбается. — Ты можешь ему спеть. — Спеть? — удивляется Чонгук. — Я не умею. — Сокджин может тебя научить, он же поет на всех школьных мероприятиях, причем очень хорошо! — Может, что-то другое? — мнется Чонгук. Конечно, он уже благодарен Чимину, что оказался небезразличен к его беде, но петь Тэхену… Такое Чонгук сделать не сможет точно. — Ты должен хотя бы попробовать, — уговаривает его Чимин. — Выбери какую-нибудь супер романтичную песню, выучи слова, Джин поможет все правильно спеть. Туда-сюда и ты уже парень Ким Тэхена! Чонгук нерешительно кивает, соглашаясь с тем, что попробовать он может. Да и перспектива «туда-сюда и стать парнем Ким Тэхена» очень даже прельщала. Весь оставшийся вечер они занимаются математикой. Потом с работы приходят родители Чонгука и почти за уши вытаскивают Чимина из их квартиры и волокут парня к нему домой. Засиделся, так сказать. Оставшееся до сна время Чонгук тратит на то, чтобы найти подходящую песню и договориться с Сокджином. И то и другое оказалось задачкой со звездочкой. Чонгук мог бы потратить уйму времени на то, чтобы выбрать идеальную песню, но проблема заключалось в том, что времени было мало. Джин, после долгих уговоров и подробного объяснения, зачем и почему ему это надо, согласился позаниматься с ним завтра вечером. В другие дни не может. Поэтому у Чонгука был лишь один вечер. И этого было чертовски мало. И вот вечером следующего дня после школы Чонгук уже сидит в комнате Сокджина напротив него самого. Рядом с ними синтезатор. Они рассматривают друг друга в тишине уже несколько минут, после чего Джин выдает: — Ты реально по уши влюбился, — констатирует факт парень. Чонгук кивает. Джин начинает разминать пальцы, чтобы сыграть какую-нибудь распевку, параллельно спрашивая Гука, выбрал ли тот песню. Выбрал. Never Gonna Give You Up , которую исполняет Рик Эстли, о чем и сообщает Чон парню. Сокджин, услышав его слова многозначительно молчит, выглядя очень удивленным. По его лицу Чонгук смог считать лишь «еще более древнюю песню выбрать не мог?», из-за чего его щеки побагровели. Еще через пару минут они преступили к распевке. Очевидно, что особым талантом к пению Чонгук наделен не был, да и к музыке в целом. И после нескольких повторений каких-то простых мелодий, которые Чонгук должен был пропеть, с этим было решено покончить, так как особых плодов это не давало. Чонгук включил с телефона минусовку и начал петь заранее заученный текст, временами поглядывая на Сокджина, будто ища его одобрения. Но тот больше не давал волю своим эмоциям, будучи полностью сосредоточенным на том, что слышит. — Ну как? — робко спросил Чонгук, после того, как закончил петь на первом припеве. — Тебе честно или так, чтобы вселить надежду? — со вздохом выдал Джин, складывая руки на коленях. — Д-давай честно? — и без того крошечная уверенность смылась в унитаз от слов парня. — С таким пением твои шансы покорить Тэхена равны нулю, — сказать, что Чонгук расстроился — ничего не сказать. Губы его задрожали и он вот-вот был готов разрыдаться от обиды. Тэхен будто с каждой его попыткой приблизиться наоборот отдалялся и становился чем-то недосягаемым. — Может быть, ты попробуешь, ну, станцевать для него? — предлагает Сокджин, с сожалением смотря на Гука. Видеть, как друг на глазах тускнеет — невыносимо. — Станцевать? — переспрашивает Чон. — Я не умею… — Да ты попробуй! — пытается подбодрить его Джин. — Попроси Хосока тебя научить, он же танцует с тех пор как научился ходить! Чонгук соглашается — не остается ничего другого. Благодарит Джина за помощь и идет домой. По пути находит номер Хосока и, объяснив ему все, слезно просит помочь. Хосок соглашается, на удивление, быстро. Гораздо быстрее, чем это сделал Сокджин. На следующий день радостный Чонгук сразу после школы бежит в танцевальную студию, где тренируется Хосок, не видя перед собой никого и ничего. Он снова так близок к тому, чтобы завоевать Тэхена! От этих мыслей его переполняет восторг, и ноги сами несут его на четвертый этаж, на крыльях любви, так сказать. Однако длилось его счастье не долго. После разминки Хосок мучил его разными танцевальными связками почти три часа. Чонгук почти падал от усталости, покрываясь миллионным по счету слоем пота. Но Хосок из раза в раз одним строгим взглядом заставлял его вскочить с пола и продолжить танцевать! И все это длилось почти три часа! По истечению которых, Хо сказал лишь это: — Слушай, ну танцы это явно не твое. Ты бревно, не можешь запомнить даже простейшую связку, а хочешь покорить Тэхена танцем, — сообщает Хосок очевидные факты, сложив руки на груди и глядя на обессилено валяющегося на полу парня через зеркало. Да, может его слова и звучат грубо, но зато они правдивы. Хосок не станет лгать друзьям. — Может, тебе попробовать написать ему стихи? — предлагает он, оборачиваясь, и помогая парню подняться. — Я никогда не писал стихи, — грустно отвечает Чонгук. — Никогда не поздно начать, — пожимает он плечами. — Тем более, Намджун сможет тебе что-нибудь подсказать. Он же сочиняет тексты для выступлений с Юнги. — Но ведь реп и стихи с признанием это не одно и то же… — полушепотом из-за дикой усталости отвечает Чон. Сил нет даже для того, чтобы поднять голову и посмотреть на Хосока. Приходится согласиться с предложением Хосока. Стихи так стихи, лишь бы не танцы. К тому же, рассуждает Чонгук, стихи это не так уж и сложно. Исключительных физиологических данных для этого не нужно, в отличие от танцев и пения. Достаточно ума и фантазии, а с этим у Чона, слава богу, все отлично. Уставший, но воодушевленный еще одной идеей, как покорить Тэхена, Чонгук плетется домой так долго, что мама успевает позвонить ему раз пять точно, волнуясь, где так поздно пропадает ее сын. Когда Чон пересекает порог квартиры, он сразу же идет в душ, надеясь освежиться и привести в порядок мысли. Сегодня он твердо намерен сделать гигантский шаг навстречу своей любви. Но по пути от ванной до комнаты его ловит мама, требуя объяснить, что с ним происходит. И тут Чонгук сыпется. Со всеми этими мыслями о Тэхене, мечтах о том, как он будет ходить на свидания с ним и целоваться, он совсем забыл о том, что у него есть родители, которые не то, что не знают, что их сын влюбился, они не знают даже, что их сын не интересуется девчонками. Он растерянно смотрит на маму, не зная, как правильно донести до нее все новости. А она ждет ответа, преграждая ему путь в комнату. Деваться некуда. Приходиться говорить. — Я влюбился и не знаю, как его покорить. Пытался научиться петь, танцевать, но у меня не выходит. — Покорить его? Что за странная формулировка? — удивляется мама, совсем не обращая внимания на то, что Чонгук сказал «его» вместо «ее». — Ну, да? — неловко выдает Гук, переступая с ноги на ногу. — Я хотел написать ему стихи, больше идей нет. — А поговорить ты не пробовал? Может, твои потуги бесполезны, и ты ему совсем не нравишься? Как ты покоришь того, кто в тебе не заинтересован? Рот Чонгука открывается от изумления. Точно. Правильно Чимин говорил, что он идиот. И как он не додумался до этого? Он ведь может даже не нравиться Тэхену, а он тут его покорять собрался! Точно идиот! Он ведь с ним ни разу нормально не разговаривал, лишь невнятные бе-ме, заикания, долгие взгляды издалека, пока Тэхен не уловив его взгляд и не посмотрев в ответ, не пристыжает его этим. Какой же Чонгук влюбленный дурак. Из-за своих фантазий не видел очевидных вещей. Но от своего плана он отступаться не собирался. Ведь уже столько сил вложено! Чонгук хотя бы должен попробовать написать ему стихи, а если не поможет, тогда он соберет все свое достоинство в кулак и поговорит с Кимом. Очнувшись от своих мыслей, Чон понял, что мама уже давно смотрит телевизор в гостиной и не мешает ему пройти в комнату. Поэтому он, еле-еле передвигая ногами, подходит к письменному столу, откладывает на его край телефон, чтобы в случае чего, позвонить Намджуну и попросить совета. Выуживает из ящика листок бумаги, из стаканчика с ручками достает карандаш и начинает писать то, что крутиться в его голове уже не первый день.

Как тебя покорить?

Как тебя покорить не знаю я

Не проходит без этой мысли дня

Не проходит и дня

Как тебя покорить?

Укажи мне какой-нибудь намек

Близок я или так же все далек?

Или очень далек?

Я бы спел тебе, да не умею петь

Станцевал бы тебе, да не умею танцевать

Дал бы кофту свою, да сам легко одет

Написал бы стихи, да никогда не писал

Мысли удивительным образом сложились в слова на бумаге, и Чонгук перечитывая их, невольно улыбался. Идеально. Просто идеально. Даже помощь Намджуна не потребовалась. Еще немного подумав, Чонгук добавляет внизу листка еще одно предложение: «Тэхен, пойдешь со мной на свидание в парк аттракционов?» и откладывает на край стола. Вот теперь точно идеально. С довольной улыбкой на лице, Чонгук падает на заправленную постель, и с мыслями о том, как завтра отдаст стих Тэхену, засыпает. Утро наступило для него неумолимо быстро и сопровождалось отнюдь не радостным пением птиц, а противной трелью дверного звонка. Первых несколько секунд, Чонгук не может понять, что вообще происходит. Все тело ноет после вчерашних издевательств, кодовое название которым «танцы». Подняться получается не с первого раза, ноги не гнутся и пульсируют от боли. Телефон, оставленный на столе вчера вечером, оказался разряженным, а тем временем в дверь уже стучали и руками и ногами. «Проспал» — с ужасом осознал Чонгук. Кое-как доковыляв до двери в коридоре, Гук щелкает замком и открывает. В следующую секунду его челюсть готовиться встретиться с полом, а глаза на лоб полезть. Это Тэхен пришел. И стоит всего в метре от него. С ума сойти! — Чонгук? У тебя все в порядке? — взволнованно спрашивает он, оглядывая его с ног до головы. От смущения Чонгук готов сквозь все шесть этажей провалиться. А потом прямо в ад. Он же так мерзко выглядит! Замученный, заспанный, растрепанный и зубы он не почистил! Ладно хоть с вечера в душ сходил, иначе вообще катастрофа! — Чимин звонил тебе, но ты не брал трубку, а он уже в школе, так что я не знал, что с тобой, поэтому решил зайти и проверить тебя. Я так переживал! Ты проспал, что ли? Из-за того, что вчера танцевал до упада? — Тэхен продолжает сыпать вопросами, а Чонгук лишь глупо моргает. Так. Стоп. Тэхен ведь живет в другом районе. Ему до дома Чонгука пешком как два раза до школы дойти, то есть очень далеко. И откуда он вообще знает, где Чонгук живет? Так. Еще подождите. Тэхен переживал за него? За его самочувствие? За самочувствие Чон Чонгука?! Так. Нет-нет, еще подождите. Откуда Тэхен знает, что он вчера танцевал? Откуда знает, что до упада? — Откуда ты знаешь? — тихо спрашивает Чон, будто бы обо всем сразу, чувствуя, как от смущения его лицо заливается краской. — Мне… Рассказали. Не нужно было так стараться, чтобы понравиться мне… И тут челюсть Чонгука все же встретилась с полом. Фигурально, конечно же, но все же! Получается, Тэхен все знает? — Так ты знаешь? — еще тише спрашивает Чонгук, не узнавая собственного дрожащего голоса. Ужас сковывает его по рукам и ногам. Ему сейчас страшно даже смотреть Тэхену в лицо, не то, что говорить с ним или слышать что-то от него. Хотя в любой другой момент он бы с жадностью ловил каждую эмоцию на его красивом лица, запоминал, а потом хранил бы у себя в голове до скончания веков. — Знаю ли я о том, что ты влюблен в меня? — с улыбкой спрашивает Ким — это слышно по его голосу. — Ну конечно же, я ведь не идиот, чтобы не замечать такое. А вот Чонгук еще раз убеждается в том, что он идиот, как и сказал Чимин, раз думал, что Тэхен не замечает его влюбленности. Невыносимо стыдно. Чонгуку хочется отвесить себе и леща, и подзатыльник, и пинок под сраку, чтобы впредь не тупил так безбожно. Если «впредь» вообще будет. — Извини, если тебя это задевает, я не специально. Больше не буду, — виновато шепчет Чонгук, и уже собирается закрыть дверь и погрузиться в свои страдания из-за разбившегося сердца, как вдруг Тэхен подходит ближе. Чонгук замирает на месте. — Ты о чем говоришь? — его голос звучит немного мягче, не так энергично, как раньше. Чонгук поднимает глаза и тут же встречается с Тэхеном взглядом. — Как это больше не будешь? Почему? Я тебе больше не нравлюсь? — Нравишься, — заверяет Чонгук, дрожащим от накатывающих чувств голосом. — Но нравлюсь ли я тебе? — и делает шаг к Тэхену. Теперь между ними практически нет места, стоят почти вплотную. Откуда в нем такая смелость — вопрос, который будет мучить Чонгука, наверное, всю оставшуюся жизнь. Если, конечно, его сердце не остановиться посреди этого разговора. Превозмогая смущение и стыд, Чонгук смотрит Тэхену в глаза. Они практически одного роста и комплекции, поэтому взгляды их направлены прям друг на друга. — Ты веришь в любовь с первого взгляда? — спрашивает Тэхен, то опуская глаза, то снова поднимая. Через секунду до Чона доходит то, что Тэхен смотрел на его губы. А еще через секунду — смысл сказанных Тэхеном слов. — До встречи с тобой не верил. Мгновением позже, Чонгук замечает, как на лице Тэхена промелькнула легкая улыбка. Всего на секунду такая же улыбка появилась на лице самого Чонгука. — Можно я тебя поцелую? — вот сейчас улыбка полноценно расцветает на лице Кима. Чонгук ведь уже говорил, что она самая красивая? — Я еще не чистил зубы… — Плевать. Глупо моргнув пару раз, Чонгук кивает, соглашаясь. Откуда в нем столько смелости, он все еще не понимает. Но когда губы Тэхена прикасаются к его собственным, он перехватывает Кима поперек спины, прижимая к себе вплотную. Своей грудью он ощущает сердцебиение парня, и понимает, что не один он здесь влюбленный дурак. Особо не понимая как действовать, Чонгук дает Тэхену вести в поцелуе, но тот не длится долго. Всего несколько мгновений. Но за это ничтожно малое количество времени, Чон почувствовал себя самым счастливым человеком на планете. — Ты пойдешь сегодня в школу? — спрашивает Тэхен, немного отстраняясь. — Кажется, мы успеем к третьему уроку. Чонгук задумывается. Оценивает ситуацию. И обращает слишком много внимание на слово «мы», сказанное Тэхеном. Из его уст оно звучит особенно приятно. — Нет, я тела не чувствую, — признается он. Хотелось бы почесать затылок, но руки каменно тяжелые и неподъемные. — Неужели я настолько хорошо целуюсь? — Тэхен играет бровями, и улыбается уголками губ. Чонгук ведь уже говорил, что Тэхен самый харизматичный человек, которого он когда-либо встречал? — Нет, это из-за… — Нет? — наигранно удивляется Ким. — Нет! в смысле, да! Но как бы нет, — восклицает Гук, путаясь в собственных словах. — Это из-за танцев. У меня все болит, и если честно, я едва встал, чтобы открыть дверь. — Значит, я отлично целуюсь? — уточняет парень. — Да, — смеется Чонгук. — Мне очень понравилось. — на секунду повисает молчание и Чон вдруг вспоминает о листе, который лежит на его столе. — У меня есть кое-что для тебя. Зайдешь? Тэхен, конечно же, соглашается. Хромая на обе ноги, и вообще с трудом передвигаясь, Чонгук доходит до своей комнаты, а потом и до стола, Тэхен следует за ним. Руки почему-то вновь задрожали. Но назад дороги нет. Чон протягивает заветный листок Тэхену, молча ожидая его реакции на написанное. Следит за тем, как его глаза бегают по строчкам, отсчитывает секунды до того, как Ким выскажется о прочитанном. И о приглашении на свидание. — Что ж, — с улыбкой начинает Тэхен. — Мне понравилось, очень, — и дарит Чонгуку такую улыбку, от которой его сердце делает кульбит в грудной клетке. Стотонный груз опускается с плеч Чонгука, и он облегченно выдыхает. — Я рад. Тэхен выглядит задумчивым, снова опуская взгляд на лист бумаги. — Я пойду с тобой на свидание, но у меня есть несколько условий, — заговорчески начинает Тэхен. Лицо Чонгука выражает легкий испуг, но он кивает, давая парню понять, что готов на все. Вот прям реально на все. — На страшных американских горках я буду держать тебя за руку, в тире я выиграю для тебя самого большого плюшевого зайца, мы обязательно будем есть сырный попкорн, и под конец вечера поцелуемся на колесе обозрения. Чонгук еще раз облегченно выдыхает. Не зря его сердце выбрало именно этого парня. — Вообще-то, это был мой план для идеального свидания с тобой, за исключением пары моментов, — пытаясь сдержать счастливую улыбку, говорит Чонгук. — Каких это? — удивляется Тэхен, хлопая ресницами. — Плюшевого зайца и попкорна. — Но с остальным то ты согласен? — с надеждой спрашивает Тэхен. — На все сто.