Ради него

— Спасибо. Ты был великолепен, — последняя фраза, которой Нил обменялся с Эндрю в тот злополучный день. Слова, которые были прощанием. Стоило только команде выйти на улицу после игры, как многих из них затянули в драку. В мгновение ока образовалась огромная толпа, где было трудно что-либо различить. Но эти слова, брошенные Нилом, не выходили у Эндрю из головы. В толпе он то и дело старался найти глазами Джостена, но в толкучке его было не различить. В сердце Миньярда закралось ужасное чувство опасности. Что-то здесь было не так. Слишком странно всё складывалось. Сперва Нил задержался в душе, затем сказал лишь те четыре слова и вот теперь его нигде не видно. Пока охрана разгоняла собравшуюся толпу, Эндрю старался выскользнуть из общего потока. Когда ему это наконец удалось, в глаза Миньярда сразу же бросилась сумка Нила, оставленная недалеко от толпы. Клюшка была отброшена неподалёку. Эндрю тут же побежал в сторону оставленных вещей. Его рука сразу потянулась к телефону. Чувство паники медленно нарастало. Дрожащими руками Миньярд набрал номер Нила. Тихий звук мобильника раздался из бокового кармана сумки. — Зачем тебе телефон, Джостен?! — выругался Эндрю, доставая телефон из кармана. Он откинул крышку и быстро глянул входящие звонки. Неизвестный номер, звонивший совсем недавно, заставил ещё сильнее напрячься. Последнее смс, пришедшее Нилу, имело в себе лишь “0”, без какого-либо дополнительного текста. Эндрю резко вскочил на ноги, осматриваясь по сторонам. Он уже хотел пойти на поиски Джостена, но резкий удар по голове остановил его. Мир перед глазами начал расплываться, пока окончательно не померк. Натаниэль пришёл в создание в подвале, лежа на полу. Он слишком хорошо знал это место. Именно здесь его отец творил все самые жестокие вещи. Именно отсюда его жертвы уже никогда не выходили живыми. Натаниэль попытался сесть. Его взгляд всё ещё был мутным, а тело с каждым движением пронзала боль. Автомобильный прикуриватель оставил много ран на руках и лице. Именно в тот момент ему пришлось похоронить в себе Нила Джостена, студента, обучающегося на первом курсе в университете Пальметто, и стать Натаниэлем Веснински. Его взгляд блуждал по мрачному помещению. Сперва он задержался на Лоле, сидящей на стуле в центре комнаты, но затем краем глаза Натаниэль заметил слабое движение совсем рядом. Он перевёл взгляд, и в его глазах отразился ужас. Недалеко от него на кафельном полу лежал Эндрю. Его дыхание было тяжелым, но он явно был без сознания. Натаниэль оцепенел. В одно мгновение он вспомнил всё то, что Лола делала с ним по дороге в дом Мясника. Но как здесь оказался Эндрю? Его не было с ними в машине. Почему они прихватили и его? А главное, что они сделали с ним по пути? Превозмогая боль в теле, Натаниэль поднялся. Ему с трудом удавалось переставлять ватные ноги, но пока он ещё старался держаться. Лола, с любопытством наблюдающая за ними, проследила за взглядом Веснински, и на её лице заиграла опасная ухмылка. Она поднялась со стула и преградила Натаниэлю путь. — Далеко собрался? — поинтересовалась Лола. — Пропусти меня к нему, — велел Натаниэль. — А что, если откажу? — Мне придётся пройти силой. Услышав такой ответ, Лола расхохоталась. Она толкнула Натаниэля в плечо, и тот едва смог сохранить равновесие. Это стоило ему немалых усилий, а тело вновь отозвалось болью. — Посмотри на себя, ты даже не в состоянии защититься, а пытаешься указывать мне что делать? — заметила Лола. — Побереги силы, они тебе ещё пригодятся при встрече с отцом. Несмотря на слова Лолы, Натаниэль всё же предпринял несколько неудачных попыток приблизиться к Миньярду. Лола каждый раз отталкивала его, и вскоре колени начали подкашиваться от слабости. — Что вы с ним сделали? Зачем он здесь? — наконец спросил Натаниэль, кое-как опершись о стену спиной. — Решили познакомить твоего отца с твоими друзьями, нельзя? — с издёвкой ответила Лола. — Мы наблюдали за тобой некоторое время и видели, что он тебе дорог. Кто знает, что ты успел наплести ему. Разве мы можем так рисковать? — Я ничего ему не говорил. Отпусти его, это лишь моё с отцом дело. Его это никак не касается. — Разве я могу тебе верить? Сколько лжи было за то время, что ты провёл в бегах? Хочешь, чтобы я поверила, что сейчас ты говоришь правду? Ты такой интересный, Младший, хотя несёшь ту ещё ерунду. — Что вы с ним сделали? — повторил вопрос Натаниэль, видя, что Эндрю по-прежнему не шевелится. — В машине он был слишком буйным, пришлось немного умерить его пыл. Скоро оклемается, — безразлично ответила Лола. Натаниэль вновь сделал шаг вперёд. В этот раз Лола не преграждала ему путь, но и не спускала с него глаз, готовая в любой момент оттянуть подальше от второго пленника. Натаниэль медленно опустился на колени перед Эндрю. Руки Миньярда были скованны за спиной наручниками, на его лице несколько порезов от ножа и пара синяков, нижняя губа разбита. Раны уже покрыла небольшая корка запёкшейся крови. Натаниэль не знал, сколько из них Эндрю получил в ходе драки, если вообще успел в неё ввязаться. Всё внутри него вскипело от ненависти к отцу, к его людям и к нему самому. Нил просил Миньярда позволить ему самому себя защитить, но всё равно не смог уберечь Эндрю от людей Балтиморского Мясника. Он подверг его опасности. Уже в который раз. Эндрю, лежащий сейчас здесь без сознания был единственным напоминанием о жизни Нила Джостена. Приятным воспоминанием и в то же время самым болезненным. После смерти матери он никогда больше никому не доверял, никогда не открывался так, как сейчас. И вот, к чему всё это привело. Две жизни сомкнулись в одном жутком помещении. Он вдруг задумался, кем бы хотел умереть. Нилом Джостеном или Натаниэлем Веснински? Натаниэль бы никогда не допустил такой ошибки, он бы никого не впустил в свою жизнь, продолжая раз за разом сбегать. Не то, что Нил. Он смог найти друзей и своё место в жизни, смог почувствовать себя по-настоящему живым. Он не жалел о своём выборе, но, глядя на лицо Эндрю, то и дело вспоминал об Аароне и Ники. Как они отреагируют, узнав, что их брат и кузен пропал? Будут ли винить во всём Нила? Или, может быть, Натаниэля, когда правда станет всем известна? И всё же он принял решение. Рядом с Эндрю он хочет навсегда остаться Нилом Джостеном. Но, если понадобится, ради него и его безопасности он без колебаний станет Натаниэлем Веснински — сыном Мясника. Нил протянул руку к щеке Миньярда, но так и не решился коснуться его. Пальцы замерли в паре сантиметров от его кожи. Прошипев от боли, Нил сжал руку в кулак и убрал её подальше. Он молча смотрел на Эндрю ещё какое-то время, пока тот наконец не начал приходить в себя. Миньярд медленно сел, осматривая пространство вокруг себя. Его взгляд задержался на Ниле. Заглянув ему в глаза, за привычной маской безразличия Джостен увидел бурю эмоций, нахлынувшую на Эндрю. Он догадался, что его лицо сейчас не в лучшем виде, и ощутил сильное желание отвернуться. Кое-как поборов его, Нил заставил себя смотреть на Миньярда. Эндрю хотел приблизиться к нему, но Нил жестом показал ему оставаться на месте. — Только не делай резких движений, — предупредил он, переводя взгляд на Лолу, которая находилась рядом и держала пистолет наготове. — Что здесь происходит? — спросил Эндрю, перейдя на немецкий. — Прости, — виновато проговорил Нил, — я снова подверг тебя опасности. — Ещё раз услышу что-то подобное — убью, — со всей серьёзностью произнёс Эндрю. — Секретничать нехорошо, — вмешалась Лола. Нил хотел сказать что-то ещё, но сразу же замолчал. Повисла напряжённая тишина. Эндрю не сводил взгляда с Джостена, полностью игнорируя присутствие третьего человека рядом. Нил нервно теребил пальцами свою одежду, чувствуя, как Миньярд пристально осматривает его раны на лице и руках. Молчание затянулось, но тишину вдруг прервал скрип двери, а затем шум. Кто-то спускался по лестнице. В душе Нила похолодело, не было сомнений, через пару минут он лицом к лицу встретится с отцом. Сердце колотилось как бешенное, но Нил старался не показывать своего страха. Вместо этого он закрыл Эндрю собой, надеясь, что Натан Веснински не обратит на него внимания и первым делом займётся собственным сыном. Его отец медленно спустился по лестнице и задержал взгляд своих голубых глаз на Ниле. Рядом с Натаном стоял его вечный телохранитель Патрик Димаччио. — Встать, — велел Натан. Внутри Нила всё сжалось. К горлу подступил приступ тошноты. Он старался не двигаться, но ноги сами собой выпрямились. Джостен старался не смотреть на отца. Единственный, кого он бы хотел видеть – Эндрю находился за его спиной. Нельзя было отворачиваться и ещё больше привлекать внимания Натана к его второму «гостю». Усилием воли Нил заставил себя смотреть вперёд, но словно сквозь своего отца. — Давненько не виделись, Натаниэль, — вновь заговорил Натан. Нил молчал. Он почти физически ощущал, как за его спиной напрягся Эндрю, но заставил себя не оборачиваться. Натан лениво подошёл ближе. Нил приготовился к неизбежному удару, но, когда кулак Натана влетел в обожженную щеку, колени все равно подкосились и он начал валиться на пол. Натан ухватил его за горло, не давая упасть. Нил тихо захрипел, стараясь удержать равновесие, при этом не цепляясь за отца. Сзади звякнула цепь от наручников. Эндрю дёрнулся к Джостену, но Лола быстро остановила его, приставив дуло пистолета к виску Миньярда. — Мой сын – величайшее разочарование в моей жизни, — проговорил Натан. — А где разочарование номер два? — Мама умерла, — сказал Нил. — Ты её убил, разве не помнишь? — Запомнил бы, будь это так. Я бы смаковал это воспоминание, считая дни до того момента, как найду тебя. — Ты её подстрелил. Она дотянула лишь до границы Калифорнии. Натан из-под полуприкрытых век посмотрел на Лолу. – Я ему верю, – сообщила та. Натан кивнул, приняв к сведению её слова, а затем перевёл взгляд за спину сына. Нил качнулся, ограждая Эндрю от своего отца, хотя и знал, что не сможет помешать ему, если он решит что-то сделать с Миньярдом. — И всё же сегодня ты здесь не один. Кто сказал тебе, что прятаться на виду и заводить друзей – удачное решение? Ты не мог не знать, что рано или поздно я тебя найду. Нил промолчал. Он отвёл глаза в сторону и посмотрел на Эндрю. От взгляда Миньярда не скрылась печаль и чувство вины в глазах Нила, но он лишь продолжал напряжённо молчать, глядя на Джостена. — Не отворачивайся, когда общаешься со мной, — с нескрываемой злобой в голосе сказал Натан. Он сильнее сжал горло сына, а затем резким движением отшвырнул его в стену. Нил ударился спиной и скрутился от резкой боли, обхватив руками живот. Он медленно сполз спиной по стенке. Его руки предательски дрожали. От боли хотелось кричать, но Нил заставил себя сильнее стиснуть зубы и поднять взгляд на отца. — Познакомишь нас? — Натан ухмыльнулся, хотя это больше было похоже на оскал хищника, готового прямо сейчас вонзить зубы в свою добычу. — Он не имеет никакого отношения к твоим делам, — хрипло произнёс Нил, стараясь подняться на ноги. — Я не спросил, имеет или не имеет, — безразлично отмахнулся Натан. — Мне доложили, что ты особо близок с ним, а это уже проблема. Так, и кто же твой дружок, м? — Натан с силой дернул Эндрю за волосы. Лола, стоящая всё это время рядом, наконец опустила пистолет и отошла. Теперь ей стоило держать на прицеле Нила, что она и сделала. Натан с безразличием рассматривал черты лица Эндрю. Он с силой держал Миньярда за волосы, грубо поворачивая его голову то в одну сторону, то в другую. Нил сделал шаг вперёд, но Лола преградила ему путь. Он попытался обойти её, но она расслабленно покачивалась из стороны в сторону, держа Нила на расстоянии. Эндрю молча смотрел на Натана. Неизвестно, что было в его голове в этот момент. Нил видел лишь то, как Миньярд сжимал руки в кулаки с такой силой, что побелели костяшки. — Оставь его в покое, — сквозь зубы процедил Нил. — Ну нет, мне слишком уж любопытно, что такого особенного в нём. С виду так обычный молокосос. Эндрю Джозеф Миньярд, я прав? — Натан Веснински вновь оскалился и перевёл взгляд сперва на сына, а затем на своего телохранителя. Патрик Димаччио подошёл к Натану. В одной руке он держал затупившийся топор Мясника, в другой – остро заточенный нож. Телохранитель протянул обе руки своему хозяину, предоставляя ему выбор. Натан взял нож, и, проверяя его остроту, слегка провёл лезвием по щеке Эндрю. На коже сразу же выступили капельки крови. Уголок губ Миньярда слегка дрогнул, после чего тот перевёл взгляд на Джостена. Нил дёрнулся, но сразу же оказался отшвырнут в стену. — Не убей его своей грубостью, — предупредил Натан. — Будет очень обидно, если после стольких лет в бегах он сдохнет не от моей руки. — Разумеется, — с опасной ухмылочкой ответила Лола. Натан вновь перевёл всё своё внимание на Эндрю. Миньярд же, впрочем, не придал этому никакого значения. Он продолжал смотреть на Нила, а затем внезапно подал голос. — Выходит, ты вовсе не сирота. И когда же ты собирался мне об этой сообщить? — Эндрю, я… — прохрипел Нил, пытаясь подобрать слова. — Замолчи, — перебил Миньярд, после чего перевёл взгляд на Натана. — Хотел бы я сказать, что мне приятно с вами познакомиться, да не люблю врать, — безразлично произнёс он. — А ты, как я погляжу, у нас смелый? Или не понимаешь, кто находится перед тобой? — в глазах Натана блеснул опасный огонёк. — Не боишься умереть, сопляк? — Если вы всё равно собираетесь меня убить, есть ли разница, скажу я что-то или нет? — всё тем же безразличным тоном спросил Миньярд, пожав плечами. — Эндрю, не надо… — тихо произнёс Нил. — Какой интересный экземпляр нам сегодня попался. Лола, ты только глянь, — Натан ухмыльнулся и резко дёрнул Эндрю за волосы, заставив подняться на ноги. Миньярду не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Твёрдо стоять на ногах было сложно, а крепкая хватка Натана причиняла боль. Его лицо исказила гримаса боли, хотя он явно пытался её скрыть. Уже через секунду Натан впечатал Эндрю в стену. Удар был такой сильный, что голова сразу же загудела, а место удара отозвалось неприятной пульсацией. Натан продолжал держать Миньярда за волосы, он оттянул его голову, но лишь для того, чтобы с новой силой ударить её об бетон. После пары таких ударов по стене расползлось кровавое пятно, а часть светлых волос Эндрю окрасилась в алый. Нил с ужасом наблюдал за происходящим. Мысли в его голове буквально кричали, сменяя друг друга. Он отчаянно хотел помочь Эндрю, но Лола не давала ступить и шага. Слышать хриплые стоны боли, видеть кровь, стекающую по стене, видеть то, как ноги Миньярда подкосились, было невыносимо. «Нил Джостен никак не может помочь ему сейчас, — пронеслось в голове Нила, — но Натаниэль Веснински просто обязан остановить это!» Натаниэль отчаянно пытался найти хоть что-нибудь, что помогло бы ему. Времени на размышления не было, он видел, что Эндрю совсем плох и держится из последних сил. Адреналин ударил в голову и Натаниэль безрассудно ринулся на Лолу с громким криком, не обращая внимания на боль при каждом резком движении. Секундное промедление от неожиданности оказалось для неё фатальной ошибкой. Веснински смог выхватить пистолет из её рук, а затем отпихнул в сторону и выстрелил. Следующий выстрел был в Патрика Димаччио, который уже рванул в сторону Натаниэля, чтобы отобрать у него пистолет. Натан отшвырнул Эндрю в сторону и ухмыльнулся. — Вот он, сын Мясника, — насмешливо сказал Натан. Натаниэль направил на него пистолет. Его взгляд был затуманен, а лицо исказилось от злобы. Монстр перед ним не переставал ухмыляться, словно так и говорил «взгляни, ты такой же, как и я — убийца.» — Стреляй, — велел Натан. — Если смелости хватит. Натаниэль его словно и не слышал. Жалости к этому чудовищу у него не было. Плевать, отец он ему или нет, Натаниэль ненавидел его. Он причинил боль Эндрю, а желание защитить дорогого человека было куда сильнее страха перед Балтиморским Мясником. Натан медленно приближался к нему, ухмыляясь так жутко, что кому угодно стало бы не по себе. Натаниэль нажал на курок. Ничего. Выстрел так и не прозвучал. Чёртова осечка в такой неподходящий момент. А Натан с каждым шагом был всё ближе. В следующее мгновение живот Натаниэля скрутило от резкой боли. Пистолет выпал из его рук, громко ударившись об плитку. Он опустил взгляд вниз. Под рёбрами торчал острый нож, крепко сжатый в руке Мясника. Боль была невыносимая, хотелось кричать, но голос куда-то пропал. — Какая жалость, ты был так близко, Натаниэль, — насмешливо произнёс Натан, вгоняя нож поглубже. Дышать стало тяжело, похоже он задел лёгкое. Руки задрожали. Натаниэль постарался собрать все силы в кулак и обхватил руками нож отца, пытаясь вытянуть его из своего тела. Лезвие больно впивалось в и без того израненные руки, кровь шумела в ушах, в горле застыл крик. Натаниэль стиснул зубы, резко отступив назад. Кровь хлынула из раны, но он лишь издал хриплый стон, не сводя взгляда с отца, вцепившись в нож мёртвой хваткой. — Раз уж, ты так любишь ножи, — прохрипел Натаниэль, — почему бы тебе не опробовать их на себе? В какой-то момент он совсем перестал чувствовать боль. Глаза наполнились жаждой убийства. Он смотрел на Натана, словно безумец. Натаниэль уже не жилец, его судьба решена, но он обязательно должен утянуть отца за собой прямиком в ад. Он сам не знал, откуда в его раненном теле вдруг взялось столько сил, но ему удалось вывернуть руку Мясника, сжимающую нож. Натаниэль перехватил оружие и вонзил его прямиком между рёбер Натана. А затем ещё раз, и ещё. Он вынимал нож и вновь вонзал в грудь этого монстра до тех пор, пока тот не рухнул на пол. Натаниэль нанёс отцу столько же ударов, сколько тот впечатывал голову Эндрю в стену. Глаза Натана оставались широко открыты, но Веснински младший знал, что тот уже не поднимется. Он несколько раз задел сердце и лёгкое. Натаниэль устало присел рядом с ним, глядя, как тот задыхается. — Всё кончено, — сказал он, напоследок перерезав горло Балтиморского Мясника. Кровь залила плитку, растекаясь огромной лужей. Силы разом покинули тело Натаниэля. Ноги подогнулись, а боль резко напомнила о себе. Он скрутился и прижал руку к ране. Всё закончилось. Натан Веснински мёртв. Он умер от руки собственного сына. Натаниэль хотел выдохнуть с облегчением, но не мог, дышать было совсем тяжко. Он повернулся и кое-как поплёлся к Эндрю. Небольшое расстояние теперь казалось ему непреодолимым. Каждый шаг давался всё тяжелее. Но Натаниэль упрямо не хотел сдаваться, он должен хотя бы прикоснуться. Даже когда ноги отказались передвигаться, Натаниэль продолжил ползти к Эндрю. Миньярд неподвижно лежал на полу. Его светлые волосы были залиты кровью, как и пол под ним. Кожа на запястьях ужасно раскраснелась и местами кровоточила от безуспешных попыток освободиться от наручников. На лице красовались порезы. Эндрю уставился куда-то в пустоту, почти не моргая. — Эндрю, — тихо позвал Натаниэль, хоть и сомневался, что тот вообще способен осознавать происходящее. — Нил, — тихо отозвался Миньярд, переводя на него взгляд. — Нет, я… Натаниэль… — возразил Веснински, подползая ближе, чтобы лучше видеть лицо собеседника. — Нил Абрам Джостен, — настаивал Эндрю. От этого стало неловко, но спорить не хотелось. Рядом с Эндрю ему самому хотелось быть Нилом Джостеном. Забыть Натаниэля, забыть его отца, забыть весь тот ужас, который с ними произошёл. — Всё закончилось, — хрипло прошептал Нил. Эндрю не ответил. Его взгляд был направлен на Нила, изучая все нанесённые ему раны. К горлу подступала тошнота, но желудок был абсолютно пуст. Миньярд смотрел прямо перед собой в голубые глаза, наполненные болью. — Выглядишь ужасно, — наконец сказал Эндрю. Нил лишь выдавил из себя слабую улыбку. Он тяжело дышал, глаза закрывались, но Джостен изо всех сил старался держать их открытыми. Хотелось спать, но он знал, что, если закроет глаза сейчас, больше никогда не проснётся. Нил с трудом протянул руку к Эндрю и бессильно опустил её на щеку Миньярда, погладив бледную раненную кожу большим пальцем. — Ненавижу тебя, — прошептал Эндрю. — Я тебе нравлюсь, — возразил Нил, тихо прохрипел и с трудом сделал вдох. Всё было кончено. Нил закрыл глаза. Хрипы понемногу затихали. Он больше не произнёс ни слова, не издал ни звука, не сделал ни единого вдоха. — Ненавижу тебя каждой клеточкой своего тела, — произнёс Эндрю, словно убеждал сам себя в ненависти к Нилу. Одинокая слеза скатилась по щеке Миньярда. Он с трудом придвинулся ближе к Джостену так, чтобы его безвольно повисшая рука обнимала ослабевшее тело. Эндрю не сводил взгляда с Нила. Он не мог обнять его в ответ, оставалось лишь прижаться лбом ко лбу. Эндрю лежал на полу в залитом кровью подвале, но душой был далеко отсюда. Голова гудела, кровь пульсировала внутри. Миньярд знал, что эта ночь станет для них последней. Всё кончено. Мечтам и надеждам не суждено сбыться. Нил никогда не сыграет в финале против «Воронов», Эндрю больше не сможет предложить ему свою защиту, они никогда больше не выйдут вместе курить на крышу, скрываясь от чужих любопытных глаз. Мысли беспорядочно роились в голове, сменяя друг друга. Эндрю с трудом выдавливал из себя слова, но упорно продолжал говорить, зачем-то начав рассказывать Нилу о своей жизни до и после появления «Лисов» в его жизни. Он рассказывал обо всём, что чувствовал в последние годы, что испытывал, когда впервые увидел Нила после выписки из больницы. Эндрю впервые был так разговорчив, высказывая все свои чувства, хотя он знал, что Нил его уже не слышит. Он перестал дышать ещё несколько минут назад, последний огонёк жизни в его теле угас, но Эндрю не был готов этого признать, хотя и понимал, что сам держится из последних сил. Когда же они его окончательно покинули, Эндрю лишь закрыл глаза и сильнее прижался к Нилу, давно перестав обращать внимание на боль и залитый кровью пол. — Ты был великолепен, — повторил он слова Нила, сказанные всего несколько часов назад, хотя казалось, что прошла целая вечность. Всё затихло. Эндрю больше не дышал. Вокруг них была огромная кровавая лужа. Лица побледнели. На лице Нила застыла слабая улыбка, казалось, он был рад умереть вот так, рядом с Эндрю, защищая его от издевательств собственного отца. Лицо Миньярда же впервые выражало такую боль и скорбь. Стюарт, намеревающийся разобраться с Натаном Веснински, опоздает. Его люди разберутся с оставшейся в доме охраной, а в подвале найдут лишь пять трупов. Двое из которых — совсем ещё молодые юноши, в одном из которых Стюарт узнает своего племянника. — О, прости меня, мой бедный мальчик, я должен был прибыть раньше, — только и сумел сказать он, глядя на израненное тело племянника. Совсем скоро на место прибудет ФБР, но уже слишком поздно. На следующий день «Лисам» сообщат о смерти двух их игроков. Сезон для команды окончен из-за нехватки людей, да и какие теперь могут быть игры? Ваймак настоял, чтобы их похоронили вместе. Вся команда приехала на похороны. Тут и там не смолкали рыдания и всхлипы. Каждый по очереди прощался с Нилом и Эндрю. И лишь Аарон стоял с непроницаемым выражением лица. Непонятно, что творилось в его голове. То ли он проклинал Нила за то, что он подверг его брата опасности, то ли обвинял Эндрю в его глупости и желании защищать Джостена. Аарон ещё долго сидел около могилы, не проронив ни слова. Никто не хотел расходиться. Кевин утешающе похлопал Аарона по плечу и сел рядом с ним, вспоминая те дни, которые они провели все вместе. Пройдут годы, но «Лисы» никогда не забудут своих друзей, так рано ушедших из жизни. Все вместе и в одиночку они будут часто приходить к могиле и часами сидеть рядом, рассказывая обо всём, что происходит в их жизни. В следующем году «Лисы» обязательно вернутся на поле и будут играть ещё усерднее. В память о вратаре и нападающем они осуществят общую мечту. Они выйдут в финал и сыграют против «Воронов», которых в этот раз ждёт поражение.