l(ove)ibrary

      библиотека, пыльные страницы, стакан с кофе — привычное времяпровождение джисона в последнее время. он бродит среди стеллажей с любопытством, проводя пальцем по корешкам книг. он как дикий зверь, который хорошо изучил свою территорию и охотится за новыми знаниями — вот его любимый флобер с наукой "точного слова" или забавный "декамерон", первые образцы новеллы. джисон знает про это всё, знает наизусть — он проводит здесь сутки напролет, потребляя огромное количество книг — и никто не говорит ни слова против. это уже его дом, в котором можно легко погрузиться в какое-то медиативное состояние, уйти в мир рыцарей или аристократов, лордов и герцогов или поймать тонкую нить в размышлениях о них же какого-то современного ученого. джисону понравилась эта библиотека сразу же, когда он посетил её в первый раз. он помнит этот день как сейчас: в университете лектор так увлечено рассказывал о шекспировском вопросе, а после назвал труды каких-то учёных, которые можно было бы изучить для более глубоко погружения в тему, что джисон заинтересовался — и решил впервые посетить библиотеку и посвятить изучению этой проблемы пару часов в компании бумажных книг. к выбору он отнёсся ответственно, но именно эту библиотеку нашёл случайно. о ней было мало информации, хотя она и большим зданием красовалась среди небольшого сада, прямо как в раю, и выглядела действительно как вышедшее из времён античности сооружение - с гравировкой полок и узорами на потолке в стиле барокко. внутри был главный зал огромных размеров, где всегда было много людей. затем шли ещё несколько - поменьше. в одном зале, который с таким же успехом можно было назвать комнатой, потому что это был квадрат небольших размеров с несколькими стеллажами и столом по центру. этот зал джисон избрал для себя самым любимым, поскольку здесь никогда никого не было, а вот материала было предостаточно. сочинения можно было найти на любой вкус, а также отыскать научные работы критиков и исследователей — и хотя здесь было слегка тесновато и пыльно, всё скрашивал уют. джисон нашёл этот зал не сразу - чтобы это сделать, нужно было ещё постараться, так как в библиотеке были и лестницы, и небольшие коридорчики, и множество дверей - порой можно было запутаться в сложной системе. но для джисона из-за большого количества проведённого здесь времени это не составило труда. в целом, джисону нравилась такая размеренность. спокойствие и погружение во что-то родное и любимое, да ещё и в такой обстановке - это настоящее наслаждение. однако тихая книжная жизнь меняется в тот день, когда на территории джисона появляется незнакомец. правильные черты лица, острые скулы, по которым хочется провести рукой - он выглядел как главный герой романа, словно переходящий в другую форму искусства - скульптуру. такую, которая красуется в музеях, с вытянутой вперёд рукой и указывающая людям путь вперёд - путь в исследование красоты и прочих непостижимых вещей, которые поведут цивилизацию вперёд. и хотя джисон привык, что ему чаще всего хватает слов, чтобы выразить, все, что он хотел, он знал, что это произведение искусства, появившееся перед ним, мало описать. это хотелось прочувствовать каждой клеточкой тела, запечатлеть не так, как на потолке библиотеки пляшут тоскующие и забавляющиеся лица - минхо это не подходит. он должен возвышаться где-то в центре большого зала и воплощать в себе искусство, вдохновлять. — здравствуйте, — парень улыбнулся так восхитительно, что у джисона закончился весь воздух в лёгких, — я здесь в первый раз, поэтому плохо ориентируюсь — система здесь немного сложная... вы не могли бы подсказать, что это за зал? — это один из залов с литературой всех эпох и стран. обычно здесь находятся книги, которым не хватило места в главном или других. либо более старые издания, порой даже слегка потрепанные... — прекрасно.. а вы не будете против, если я вам составлю компанию? тут так тихо и уютно, мне нравится читать в подобных местах, так что, если вы не возражаете.. - конечно. я не против. с этого начинается их история. джисону кажется, что их свела сама судьба. он подумал об этом ещё с того момента, когда нога парня ступила в зал. случайно забрести сюда, где никто не появлялся за все время нахождения здесь джисона было поистине чудесным совпадением. минхо приходит почти каждый день. сначала это неловко. порой джисон отрывает взгляд от книги или замирает на месте, залипая на чужом сосредоточенном лице - стоит признать, минхо выглядит по-настоящему привлекательно, когда читает или размышляет о литературе и джисон уверен, о многих других вещах, подцепленных из строчек. джисон и сам порой думает очень много, пытаясь переработать каждое слово, вставляя и крутя его в разных значениях - а лицо минхо для таких размышлений оказывается самым подходящим - не иначе как с ним у него ассоциируются лучшие строчки петрарки. иногда минхо спускает ему такое с рук, а порой специально ловит с поличным, поднимая глаза вверх и озадаченно хлопает ресницами, пытаясь узнать, что означает этот пристальный взгляд. джисон всегда смущался таких моментов и потому каждый раз лишь опускал глаза в пол и краснел. самого минхо, кажется, ничего не смущает. он старается вести себя как ни в чем не бывало, через время даже делает шаг навстречу джисону, который и так уже давно хочет узнать, что минхо думает о той или иной книге или что предпочитает читать вообще. но он не хочет нарушать тишину - в ней постепенно становится комфортно и приятно находится, лишь звуки переворачиваемых страниц её порой нарушают. джисон боится помешать минхо. минхо же сам начинает читать строчки вслух и спрашивать мнение джисона о них, после чего тут же начинается диалог. с облегчением выдохнув, джисон дальше действует уже сам - задает нужные вопросы и превращает их в тираду мыслей, которая ещё позже начнёт затрагивать личные темы. всё же литература затрагивает и вечные темы, близкие каждой эпохе и психологии. — это издание кажется таким старым, но это из-за того, что оно плохо сохранилось. в библиотеке моей бабушки есть такое же, но на пару лет старше. выглядит чудесно.. — а ты часто пользуешься её библиотекой? — сейчас реже, хотя эта библиотека мне очень нравится. дело в том, что, когда бабушка умерла, мне стало тяжело посещать библиотеку из-за воспоминаний. помню, как в детстве она впервые провела меня в мир литературы, читая сказки. это был наш уютный мир, куда мы сбегали по выходным, когда я приезжал. знаешь, как у некоторых дом из пледа и подушек с кружкой чая в руках, так и у нас — библиотека и мир книг, — минхо грустно улыбнулся, но по его дрожащим пальцам и прикрытым глазам джисон понял, что признание далось минхо нелегко. к тому же, он уже знал, что минхо ведёт себя так каждый раз, когда переживает, грустит или хочет уйти. — мне жаль, хо-я, — джисон кладёт на чужую руку свою, пытаясь унять дрожь минхо. на самом деле, он понимает, какого это - в какой-то мере побег в мир книг для него самого - уход от реальности, где дом - напоминание о плохих событиях, а мир книг чуть дальше всего этого - и поэтому становится спокойно. это новая ступень в развитии их отношений, и хан только улыбается, когда обнаруживает, что его голова теперь часто покоится на чужом плече — теперь они сидят не в дальних углах, не напротив друг друга, а рядышком, порой читая одну книгу и греясь, прижавшись к теплому боку человека, который становится всё ближе. они и сами не знают, как себя назвать - друзья, знакомые? они много говорят, узнают друг друга всё лучше, радуются, что нашли себе практически родственную душу, которой могут довериться. знают, что не будут друг друга осуждать - в конце концов, они уже взрослые люди со своими проблемами в голове, пусть порой и возникают между ними споры. и даже если встречаются они только в библиотеке, для них это почти как дом, и ничего не может быть комфортнее, чем побыть рядом с близкой душой часик-другой. похоже, что они просто романтики, навсегда потерянные в своём особом мире. — не хочу выходить на улицу, там слишком холодно, — хан съеживается, вспоминая, как неприятно пощипывает мороз кожу, когда попадает на открытые участки тела,— хочу быть с тобой, тут. знаешь это чувство? когда холод тебе незнаком, потому что ты в приятной компании с особенно близким для тебя человеком, а это греет сердце лучше любого солнца. — ты только что сказал, что я - приятная компания, которая заменяет тебе солнце? — минхо смутился, два красных пятнышка появились на его лице. джисон покраснел в ответ, крепче сжимая руку собеседника. в этот момент кажется, что где-то произошёл сбой, и он сказал глупость. не прозвучало ли это слишком интимно? но ему казалось, в их общении уже давно нет этой грани.. джисон не знает, как выкрутиться из ситуации, хотя и комплимент был самый настоящий, потому что с минхо было комфортно, как ни с кем другим. он даже не солнце - а та самая книга, которую хочется постоянно перечитывать, желая найти как можно больше подробностей. поглаживающим движением большого пальца минхо даёт понять, что всё нормально. утыкается взглядом в книгу, призывая джисона сделать то же самое. на этом разговор считается оконченным но он далеко не последний в своём роде. джисон всё больше теряется, смотря на минхо. он с первой встречи был поражен его красотой, но теперь черты лица стали родными, а оттого и особенно прекрасными. джисон проводит всё больше времени, заглядываясь на минхо, порой уводя взгляд ниже, на шею и руки, которые так и манили прикоснуться к ним руками. джисон каждый раз одергивал себя, не зная, можно ли ему так сделать и не загонит ли он их снова в неловкую ситуацию. а минхо словно с цепи сорвался. по началу ходил тихий, по большей части осторожно передвигался взад-вперед мимо стеллажей, брал книгу, смотрел на неё пару минут и ставил обратно. потом снова вернулся к прежней лёгкой улыбке, уверенному и чёткому произнесению слов, цитированию строк, но в его речи теперь скользила особая манера - он флиртовал и игрался с огнём, выводя джисона на обсуждении тем, которые бедный джисон всегда считал запретными. минхо мог назвать его "сон-и", но когда глаза обладателя нежного прозвища смотрели на него с ожиданием последующих слов, минхо откашливался и зачитывал строки каких-то физиологических откровений, которые заставляли джисона прикрыть веки пальцами и попросить минхо остановиться. тот требовал объяснений — ведь это тоже одна из тем в литературе, разница у поэтов между платонической и физической любовью, появление телесных подробностей. джисон отвечал, что это не та тема, которую ему хочется обсуждать - но минхо не желал останавливаться, словно чего-то ожидая. и как понял потом, джисон стеснялся подобных чтений только потому, что в исполнении минхо это звучало как-то вызывающе и невольно приносило в голову мысли о том, как бы мог сделать это минхо. а если бы это было направлено на джисона? он бы краснел также, как сейчас? или сам бы проявил инициативу и ввёл бы себя очень дерзко, затеяв с минхо безмолвную борьбу? вся обстановка приводит их к новым мыслями и желаниям, напряжение выливается в действие. всё чаще они трогают друг друга так, как не делают люди, которые собираются, чтобы поговорить о искусстве. они исследуют друг друга, и это кажется неправильным, но слишком приятным, чтобы прекратить. сближение душ приводит их к большему. джисон метался: кто они? минхо делает вид, что всё идёт, как надо. он как обычно спокоен, но джисон всегда беспокоится о том, что будет дальше. чуть больше пол года прошло с того момента, как они познакомились, пару месяцев с тех пор, как назвали себя друзьями, начав с обсуждения понятия дружбы в средние века, закончив своим мнением, где с уверенностью пришли в выводу о том, что они могут друг друга таковыми признать. в их арсенал странностей добавляются поцелуи. они словно не выдерживают в этой напряженной атмосфере, и первым срывается джисон. сначала целует в шею, не думая о последствиях, затем минхо подхватывает и уводит дальше - целует в губы. сначала нежно, обращаясь с джисоном, как с самой хрупкой драгоценностью. затем, слушая чужое сбившееся дыхание и смотря на джисона, очаровательно покрасневшего, целует мокро и жадно, переплетает языки и оттягивает распухшую губу, чтобы исследовать джисона как можно лучше. они читают строчки, держатся за руки, целуются - их новый особый мир замыкается. но один вопрос остаётся нерешенным. — джисон-и, кто мы друг другу? — спрашивает минхо после очередного долгого поцелуя, когда они снова делают вид, что ничего не случилось, и разглядывают заглавные буквы древней книги, так красиво выведенные киноварью. скорее всего - копия, потому что такая редкость обычно хранится отдельно от чужих глаз, чтобы её не испортили - но посмотреть, как оно выглядело - всё равно приятно. джисон вздрагивает, потому что этот вопрос беспокоил его всегда, когда он, красный от духоты в библиотеке после их поцелуев, шёл домой и пинал по пути камешки, а строки шекспира мешались с сочиненными собственными. — давай посудим: мы явно близкие друг другу люди — нам хорошо вместе, и я уже говорил, что мне нравится проводить с тобой много времени, и.. — джисон снова смутился, потому что говорить такое было неловко. хотя в своих мыслях, быть может, он уже посвятил минхо не одну оду. — то есть, нас можно назвать друзьями. может, духовно нечто больше, ведь мы порой общаемся даже без слов. если есть этому какое-то определение - это были бы мы. но тут возникает ещё одно обстоятельство.. — джисон нервно сжимает край стола, — я сомневаюсь, что в списке необходимых вещей у друзей есть поцелуи или касания.. не просто ради шутки, а с желанием доставить удовольствие, исследовать чужое тело. вряд ли от этих вещей им становится жарко - это значит, что есть что-то ещё, какое-то другое чувство, которое заставляет их сердце трепетать от подобной близости.. джисон переводит дыхание от подобных речей и поднимает взгляд, чтобы увидеть реакцию минхо на сказанное. и, о боги, минхо смотрит. улыбается. на его щеках заметен лёгкий румянец, но он улыбается. почти что хищным оскалом. джисон краснеет пуще прежнего, понимая, что только что выдал себя с головой. — джисон-и, я рад, что ты такой честный со мной. ты ведь любишь меня, м? давай, ты всегда так легко говоришь о любви этих принцесс к подлецам, расскажи же мне о своих чувствах так же. — ты - подлец, каких свет не видывал. все знал, видел, и молчал. весело тебе было? - джисон тянет руку, чтобы ударить минхо, потому что всё-таки обидно. но минхо её перехватывает и целует. — тише, сон-и. я шучу. если бы ты не сказал, я бы признался сам. мне так приятно было, когда я понял, что мы вместе в одной лодке, — минхо взял джисона за руку, скрепляя их пальцы в замок, — я тебя тоже люблю, мой дафнис и моя хлоя, — джисон улыбается, потому что сравнивать их с подростками, выросшими в селе, ничего не знающими сначала о понятии любви - забавно, но в чем-то действительно похоже на них. "возлюбленные" — такой статус получают их отношения теперь. просто, романтично, как они любят. звучит торжественно, и они как будто переносятся в прошлое, слушая мелодичность этого названия. вот уж действительно - "возлюбить" — возникнуть любви. постепенно, но затем завязаться крепкими узами. хотя мало меняется в их жизни, в которой по-прежнему много поцелуев, только теперь через них - любовь. поцеловать при встрече или прощании - выразить любовь. только становится понятнее, что связаны они действительно крепко, официально, и хотят быть рядом. и даже не обмолвившись ни разу о том, что к друг другу чувствуют, на уровне души уже давно бы всё понимали и без слов. но они любят говорить, поэтому вслух шепчут "как же я тебя люблю". любовь, влюбиться, любить - эти слова заполняют их лексикон. только приставания минхо теперь не дают покоя. ему все мало - и он, заходя в комнату библиотеки, не похож на джисона, который вихрем проносится по залу, рассказывая последние новости. минхо сразу целует, порой не отрываясь, очень долго. пока джисон ищет книгу, минхо может прижаться сзади, уткнуться губами в шею или просто зажать джисона у стеллажа, начиная читать строчки из романа охрипшим голосом, от чего мурашки с трепетом бегут по телу. джисон и не думал, что минхо такой.. активный. но ему нравится. в паху болезненно ноет, хочется что-то сделать, но они с минхо продолжают лишь играться, доходить до края и бросать начатое. никак не могут привыкнуть к новому статусу, к тому, что теперь можно всё. один раз джисон снова даёт зелёный сигнал, и минхо забирает у него из рук блокнот, в котором он решил на секундочку стать гомером и пытался прикинуть, а как бы выглядел стих о рыцарях его любимым гекзаметром. кажется, строчки снова ползут куда-то не туда — косятся вбок, а их наполнение - его тёплая и нежная любовь к минхо. джисон видит, как тот хочет, и кто же он такой, чтобы отказывать своему парню, когда и у самого тело горит с головы до пят. но минхо удивляет. — стой, ты правда хочешь.. здесь? - джисон пытается остановить минхо, который решает начать действовать прямо в библиотеке. — почему нет, сони? мы здесь встретились, здесь были наши свидания, мы почти живём здесь, здесь никто не ходит. к тому же, мы оба возбуждены, а рядом есть крепкий стол — как все идеально складывается, чтобы тут случился наш первый раз, да? "наш первый раз"? — джисон млеет, позволяя чужим рукам залезть под свитер и нежно поглаживать живот. холодные пальцы проходятся вокруг ареол сосков, вызывая табун мурашек по всему телу. минхо весь горячий, а руки у него - холодные, и этот контраст заставляет сердце бешено биться и хвататься за чужие плечи, пока минхо прижимает его к столу, коленом раздвигая ноги. — сон-и, ты точно не против? джисон лишь спешно кивает, притягивая минхо к себе за галстук. как удачно, что именно сегодня минхо решил надеть его вместе с пиджаком, потому что это был тот образ, который джисон любил больше всего на свете. от которого сходил с ума. рубашка падает на пол, туда же отправляются свитер, брюки, и остальные ненужные сейчас вещи. минхо укладывает джисона на стол полностью, надавливая рукой на грудь, и тот смущённо прикрывает ладонью лицо. над ним возвышается минхо - гордый, величественный, с очерченным рельефом тела. джисон задумывался о том, как выглядит его тело под одеждой не раз, и именно так и представлял его - как грациозность, чётко высеченную руками скульптора. сначала это было только веяние стихотворений - ведь поэты не раз говорили о том, как сильно восхищаются телом своей возлюбленной. сейчас та божественность, которой, спускается немного ниже, к земному, граничит с трепетом. это тело - оно возбуждает, и его хочется поцеловать, услышать стоны удовольствия над собой и слиться с ним в единое целое, словно он - мой, а я - его. в комнате душно, и это лишь от пары касаний. они целуются, как привыкли - но это теперь ощущается слегка по-другому. минхо успокаивает себя и джисона - для обоих это первый раз, и потому процесс особенно волнителен. пару минут в комнате слышны только стоны и скрип стола — они оба молятся, как бы этот звук не услышали посетители библиотеки, потому что это действительно стыдно — пока другие читают книги и шикают друг на друга, призывая к тишине, они занимаются непотребствами и погрязают в грязном, но необходимом удовольствии. — минхо, постой, а как же.. — джисон не хочет подавать виду, что не доверяет минхо, но боится, что тот мог просто не знать в должной мере о том, что нужно делать, в отличие от джисона, который специально интересовался этим, уже подозревая, какую позицию займёт. сейчас они оба были раздеты, их тела словно плавились от жара. казалось бы, теперь должна последовать растяжка лежащего под минхо джисона, но его возлюбленный ничего не делал, к тому же, где они могли в библиотеке найти смазку? именно это заставляло джисона нервничать. — сладкий, ты слишком не доверяешь тому, кто хотел этого так долго, — минхо облизнулся, вытаскивая из сумки, стоящей на одном из стульев возле стола, смазку и презерватив. джисону оставалось лишь удивиться, а еще успокоиться, потому что, выдохнув, можно было признать, что минхо не хотел причинить ему вреда. джисон не знает, почему минхо выглядит так возбуждающе, когда сосредоточенно старается растянуть джисона и успевает в то же время неотрывно следить за чужим состоянием - потому что поначалу проникновение ощущается неприятно, что на глазах даже выступают слёзы. но минхо успокаивает, называя самыми ласковым словами и говоря, что скоро станет приятнее. и джисон верит. но все минуты сливаются в один короткий миг, до тех пор, пока минхо не находит пальцами нужную точку внутри. джисон стонет, хватаясь за минхо, который довольно улыбается, продолжая двигать пальцами внутри и выбивать стоны удовольствия. хан, кажется, стонет тем громче, чем свободнее двигаются в нем пальцы. — не боишься, что нас услышат? представляешь, как кто-нибудь зайдет в комнату и увидит, каким разбитым ты стал всего лишь от моих пальцев? — джисон дрожит, не ожидая обнаружить у минхо страсть к подобным фразочкам. слова для него играли большую роль, поэтому такое возбудило его больше, чем любое касание, от чего он протяжно простонал, протягивая руку к члену. — так дело не пойдёт, джисон-и, ты слишком громкий, — минхо засовывает два пальца свободной руки в его рот и отталкивает чужую, отрицательно покачивая головой. — потерпи ещё немного, дорогой. я сейчас войду, — предупреждает минхо, приставляя головку ко входу и начиная постепенно проникать внутрь. джисон простонал, немного болезненно, потому что это было больше, чем пальцы, а потом и ощущалось не так приятно. джисон продолжал терпеть, как и просил его минхо, заглядывая в глаза возлюбленного, где видел только нежность и беспокойство. — молодец, ты так хорошо справляешься, сладкий. так хорошо принял меня, — минхо шепчет прямо над ухом, распаляя парня и решая склониться ближе к нему. для удобства он сгибает ногу джисона в колене. а пока даёт ему привыкнуть к ощущению заполненности - покрывает всё тело поцелуями. спустя пару минут, оставив одно из многочисленных багровых пятен на шее джисона - начинает осторожно двигаться и внимательно наблюдает за реакцией парня. когда видит, что ему не больно, а более того, даже приятно, что у него, кажется, перед глазами все плывет, ускоряет темп. чтобы уменьшить стоны джисона он целует его, покусывая чужие губы до крови и позволяя проводить ногтями по спине, царапая. джисона трясёт, потому что он чувствует себя слишком хорошо в руках минхо, и почти скулит, отчаянно желая кончить уже после пары быстрых толчков, чего все еще не даёт сделать рука минхо. он шепчет тихое "пожалуйста, хо-я" несколько раз, на что минхо стонет и разжимает пальцы, позволяя джисону излиться на свой живот. когда джисон отходит от белых вспышек удовольствия перед глазами, он чувствует, что минхо всё ещё двигается внутри, и делает это ещё более активно, и ощущается теперь внутри слишком отчётливо. джисон путается в ощущениях - у него только что был оргазм, поэтому он очень чувствителен и ослаблен, так что хочется, чтобы движения прекратились. вместе с тем хочется продолжить, потому что минхо внутри задевает простату. минхо только шёпотом просит подождать и хвалит джисона за то, что он у него такой хороший, зажмуривая глаза. — джисон-и, ты такой прекрасный, обаятельный, самый лучший, словно сошедший со страниц лучших романов, — шепчет минхо над чужим ухом и ускоряет движения, чувствуя, как с каждым толчком приближается к оргазму. хан с дрожью выдерживает чрезмерную стимуляцию — пальцы на ногах загибаются, губы сами тянутся поцеловать. руки трогают минхо повсюду, оттягивают соски, на что над ухом слышится громкий протяжный стон. джисон помогает ему быстрее дойти до конца - и уже через пару секунд минхо изливается внутрь. несколько минут уходит на то, чтобы прийти в себя. они смотрят друг другу в глаза, молчат, потому что сил не осталось — и видят в этих глазах теперь что-то другое, выше прежнего. они вышли на физический уровень близости - это не главное, но одно из важного для полной гармонии. — не устал? приемлемо себя чувствуешь? — минхо помогает джисону привести себя в порядок, затем одевается сам. они постарались не оставлять следов, но на боковушке стола видна царапина, оставленная джисоном, как напоминание о их первой близости. оба слегка краснели, но с друг другом чувствовали себя комфортно. слегка по-другому, потому что теперь вместе ещё и на физическом уровне. их чувства, конечно, было непросто описать словами, но они старались. потому что непременно надо было сказать друг другу о том, что значит для них эта любовь. — ты моя звезда, хан джисон. моя путеводная звезда, которая помогает двигаться дальше и осознавать, что я не один. — а ты моя луна. также освещаешь мне путь, когда я совсем отчаиваюсь, - минхо улыбнулся, лежа на плече джисона, после чего потрепал его по голове. — звезда и луна, как целое ночное небо вместе, получается? — мечтательно заявляет джисон, а минхо прикрывает глаза, мысленно соглашаясь. что может быть лучше, чем помогать проходить друг другу сложную дорогу под названием жизнь, в которой они совсем не разбираются, хотя и прочитали уже столько книг о разных судьбах, как реальных, так и вымышленных людей. все такое разное и непонятное, что держаться вместе просто необходимо. необходимым кажется и читать - потому что в книгах целые эпохи, особенные культуры, что тяжело даже представить, как все это умещается только на одной земле, но вся совокупность точно не может уместиться в чьей-то одной голове. а ведь один автор - уже целый мир, который до конца невозможно понять. а ещё потому, что литература - искусство необычное. слова, за ними свой образ и индивидуальное понимание в связи с разным опытом и мышлением. вместе они связываются и создают невообразимую картину - мышление такое гибкое, а приёмы литературы такие разные, что размышлять над одной строчкой можно долго. а язык? то, как он меняется от самых первых книг до более понятного в эпоху просвещения. слова - это так по-особенному. и джисон с минхо любят это особенное, потому что это почти что главное изобретение человечества - как бы люди договаривались, как бы размышляли, как бы жили без языка? всё же читать они продолжают стабильно, обсуждать книги тоже. строчки становятся ровными, библиотека знакомой - они растут вместе, два домашних специалиста, потому что настоящий - именно такой, который захотел - сделал, а не ждал, пока кто-то научит. потому что за тебя никто не научится. горящие глаза, надёжный компаньон и усердие - джисон шутит, что они как семья, помешанная на литературе, хотя и не знает, куда это все приведёт, точно знает, что минхо согласен. и все шло бы и дальше хорошо. хотя джисон видит в глазах минхо тревожность - в первый раз на его памяти сомнение постоянно плескается на дне его глаз. джисон смущается, предполагая, что это либо не касается их отношений, либо касается того, что они постоянно находятся в библиотеке. лишь думает, что, может быть, пора перевести их отношения дальше - съехаться, продолжить строить новый мир уже за стенами библиотеки. потому что они словно переросли этот этап и должны двигаться дальше. он думает, как заговорить об этом с минхо. когда джисон решается, и все вроде бы идёт хорошо, происходит кое-что похуже, когда твоя названная луна перестаёт появляться в библиотеке и отвечать на звонки. и хотя джисон понимает, что тот может быть просто занят своими делами - проводить время в библиотеке, порой гулять в парке — это, конечно, здорово, и их отношения не о том, чтобы быть рядом постоянно. даже не о том, чтобы знать о личной жизни друг друга всё. так что сначала джисон делает вид, что не грустит и не беспокоится. может, у него экзамены, работа, здоровье, семейные проблемы или просто желание побыть одному. но почему же он ничего не сказал и не выходит на связь? это так не похоже на минхо, но джисон старается смириться и перестать быть слишком зависимым - по крайней мере, так он описывает свое постоянное беспокойство за минхо. спустя две недели он начинает уже сомневаться, что это простая занятость; спустя месяц думает, что никто к нему больше не придёт. он каждый раз заходит в библиотеку в надежде, что там покажется минхо, извинится, и джисон простит его - конечно простит, ведь минхо настолько дорого для него, что он поймёт чужую забывчивость, потому что всё это бывает - главное, будь рядом и дальше. и извинится сам, что не успел спросить о главном - хочет ли минхо двигаться дальше вместе с ним? или их отношения всё же не такие уж и глубокие, духовно-связанные, как считал джисон? настолько, что минхо может взять и забыть о нём просто так? но каждый раз его встречает пустая комната и куча воспоминаний, которые больно давят на сердце. снова не пришёл, снова дал понять, что джисон ему больше не нужен. и всё время, проведённое вместе для него ничто. джисон грустит, но ничего не может поделать, ведь чувства другого человека от него не зависят. он спрашивает у библиотекаря, может, минхо приходил сюда, потому что, вроде как, брал книги домой? но ему говорят, что какая-то женщина принесла их сюда пару дней назад и не потрудилась ответить на вопросы - потому что всем было интересно, куда делся человек, модельная внешность которого уже была давно знакома всем работникам. джисон удивляется, потому что с матерью минхо, вроде как, находится не в лучших отношениях, а сестер у него нет. так что вряд ли его мать принесла книги сюда - если это просто нежелание минхо приходить сюда, зачем он бы стал просить человека, которому не доверяет - отнести такие важные вещи - книги? не мог же он настолько бояться встретиться с джисоном и сказать ему в лицо: "ты мне больше неинтересен". джисон вспоминает лицо минхо с сомнением в глазах. что же это было тогда? может, у него появился кто-то другой на примете, и пока джисон думал о "новом уровне", минхо думал о том, как рассказать о понравившиеся ему девушке? грустные мысли преследуют джисона по пятам, потому что волей неволей, размышляя, придут к тебе и такие мысли. и пусть многие назовут его дураком, скажут, что пора отпустить, он все ещё верит что то, что было у них - так просто закончить было нельзя, и выбросить из головы так быстро тоже. избавиться от воспоминаний так точно. и думает, что может быть, это была родственница, потому что с минхо что-то стряслось. в конце концов, он всё ещё доверяет минхо, чтобы не предполагать только то, что он изменил ему или сбежал. возможно поэтому спустя два с половиной месяца, обречённых волнением и любовью, решает, что нужно что-либо предпринять, чтобы как минимум точно убедиться, что минхо его больше не любит. он не собирается сдаваться, пытается найти, как можно связаться с минхо. в конце концов, он понимает, что знает, где тот учится, поэтому мог быть поинтересоваться у людей о его месте жительства. — извините, а вы не знаете парня по имени ли минхо? — не знаю такого, — бросает парень, окидывая джисона с ног до головы недовольным взглядом. и так уже одиннадцатый раз. джисон садится на скамейку, обречённо вздыхая. это такой огромный университет. как можно найти здесь хоть кого-то, кто знает минхо? это почти как искать иголку в стоге сега. но неужели его тут знают так мало людей? с его то внешностью и характером - не то, чтобы он был очень тихим и замкнутым. это точно было не так как минимум тогда, когда он так нагло флиртовал с джисоном на начальном этапе знакомства. — здравствуйте, а вы.. не ли минхо ищете? — парень крепкого телосложения присаживается рядом, поправляя серый капюшон толстовки. — а.. да? я именно его и ищу. а вы что-то знаете? — джисон теряется, но в то же время радуется, что у него появился шанс найти того, кто может помочь. — да, мы общаемся, можно сказать, дружим. я могу поделиться нужной информацией, если расскажешь, кто ты, сам понимаешь. меня чан зовут, кстати, — а я джисон, приятно познакомиться, — улыбается джисон, пожимая руку новому знакомому. он и не думал, что увидеть друга минхо будет так приятно - особенно сейчас, когда он уже и не надеялся на удачный исход. — мы с минхо.. — джисон недоверчиво оглядывает чана, пытаясь понять, насколько близки они были с минхо, чтобы тот смог рассказать ему о своих отношениях. учитывая, что если чан не знал о джисоне, значит, минхо ему не говорил, — оба любим литературу, поэтому вместе посещали библиотеку за городом. возможно, он говорил что-то об этом? — так вот оно что.. библиотека.. — чан кивает так, словно все встало для него на свои места. он смотрит на джисона, его улыбка ползет до ушей, — я всё понял. не переживай, минхо рассказывал, так что тебе не нужно больше ничего объяснять. только скажи: ты же пришёл, потому что любишь его? из джисона вырывается целая тирада. конечно, он любит, хочет быть вместе с ним, хочет узнать, почему тот пропал и не хочет ему ничего плохого, не хочет мести или чего-то подобного, если чан об этом. но если дело касается минхо, это не может быть уложено в одно предложение, поэтому джисон рассказывает о том, что чувствует. чан на его слова понимающе кивает и улыбается по-доброму. видимо, он верит в его искренность, и это греет сердце. чан кажется милым парнем и они, скорее всего, быстро смогут найти общий язык, что несомненно джисона радует. когда джисон узнает адрес минхо, он хочет тут же сорваться в путь. чан хватает его за локоть и просит пока обдумать слова, не торопиться и быть осторожным. сам же ничего объяснять не захотел - любит минхо или нет, случилось что или нет. сказал только, что им двоим точно надо поговорить, а минхо рассказать всё самому. джисон уважал чана за такое решение - помочь, направить, но и не вмешиваться в чужие дела. джисон на следующий день решительно стоит у двери чужого дома. немного волнуясь, он поправляет края пальто и звонит в дверь. сейчас или никогда, решится его судьба. но он даже не думает, что будет делать, если ему откажут. дверь открывается мучительно долго, за ней - он. тот, чей образ хранился в памяти и наконец снова оказался перед ним вживую. особенно ничего не изменилось в чужой внешности - только рука упирается в платок, перевязанный на плече. сердце джисона глухо ударяется о грудную клетку, потому что он хочет понять, что же случилось. в то же время джисон не соврет, если скажет, что сильно скучал и не хотел бы прямо сейчас броситься к минхо на шею от того, насколько рад его видеть, как минимум, живым. все лучшее снова затапливает его - рядом близкая душа, и он как будто находит помощь, вторую часть, которой ему не хватало. он привык, и без минхо жить становится тяжелее. — видимо, и правда судьба, - бурчит минхо еле слышно, а джисон смотрит серьёзно на платок. — что с рукой? минхо хлопает глазами, потому что это не то, что он предполагал услышать. возможно, он просто забыл, как сильно умеет беспокоиться хан - что иногда порой и раздражало, но в то же время грело душу. — хочешь послушать историю, а потом.. поговорить? — если тебе угодно. ты же знаешь, я все еще готов на любое твое предложение. поэтому и пришёл. можешь выгнать меня прямо сейчас, если тебе не хочется со мной говорить. — нет-нет, дело не в этом.. — минхо стыдно, что теперь хан может подумать о нем так, и он сам в этом виноват. хан сейчас делает вид, что ничего не случилось, но минхо представляет, что творится внутри него. его спокойствие даже удивляет. в некоторой степени в душе джисон ликует, потому что перед ним минхо, который смотрит всё с тем же огоньком в глазах. в его квартире нет посторонних — это тоже уже о чем-то говорит. возможно, это эгоистично, радоваться такому, но джисон сохраняет веру в то, что их история - не игра судьбы. и что он сделал правильно, когда решился служить ей до конца. лучше горькая правда и словно осколком впившаяся в сердце любовь, которую нельзя выбросить, как потрепанную игрушку. не в их случае. — два месяца назад, когда я шёл в библиотеку, я сильно спешил, потому что мне надо было сказать тебе кое-что важное. в спешке я совсем забыл, что надо смотреть по сторонам, что я нахожусь на улице, а вокруг машины и люди.. но мыслями я был уже в библиотеке.. потому и не заметил машину, которая двигалась прямо на меня. помню только протяжный сигнал, чей-то крик и то, как я успел обернуться и увидеть рядом с собой мерцание фар: всё как в замедленной съёмке, и ты даже не успеваешь понять.., — минхо прикрыл глаза, его рука, которой он опирался на край дивана, слегка тряслась, — как мне говорят, травма была достаточно сильной, но я сам ничего не помню, потому что в сознание пришёл только спустя неделю. я тяжело отходил, практически всегда был под наркозом. некоторые говорили о возможности летального исхода. ещё неделю я находился в сознании, но даже пошевелиться не мог — одна рана пришлась на ребра, поэтому и дышать было трудно, и двигаться. я не понимал, где я, и с трудом узнавал близких. на четвертой неделе я почувствовал себя более-менее сносно, наконец, начал снова думать о том, как теперь жить и что меня ждёт. я знал, что мне нужно поговорить с тобой, особенно когда понял, сколько времени не выхожу на связь. но телефон был в моих руках в момент аварии, поэтому теперь, понятное дело, был уже совсем не пригоден к использованию. а новый мне купили не сразу. до конца месяца за мной усиленно следили врачи, и ещё через несколько недель решили отпустить, потому что родственники посчитали, что пусть лучше специалисты будут приходить ко мне домой, чем платить суммы за моё содержание в больнице. мать как-то узнала, что у меня есть задолженность книг, и молча отнесла их в библиотеку - к сожалению, тут я тоже упустил свой шанс с тобой связаться. да и говорить ей о библиотеке и о тебе я побоялся - она отличается вспыльчивым нравов, как я тебе уже говорил, и уже без того винила меня в моей невнимательности.. я создал родителям много проблем. так что, как то так я провел это время... но, как видишь, постепенно восстановился. вот только с рукой и ребрами проблемы есть.. джисон с ужасом смотрит на минхо, не зная, как правильно отреагировать на полученную информацию. он и не знал, что с минхо все было настолько плохо. ему ужасно жаль, ему больно за минхо - хорошо, что он сейчас в порядке. но что он пережил? джисон не представляет. а он даже не мог быть рядом, чтобы поддержать. а еще и напридумывал себе всякого! — минхо, это так ужасно.. — джисон садится ближе к минхо, приобнимая за плечо и пытаясь выразить свое сочувствие, — так ты не появлялся, потому что попал в аварию и не мог со мной связаться? — ты прав. сначала у меня не было никаких сил и это было дело обстоятельств. когда я уже лежал дома, настроение у меня было прескверное, сил не было, и я больше всего не хотел появляться перед тобой таким. раньше - мог, теперь - нет. слишком близким ты мне стал, так что передавать тебе негатив и показываться слабым - последнее, чего я хотел. но это была лишь одна из причин. поскольку я был дома, ничего не делал, я начал думать о наших отношениях и понял, что боюсь. я впервые боюсь того, куда всё приведёт. литература научила любить меня нежно, опираться на духовные ценности - не играться с людьми, как я делал раньше и за что не раз корил себя. любовь - действительно прекрасная вещь, но прекраснее неё ты, с которым страшно показаться плохим. еще и мы с тобой какие-то странные, меня это пугает. о таких обычно говорят, что они не смогут построить нормальных отношений - и в какой-то момент я поверил в это, хотя никогда не отличался склонностью верить в чужие мнения. но я боюсь плохого исхода, потому что это связано с тобой, а ты мне важен. и я долго думал, что делать.. сомневался... потом понял, что уже прошло много времени, побоялся, что ты уже похоронил меня глубоко внутри, проклял и забыл. но ты.. джисон перебивает его, когда слышит, что минхо столкнулся не только с физической болью, но ещё и с внутренней, духовной. возможно, одна повлияла на другую, потому что минхо наверняка был сильно подавлен и шокирован долгое время. и эти сомнения зародились по причине, которую джисон не успел с ним обсудить. как жаль, что они не поговорили об этом раньше. но как хорошо, что минхо его не ненавидит, а джисон здесь, чтобы всё вернуть на свои места, на что ещё есть шанс. — а теперь послушай, хо-я. "любовь - высшее наслаждение, ты же помнишь?" — шепчет хан в губы минхо, прислоняясь своим лбом к чужому, — я и сам, признаюсь, боялся, что наша любовь не сможет выйти за рамки библиотеки, так и останется в мире литературы, но ты напомнил мне, что надо не думать, а ещё и пробовать. мы должны перенести её в мир реальный, и тогда нам откроется всё, о чем говорил шекспир - ведь это не полностью выдумка, это о настоящих чувствах и реальности. я надеюсь, ты ещё не закрыл свое сердце для служения любви? — и ты правда не разочаруешься во мне? даже, если я могу оказаться не тем, каким казался в библиотеке? после того, как мы начнём жить вместе - в этой реальности, а не среди книг — начнётся рутина, совместный быт. как бы мы с нашей натурой не.. — успокойся, хо-я, — прошептал джисон, укладывая руку на грудь минхо и осторожно поглаживая, — мы возможно немного непохожи на остальных с нашим чрезмерным увлечением литературой, проводя вместе бесчисленные ночи в библиотеке. но это неплохо, ведь мы можем построить свою реальность. мы должны радоваться, что мы нашли друг друга, таких похожих среди всех маленьких человечков этого мира. не иначе мы должны быть вместе, как для того, чтобы любить, быть вместе и строить нашу собственную библиотеку любви, — хихикнул джисон, — если можно так выразиться. если оба будем стараться, то все будет хорошо, и мы сможем преодолеть все плохое, что, конечно, будет появляться на нашем пути. просто доверься мне, как делал это всегда, ладно? сейчас главное твоё выздоровление. — сон-и.. мой романтик.. — минхо сильнее вжимается лбом, прикрывая глаза, с которых скатываются слёзы, — прости, что я так поступил нашей любовью. — сначала я переживал об этом, но теперь понимаю, что нам просто нужно было это преодолеть. твой друг чан очень помог мне. — чан? откуда ты его знаешь? - спросил минхо, вытирая слёзы. — тебе лучше спросить, как я нашёл тебя, потому что это долгая история. как и то, что происходило в моей жизни без тебя, потому что это был кошмар. — но у нас есть ещё куча времени, чтобы мы друг другу все рассказали, поэтому я предлагаю закрепить нашу встречу лёгким поцелуем. ты не представляешь, как я скучал по ним. — хочешь узнать, какого это - целоваться в квартире своего парня, а не в библиотеке? можешь переехать ко мне, и я покажу. — всё, минхо, не нужно меня смущать. я обязательно буду приезжать к тебе и помогать, чем смогу, чтобы ты поскорее поправился. а ты больше не будешь убегать, да? — хорошо, прости... — минхо тянется к хану за поцелуем, и джисон углубляет его, жадно проходясь языком по губам, но стараясь сильно на минхо не налегать, потому что беспокоится о его самочувствии. однако удивлением становится, когда он аккуратно пересаживается на колени минхо и чувствует, как что-то упирается в его бедро. джисон краснеет, явно не ожидая, что сегодня всё сможет зайти дальше поцелуя. похоже, минхо действительно очень рад его видеть. джисон чувствует, как чужая рука сжимает его ягодицу, но перехватывает и отводит её назад. — не переживай, я сделаю всё сам. ты же хорошо себя чувствуешь? мы можем отложить.. — боже мой, сон-и, я так хочу этого, я так скучал по твоим прекрасным бёдрам, поэтому пожалуйста.. если будет больно, я скажу. джисон улыбается, потому что теперь точно знает, что у их любви будет продолжение. уж он то постарается и не отпустит минхо больше никогда и никуда. они выросли - джисон чувствует это - преодолели уже многое. много их ждёт впереди - много книг и чувств, посвящённых только друг другу в их маленьком мирке, похожем на библиотеку - где каждая книга - новая история их исследований и любви, переплетающихся очень тесно. когда спустя пару лет джисон готовит завтрак на кухне их общей квартиры, а минхо что-то рассказывает ему про лекцию по теме "любовь в английской литературе эпохи возрождения", в которой их пригласили принять участие, в голове у джисона рождается отличный эпиграф к ней - это одна из любимых строчек шекспира, которая хорошо описывает их с минхо жизнь и понимание любви. «Любовь всесильна: нет на Земле ни горя выше кары ее, ни счастья выше наслаждения служить ей». Уильям Шекспир