Скорбь

В Сеуле наконец-то наступила хорошая погода, только иногда шли дожди. Зацвела сакура, и весь город ожил. Чимин вновь был на работе, казалось, что он там жил, но нет-он просто график выбрал себе с одним выходным. Была суббота, посетителей в ресторане присутствовало достаточно. Чимин еле смог выкрасть себе пару минут, чтобы сходить покурить. Он пошел курить на задний двор ресторана. Накидывать на себя сверху ничего не стал, вышел на улицу в одной футболке, хотя ветер ещё довольно сильно обдувал. Чимин курил неспешно, растягивал удовольствие, хотя знал, что посетителей много, но сегодня ему не хотелось работать, потому что он очень устал. В месте на заднем дворе ресторана, где курил Пак Чимин, людей почти не бывало, только персонал выходил сюда. Но тут почему-то появился какой-то человек. И Чимин не удивился бы, если бы человек этот, находящийся вдалеке, оказался кем-то другим, а не постоянным посетителем, который ходил в ресторан каждый день, любил сидеть только за дальним столиком и заказывать одно и то же. Посетитель этот стал приближаться. Он уверенно шел навстречу Чимину, и, когда увидел его, то совсем не удивился. Этот любитель дальнего столика будто бы специально ждал здесь Чимина. Чимин, чтобы не встречаться с ним взглядом, отвернулся, сделав вид, что курит и внимательно рассматривает вывеску, висевшую на соседнем здании. Хотя он прекрасно понимал, что посетитель этот здесь неспроста. -Здравствуйте, -донеслось до Чимина приветствие. Ему не хотелось поворачиваться, не хотелось никого видеть, не хотелось сейчас здесь находиться. Ничего Чимину не хотелось. Не разговаривайте с ним. Пак Чимин нехотя повернул голову и посмотрел на того, кто говорил. Затянулся сигаретой и только кивнул. Отвечать не стал. Посетитель тогда сказал: -Я снова в ваш ресторан. Вы не против, если я вместе с вами сначала покурю? -Вход в ресторан с другой стороны. Здесь обычно не ходят, если что, -бросил язвительный комментарий Чимин и отошел немного в сторону. Посетитель отвечать не стал, но края его губ поползли вверх. Конечно он знал, что здесь обычно не ходят. Молодой человек достал пачку сигарет из сумки, висящей на плече. Не сразу закурил, потому что ветер не давал нормально зажечь сигарету. Потом все же взял ее в рот, встал рядом с Чимином и посмотрел куда-то вдаль. Ветер колыхал все вокруг, волосы трепал, забирался под одежду, мурашки вызывал. Чимин докурил сигарету и начал немного дрожать, поэтому засобирался уходить. Посетитель, пока он не ушел, повернулся к нему и сказал: -Я Мин Юнги, приятно познакомиться. Пак Чимин, туша сигарету, не повернулся на произнесенные слова. Только глаза скосил на Мин Юнги и коротко спросил: -Вам сегодня как обычно? Воду и канджон? Чимин усмехнулся на своих последних словах. Странный посетитель. Ходит в ресторан каждый день, заказывает одно и то же, а теперь ещё и Чимина пытается выцепить и поговорить. Мин Юнги улыбнулся. Он прекрасно видел, что Чимин не настроен на знакомство, но ежедневные походы в ресторан и ходьба вокруг да около надоели ему, поэтому немного осмелившись, Юнги вновь заговорил: -Да, мне как обычно. Вы обслужите меня? Мин Юнги широко улыбался и пытался быть доброжелательным. Правда, все его попытки выглядеть приветливо терпели неудачу. Чимин ни на что на это не обращал внимания, выглядел отчасти сурово и смотрел куда-то сквозь Юнги. Но потом Пак Чимин выпрямился во весь рост и решил посмотреть Юнги в глаза. Господи, не хватало ему еще того, чтобы кто-то преследовать его стал неизвестно с какими намерениями. Лицо Чимина старалось не выражать никаких эмоций. Чимин выглядел плохо, но непоколебимо. Бессонные ночи и выпитый алкоголь сделали его лицо немного отекшим, а синяки под глазами были слишком темными. Впалые щеки и острый подбородок говорили о ужасной худобе и недоедании. Чимин был похож на больного, на того, кто плохо живет. Да, и глаза были потухшими. Но, несмотря на это, Чимин все равно старался выглядеть уверенно. -Пошлите в ресторан, -сказал Пак Чимин, потом где-то с минуту молча смотрел Юнги в глаза, а после скрылся через дверь заднего хода. Юнги остался на улице стоять, потому что Пак Чимин очень быстро ушел, и он не успел ему больше ничего сказать. Потом рванул в ресторан через главный вход, сразу приметил свой дальний столик и сел за него. Чимина сначала было не видно, но он позже пришел. Уточнил ещё раз, заказывает ли Юнги все тот же канджон. Юнги сказал, что да, только от воды отказался и спросил: -Вы любите кофе? -Я люблю чай, -ответил Чимин Юнги, на него не смотря, потому что он был уткнут в свой блокнот. Это выглядело так, будто бы Юнги сейчас закажет что-то новое, но Чимин его постоянный заказ знал и даже не записывал его. А про чай он просто так сказал. Юнги же явно что-то хотел от него. -Тогда мне, пожалуйста, чай. Любой. Хотя можно тот, который нравится вам. Юнги после своих слов попытался поймать взгляд Пак Чимина. Он смотрел на него прямо в упор, но Чимин, не сказав ни слова, просто взял и ушел. Улыбка Мин Юнги сошла на нет. Он опустил голову и задумался о чем-то. Потом вспомнил, когда впервые увидел Чимина. Тогда тот выглядел лучше. Глаза… Глаза были не такими тусклыми. Рядом появился Чимин и поставил на стол чай и канджон. Юнги снова поднял свой взгляд на Пака и спросил: -Это ваш любимый чай? -Нет, я просто принес вам самый дорогой. Вид у Юнги стал ошарашенным. Чимин ушел. Мин Юнги не ожидал такого ответа, его, как будто бы, облили холодной водой. Он спустился с небес на землю и понял, что вел себя очень глупо. Эмоции взяли над ним вверх, поэтому он начал доставать Чимина всякой ерундой. Ясно же, что Чимин просто работал и ему не было сейчас дела ни до кого. Да и вообще, по не нему сразу было видно, что на Юнги ему плевать. Мин Юнги же просто постоянный посетитель, поэтому зачем на него внимание обращать? Юнги пытался разговорить Чимина непонятно для чего. Сразу отметил, что у того не все хорошо, но глупо продолжал разговорить его. Да, хотя, откуда он мог знать, что там у Чимина? Может, у человека просто не было настроения, а он уже навоображал себе неизвестно чего. У Хосока эту привычку перенял. Тот выполнял свою работу, а Юнги просто так начал за людьми постоянно наблюдать. Больше Юнги Чимина не видел, да и тот не решался к нему подходить. Чимин безумно хотел спать и, если уснуть, то не просыпаться вообще. Рабочий день был долгим, силы иссякли совсем. Чимин забыл Мин Юнги, как только в голове вновь стали воспоминания из прошлого всплывать. Тогда уже ему точно не было дела ни до кого.

***

Удивительно, но Чимин, когда вчера пришел домой, пить не стал, а лег спать. Благодаря этому утром чувствовал себя лучше, потому что не пил вообще он давно, и из-за этого забыл, что такое трезвое состояние без похмелья. Когда Чимин на следующий день пришел на работу, то постоянного посетителя, Мин Юнги, не увидел. И в течении всего дня тот не пришел. Чимин вот этому удивился, подумал, что обидел наверное его. Не пришел и ладно, все-таки для Чимина это не значило ничего.

***

Но Мин Юнги сам себе ни в чем не изменял. Он пришел, но только тогда, когда рабочий день ресторана подходил к концу. Пришел чуть-чуть заранее, чтоб наверняка не опоздать. Сначала стоял немного вдалеке, ожидая, пока персонал начнет покидать стены здания. Дождался выхода Пак Чимина, и тихо двинулся вслед за ним, боясь пока свое присутствие выдавать. Но Чимин, у которого был чуткий слух, сразу понял, что кто-то следует за ним по пятам. Он повернулся на звуки шагов, слышимые плохо, но для него хорошо, и остановился. Мин Юнги растерялся и встал как вкопанный: его заметили, а он ещё пока не собрался с мыслями. Юнги, не делая глупых попыток скрыться, вышел в поле зрения Чимина и сказал: -Не подумайте ничего дурного. -Да, конечно, нет! Вы в ресторан сначала каждый день ходили и меня караулили, расстраивались, когда я вас не обслуживал, а теперь решили подождать меня после работы и пойти следом. Интересно, зачем? Наверняка ничего дурного! Что надо? Говорите. С глаз Юнги сходила пелена, и он с каждым словом Чимина, которые были произнесены с нотками злости, начинал осознавать, как странно выглядели все его действия со стороны. Молодой человек вздохнул, аккуратно подошел к Чимину, встал напротив него на достаточном расстоянии и сказал: -Извините меня, пожалуйста. Я правда не хотел вас беспокоить. Да, в ресторане я караулил вас, но повторюсь, в моей голове не было и нет дурных мыслей. Я лишь хотел познакомиться. -Мне сейчас не до знакомств, до свидания, -выслушав недлинное объяснение Мин Юнги и не заинтересовавшись, Чимин начал уходить. Юнги хотел было его остановить, но понимал, что тогда будет выглядеть ещё хуже в глазах светловолосого официанта. -Простите, пожалуйста, меня ещё раз. Мне просто было так одиноко, а потом я увидел вас и, -тихо произнёс Юнги вслед уходящему Чимину, но не договорил. У Чимина хороший слух. Он все слышал. -Только не надо вот этих сопливых высказываний. И не приходите больше в ресторан. Мне это все неинтересно, -было сказано Чимином, который даже не обернулся. -Да господи, вы вообще не о том подумали! В очередной раз Юнги в глазах других оказался сумасшедшим влюбленным. Он это просто ненавидел. Почему все сразу думают, что у него дурные намерения? В Южной Корее ему всегда было сложно найти не друзей, даже, а просто знакомых. Мин Юнги столько раз ошибался в людях, его столько раз предавали и унижали, но это не заставило его отречься от людей. Он все еще хотел найти единомышленника, хотел найти ещё одного близкого товарища. У него же был Хосок-очень хороший человек, и Юнги был уверен, что таких как он, существует много. Зачем отказываться от знакомств и попыток найти своего человека? Попыток найти хорошего товарища, близкого друга? Любимого человека, в конце концов. У Юнги не было в голове дурных мыслей. Почему с подросткового возраста за ним это повелось… -Мне было плохо в тот день, и когда я увидел вас, ваши глаза тоже радостными не были. Какая там японская поговорка: «Несчастные понимают друг друга», да? Мне просто хотелось излить душу незнакомцу. Просто хотелось с кем-нибудь поговорить. Приглянулись для этого мне вы. А что оставалось Чимину: поверить в эти слова, якобы о том, что кто-то заметил, как ему плохо? Нет. Это все бред. Пусть этот Мин Юнги изливает душу кому-нибудь другому. -Давайте выпьем хотя бы? -крикнул Юнги, потому что Пак был уже далеко. Пак Чимин наконец остановился. Дома его ждал алкоголь, холодная постель, ночь кошмаров и неописуемая боль в душе. Какой он слабый… Все еще не может закрыть дверь прошлого, не может справиться с демонами души. Чимину пора все это отпустить… Пора уже. Юнги смирно ждал. Как это все выглядело абсурдно. Темный переулок, Мин Юнги, подкарауливший Чимина и пытающий доказать ему, что он просто хочет познакомиться, и сам Чимин, которому уже было тошно ото всех, от самого себя и своей ничтожности. Пак Чимин не верил в случайные встречи. Не верил в то, что у Юнги благие намерения. Он ни во что не верил. Как это глупо все… Не будет пить Чимин ни с каким Мин Юнги. Он придет домой, напьется в одиночестве, а потом опять начнет потакать своим слабостям. Будет лежать и корчиться от боли в сердце. Будет продолжать вспоминать свою маму, Чхве Чинчон. Будет грезить о них. Будет вспоминать свое хорошее прошлое. И все. Больше Чимин ничего не будет делать. И так уже два года. Пак Чимин не ответил Юнги. Он просто ушел.