Обни(me)

I need a place that's hidden in the deep Where lonely angels sing you to your sleep Though all the world is broken I need a place where I can make my bed A lover's lap where I can lay my head

      Любимая в последнее время песня в бессчётный раз за этот день доиграла до конца, Джисон нехотя убирает наушники в чехол и оглядывается. Пройти по подробно и заботливо написанному для гостей маршруту оказалось очень легко, поэтому обычно хронически опаздывающий Джисон пришёл к назначенному месту на 20 минут раньше. И если всю дорогу его соответствующее масштабу грядущего события волнение было скорее радостное от предвкушения новых эмоций, то теперь тревожное трепыхание сердца заставляло дыхание сбиваться и настойчиво требовало от Джисона куда-нибудь спрятаться.       Но спрятаться негде. И вообще хватит уже - избегать, укрываться, искать отговорки. К чёрту это всё! "Такой путь уже был проделан, во всех смыслах, уйти сейчас означает перечеркнуть все мои старания" - как мантру повторял себе Джисон. Это правда. За два часа, проведенных в дороге с двумя пересадками, он успел досконально проанализировать, как вообще оказался в точке, где платить за возможность пообниматься с незнакомцами стало чем-то приемлемым. Сложный выход из абьюзивных отношений, проработка детских травм, групповая терапия, духовные практики, параллельно - трудоголизм и игромания, а на фоне - то маниакальный поиск партнёра, то полный отказ от самой идеи близости... Джисон, кажется, к 24 годам побывал во всех крайностях и только теперь нащупал пусть и зыбкую середину, в секторе, где любовь к себе - это не просто слова, где границы - защищаются, а потребности - удовлетворяются. И вот теперь он здесь - делает последний вдох-выдох перед входом в какое-то хипстерское йога-пространство в центре города, на Cuddle party.       Некоторые из тех, кому он в стремлении манифестировать то, что он всё-таки дойдёт сюда, рассказывал о планах, сочувственно цокали и говорили в ответ, что им-то такое не нужно, что скиншип - это не для них, но Джисон теперь уже убеждён, что физический контакт с другими необходим абсолютно всем, просто кто-то находит в себе силы признавать свою слабость, признавать, что хочется иногда котёнком тыкаться в плечо кому-то, облаком обмякать в объятиях, становясь уязвимым, а кто-то уже настолько глубоко в броне из двусторонних колючек, что любая близость для них самих становится болезненной.       Джисон не осуждает, но и сам не загоняется. В конце концов, будь он один такой, жаждущий простых человеческих прикосновений, без подтекстов, обязательств и триггеров, не было бы такой организации, которая проводит подобные мероприятия вот уже несколько лет для кучи разных людей. Это как-то успокаивает. А перспектива обнимать кого-то дольше социально приемлемых трёх-пяти секунд и вовсе окрыляет.       У стойки ресепшена его встречает кудрявый молодой человек, на вид постарше самого Джисона, с располагающей улыбкой на лице и планшетом в руках, отмечает его в списке, начинает рассказывать, где тут что, где переодеться, где налить чай, куда идти потом.       - Вот тут у нас девушки сидят, ожидают, - игриво говорит Бан Чан, у которого, как и у всех уже присутствующих, на футболке был самодельный бейдж с именем из малярного скотча.       Джисон повернулся туда, куда жестом указал организатор, улыбнулся, помахал сидящим за столом гостьям. Джисон вежливый и воспитанный - пусть все это увидят. Первое впечатление всё же очень важно, так ведь? Как никак следующие 4 часа ему предстоит провести в компании этих людей. Долго не задерживаясь в чайной, Джисон метнулся в раздевалку. В памятке было рекомендовано сменить джинсы на спортивные штаны, взять чистую футболку и носки, худи на случай, если станет прохладно, а Джисону свойственно чётко следовать инструкциям, поэтому он прихватил с собой всё. Так как-то спокойнее.       Зеркало на стене отразило вполне себе симпатичного молодого человека. Свободная одежда как-то сразу одомашнивала, настраивала на приятное времяпрепровождение, создавала ощущение, будто он просто пришёл в гости к друзьям после работы. И сейчас они просто отдохнут вместе - ничего странного. С таким чувством Джисон и вышел снова к людям, столкнувшись по пути в коридоре с несколькими новоприбывшими. Чайная шуршала спокойными разговорами. Сразу бросались в глаза те, кто были тут не в первый раз - они громче здоровались, по-хозяйски располагались на диванах, смело предлагали чай и фруктовую тарелку, шустро обеспечили малярным скотчем и маркером, чтобы Джисон сделал себе бейдж. Следуя совету кудрявого парня у входа, он, конечно, не решился назвать себя принцесской, но всё же выбрал не то имя, которым обычно представляется. Хотя оно ему то же по праву принадлежит. Три немного корявые зелёные буквы было решено украсить по сторонам восьмыми нотками - Джисон подумал, что это даст зацепку собеседнику мол “О, наверное, он любит музыку!” и поможет тому начать разговор с ним. Однако это неловкое опасение, что с ним сложно будет заговорить, оказалось излишним, потому как, стоило Джисону прилепить кусочек клейкой ленты к худи, его тут же спросили:       - А первое слово на твоей толстовке как-то связано с удовольствием, да? - вопрос прозвучал от девушки в сером (Джисон решил, что будет пытаться запомнить всех по одежде, ибо с именами у него всегда было сложно), которая до этого несколько секунд всматривалась в вышитые на ткани в области груди буквы.       На самом деле, ему пришлось опустить глаза вниз и всё же перечитать надпись, которую он, конечно же, знал наизусть и безумно любил.       - Ну, у слова treat, как часто бывает, есть несколько значений, одно из них действительно про что-то приятное, например, на Хэллоуин, дети традиционно говорят Trick or treat, типа “Гадость или сладость”, - начал Джисон и поймал на себе несколько любопытных взглядов, - но это слово - ещё и глагол, означает что-то типа “вести себя по отношению к другим”. Вся фраза treat people with kindness переводится как “относись к людям с добротой”       - Дай угадаю, Хан, - та же девушка снисходительно улыбнулась, и Джисон уже знал, чем закончится это предложение, - ты преподаватель английского или типа того?       - В точку, - тем не менее в слух подтвердил он, а мысленно стукнул себя по лбу за то, какой до стыдного очевидный.       Разговор продолжился в заданном направлении - об иностранных языках и разных культурах, в него включились ещё несколько сидящих рядом ребят, которых Джисон несмело рассматривал, моментально фиксируя какие-то аспекты их внешности, отметил, что пока что никто ему не показался привлекательным, но тут же одёрнул себя, напомнив, что пришёл сюда не на рынок парня выбирать.       - Я вот знаю, что в китайском слово “хорошо” записывается двумя иероглифами, - инициатива в беседе плавно и естественно перетекала и рук в руки, или правильнее сказать “из уст в уста”, теперь говорил парень в кофте на молнии, - Первый означает “женщина”, а второй, как думаете, что?       - “Мужчина”, очевидно, - предположила сидящая рядом женщина в хлопковой блузке, старшая из всех присутствующих, судя по седине в волосах.       - А вот и нет! - торжествующе продолжил парень, расплываясь в улыбке, по которой Джисон понял, что тот рассказывал эту байку уже десятки раз, каждый раз получая одинаковую реакцию, - второй иероглиф - это “сын”. Согласитесь, многое говорит о менталитете народа?       Джисон согласен. Не в слух правда. Разговаривать его больше как-то не тянет, благо вокруг много других, готовых и покивать активно, и ещё каким-то нетривиальным фактом из мира лингвистики поделиться. Джисону комфортно от того, что он не чувствует давления высказываться и заполнять паузы бессмысленной речью.       Он меланхолично наблюдает закат за окном, погружаясь в свои мысли, пока его не отвлекает хлопок в ладоши. Пришедшая в чайную довольно милая девушка-организатор в длинной чёрной юбке представляется именем, которое Джисон не старается запоминать, и приглашает всех в большой зал. “Ну всё, начинается!” - проносится в его голове, и он в последний раз ловит проходящую по телу - из головы в пятки - волну тревоги, шумно выдыхает и движется в потоке с остальными на встречу с неизведанным.