Небо голубое

Ну вот и каникулы. Ровно три дня до концерта, скоротать которые не получалось даже суточными марафонами доты и соцсетей. Любимая мамочка как всегда ушла в запой, она уж явно не будет задавать вопросов, где шляется её сын по вечерам, у мамули сменились приоритеты. Ну, оно и к лучшему, Эдгар же планировал быть дома чуть ли не под утро. Затусить с ребятами, попить с ними пива, проветриться. Хоть он и был там, словно тематическая декорация, время с ними было ему дороже родного дома. Вот бы рядом была ещё и Коллет, но ей, к сожалению не разрешили родители. Это Эдгар может шиковать и покупать всё что хочет с пособий, не у всех есть такая возможность. Эту невероятную роскошь Эдгар ценил каждый месяц, с момента как скончался отец. Во всем свои плюсы, папа больше не бил маму, его заменили другие мужчины, что бухают с ней, по дому реже летают вещи, а пояснять за внешний пидорский вид приходилось совсем уж редко. Папочка внёс неоценимый вклад в жизнь своего отпрыска, благодаря ему Эдгар совсем скоро совершит очередной глоток свободы и крепкого алкоголя. Да, после тяжёлой и усердной работы, в которую входило время проведённое со стадом, это то, что требует молодой растущий организм. Подготовка шла полным ходом, за день до назначенной даты, все вещи были собраны на спинке стула, самые загадочные и единственные кеды, немного рваные, но ещё достойные, были зашнурованы звёздочкой, сумка с главными атрибутами вечера лежала под столом. Всё было в порядке, кроме одного. Замечено отсутствие футболки бэд рэндом, в которой уже так давно бродил эмо. Вещь была слишком дорога сердцу, чтобы оставить ситуацию без внимания. Да и что надеть вместо неё, если это сигнатурная его футболка с самого первого концерта? Комната была перерыта вверх дном, каждый уголок, каждая щель не осталась без пристального внимания Эдгара. Это просто невозможно. Куда и как она могла пропасть в самый важный момент? Эмо был загнан в тупик. Ничего не оставалось, кроме как покинуть свою комнату и направиться в соседнюю, где уже поддатая мамочка, опустошала бутылку дешёвого вина. - Мама, ты не видела мою футболку чёрную? - речь была не такой напыщенной, как в, например, диалоге с одноклассниками, скорее это было похоже на разговор с консультантом в магазине техники, только с ноткой вины и мольбы. Пьяная мать - существо нестабильное, кто знает, как всё может обернуться.. - Я ничего не брала, где положил, там и ищи - она звучала мягко, проглатывала некоторые буквы, но без особого интереса к вопросу. То был базовый ответ, который не обдумывая даст любой родитель. - Я искал. Не нашёл. Ты могла переложить её куда-то? - Сдались мне твои майки? Как всегда кинешь куда-то и нати не можешь, живёшь как в свинарнике. Иди ищи, я занята. - Занятая самая.. - тихонько себе под нос процедил Эдгар, чтобы мама не услышала и не наругала. Ну конечно, что ещё можно было ожидать от неё? Злость кипела, день просто отвратный, с потерей просто нельзя было смириться, уж слишком невовремя Барабашка стащил его футболку. Где бы она могла быть? Пока Эдгар думал, он решил помыть голову, как раз что бы парадно выглядеть на долгожданном мероприятии. Войдя в ванную он уже было собирался становиться в позу запятой и намывать чёлку, но вернулся в исходное положение. Периферическим зрением он заметил в углу швабру с черным пятом у основания. С целью убедиться, что это не то, о чём он думает, подросток подошёл ближе. Но нет, это была она, вещь, которую он с таким упорством искал в комнате, была пущена на тряпки. Его родная, чуть потертая футболка была в паутине, возле унитаза, мятая и некрасивая. вся в пыли и непонятного рода шелухе. Расправив её, стало ещё больнее. В районе спины красовалась огромная дырка, словно ей зацепились за ручку и потянули, разорвав ткань почти на две равные части. Как так можно было? Единственная ценная вещь и то не может быть в безопасности в родном доме. Эдгар почти физически ощутил эту боль, словно это его так грубо и безжалостно ранили в спину. Гнев закипал и больше не мог сидеть внутри. - МАМА! - кажется, что от этого крика задрожали стены, а голуби улетели с крыши дома. Уже через пару секунд Эдгар, весь взъерошенный и красный стоял напротив своего родителя - Зачем ты её взяла, кто тебя просил трогать мои вещи?! - Тон смени. Я должна разбираться в твоих тряпках? Засрался до потолка, вещи грязные лежат на полу, все разбросанно. Когда научишься всё на место класть, тогда поговорим. - голос мамы резал глубже, вскрывая, обнажая его природную ярость, что до этого проходила множество фильтров, выражаясь только в язвительности и пассивной агрессии. - Ты мне об этом говорить собралась?! Сама сидишь сутками напролет глушишь спиртное, по дому бутылки валяются, пол липкий, на кухне плесень! Что, раз в жизни решилась пол помыть и строишь из себя великую мамочку? - голова гудела от собственного крика, щёки пылали, но Эдгар был готов продолжать свой монолог, однако забыл, что его взрывной характер передался ему от человека напротив. Ничего хорошего его срыв не предвещал. - Покритикуй ещё меня. Не дорос. Вот когда будешь жить своей семьёй, поймёшь, как тяжело сейчас мне! - Тяжело что? Заливать в себя литрами? Или искать нового мужика в дом? А может тратить последнее себе на бутылку? Щёку жгло и щипало после звонкой пощечины. Меньше чем на секунду повисла тишина, после которой настала очередь женщины высказывать свои мысли по поводу поведения сына. - Как ты со мной разговариваешь, поганец? И без твоих истерик тяжело, ты сам нарываешься, позоришь меня, а потом мама плохая, потому что воспитывает? Всю жизнь вкалывала, ради тебя, отец работал без выходных, чтобы у тебя, засранца, всё было! Ты живёшь и учишься благодаря моим усилиям и усилиям твоего отца! - горло сдавило, а живот начало предательски крутить от обиды и гнева. Хотелось очень многое ей высказать, но мыльная и дрожащая картинка перед глазами решила всё за него. - Вы оба только всё портили. - голос дрогнул. Диалог был закончен, дверь комнаты заперта на защёлку, а отверстие, где раньше было вставлено текстурное стекло, занавешено простынкой. Взбешенная и, вероятно, перепившая родительница не была готова так просто принять завершение спора и ещё некоторое время достаточно громко нелестно высказывалась в сторону сына. Вымотанный Эдгар сидел на полу, по щекам скатывались слёзы одна за одной, которые он судорожно вытерал ладонями и рукавами домашней кофты. Хотелось кричать и материться, но ком в горле не давал даже всхлипнуть нормально. В какой-то момент его попытки глотнуть воздуха переросли в икоту. И вот, он уже лежит среди фантиков, бутылок из-под газировки и тетрадных листов, совершенно беспомощный, красный, залитый слезами вперемешку с соплями и, кажется, умирает. Слова мамы больно впивались в сознание, повторяясь вновь и вновь, а новая порция неприязни из соседней комнаты добивали. Прямо сейчас Эдгар чувствовал себя предметами, которые специально давят под прессом для видео, а они вынуждены, зная свою участь, стоять смирно и терпеть. Самобичевание и поток негативных эмоций прервала вибрация телефона на столе, оповещающая о новом сообщении. Если это Коллет со своими смешными картинками с котятами, он не выдержит и лопнет на месте. Эдгар просто был не в том состоянии, чтобы отвечать хоть как-либо на подобный позитив. Можно было и вовсе не брать телефон, но привычка задрота тинейджера взяла верх. Лучше бы он себе руку отрезал.. На шторке уведомлений отображался текст от китаёзы. Как же он заебал, что ему вообще надо? Возомнил себя другом загадочного эмо и теперь отлипнуть не может, постоянно лезет со своими разговорами, даже когда не просят. А просил его Эдгар плюс-минус никогда. В сообщении говорилось, что им стоить быть на месте раньше назначенного времени, если они хотят занять приватное место в каморке и пообщаться с ребятами перед самим концертом. Ответом послужило лишь две галочки "просмотрено", на большее пусть беженец из азии не расчитывает. Слёзы слезами, но всё-таки нужно что-то предпринять, начать исправление и реставрацию футболки. В недрах своего беспорядка Эдгар нашёл только белые нитки да иголку, аккуратно соединил разрез изнутри и стачал его. Хоть он и делал шов максималтно незаметным, всё-таки было видно белую нить. в голову не пришло ничего лучше, чем вышить поверх крестики, а потом делать вид, словно это его дизайнерское решение и на самом деле так планировалось изначально. Ещё несколько подобных деталей и его уникальная вещь обрела вторую жизнь, теперь можно было застирать мелкие пятна. Уже к утру следующего дня футболка будет как новая, даже выгладить можно, ради приличия. Но это не отменяло обиду в душе. Можно налепить любой ярлык, придумать самую удивительную историю для оправдания, но вдруг его заметят в таком виде и начнут задавать глупые вопросы? Ну уж нет, так дела не пойдут, сверху обязательно нужно накинуть что-нибудь и не снимать, даже если в помещении будет слишком жарко и душно. Хотя эту проблему он явно сможет решить уже завтра. Сегоднящний день пополнил список самых мерзких в году, как и большинство предыдущих дней в его календаре.