Печальные динозаврики или сказ о душевных терзаниях Волшебник

В розоватых лучах закатного солнца слова на табличке читались, пожалуй, через чур хорошо. Волшебник моргнула, беззвучно, одними губами повторяя начертанные на деревянных брусках символы. Их смысл никак не укладывался в голове. Медленно, словно воздух на склоне холма загустел в несколько раз, девушка повернула голову к своему партнеру. Реликс стоял чуть поодаль, его лицо на первый взгляд не выражало абсолютно ничего. Лишь тот, кто знал его чуть лучше и провел с ним достаточно времени, мог разглядеть в глазах Фиш сильное беспокойство, сожаление и вину. — Панчо… — прошептала Волшебник. Её голос дрогнул, а на глазах начали наворачиваться слёзы. Панчо слышал их разговор? Почему она не предусмотрела этого… Почему каждый поступок, совершенный ей сегодня, обязательно оборачивался провалом? Слишком много ошибок для одного дня, слишком много грёбаных критичных ошибок! — Я… Я ведь не это имела в виду. — пролепетала Волши, не зная, пытается ли она оправдаться сейчас перед Реликсом, Модером или… самой собой? — Я не винила его ни в чём, я не хотела… Я не хотела! А ведь и правда, не хотела. Волшебник точно не планировала превращать погожий солнечный денёк в сплошной кавардак. И, разумеется, она не хотела причинять вред собственному сыну. — Это займёт не так много. — пообещала Волшебник, заглядывая в любопытные зелёные глаза ребенка. Мальчишка немного расстроено хмурился, когда его опекунша выпрямилась и поднялась на ноги. — Минут десять-пятнадц… — не дав девушке договорить, Панчо подался вперёд и стиснул её в крепких объятьях, выбивая из груди воздух. — Ох… Я… Я правда скоро вернусь, хорошо, малыш? Просто мы действительно давно обещали Момо посмотреть её дом. Панчо зажмурился, только сильнее прижимаясь к опекунше. Волшебник в лёгком замешательстве посмотрела на своего напарника. Беззвучно посмеиваясь, Реликс подошёл ближе и положил руку на плечо своего сына. — Ну-ну, динозаврик, ты ведь знаешь, что если ты задушишь свою мать, она не сможет вернуться в ближайшее время и в приключение нам придётся идти вдвоем? Услышав это, Панчо нехотя отстранился, вместо этого цепляясь за рукав половинчатого худи Фиш. Облегчённо вздохнув, Волши улыбнулась, благодарно кивая партнёру и поворачиваясь к ожидавшей неподалеку старшей девочке. Момо немного смущённо кивнула, прося Волшебник следовать за ней. Напоследок девушка обернулась, заставая веселую картину: Панчо старательно пытался объяснить что-то своему отцу на языке жестов, а тот, почесывая затылок, снова и снова просил ребенка повторить. В конце концов мальчишке это надоело и он достал из-за пазухи деревянную дощечку. Только успел Реликс выдохнуть, как оказалось, что табличку собирались использовать не по назначению. — Панчо! — крикнула Волши, привлекая внимание ребенка к себе. — Таблички — не оружие ближнего боя! Закатив глаза, Панчо высунул язык, но бить Фиш деревяшкой всё-таки перестал, вместо этого принимаясь чертить что-то, что заставило Реликса довольно ухмыльнуться. Постепенно их силуэты стали скрываться из виду и Волшебник вернула своё внимание тихой попутчице. Момо была потрясающим ребенком. Послушным и смышлёным. Конечно, Волши хотела провести с ней немного времени и посмотреть на дом, который девочка построила сама, но… Признаться честно, в тот момент ей как никогда хотелось поскорее вернуться к своей семье. Кто же знал, что обещанные «десять-пятнадцать минут» превратятся в долгие несколько часов, проведенных Волшебник в здании совета? Длительные переговоры сильно измотали девушку, а стыд, за через чур резкие и достаточно грубые обвинения в адрес матери Момо, неприятно поедал Волши изнутри. Что ж, один из советников прав, ей определенно не следовало так импульсивно созывать всех и «налетать» на Вуши. Однако позором на совете проблемы Волшебник не закончились. По возвращению домой оказалось, что Панчо достаточно сильно задело её долгое отсутствие. Разумеется, она и сама на его месте сильно разочаровалась бы в родителе, нарушившим собственное слово. Именно поэтому Волшебник не стала настаивать на разговоре и позволила мальчишке уйти под глупым предлогом, в виде похода за деревом. С каждым новым десятком минут Волш чувствовала себя всё хуже и хуже. Усталость захватывала её тело, однако девушка упрямо держалась, не позволяя другим увидеть себя настолько разбитой. Упрямо держалась и на разговоре с Тидми. Рогатая говорила прямо и особо чувств междумирца не жалела. На то она и близкая подруга — открыть глаза и мозги вправить. — И что ты собираешься с этим делать? — склонившись над верстаком, Тиди скосила глаза на мнущуюся рядом подругу. — Я не знаю! — простонала Волши, съезжая спиной по только постоянной деревянной стене. — Я ни в коем случае не могу винить Панчо, он ребёнок, ему нужно много внимания, я нужна ему. — девушка обхватила руками колени, подтягивая к груди, и уткнулась в них носом, из-за чего остаток фразы немного приглушился. — Вот только я и другим нужна не меньше… — Ну… — протянула Тидми, не отвлекаясь от постройки нового дома. — Рано или поздно он привыкнет. — Нет! — воскликнула Волшебник. — Я не хочу чтобы он привыкал, ему нужно внимание, ему нужно нормальное детство и я просто боюсь… Боюсь, что не могу его дать. Я не могу разорваться, мне нужно сделать слишком много, совет ещё этот… — Волши окинула голову, несильно ударяясь затылком о стену. Больно. Голова в целом раскалывалась с начала собрания, а дополнительное столкновение с твёрдой поверхностью только ухудшило состояние. — Ох, Тидми, я просто ус… — «устала», хотела было сказать Волшебник, но быстро одёрнула себя. Ни к чему разводить бесполезную жалость к себе. — …певаю сделать недостаточно. Я не выполняю даже половину того, что запланировала себе. — И какие такие грандиозные планы мешают тебе признать свою усталость? — конечно, от Тиди сложно было что-то укрыть и это даже немного разозлило Волшебник. — Тебе и правда не помешал бы отдых. — Да нет же, это здесь совсем не при чём! — прорычала Волши, вскакивая на ноги. — Мне нужно понять, что делать с Панчо. — Тебя это настолько волнует? — Естественно! — Тогда иди, разыщи своего ребёнка и проведи с ним время. — твёрдо потребовала рогатая, строго глянув на подругу. — От твоих причитаний, что ты плохая мать, ситуация не изменится. Действуй, а не разглагольствуй. Открыв было рот, чтобы что-то возразить, Волш поняла, что, вообще-то, её подруга полностью права. Чем больше времени она проводит бездействуя, тем хуже для её мальчика. Решительно кивнув, Волшебник приобняла Тидми, ненадолго укладывая голову на её плечо. — Спасибо… — пробормотала она, слабо улыбаясь. — Давай уже. — усмехнулась Тиди, похлопав нерадивую мать по спине. — Всё, вперёд, не теряй времени. — А если… — вновь засомневалась она. — Вали отсюда! — начиная раздражаться фыркнула рогатая, аккуратно отстраняя от себя междумирца. Стоило только Волши выйти за пределы стройки, перед ней внезапно появился Реликс, словно из земли вырос. Не говоря ни слова он кивнул Волшебник, чтобы та следовала за ним. — Куда он пошёл? — прошептала Волши, с отчаянием в глазах глядя на своего партнёра. — Мне нужно найти его! Я должна поговорить с ним… — с каждым словом паника в голосе девушки становилась всё чётче. Она металась из стороны в сторону, не в силах определить, куда пойти сначала. — Волш! — воскликнул Реликс, стараясь хоть как-то привести в себя напарницу. Его ладони легли на щеки Волшебник, заставляя смотреть прямо на него. — Сядь. — Не могу! — возразила девушка, вырываясь и отступая на несколько шагов назад. — Как я могу сидеть пока не уверена, что Панчо в порядке?! Напряжение в воздухе стало практически осязаемым, стоящий рядом Модер предусмотрительно помалкивал, не желая влезать в разгорающийся конфликт. К его величайшему счастью дальнейшую перепалку прервал настороженный оклик. — Волшебник? — позвал отдаленно знакомый голос, заставивший упомянутую поежиться. Сперва из-за склона холма показалась копна алых, как кровь, волос с выбеленными концами, а только потом её обладатель целиком. Темные очки не скрыли любопытного взгляда, коим появившийся окинул всех присутствующих, в конечном итоге останавливаясь на Волш. — Ты здесь, отлично. — парень собирался сказать что-то ещё, но заметил напряжённые лица собравшихся и немного стушевался. — У вас всё в порядке? — Да-да… — потерянно ответила Волшебник, косясь на вновь казавшегося безразличным напарника. — В таком случае… — всё ещё неуверенно протянул обладатель крутых солнцезащитных очков. — Можно тебя на пару слов? Слабо кивнув, девушка ещё раз обернулась, вопросительно глядя на Реликса. Тяжело вздохнув, тот потёр переносицу. — Иди. — произнёс он и слабо улыбнулся, словно показывая, что не злится. — Не беспокойся, я найду Панчи. Сказав это, парень развернулся и, сунув руки в карманы худи, побрел вниз по холму. Если бы он имел привычку оглядываться назад, обязательно наткнулся бы на один из самых благодарных взглядов своей напарницы, который когда-либо видело человечество. Отогнав любопытного Моментари, Коноди — так его вроде звали… Тот самый, что несколько часов назад урезонил Волш на совете, не позволил живьём съесть родителей Момо и вовремя привёл в себя — попросил междумирца отойти с ним на некий важный разговор. И, конечно же, речь пошла про недавнее собрание. Разумеется… Коноди говорил что-то о том, что Волшебник стоит быть увереннее, но осторожнее, не набрасываться на всех подряд и не сеять смуту среди их небольшой группки, но и не извиняться по тысяче раз, если уж подобное всё равно случилось. Честно говоря, Волш не слушала. Да, она кивала и поддакивала, порой даже что-то отвечая, но мысли её были заняты совершенно другим. В конечном итоге Коноди это заметил и обеспокоенно нахмурился, повторяя свой недавний вопрос: — У вас точно всё в порядке? — Да, я просто… Волнуюсь за Панчо. — выдохнув, призналась Волши. В глазах защипало, а сердце забилось чаще, неприятно сжимаясь. — А что с ним? — приподняв одну бровь, удивлённо спросил Коноди и Волшебник наконец не выдержала. Упав на землю, девушка рассказала советнику обо всём без утайки. О своих переживаниях, чувствах и усталости, о том, что не считает себя достойной такого чудесного ребенка, как Панчи. Коноди, опустившись рядом и приобняв Волш за плечи, выслушал внимательно, не перебивая и не пытаясь заткнуть. Когда рассказ подошёл к концу, Волшебник с удивлением заметила, что по её щекам непрерывным потоком стекают горячие тихие слёзы. — Ну, слушай… — протянул Коноди, вкладывая в руку междумирца носовой платок. — Всё могло быть хуже, верно? Твой ребенок хотя бы не отказался от тебя, как мой. — Погоди, что? — переспросила девушка, недоверчиво пялясь на своего собеседника, так и сжимая бесполезную тряпку в руке. — В каком смысле отказался? — В прямом. — советник пожал плечами, переводя взгляд куда-то далеко. За время их разговора сумерки успели опуститься на землю, позволяя ночной мгле войти в свои полномочия. Немного помолчав, парень всё же продолжил. — Мы с моим партнёром собирались построить для Нори достойный дом, чтобы он чувствовал себя комфортно и ни в чём не нуждался. — лёгкая улыбка тронула губы Коноди, но тут же исчезла, когда он продолжил свой рассказ. — Разумеется, это занимало много нашего времени и нам пришлом оставить мелкого с чужими родителями… В последствии оказалось, что он уже успел привязаться к ним больше, чём к нам, и не особо хотел возвращаться. Волшебник открывала и закрывала рот, не понимая, что должна сказать или сделать. Полученная информация с трудом укладывалась в голове. Выходит, ребёнок может отказаться от своих родителей? Поначалу от этой мысли стало тошно и жутко, Волш совсем не хотела потерять Панчи, слишком сильно он стал ей дорог, слишком сильно привязал к себе, слишком сильно полюбился. Однако… Если посмотреть на это с другой стороны, может, так было бы лучше? — Выходит, у тебя сейчас нет ребёнка? — эмоциональную окраску этого вопроса отследить было сложно. Коноди нахмурился, не совсем понимая, слышит он сожаление, любопытство, страх, злорадство или надежду. — Почему нет? Есть. — усмехнулся он, поглядывая на часы. — Позже мы поговорили обо всём и Нори вернулся к нам. Сейчас у нас всё хорошо и он даже помогает с постройкой дома. Малой достаточно рукастый, пусть и пугливый немного. — наблюдая за тем, как брови Волш непонимающе выгнулись, глаза за темными линзами закатились сами собой. — Я это к тому, что любая проблема решаема. Не мне тебе говорить, что всё можно обсудить и постараться прийти к компромиссу. Словно в забытьи Волшебник кивнула и, слегка пошатываясь, поднялась на ноги. — Я должна поговорить с Панчо. — Ты хоть знаешь, где его искать? — недоверчиво спросил советник, вставая вслед за девушкой. — Да, конечно, он должен быть… — начала было Волш, но внезапно осознала, что понятия не имеет, где вообще может находиться её отпрыск в данный момент. — Нет, не знаю. — честно призналась она, глядя на Коноди так, будто искала в отражении его очков ответы на все высказанные, и не очень, вопросы. Однако темные стекла никакой информации ей так и не дали. — Уже совсем стемнело. — задумчиво протянул парень, снова вглядываясь в даль. — Если Панчо убежал в лес, то ты его точно не найдёшь. — А если с ним что-то случится?! — пискнула Волш и ринулась было вперёд, как Коноди схватил её за воротник свитера и притянул назад, возвращая на место. — Говорю же, бессмысленно шариться по лесу в потёмках! — раздражённо выпалил советник, потирая переносицу и поправляя очки. — Мало того, что нервы все вытрясешь, так ещё и сама убьешься. Ходи потом меж берёзок, ищи твой хладный трупик… Нам оно надо? Нам оно не надо, а тебе тем более. — Но Панчо..! — Что с ним станет? — не давая междумирцу возразить, перебил Коноди. — Его никто не тронет, если он закопается где-нибудь и посидит до утра. Панчо твой довольно трусливый, он ведь не станет на рожен лезть? Волшебник хмыкнула. Панчо-то? Не станет лезть на рожен? Да скорее Момо разом сожжёт все свои книги, чем Панчо будет трусливо отсиживаться в стороне, имея возможность ввязаться в драку с ночными монстрами. И если большинство из них не настолько опасно, то иногда ведь встречаются и те, столкновение с которыми более чем вероятно будет стоить человеку жизни… — Ну, если трындюлей огребёт, то, конечно, станет трусить, но так… Он же у нас защитник, по любому во что-нибудь ввяжется. — обречённо пробормотала девушка, истерично хихикая. — Что ж, даже в таком случае ты ему сейчас не поможешь. — с сочувствием вздохнул Коноди, успокаивающе сжимая чужое плечо. — Либо Реликс уже нашёл его, либо мы все вместе пойдём искать его утром. Я лично подниму каждого и заставлю прочёсывть всю округу. Неуверенно Волшебник кивнула и потупила взгляд. Слова советника вселяли надежду, но полностью избавиться от навязчивых мыслей и тревоги не представлялось возможным. — Спасибо за помощь… Пожалуй, ты прав. — наконец сдалась она и безвольной куклой рухнула обратно на землю, сворачиваясь калачиком и стараясь не заплакать. Наверняка она выглядела жалко. Конечно, так чертовски жалко… — Я ужасная мать… Коноди, когда совет создаст что-то вроде органов опеки, отберите у меня родительские права тут же, хорошо? — Ус-по-кой-ся. — по слогам пропел парень, наблюдая за душевными терзаниями девушки. — Кстати говоря, о «стемнело»… Мне пора домой, нужно уложить Нори спать. — будто между делом обронил он, пожимая плечами. — Если хочешь, можешь пойти со мной. — Да, я… Не против составить тебе компанию. — слабо усмехнулась Волшебник, хватаясь за протянутую советником руку и поднимаясь с земли. — И не загоняй себя так сильно. — Произнёс Коноди, сходя с места и кивая междумирцу следовать за ним. — Ты не плохая мать, ты не плохой советник, всё не так страшно и это факт. Относись к вещам проще, ладно? — Я постараюсь. — отводя взгляд, согласилась Волш. Остаток пути она провела в раздумьях, едва ли вслушиваясь в разглагольствование Коноди о своём новом партнёре, ребёнке и доме. Голова её полнилась неприятными мыслями и многие из них были теперь через чур реальными и вероятными. Может, Панчо и правда было бы лучше в другой семье? Он определённо заслуживает большего. Он заслуживает родителей, способных позаботиться о нём и сделать действительно счастливым… И Волшебник убедилась в этом ещё больше, наблюдая за тем, как заботливо и ласково Коноди укладывал Нори спать. Просто поразительно, как сильно менялся этот грубый и резкий пофигист рядом со своим ребёнком… В глазах вновь защипало. Никудышный из междумирца родитель, как ни крути… Не желая портить семейную идиллию своим мрачным видом, девушка тенью проскользнула обратно в прихожую и бесшумно вышла за дверь. Оказавшись на крыльце, она опустилась на ступеньки. Завороженно наблюдая за бескрайней водяной гладью, темнеющей в ночи, собиралась было позволить разрушительным мыслям полностью поглотить её сознание до утра, как коммуникатор на поясе издал тихий писк, а после из динамика послышались помехи. Среди них сложно было определить что-то цельное, но Волшебник мгновенно разобрала голос своего напарника. Однако ей это не дало абсолютно ничего. Связь оборвалась так же быстро, как установилась, вновь погружая пристань в безмолвную тишину. Беспокойство в груди Волш усилилось, однако где-то на задворках сознания теплилась надежда, что своим звонком Реликс хотел оповестить её о том, что Панчо нашёлся и с ним всё в порядке. С этими мыслями девушка и не заметила, как начала клевать носом. Глаза её слипались, а сознание медленно но верно проваливалось в тревожную поверхностную дрёму. Очнулась Волшебник от того, что кто-то внезапно встряхнул её за плечи. Волш едва не подпрыгнула на месте и испуганно заозиралась по сторонам. — Почему ты никогда не реагируешь на сообщения по коммуникатору?! — истеричным шёпотом поинтересовался Реликс. Выглядел он мягко говоря не очень… Одежда в некоторых местах порвана, руки расцарапаны, а на лице прибавилась парочка синяков. Дышал тяжело, словом, всё будто кричало о том, что Фиш буквально несколько минут назад с кем-то сражался. — Что… Что произошло? — всё ещё не до конца проснувшись, Волшебник распрямилась, чувствуя, что от долгого нахождения в неудобной позе все её конечности затекли. Усталость никуда не ушла, лишь прибавилась головная боль и чувство отрешённости. — Панчо в опасности. — без лишних предисловий поведал Реликс и протянул девушке руку, помогая подняться. — Что с ним? — остатки сна мигом покинули Волшебник. Она подскочила на ноги и вопросительно уставилась на напарника, ожидая ответов. — На нас напали. — кратко и ясно ответил Фиш, взбегая вверх по ступенькам. — Мы с Тидми нашли Панчо и повели в безопасное место, но, пока были на стройке, появились эти упыри. Алые стражники? Да плевать мне как они называются! По одному они не страшны, но их было целое полчище и… — Реликс на мгновение запнулся, подбирая слова. — Нас с Тид достаточно сильно ранили и браслеты перенесли нас к зданию совета, вот только… — У детей браслетов нет. — с ужасом поняла Волш. Перед прибытием на новые земли каждому члену компании выдали специальные браслеты, которые закреплялись за определенные точки и в случае опасности переносили к ним своих владельцев. Браслет отслеживал жизненные показатели тела и при серьёзных нарушениях буквально телепортировал носителя на «точку спавна». Однако у детей, которых нашли в далёкой пещере уже после заселения новых земель, понятное дело, таких технологий не было. Это и сыграло с ними плохую шутку, ведь получается… Панчо остался совсем один лицом к лицу с целой армией врагов. От этой мысли лицо Волш побелело и они бросилась вслед за партнёром. — Коноди, ты здесь? — Позвал Реликс, без стука врываясь в чужое убежище. — Нам нужна помощь, это срочно! Без каких-либо вопросов Коноди мгновенно откликнулся. Убедившись, что с Нори всё в порядке, отправился вместе с родителями Панчо спасать их мальчишку. Вот только стройка оказалась достаточно далеко от места обитания обладателя красной шевелюры и, когда компания достигла своей цели, солнце уже начинало всходить. Ещё с соседнего холма ребята заметили стайку алых монстров, что решили поспешно ретироваться, выискивая укрытие от смертоносного для них, как и для любой другой нечисти, солнечного света. Переглянувшись, парни не сговариваясь бросились за ними, решая, что лучше расправиться с чудовищами сейчас, чем страдать от их нашествий ещё какое-то время. Волшебник же со всех ног бросилась к немного покарёженному недостроенному зданию. — Панчо! — позвала она, чувствуя, что страх и отчаяние захватывают её целиком, практически не оставляя в голове места здравым мыслям. — Панчо, малыш, где ты? Трижды оббежав весь холм, Волшебник уже было совсем отчаялась, когда её нога наступила на разбросанные по земле деревянные доски. С оглушительным хрустом они треснули прямо под девушкой, проваливаясь под землю. Тихо пискнув от неожиданности, Волшебник скатилась по земляному склону в незамеченном углубление в земле. Наверняка Тиди собиралась сделать из этого подвал или что-то вроде этого, а кто-то находчивый догадался перекрыть всё досками, коих на стройке хоть отбавляй, и превратить место в неплохое убежище. Испуганный вдох и шорох привлёк внимание Волши и она с невероятным облегчением обнаружила никого иного, как Панчо, забившегося в угл. — Панчо! — воскликнула девушка, подлетая к своему сыну и падая рядом с ним на колени. — Ты как, малыш? Ранен? Сильно испугался? Мальчишка отрицательно замотал головой, отвечая на все вопросы сразу. Он подался было вперёд, будто собираясь обнять свою опекуншу, но в последний момент передумал и сильнее вжался обратно в стену, потупив взор. Заметив это, Волшебник виновато опустила глаза. Мигом вспомнились таблички на склоне холма. Панчо ведь и правда посчитал, что Волшебник винит его в том, что не успевает с «более важными» делами… — Панчо, я… — начала она, но голос дрогнул, впервые на памяти междумирца ей было так сложно выдавливать из себя слова. — Мне так жаль, что меня не было рядом, я так испугалась за тебя, я… — Волшебник! — послышалось откуда-то сверху и девушка обречённо вздохнула. — Мы здесь! — в ответ прокричала она, позволяя найти себя. — Панчо со мной, всё в порядке. — произнесла она чуть тише, словно сомневаясь в своих словах. Не желая ждать никакой помощи, Панчи сам поднялся на ноги и медленно взобрался наверх по небольшим выступам, слегка напоминающим лестницу. Волшебник последовала за ним. — Панчи, ты цел! — облегчённо выдохнул Реликс, прижимая к себе ребенка и успокаивающе поглаживая по голове. Тот немного отстранился и даже закатил глаза, мол: «что со мной могло случиться, я же не слабак, как вы!» Однако сразу после этого его взгляд вновь стал виноватыми и он кивнул, выразительно посмотрев отцу в глаза, а после перемахнул через невысокую дощатую стену и, сунув руки в карманы разноцветной кофты, побрел куда-то в сторону пещеры. Проводив сына глазами, Фиш перевел взгляд на неловко мнущуюся рядом девушку и понимающе кивнул. — Поговори с ним. — сказал он, успокаивающее похлопав напарницу по плечу, после чего взглядом нашёл ожидающего неподалёку Коноди. Ему стоило бы поблагодарить советника за помощь, правда? Кто знает, может, этот грозный тип сможет стать для него неплохим приятелем в будущем… Не долго думая, Реликс направился к нему. Тяжело вздохнув, Волшебник собрала последние остатки воли и смелости в кулак и последовала за сыном. На этот раз ушёл Панчо не так далеко: до пещеры, в которой он решил скрыться от чужих глаз, было рукой подать. — Панчо, ты как? — первым делом спросила Волши, спрыгивая с небольшого уступа на поросший травой каменный пол. — Ты не представляешь, как сильно я испугалась и… Девушка хотела сказать что-то ещё, но Панчо достал из-за пазухи табличку и начал усердно писать на ней. «Ты была нужна мне» — Я знаю… — с сожалением протянула Волши, отводя глаза. — Мне жаль, что меня не было рядом. «Папа и тётя Тидми пропали и я остался один» «Тех монстров было так много…» — Панчо… — прошептала Волшебник, виновато поджимая губы. — Папа и Коноди с ними уже разобрались, тебе больше ничего не угрожает, я обещаю. Хочешь… Хочешь обняться? Мальчик неуверенно кивнул и медленно подошёл к опекунше, позволяя аккуратно приобнять себя. — Мне очень жаль, что я не смогла быть рядом. — тяжело вздохнула Волшебник, поглаживая ребёнка по волосам. — И ночью, и… До этого. Я повела себя безответственно, когда оставила тебя и я должна была поговорить с тобой после, а не оставлять всё как есть и… Прости. После этих слов Панчо замотал головой и отстранился, оставляя на табличке новую надпись. «Ты не должна извиняться, это ведь из-за меня…» «Я мешаю тебе…» Волш расстроенно поморщилась. Панчо уже писал об этом и, конечно, он всё ещё считал так. А ведь всё из-за глупого недопонимания и неосторожных слов… Волшебник набрала в грудь побольше воздуха, словно кислорода в пещере критически не хватало. — Что за глупости, Панчо, с чего ты это взял? — девушка даже попыталась улыбнуться. Вышло достаточно грустно и скорее жалостливо, чем понимающе. «У тебя дела, ты устаешь… А я отвлекаю тебя. Балуюсь…» — Я хоть раз сказала, что ты мешаешь мне? Нет? Вот и не нужно додумывать за меня. — покачав головой, Волшебник села на мягкую траву. — А то, что балуешься… Ты ребёнок, это нормально. Это скорее я неправильный родитель, если не могу уследить за тем, чтобы тебе было хорошо… — сердце междумирца забилось чаще. Она нахмурилась и тяжело вздохнула, прежде чем вновь заговорить. — В общем… Я пойму, если ты захочешь, чтобы у тебя были другие родители. После этих слов Панчи испуганно замер, его глаза неверяще распахнулись и уставились на опекуншу, словно желая найти хоть одно подтверждение тому, что она шутит. Но Волшебник шутить и не думала. «Ты хочешь отказаться от меня?» — Я… Нет, конечно, я не… — Волшебник запнулась, не зная, как лучше выразить свои мысли. — Я просто подумала, что, если тебе так будет лучше и если ты сам этого захочешь… Девушка на договорила, получив лёгкий толчок табличкой в бок. — Панчи, сколько повторять, что табличками людей бить нельзя. — возмутилась она, но после захихикала от всей абсурдности ситуации. «Я не хочу других родителей.» Сообщение было написано быстро и мальчишка даже потрудился поставить точку в конце, передавая серьёзность своих слов. — А чего ты хочешь? — немного умиляясь, спросила Волши. Выходит, всё не так уж и плохо, если Панчо не хотел отказываться от неё. «Я хочу остаться с тобой и папой. Я хочу защищать вас и быть рядом». — Быстро начертил Панчо, а после, немного подумав, добавил: — «Если можно…» — Можно. — с нескрываемым облегчением вздохнула Волшебник, вновь раскрывая руки, приглашая сына в объятия. Тот, разумеется, не отказался, буквально налетев на девушку, едва не сбивая её с ног. Ещё немного поговорив, сошлись на том, что Панчо вполне может помогать взрослым с отстройкой и обустройством здания совета. Таким образом он мог бы проводить больше времени с матерью и даже приносить какую-никакую пользу их маленькому поселению. — Но ты же знаешь, что не обязан этого делать, если не хочешь? — уточнила Волш, опасаясь, что может заставлять собственного сына трудиться против его воли. — Не нужно брать на себя лишнюю работу, только чтобы провести время со мной… На это Панчо лишь замотал головой, заверяя опекуншу, что всё в полном порядке. Посмеиваясь, Волшебник приняла предложение мальчишки выйти из пещеры и разыскать его второго родителя. Однако подняться на ноги оказалось куда сложнее, чем она думала. После тяжёлого разговора усталость новой волной накатила на тело девушки. С трудом поднимаясь с земли, Волш, немного пошатываясь, побрела к выходу из пещеры. — Погоди немного, я проверю, безопасно ли выходить сейчас… — пробормотала она, выбираясь наружу. Яркий свет ударил ей в глаза, заставляя приставить ко лбу руку козырьком, чтобы иметь возможность разглядеть хоть что-то. Решив немного осмотреться, Волшебник хотела подняться наверх по склону, но ноги её подкосились и с тихим вскриком она кубарем покатилась вниз. У подножия холма Волш вновь попыталась встать, но последние силы покинули её, не давая поднять даже руку. От безнадёжности хотелось смеяться, но даже на это, казалось бы, простое действие энергии не хватало. Вдруг откуда не возьмись появился Панчо. С небольшим усилием, он всё же помог матери подняться и повёл к их временному убежищу, позволяя опираться на себя. — Мой герой… — посмеиваясь, пробормотала Волшебник, с нежностью глядя на заботливого мальчишку. — Спасибо тебе, Панчо. Остановившись, младший достал табличку и начертил на ней несколько самодовольных слов: «Я же сказал, что буду вас защищать!» — Разумеется, защитник ты мой. — улыбнулась Волши, приподнимая сына за плечи. И только тогда она в полной мере смогла осознать, что попрощаться с этим ребёнком не сможет уже никогда. Сколько бы трудностей не встретилось на их пути, какие бы ошибки они оба не совершали, они навсегда останутся друг для друга самыми близкими созданиями на планете. Её сердце затрепетало, забилось быстрее, от переполняющей его нежности и надежды. В конце концов, не только Панчо нуждался в ней. Она нуждалась в Панчо ничуть не меньше. Ведь он её счастье, её гордость, её спокойствие, её веселье, её переживания, её безопасность и надёжность. Он — её семья. Волшебник знала точно, она сделает всё: пройдет через любые испытания, сразится с целой армией демонов, в том числе и внутренних, горы свернёт — лишь бы её маленький защитник продолжал улыбаться.