Питомец для злодея

Джисон точно не готов был выйти с балкона. После того, как он отправил Чонина спасать того необычного кота, он даже и подумать не мог, что одному выйти к рыцарю ему будет так страшно. Но вот Ли Минхо, как не знающий ничего, как не понимающий этого животного страха смерти, выглядел счастливым, сопровождая этого надменного, высокомерного второго принца! «Интересно, он уже контактировал с ней?» — хмыкнул про себя Джисон. Всё же, Минхо был красив. Для Хана он каждый раз был словно новым, другим, но всё таким же прекрасным и притягательным. — «Это издевательство…» Без Чонина было не так интересно. Хотелось видеть его выражение лица, когда император восхвалял перед всеми Хонджуна. Да ещё и эта Наби… Как же хорошо её унижает сестра! Хёсон надо отдать должное за то, что она развлекает Хана, сама того не зная. Но когда Наби убежала, Джисон снова обратил своё внимание на Минхо и заметил, что тот находился поодаль от имперской семьи. Казалось, он скучал, но не мог позволить себе развлекаться. Всё же Хонджун жестокий: сказал Минхо идти праздновать, зная, что тот будет бдительно защищать его, даже когда угрозы нет. «Пф, ну и показушник», — посмеялся Джисон и целенаправленно пошёл к рыцарю — как раз должен был начаться вальс. Когда Хан подошёл к Минхо, тот сильно удивился. Они ведь даже не знакомы, ну, по крайней мере, Минхо точно с ним не знаком. — Скучаете? — хмыкнул Джисон, смотря Минхо прямо в глаза. — Что? — опешил Ли. — Вижу, что скучаете, — посмеялся Хан. — Слышите? Скоро будет вальс, который грех пропускать. Как сын священника говорю. Минхо хмыкнул, не удержавшись, из-за чего Джисон тепло улыбнулся. Всё же этот рыцарь очень милый, хоть и выглядит как каменная стена. — Как скажете, вот только с кем мне вальс танцевать? — улыбнулся Минхо, поражая Хана наповал. — Да хоть со мной! — не растерялся Джисон. — М? Приглашаете меня? — удивлённо спросил Минхо, смотря в сторону ложи императора. — Именно, — кивнул Джисон, поклонился и протянул руку. — Не позволите ли мне пригласить Вас на танец? — Ох, — удивился Минхо, но сразу же смягчился. Танец ведь никому не навредит? — Всё же, по этикету от первого танца не отказываются. Минхо протянул руку в ответ, соглашаясь на приглашение странного младшего сына дома Хан. Этот танец точно останется у него в памяти, как самый лучший из всех, что он танцевал. Они чувствовали и музыку, и друг друга. Минхо бы даже подумать не мог, что сможет довериться человеку, которого знал от силы пару минут. Хотя казалось, что они уже давно знакомы, особенно когда Джисон будто знал, как поступит Минхо, который действительно не помнил, что они танцуют. Было столько моментов, когда рыцарь должен был наступить на ноги Хану, но благодаря чуйке, а может, провидению, этого не произошло. *** — Черны-ы-ы-ыш! — бесился Чонин. — Я не видел принца всю ночь и всё утро! Неужели он передумал со мной сотрудничать?! Чонин чуть ли не рыдал, откровенно раздражая кота — он то и дело закатывал свои глазки на каждое завывание Яна. «Хватит! Просто жди и будь паинькой!» — не выдержал кот. — «И хватит звать меня этим смертным отвратным прозвищем… Я тебе утром сказал своё имя под твоими злостными пытками!» Ян действительно узнал личность кота, когда доставал его утром с просьбами сказать, как его зовут и кто он такой, и как он оказался в саду, а потом — в поместье его родителей, и как так вышло, что ему не хватило маны перевоплотиться обратно. Когда Чонин не отстал от него даже когда кот от злости стал царапаться, бедный Черныш сдался. Он представился Ли Феликсом. Оказывается, он и не человек вовсе, а дух. Один из тех кто наблюдал за ним, по словам, Джисона, конечно. Феликс сказал, что он дух воздуха, и в своей оригинальной оболочке выглядит как огромная голубая птица. А ещё он нетерпеливый и решил перевоплотиться в кота, чтобы стать видимым для людей. Конечно, сделал он это необдуманно, и его решение стать котом оказалось самым ошибочным решением в его жизни! Он мог принять облик человека, но почему-то его привлекла именно кошка… После того как Чонин вдоволь посмеялся над бедным духом, тот продолжил свой рассказ, поведав, что решил заключить контракт сам, а не ждать, пока он соизволит наконец появиться в лесу! Но проблема в том, что Чонин не знает как заключать контракты… И конечно же, Феликс узнал об этом только утром. — Ну, "Черныш" тебе больше идёт! — посмеялся Чонин, а после предложил: — Я могу поискать в библиотеке книги про контракты. «Попроси помощи у своего принца!» — очень громко воскликнул Феликс в голове Яна, и Чонин ойкнул. — Вообще-то… Он думает, что у меня есть контракт с духом, и он не знает, что я ничего не умею как проводник, — поник Чонин. А ведь он убедил принца, что у него контракт с Эоном! Кот очень недовольно молчал. Он примерно знал, что Чонин необычный проводник. Отчего-то в Яне была огромная магическая сила, которая, конечно, может стать для него и смертельной. «Пока я восстанавливаю свою ману, ты обязан научиться заключать контракты! Иначе я, восстановившись, измучаю тебя магией до смерти!» — угрожающе продолжил дух и очень успешно. — «Хотя бы попытайся! Иначе без контракта со мной ты будешь в огромной опасности. и эти твари за твоей спиной уже не успеют тебя спасти!» — Ы-а-а. да о ком вы говорите?! — испугался Чонин и стал крутиться. — Почему я ничего не чувствую? И почему это я в опасности?! «Ты и не должен, балда! Они находятся во внешней оболочке, а ты и я — во внутренней!» — фыркнул кот, но от этого Чонину легче не стало. — «Ну и, конечно, ты ничего сейчас не понял! Есть две оболочки этого мира…» Не успел Феликс донести мысль до головы Чонина, как вдруг Ян вздрогнул. Он ведь знает об этом! В книге это объяснялось, но сюжет не сильно углублялся в это — нужно же было вставить больше постельных сцен. — Ты про то, что внешняя оболочка — это мир духов и то пространство, откуда они черпают свою магию? — похлопал глазками Чонин, а Феликс застыл в удивлении. Но не успел Ли хотя бы попытаться разузнать о том, откуда Чонину известно про мир духов, тогда как про магию неизвестно ничего, как вдруг в комнату вошёл Хёнджин, одетый в кристально-белый халат. — Сейчас. За мной, — приказал Хёнджин и поспешил покинуть комнату, оставляя Чонина с открытым ртом. И конечно же, Ян побежал за принцем, ведь не каждый день ему удастся насмотреться на Хёнджина в халате! Даже если он каждый день в таком ходит… Чонин молча следовал за Хёнджином, не понимая, куда тот его ведёт. В книге Рубиновый дворец совсем не описывался, только тот факт, что в стенах дворца замурованы разные драгоценные камни. Да и в книге не было и слова о том, что в Рубиновом дворце есть темница, и, ещё хуже, камеры пыток! Именно туда его привёл Хёнджин, и, сказать честно, это было отвратительно. Чонин еле сдерживал тошноту от этого мерзкого запаха крови и мочи и слышимых чужих криков агонии. Там были голоса и мужчин, и женщин, и все просили одного — помиловать. — Привыкнешь, — произнёс Хёнджин, заметив испуганное состояние Чонина. — Все кто тут находится — это наёмники, служанки и рыцари, что посмели покушаться на императора и Хонджуна. Так что не жалей их. — То есть, и на Вас они покушались? — воскликнул Чонин, но, к его удивлению, принц отрицательно покачал головой. — Нет, тех, кто пытался меня убить, отпускал император. — спокойно произнёс Хёнджин и двинулся дальше. Яну было жаль бедный белый халат. Как долго слуги потом будут его отстирывать от крови? Да и ответ, почему тех, кто пытался убить Хёнджина, отпускали, Чонин и так знал. Это потому, что сам император и нанимал их, но каким-то чудом ребёнка всегда спасали, и он бросил попытку убить Хёнджина через чужие руки. Удивительно, что Хван сам не мстил никому. — Нас уже заждались, поэтому идём быстрее. Не время устраивать мозговой штурм, да и кота пожалей, — невзначай сказал Хёнджин, ускоряя шаг. — Тебе же потом его мыть. — Что? Кота? — удивился Чонин и обернулся, увидев за собой Феликса, идущего с таким видом, что сразу становилось ясно, как сильно он этого не хотел. — Дурак! Чего за нами поплёлся? Чонин, нахмурившись, взял котёнка на руки, даже невзирая на то, что сам был одет в чистую одежду, а с лап духа стекала эта кровавая масса. Ян не брезговал. Наконец они подошли к самой последней камере, хотя казалось, что это закрытая камера пыток. Это было единственное закрытое помещение без решёток. Чонину это даже показалось странным: неужели там кто-то страшный и опасный настолько, что Хвану пришлось поместить его сюда? Чонин даже боялся на неё смотреть, что уж говорить про то, чтобы заходить! А Хёнджин лишь насмешливо фыркнул, особенно когда увидел кота на руках у Чонина. — Прошу тебя, заходи, — улыбаясь, произнёс Хёнджин, прекрасно понимая, что Чонин до дрожи боится. Но за эту милую и искреннюю улыбку Чонин готов простить всё! Зайдя внутрь, Чонин увидел совсем не то, что ожидал. Помещение было обустроено не как камера, а как комфортное для проживания место. С односпальной, по виду очень мягкой, кроватью, стоящим посередине столом, зажёнными лампами. За столом сидел Хан Джисон и мило улыбался впавшему в ступор Чонину. — Господин Хан? — удивился Чонин, на что Джисон лишь шире усмехнулся, а кот фыркнул и прижался ближе к Яну. Почему-то Феликсу не очень-то и нравится Джисон. — Привет, дурашка. Давненько не виделись, — потянулся Джисон. — Не думал, что принц будет вести тебя сюда. Да и я сам не очень-то и доволен этим местом. Хотя оно очень подходит характеру Нашего Величества. Хёнджин демонстративно закатил глаза и присел на кровать, а Чонин решил, что будет хорошо, если он присядет рядом с принцем. Конечно, тот нахмурился, но ничего не сказал. Прогресс! — Это моя комната, — выдохнул Хёнджин, смотря на Чонина. — Что? Разве Ваша комната не там, где я сейчас? — удивился Чонин и загрустил, невольно поглаживая шёрстку кота, уже удобно устроившегося на его коленях. — Вот именно поэтому теперь моя комната эта, — вновь закатил глаза принц. Чонин хотел возразить со словами: «Что мешает Вам спать со мной на одной кровати?», но громкий смех Джисона отвлёк его от задуманного. — Боже мой! — смеялся Джисон, награждая себя злым взглядом принца. — Ваше Высочество, Вы садист! Кто в здравом уме будет спать в темнице? Ещё и секретной! Чем Вам не угодил милый юноша под боком? Хёнджин раздражённо потёр переносицу, намеренно игнорируя слова Хана. Даже Чонину хотелось посмеяться, но он только немного покраснел. — Это место секретное, поэтому оно идеально для совещаний, ещё вопросы будут? — зло произнёс принц. Джисон его, мягко говоря, подбешивал. — По всему дворцу уши императора и Хонджуна. Нужно быть всегда осторожными. — Тоже верно, — быстро сдался Хан. — Лучше поведайте дурашке, зачем он здесь. — Ах, точно, — вздрогнул Хёнджин, сразу хмурясь и поворачиваясь к Чонину. — Мне нужно, чтобы ты узнал всю информацию про Юн Наби и семью Юн, про их прошлое и будущее. Также, ты должен будешь посещать вместе со мной разные мероприятия и узнавать мнения аристократов насчёт недавнего выбора кронпринца. По возможности ты должен будешь менять их мнение. Чонин нахмурился. Это он и так знает, но зачем ему эта информация, если они с Наби не знакомы? Что он хочет с ней делать? Да и аристократы были рады, что Хонджун стал наследником вместо Хёнджина. Не очень-то им нравился умный, красивый и сильный сын наложницы. Он был очень сильной фигурой, которой было сложно манипулировать, а вот Хонджун — наоборот. Он вырос в любви и ласке, в отличие от Хёнджина, которому пришлось выживать и бороться за своё существование. — Я могу сейчас всё рассказать… Ну, про Юн Наби, — неуверенно начал Чонин. — Она жила как простолюдинка. Из-за слабого здоровья родители не заставляли её работать, поэтому у неё сохранилась нежно-белая кожа. Она встретилась со вторым принцем на рынке, и… — Меня не интересует Хонджун, меня интересует их семья и её личность! — перебил Хёнджин и закатил глаза. В ответ Чонин лишь усмехнулся, а Феликс агрессивно уставился на принца, но стоило Хёнджину также посмотреть в ответ, как кот сразу же отвёл взгляд и спрятался за руками Яна. — М? А это ещё кто? — удивился Джисон, рассматривая кота. — Я его только что заметил! «Чонин, спаси меня! Я ему сильно задолжал, заставь его поверить, что я лишь обычный кот, и заткни рот принцу!» «Я его последняя надежда», — посмеялся про себя Чонин, отвечая: — Это Черныш, мой кот. Я нашёл его в столице, и теперь он везде за мной следует. Ну разве не милашка? Чонин взял кота подмышки и показал хмурому Джисону. Феликс же мяукнул и похлопал своими глазками. После этого взгляд Хана смягчился, и он очень громко рассмеялся. — И правда милый, дурашка, — кивнул Джисон и перевёл своё внимание на принца. — Скоро состоится приезд императора из Сицилии. Будет очень много дворян, и это наш шанс. Заручимся не только поддержкой наших аристократов, но и другой империи. Чонин резко нахмурился. Как он мог забыть? Соседняя империя, именуемая Сицилией, уже давно враждует с этой империей. На приёме Хёнджин покажет себя максимально хорошо и завоюет их доверие — особенно перед чарами принца падёт их принцесса, что не скажешь про Хонджуна, который не смог этого сделать, так как Наби попала в беду. «В этот вечер нападут наёмники, и император даже захочет объявить войну. Хонджуна ранят», — непроизвольно гладя кота, Чонин задумался и настороженно взглянул на Джисона. — «Ещё ранят Минхо…» — О чём задумался, дурашка? — заинтересованно спросил Джисон, который уже сидел на столе прямо перед Яном. — А? Ах, я не думаю, что этот приём хорошая идея… Может, можно будет усилить охрану? Например, часть отправить в сад, — неуверенно начал Чонин, думая, как стоит усилить охрану и не дать случиться политическому конфликту, ведь это такая прекрасная возможность получить поддержку для Хёнджина! — Да, я учту твои переживания, — ответил Хёнджин, о чём-то задумываясь. — Раз ты можешь произносить имя Духа Времени, то не доверять тебе опасно. — Эй! Мы вчера с Вами три часа мусолили тему по поводу дурашки! Неужели Вы настолько скептик, что не верите двум оракулам? — обиженно вздохнул Джисон, подмигивая Чонину. — Закрой рот, — отпарировал Хёнджин, и Джисон сразу же изобразил жест, будто закрывает рот на ключ, а ключ выбрасывает. Они сидели в этой каморке ещё долго. В основном говорили Хёнджин и Джисон, а Чонин послушно вслушивался. Как итог, Хёнджин дал Чонину дополнительное задание — втереться в доверие к Юн Наби и к семье Юн в принципе, узнать их мнение про Хёнджина и разузнать по поводу Хонджуна. Только вот как ему это сделать? У Чонина нет навыков шпиона и тем более нет баффов главной героини. Они же раскусят его, как орешек! Через какое-то время Хёнджин выгнал Яна, дав приказ помыть кота и желательно принять ванну самому. Уже сидя в ванной и обнимая свои коленки, пока Феликс игрался с пеной и пузырями, Чонин задумался. Что ему делать? Он твёрдо решил для себя обеспечить Хёнджину счастливый финал, и даже был готов умереть ради этого! Единственное, что ему не даёт покоя — это то, как именно это сделать. Он должен будет помочь свергнуть Хонджуна, и, зная Хёнджина, единственный выход — это посмертно. Что же делать с Наби? Она святая, и если она будет зла на них, то они трупы! Никакие духи его тогда не спасут… «О чём задумался, смертный?» — Да так, — хмыкнул Чонин, смывая пену с головы кота. — Я уверен что делаю всё правильно, но я не хочу, чтобы кто-то умер. Моё эгоистичное желание — чтобы все были счастливы. «Особенно этот принц?» Стоило Феликсу упомянуть Хёнджина, как щёки Чонина тут же наполнились румянцем, а взгляд смягчился. — Особенно этот принц… Думаешь, я озабоченный? — в ответ кот активно замотал мордочкой, отчего вода заплескалась, что вызвало у Чонина смех. — Дурак, прекрати! «Просто ты должен подождать, когда заключим контракт, тогда всё станет лучше!» — Надеюсь, что в своей оригинальной оболочке и в форме человека ты такой же милый, — улыбнулся Чонин, да так, что даже Феликс на какое-то время застыл. Впервые он увидел его таким милым. «И не сомневайся! Получше твоего принца буду!» На что Чонин засмеялся и через смех проговорил: «Ну-ну».