Зубные феи

— А зачем тебе они? Лан Цяньцю с долей любопытства смотрел на раскрытую шкатулку, которая была немногим больше спичечного короба. Явно резная и ручной работы. Внутри был бархат красного цвета, что резко выделяло коробочку на фоне зелёных обой и черной мебели квартиры Ци Жуна. В этой красивой шкатулке хранились детские зубы. Пять штук. На некоторый было немного засохшей крови. — А? Кто? Ци Жун заглядывает в комнату, он пытался завязать косу. Сегодня ему захотелось причесаться, впервые за две недели. — Зубы. Это зубы Гуцзы? — для пущей ясности, Цяньцю указывает пальцем на шкатулку, которая и так была видна из дверного проема. Хозяин квартиры закатил глаза. В конце концов, Ци Жун сам положил ее на тумбу. — А, ну, да. Моя мама собирала мои зубы, я предложил Гузцы собирать его зубы. Он согласился. — Это странно. Даже чуть-чуть жутковато. — Ты неженка. Мне срать, что ты считаешь странным, — Ци Жун гаденько рассмеялся от собственной реакции в вошёл в комнату, бросив незаплетённую косу. Цяньцю провел Ци Жуна взглядом и теперь смотрел, как его сосед любовно закрыл шкатулку и пошел ее перекладывать в более укромное место. Это мило. — А зубная фея? Разве Гузцы не верит в зубную фею? — Лан Цяньцю выглядит почти оскорбленным возможностью того, что у Гузцы злостно забрали детство и веру в зубную фею. — Как и все пиздюки, Гузцы в неё верит, — Цяньцю выдыхает, — когда у него выпал первый молочный, то я ночью положил под подушку, э, шоколадку, вроде? И забыл забрать зуб, а он чуть не обоссался от счастья на утро. Я наплёл, что зубная фея не захотела забирать его первый выпавший зуб, и предложил поместить его в коробку. Теперь у нас такая пиздецовая семейная традиция, сквозь ебучие поколения. Это почти трогательно. Ци Жун всегда почти трогательный, когда рядом с семьёй. — А твои зубы где? Твоя мама их собирала же. — Любопытной Варваре на базаре хуй оторвали, смекаешь свои перспективы? Они в одном из шкафов, любопытное ты еблище, — Ци Жун наконец-то находит место для шкатулки на одной из многочисленных полок. — Но это все ещё странно, хоть и мило, — Лань Цяньцю осматривает шкатулку, уже издалека, и примерно прикидывает для нее цену. — Нихуя это не странно, заебал! Я в детстве любил на свои зубы пялится, — сосед Цяньцю поворачивается голову и выглядит почти рассерженным. Он никогда не любил говорить от себе слишком много. — Они были как у пираньи? Ну, острые и маленькие — неловко выдает Цяньцю. — Ахуел?! — вот теперь Ци Жун точно рассержен. — Это был комплимент, клянусь! Пираньи милые! — Лан Цяньцю поднимает руки в знак капитуляции. На Ци Жуна это не сильно действует, но он насмешливо фыркает и сверкает глазами, прежде чем снова уйти из комнаты в коридор. Лань Цяньцю проглатывает слюну и смотрит вслед. Он зашёл, собственно, проверить есть ли кто-то в квартире. Сегодня у его соседа почему-то была приоткрыта входная дверь. Буквально чуть-чуть, можно даже не заметить, но Цяньцю заметил. Оказалось, Ци Жун выкидывал мусор, пока сын в школе, но плохо закрыл дверь. Вернее, в спешке, вообще не закрыл. Ему же ещё обед готовить! В размышлениях о сыне соседа, Цяньцю вдруг улыбнулся. — Хочешь, я побуду зубной феей! — прокричал в небытие коридора Лан Цяньцю. — Ты ёбнулся? — ответила небытие. — Нет, я имею в виду! Ох, забей. Я думал чего нибудь купить Гузцы, скоро же у него каникулы, надо будет поздравить, — Цяньцю заходил в коридор и чисто интуитивно догадывается, что Ци Жун пошел на кухню. Значит, он следом. — И чё фей собрался подарить моему вкусному сыну? Подаришь ненужную хуйню и я тебе в глотку эту хуйню запихну, — на кухне Ци Жун чистил и резал овощи. Он мог быть и дивой, и домохозяйкой, и энергетическим вампиром. — А что ты бы ему подарил? — спрашивает Лан Цяньцю с искренним интересом. Ци Жун помолчал пару секунд в раздумьях. — Ролики, со всей сопутствующей хуйней, налокотниками там, и вместе с шлемом. — Я думал, что ты выберешь велосипед. Почему не велосипед? — Потому что ролики пизже, — звучало как факт, аксиома, не требующая доказательств. Цяньцю этот тон не понравился. — Почему это? Звучит как-то ну, не знаю, не объективно. — В этой квартире нет, блять, необъективного моего мнения! В моей квартире все, что я сказал, становится истиной, так что пошел нахуй. — Ладно-ладно! Будут Гузцы ролики. Поедешь выбирать со мной? — Цяньцю, кажется, искренне ждёт положительного ответа. Ци Жун переводит взгляд с овощей на Лан Цяньцю почти удивленный. Мол, какие глупости себе там навыдумывал Цяньцю. Он же знает, что старший сосед заставит его объехать весь город только для того, чтобы найти и купить за чужой счёт самые дорогие ролики. Чтоб нервы потрепать, а не чтобы сыну самое-самое купить, хотя, и это тоже. Так зачем приглашать его, Ци Жуна, на это мероприятие? Не смотря, а может и смотря, на это, Ци Жун расплывается в улыбке, практически радостной, и смотрит Лан Цяньцю прямо в глаза. — Когда у Гузцы снова выпадет зуб, я заставлю тебя построить домик на дереве и купить боинг, — это угроза. Лан Цяньцю даже не против угроз. Он считает, что если Ци Жун хочет быть невыносимым мудилой для всех вокруг, кроме своего сына, то это уже хорошо.