Обещаю

Черноволосый парень сидел на подоконнике и смотрел, как дряхленький страричок, называвший себя садовником, чопорно стрижёт и без того уже идеально-круглое дерево. Его зелёные штаны на лямках были протёрты в коленях и имели коричневый оттенок на концах обеих штанин. Да, старик явно отдавал предпочтения саду больше, чем самому себе. Стен сам не понимал, зачем он вообще разглядывает рабочего, но кроме этого развлечений больше не было. Родители уехали в город по делам, и отец обещал мальчику привезти оттуда что-нибудь диковинное, хотя, зная Ренди Марша, Стен даже не надеялся на хорошую и стоящую вещь. — Молодой Господин? — В комнату вошла служанка в чёрном платьице и белом фартучке, — обед уже подан, извольте пройти в столовую, — робко поговорила девушка и удалилась. Отлично. Стен как раз проголодался, потому что эти круглые верхушки деревьев напомнили ему спелые зелёные яблоки. Когда он вошёл в обеденный зал, его взгляд встретился со свирепыми зубами его сестры Шелли. Она почему-то всегда их показывала при виде Стена. Мамы и папы не было, а это означало, что он сегодня получит больше тумаков от своей старшей сестренки, чем обычно. — Стен, придурок! Мне родители привезут много чего интересного, а тебе опять фигню какую-то, потому что они любят меня больше, чем тебя. — Заткнись Шелли! Послышался грохот дверей. В комнату заехала инвалидная коляска с дедушкой мальчика, а позади него шла полненькая старушка - его сиделка. Дед не унимался и всячески пытался флиртовать с женщиной, на что та просто молчала и добродушно улыбалась. Стену даже на секунду привиделось, что на щеках у сиделки выступил румянец, и он до сих пор надеется, что ему показалось. От одной мысли об этих двоих молодому Маршу становилось не по себе. — Билли! Почему ты до сих пор не убил своего дедушку? Кх-кх-ха- то ли он засмеялся, то ли поперхнулся. — Мистер Марш, ради Бога, прекратите. — Что? Бога? Салли, Бога нет, иначе он уже давно сравнял бы меня с землёй. Парочка проехала мимо Стена, направляясь к столу. Мальчик последовал за ними. Его, конечно же, зовут не Билли, но какая вообще разница, что Стен, что Билли, один черт. На столе красовалась чистая, кружевная скатерть. Ложки, вилки, ножи - все на своих местах. Белоснежные салфетки с золотыми кольцами мирно лежали на керамических тарелках. Всё было идеально. Марш отодвинул стул и сел на своё положенное место. Остальные последовали его примеру. Вскоре в зал вкатили тележку с серебряными куполами. Стену достался говяжий стейк с картофельным пюре и овощами. Обычный обед, как и всегда. В трапезной комнате были панорамные окна, шторы были открыты, дневной свет разлился по всему пространству. Вкусно. Стен потянулся за своим стаканом с персиковым соком, который был налит сразу же после подачи еды. Персиково. Стояла гробовая тишина, которую время от времени нарушали ножи, скользящие по тарелкам, и чавканье. Юный господин оставил на тарелке кусочек стейка и немного овощей, накрыл всё это металлической шапкой, попросил служанок предать благодарность повару и направился к выходу. Дворецкий милой наружности открыл Стену дверь, и тот удалился. Он шёл по длинному коридору, где стены были перегружены картинами бывших владельцев этого дома: прадедушки, прабабушки, племянники, сёстры, братья, жёны, мужья…. мальчик знал их всех наизусть, так как часто слонялся по этому коридору, прогуливая занятия с Мистером Гаррисоном. Лесенка, ещё один коридорчик, поворот, комната Стена. Он опять подошёл к окну - садовника уже не было, зато где-то вдалеке мелькнула чёрная машина. Стен облокотился ручками на подоконник и привстал на носках, чтобы получше разглядеть машину, а возможно и подарки в ней. Остаётся только надеяться, что Шелли была не права. Тем временем автомобиль подкатил с парадному входу и скрылся под каменным навесом. Стен хотел выбежать навстречу родителям, но, вспомнив слова сёстры, передумал. Он знал, что предки уже дома, что сейчас, наверное, Шелли со всех ног бежит к ним, лишь бы получить сотовый? Или модную брошь? Или те самые популярные духи с лавандой и апельсином? А ему, Стену, там что-нибудь есть? Для Стена… Они не забыли… Через несколько минут в дверь постучали. Юный Марш резко обернулся - в комнату зашёл его отец, держа за руку маленького худого мальчика, примерно одного со Стеном возраста. — Привет, Стенли. Смотри, что я тебе привёз, — Ренди улыбнулся, — Мы купили его у одной семьи, которая никак не могла с нами расплатиться. Как их там, Б-б-броффстоски, Броффловски, не важно. Мы с мамой подумали, что не будет лишним иметь еврейского мальчика в нашем доме, так сказать, под рукой. Мало ли, вдруг пригодится. Его родители сказали, что он очень послушный. А ещё, смотри! Ренди быстрым движением руки снял с мальчика его зелёную шапочку, — Смотри, Стен, он рыжий! — Он взял его кудрявые локоны в руку,— Такое редко увидишь, правда Стен? Стен! Ренди отпустил ребёнка и направился к сыну. Он взял его за плечи, — Думаю, теперь тебе не будет скучно, Стенли! Этот малыш полностью в твоём распоряжении. Он - твоя собственность, Стен! — Моя собственность? — Да, Стен, да! Ты можешь делать с ним всё, что захочешь! — Всё что захочу? — Здорово правда? — Ладно, Стенли, я скоро вернусь, попрошу слуг, чтобы они приготовили для него комнату, думаю он будет жить в служебном крыле вместе с остальными. Если он тебе надоест, скажи. *десять секунд молчания* — Развлекайтесь. Мужчина вышел и закрыл за собой дверь. Как только Ренди покинул комнату, мальчик сразу же натянул свою шапку обратно. Стен подошёл к нему вплотную и стал разглядывать. Большие испуганные зелёные глаза, как Хризолит, смешные рыжие кудряшки, торчащие из-под шапки-ушанки, веснушек почти не было, до боли светлая кожа, маленькие хрупкие ручки, которые крепко схватились за меховые ушки своего головного убора и тянули их вниз, только бы с него ещё раз не сняли его. — Как тебя зовут? — Кайл. — Кайл? Мне не нравится твоё имя. А папа сказал, что ты мой раб, значит я могу называть тебя так, как сам того захочу. — Нет, не можешь. — Почему? — Меня. Зовут. Кайл. — И чего ты так вцепился в эту тряпку? — Потому что, — мальчик запнулся, — потому что я стесняюсь своих волос. Последнюю фразу Кайл произнёс очень тихо и в виде скороговорки, но Стен все равно его услышал, так как стоял очень близко, всё ещё рассматривая свою новую игрушку с ног до головы. — Стесняешься? - Стен усмехнулся и сорвал с ребёнка эту ненавистную шапку. Пальчики Кайла разжались, не в силах противостоять. — Так вот я запрещаю тебе её носить. Твои волосы очень смешные. Хочу что бы их все видели. P.S наконец-то у Стена появилась любимая игрушка. 8 лет спустя. — Мммх, Стен! — Кайл глубоко дышал, пытаясь не издавать стоны, — а если нас кто-нибудь услышит? Парень смотрел на чёрную макушку, которая всё никак не могла оторваться от его груди. Губы Стена нежно целовали бледную кожу, зубы больно прикусывали один сосок, а другой Марш захватил двумя пальцами и крутил из стороны в сторону. — Я слышал как слуги - не унимался Кайл, — говорили, что грязный мальчик (в смысле веснушчатый, у Кайла на лице почти не было веснушек, но на самом теле какое-то количество имелось) - слишком часто ходит к молодому господину, — Айх! Стен оторвался от груди, перед этим больно укусив кудряша за розовый сосок. — Слуги? Интересно, — издевательски пропел Марш, — Покажешь мне пальчиком, кто именно, и больше ты их здесь не увидишь. Кайл хотел что-то ответить, вроде того, что не стоит лишать бедных людей работы из-за этих глупых слухов, но Стен принялся кусать шею, оставляя на ней следы зубов и красные пятнышки, плавно переходя к ключице, поэтому все умные возражения по этому поводу сразу же пропали куда-то в непроглядную темноту. — Ммм, Ну Стен! Они делали это не в первый раз, но Кайл по-прежнему боялся, что их услышат, найдут, Стена запрут на семь замков, а его - Кайла просто выкинут на улицу, как ненужную вещь, так ещё и превратя его прекрасное лицо в кровавое месево, из-за чего на его будущем можно будет поставить жирный крест. Стен прекрасно понимал его опасения и всячески пытался отвлечь Кайла. Так было всегда, всегда так и будет. Кайл переживает и говорит себе что-то невнятное под нос, а Стен успокаивает его, целуя губы, нос, щёки, плечи. Его хрупкие, худые плечи. Целовал, целует и будет всегда целовать. Смотреть, как Кайл каждый раз смущается от любого прикосновения, больно тянуть назад эти рыжие яркие волосы, а потом услышать стон и отпустить. Опаляя горячим дыханием нежный эпителий, брюнет начал спускаться ниже. Он приложился губами к низу живота Кайла. Быстро расправился с ремнём и молнией на штанах. Брюки здесь были явно лишними, поэтому сразу же полетели на пол. — Посмотри, Кайл - рука Стена легко дотронулась до бугорка на трусах рыжего - неужели тебя так возбуждает то, что нас могут поймать? — Н-нет! Стенли надавил с большей силой, — нет? Хочешь обвинить в этом меня? Не знал, что ты такой подлый. Марш начал стягивать с парня трусы, дразня того своей медлительностью. Аккуратно взял в руку немного пульсирующий, истекающий смазкой член Кайла и начла потихоньку двигать кистью. С каждым новым движением коленки Броффловски немного подрагивали, на лице читалось всё то же милое смущение, грудь то поднималась, то опускалась в такт с рукой Стена. Комната заполнилась глухими тихими стонами. Всё тело Кайла вжалось в кровать, и только бёдра так и наровили самостоятельно толкнуться в руку Стена, чтобы побыстрее прекратить это невыносимое удовольствие. Рука плавно скользила вверх и вниз, заставляя Кайла ощущать тепло по всему телу. Видя, что его игрушка уже сама поддаётся вперёд, молодой Господин убрал руку. Разочарованный вздох, и Кайл начал ёрзать, всем своим видом прося ещё. Марш поднёс два пальца к влажным губам Броффловски. —Ты знаешь, что делать,— Рыжик послушно приоткрыл ротик, впуская пальцы Стена. —Шире, — Кайл выпустил язычок, освобождая пространство. Юноша начал облизывать пальцы Стена, обильно выделяя слюну, которая вскоре полосочкой потекла по его подбородку. Стен закрыл нижнюю часть своего лица левой рукой, и только синие глаза следили за тем, как юркий язычок скользит по его коже, как слюна стекает по шее, яркий румянец на этих бледных щеках, нефритовые глаза, темнеющие с каждый секундой от желания и похоти. Стен не мог позволить, чтобы Кайл видел его смущение, видел его слабости. Он не был грубым с Кайлом, а даже если и был, по-моему это даже забавно. Он был зол на свою семью за то, что те так и не научили его любить. Вернее Стен любил и любил слишком сильно, до дрожи в теле и сухости в горле, до боли в груди и в висках. Но чувство низкой слабости, рядом с Кайлом никогда не покидало его. Он знал, что имеет определённую власть над Кайлом, но его собственные чувства и эмоции никак не хотели поддаваться дрессировке. Стен вытащил обильно покрытые слюной пальцы. Держа одну руку на весу, второй Стен прижал колени Кайла к груди, оставляя на мягких ляжках еле заметные синячки от сильного хвата. Марш приставил два пальца ко входу. — Вдохни поглубже, — Пальцы Стена скользнули в тесное и тёплое нутро. Кольцо мышц сильно сжалось, не давая молодому Господину никакой возможность пошевелить ими. Стен поддался вперёд и навис над парнем, готовясь соприкоснутся с ним губами. Марш целовал Кайла нежно, давая ему привыкнуть к странным ощущениям и успокоится. Через пару таких поцелуев юноша расслабился, и Стен стал потихоньку двигать пальцами, растягивая дырочку Кайла. Оторвавшись от сладких губ, он переключился опять на тонкую шею. Под рукой, находившейся на бедре Кайла, выступили мурашки. Кудряш вытягивал шею, подставляя её под мокрый язык Стена. Губы Кайла ели касались друг друга, издавая стоны, или закрывались насовсем, представляя из себя тонкую полосочку, тогда от него доносилось только мычание. Непривычные ощущения с жаром разливались в низу живота, напоминая бабочек с острыми крыльями. Кайл почувствовал на своём ухе тёплое дыхание. Родной, хриплый от возбуждения голос шептал ему какой-то пошлый бред, пока Кайл мучился, изнывая от желания. Потом Стен добавил третий палец: — Ммммм — Тихо, ты же знаешь, что для моего члена двух пальчиков маловато. Парень нащупал комочек нервов и надавил на это место. Он почувствовал на своей спине потные ладошки, которые машинально обхватили его. Громкий, сладкий стон пронзил уши и сердце. Стен начал всё чаще попадать в эту точку, пока маленькие пальчики пытались царапать и щипать кожу на его спине. Стен зашипел от неожиданности, но понял, что его спина заслужила такие незначительные, но не менее болезненные ощущения. — Х-Хватит,— Кайл потянулся одной ногой к паху Марша и ступнёй надавил на член юноши, который до сих пор находился в джинсовой тюрьме. Призывая Стена к действиям, Кайл начал царапать пальчиками грубую ткань. — Мне нужно больше, чем просто пальцы, — Он ехидно улыбнулся, ожидая, что у Стена сорвутся тормоза, и тот набросится на него, как голодный лев на ещё тёплый труп антилопы. Так и произошло. Стен машинально, как под гипнозом вытащил пальцы, сопровождаемые печальным вздохом от чувства пустоты в теле. Не знаю точно, но Могу с уверенностью сказать, что скорость с которой Стен сорвал с себя одежду была быстрее скорости звука. Он навалился на Кайла всем телом, больно заломав руки за его головой. Одной рукой Стен вцепился в бедро с веснушками и резким толчком вошёл в горячее тело во всю длину. Кайл заскулил от боли, из глаз брызнули слёзы. Стен, осознав, что сделал, отпустил запястья и схватился за пылающие щеки своего возлюбленного. Большими пальцами он начал вытирать выступившие слезки. Губы Стенли накрыли губы Кайла, моля о прощении за допущенную ошибку. — Ты сам виноват, - сиплым голосом произнес Стен. Кайл притянул этого придурка к себе и впился своими губами в его, он вложил в этот поцелуй всю злость и всё недовольство, жадно пожирая его губы своими. Язык толкнулся в рот, исследуя каждый уголочек, каждый миллиметр этого рта, который постоянно говорит ему о любви, а потом посылает куда подальше так безнравственно и холодно. Воздуха в лёгких уже не осталось, но никто не хотел проигрывать и отстраняться первым. — И долго ты будешь бездействовать? - очнулся Кайл. — Я думал, чт… — Думать это не твоё, начни уже двигаться, идиот! — Тебе сегодня и так досталось,— Стен убрал с мокрого лба прилипшие прядки медных волос, всё ещё беспокоясь за состояние любимого. — Да, из-за тебя! Либо ты продолжаешь, либо я-я-аах! Стена никогда не приходилось долго упрашивать. Ему постоянно нравилось дразнить Кайла, поэтому он не упускал ни единой возможности. Парень срывался в бешенный темп, но когда Кайл просил глубже, слезно умоляя не останавливаться, когда выкрикивал его имя с каждым новым толчком, Стен замедлялся, наблюдая за тем, как тело под ним дрожит, а его не менее любимые губы ругаются и поливают Стена всевозможной грязью. Лучше бы он так не выражался, потом ведь придётся просить прощения, стоя на коленях у ширинки. Кайл больно потянул волосы на голове Стена вверх, что бы тот уже наконец прекратил эту сладостную пытку. Член готов был взорваться, но этот мудак мало того, что мучал его, так ещё и не давал прикоснуться к себе. Если руки Кайла тянулись к своему очагу возбуждения, Стен тут же хватал и впечатывал их в мягкую постель, от чего лицо Кайла выражало очень приятное для Стена острое недовольство. — Стен, пожалуйста! Кайл уже рыдал не от боли, а от несправедливости и вожделения. Сейчас он мог лишь жалостно просить своего законного хозяина не оставлять его на краю раздирающего оргазма. Кайл знал, что Стену по душе такая реакция. Нравится, когда Кайл умоляет, дуя свои красные пухленькие искусанные губки. Сильное влечение пересилило гордость, поэтому рыжий попробовал ещё раз. — Прошу тебя Стен! — Просишь что? - это гадкая ухмылка возбуждала Кайла не меньше, чем порно с азиатками. — Д-дай мне кончить. Толчки были плавными, но быстрыми. За время пока они были вместе, Стен успел запомнить почти каждую эрогенную зону своего мальчика. Он запомнил даже угол, под которым Кайл кричит громче всего, хватая ртом воздух, как будто он скоро закончится. Сладкие стоны беспокоили барабанные перепонки обоих. Бёдра Стена двигались в определённом ритме. Пошлое хлюпанье заводило ещё больше. Тела соприкасались друг с другом, вызывая череду мурашек. Стен шептал имя, одно единственное имя, которое он так любил ещё с самого детства. Имя, которое сделало его жизнь менее невыносимой, которое он хочет произносить в течение всей жизни. Каждый день, слыша это имя от кого угодно, он понимал, что не одинок, пока ещё не одинок, что совсем рядом с ним есть человек, которому он нужен. Совершенно случайно, произнося имя любимого, Марш вспомнил, как младший брат мужа Шелли, пока они гостили у семьи, вернувшись из брачного путешествия, постоянно обращался к этому имени, к имени, которое принадлежит Стену! А этот наивный мальчик только улыбался широкой улыбкой в ответ этому тупому уёбку. Кайл - он только его, никто не смеет звать его по имени, звать ЕГО Кайла по ЕГО имени! Из-за нахлынувших воспоминаний Стен взбесился, и толчки уже стали иметь другой характер. Кайл, будучи чувствительным, сразу это понял. Темп увеличился в разы. Парень резко входил до упора и выходил по головку своего члена, свирепо вбиваясь в хрупкое податливое тело. — Стеен! Стееееен! В ушах звенело. Кайл, сейчас только его Кайл, не смотря на тяжесть в лёгких и нехватку кислорода, отчетливо изрекал его имя снова и снова. Стен слышал свой голос, шепчущий что-то непонятное. Но в его голове крутилось только одно слово- Люблю, люблю, люблю… Не прекращая яростно трахать кудрявого рыжика. Стен наклонился над пылающем влажным личиком и жадно впился своими губами в его. Поцелуй, такой страстный и грубый, приятная пульсация в заднице и чувство заполненности. — Стеееееен! Я с-сейчас. Белая, глазурная жидкость растеклась по животу Кайла. Стен на секунду остановился, что бы пальцем провести по животу и собрать немного спермы. Он поднёс руку к губам и слизнул её с пальца. — Потерпи немного малыш, я ещё не кончил. Стенли продолжил двигаться. Он потянул свои руки к ладошкам Кайла, их пальцы сплелись. — П-поцелуй меня. Поцелуй меня, — шептали соблазнительные уста. Марш прошелся языком от подбородка до нежных приторных губ. — Какой ты сладкий, — облизнулся Стен. Их губы продолжили кружится в вальсе, борясь за инициативу каждого движения. Языки сплелись воедино, не в силах покинуть рот любимого человека. Марш первым отстранился, проиграв схватку. Они громко дышали друг другу в губы, иногда соприкасаясь ими для поцелуя. Ещё несколько толчков и Кайл почувствовал, как что-то тёплое разлилось внутри него. Стен ещё некоторое время находился внутри, чтобы мышцы Кайла расслабились, а потом аккуратно вышел. Он завалился на бок рядом с кудряшом, одновременно взяв того за бедро и перекинув ногу на свой торс. Кайл привстал, чтобы вновь поцеловать эту хитрую рожу, изображающую уставшее блаженство. Стен в который раз непонятным образом затащил Кайла к себе в кровать. Юный господин приобнял Кайла за плечи, сильно сжимая его тело до побеления костяшек на своих руках. — До сих пор боишься моего отца? — Рыжик кивнул. — Я обещаю, что скоро мы уедем от сюда, отправимся в путешествие и никто нам ничего не скажет, если мы, — он провёл рукой от бедра Кайла до его ягодиц, — ну ты понял, — улыбнулся Марш. Кайл ничего на это не ответил, а лишь уткнулся носом в шею Стена, громко вдыхая аромат его свежего постельного белья, исходящий от подушки, запах пота и шампуня соединившихся с ароматом свежевыстиранной ткани. Неожиданно для них, раздался стук в дверь. Кайл сжался, страх охватил всё его тело, ограничивая в движении каждую конечность. Ком стал поперёк горла, не давая нормально выдохнуть или вдохнуть. Сердце бешено стучало. Стен быстро накрыл того тяжёлым шелковым одеялом, предварительно закрыв рот рукой. — Войдите. — Молодой Господин, все вас ждут, ужин давно стоит на столе и как никак остывает. — Закрой дверь Маргарет, я не голоден, скажи остальным, чтобы не тратили время зря. — Но, Господин. — Маргарет, прошу тебя, я совсем не хочу есть. — Вам нездоровится? Мне позвать доктора? — Нет, я сегодня рано встал и, соответственно, хочу лечь пораньше. — Как скажете, Господин. Доброй ночи. Служанка ушла, тихо закрыв за собой дверь. Бывали ситуации и похуже, например, когда Ренди зашёл в амбар за инструментами и удобрениями, подойдя совсем близко к тяжёлому деревянному шкафу, за которым стоял Стен с Кайлом, прижатым к жёсткой древесной стенке. Стен зажал рот Кайла настолько сильно на сколько позволяли его зубы, выдерживая давление руки, чтобы Кайл не издал не единого звука, пока член Стена находился в нём. Марш понимал это, но все равно сам не на шутку испугался. Он открыл одеяло. О да, видок был шикарный. Голое дрожащее, покрытое мурашками тело, плотно вжавшееся в Стена. Мокрое лицо от зря пролитых слёз и опять эти красные щеки. Маленькие завитки огненных волос были склеены вместе с затылком и с висками каплями пота, что придавало прядям некоторый блеск, вроде искорок, как будто вот - вот превосходные локоны Кайла начнут дымится и вспыхнут. Чертова служанка. Юноша, конечно, понимал, что она ни в чем не виновата, но можно было забыть о его существовании хотя бы на эти несчастные два часа, которых было видимо мало, так как парень почувствовал вновь нахлынувшее возбуждения и жар из-за этого плачущего лисёнка. Стен снова приобнял Броффловски за плечи. — Кайл? - В ответ он получил лишь несколько еле слышных всхлипов, — Я люблю тебя Кайл, — сделав глубокий вздох, прошептал Стен, как будто эта фраза давалась ему с трудом. — Увези меня от сюда, Стен, пожалуйста. Марш положил ладонь на влажную щеку Кайла и поцеловал того в лоб. — Обещаю.