Питомец для злодея

С первого свидания прошла неделя, и, кажется, Чонин заметил эти изменения. Принц просто стал добрее, наверное. Хотя бы не ворчит, когда Ян невзначай пытается дотронуться до его волос или обнять во сне. Конечно, Чонин вряд ли помнит что распускал руки, но всё же Хёнджину было всё равно. Он всё так же поглощал ману Яна и наблюдал, как тот рыдает во сне, а причину не говорит. Да принц и не интересуется этим. Всё-таки Чонин для него просто инструмент достижения цели. Не более. Чонин так же изъявил желание носить форму слуг, да и в принципе работать как слуга, ведь сидеть в комнате, изредка выходить на трапезы и иногда выгуливать Феликса в саду или столице было очень скучно, последнее — особенно. Конечно, Ли не одобрил порыва Чонина работать, всё-таки у них есть задание! И как же хорошо, что Хёнджин осадил его: «Нет, сиди смирно. Ты гость и слуга лишь для галочки, а если быть точнее — ты мой милый ручной пёсик, так что веди себя подобающе». Так же принц позволил Чонину посетить банкет герцогства Юн, который будет уже через два дня. Конечно, Чонин знал что дарить такой девушке, как Хёсон, и уже даже купил ей подарок. Между тем деньги Чонину отправляют из герцогства, «чтобы он не скучал», и о чем Хёнджин, конечно, не знает. Чонину по ночам стали сниться странные сны. Они, как и прежде, были связаны с Хёнджином, с их тайными встречами, поцелуями, и там даже какая-то драма была! Чонин будто бы смотрел чьи-то воспоминания или сериал, и успел заметить одну важную деталь: все сны перепутаны. Они явно были показаны не в хронологическом порядке, но зачем это Чонину? Черныш сказал, что кто-то намеренно отправляет Яну подобные видения, и что, возможно, это кто-то из тех, кто наблюдает за ним или даже находится рядом, но из-за того, что сейчас Феликс очень слаб, сказать что-либо ещё об этом он не смог. Сегодня был прекрасный день, потому что Чонин наконец-то додумался прийти в библиотеку. Конечно, ему пришлось получать разрешение Хёнджина и даже выбивать целый документ о том, что Ян может свободно передвигаться по дворцу. До этого он жил в комнате, и еду служанки приносили ему прямо туда — с ними ему ещё и посплетничать удавалось. Оказывается, во дворце ещё живут наложницы императора и когда-то жила императрица, но, родив Хонджуна, она сразу же попала в главный дворец. Так же, на удивление, у наложниц с Хёнджином были довольно хорошие отношения. Войдя в библиотеку, Чонин очень сильно удивился. Она была настолько огромной, что у Яна даже слюнки потекли. Он ведь просто обожает книги, и, может, там даже найдутся романы! Феликс же своими злыми глазками вернул Чонина в реальность, тем самым заставив сосредоточиться на контракте. — Итак, Черныш, ищем книги про контракты! — Полный энтузиазма, Чонин начал расхаживать по библиотеке, осматривая каждый стеллаж. Они с Феликсом разделились, и, честно говоря, Чонин даже почти потерялся… Он не нашёл книг ни про магию, ни про проводников, да даже романы не обнаружил! Зато было полно книг про империю, императорскую семью и про духов. Особенно Яна привлекла книга про демона: её звали Лейла, и когда-то давно она была богиней, но что-то произошло, и от неё отказались все последователи, после чего она решила мстить. Чонин нахмурился, перечитывая книгу раз за разом — она казалась ему пророческой. Всё-таки, в романе упоминалось, что святая должна полностью уничтожить Лейлу, чтобы спасти империю. Это буквально было пророчество от церкви, но либо Чонин не помнит, либо в романе эта Лейла так и не появилась. Хотя, были подозрения, что тело Хёсон захватил дух демона, но это ничем не подтвердилось, да и это был всего лишь предлог, чтобы отправить её в монастырь. Всё-таки чем дольше Чонин живёт в романе, тем нелогичнее он ему кажется. «Надо взять её с собой», — нахмурился Чонин и продолжил поиски. Конечно, ни он, ни Феликс не нашли ничего про проводников и их контракты. Дух в последствии отказался продолжать поиски потому что проголодался. Чонин, который даже не завтракал, вообще есть не хотел, что Чернышу показалось очень странным, но списал он всё на то, что Чонин сам по себе очень странный. Но на выходе из библиотеки их остановил тот, кого они точно не ожидали увидеть в Рубиновом дворце — сам Ли Минхо, только в обычной аристократской одежде и с крутыми очками, что очень сильно ему шли. — Что Вы искали, Ян Чонин? — нахмурился он, преграждая выход и внимательно всматриваясь в бедного кота, начинавшего по этим взглядом дрожать. — Что Вы делаете в Рубиновом дворце? Разве Вы не личный рыцарь второго принца? — нахмурился Чонин в ответ, прижимая пугливого Феликса ближе к себе. Минхо лишь сложил руки на груди и склонил голову набок. — Подрабатываю библиотекарем, — серьёзно заявил он, но недоверчивый взгляд Чонина и аналогичный Феликса. буквально говорили: «Ты серьёзно думаешь, что это прокатит?» — Неужели второй принц Вам так мало платит? — усомнился Чонин, а Минхо же бесцеремонно забрал бедного Феликса к себе на руки. Феликс даже удивиться не успел! — Он мне не платит вообще, — спокойно сказал рыцарь, гладя кота, которому, кстати, даже несмотря на мурлыканье, это совершенно не нравилось. — Император попросил присмотреть за библиотекой, ведь Его Высочество слишком беспечный и даже не нанял кого-то на место убитого. — Верните мне котёнка! Кажется, у Черныша скоро начнётся стресс… — нахмурившись, упрекнул Чонин Минхо, и тот с грустным вздохом вернул духа в руки хозяина. — Раз Вы библиотекарь, то можете помочь мне кое-что найти? — Конечно, только зарегистрируйте себе карточку, запишите туда название книги, которую собирались забрать, и поставьте напротив свою подпись, — серьёзно сказал Минхо, даже с неким осуждением. — Что бы Вы хотели найти? — Книги про контракты, духов и проводников! — оживлённо ответил Чонин, получая хмурый взгляд в ответ, но вслух никакого возмущения не последовало — Минхо лишь развернулся и ушёл куда-то вглубь библиотеки «Тебе не кажется это странным? Вроде когда мы заходили, никого не было… Хотя он такой неприметный, мне даже как-то не по себе. А ещё у него довольно хорошая аура». «Это потому что он тебя погладить успел?» «…» «Закрой рот!» *** В итоге даже Минхо ничего не нашёл и просто отпустил Чонина с Феликсом. Ян поел сам и покормил духа. Удивительно, что вся прислуга смотрит за Чонином издалека, но стоит тому посмотреть на них, так они сразу краснеют, визжат и убегают… Что очень напрягает Яна, ведь кажется, будто бы все приняли тот факт, что он — милая зверушка принца. И вроде всё не так плохо. Феликс успел убежать в сад по делу — у него появились нужные силы, чтобы связаться с одним духом, из-за которого, между прочим, он и попал во внутренний мир. И оставил Чонина одного, без компании, совсем не сожалея! Какое-то время Чонин просто лежал в кровати рядышком с принцем, но потом понял, что ему нужен человек, с которым точно стоит обсудить детскую сказку, и удивительно, что этот человек сразу же появился, стоило Чонину о нём подумать. — Почему ты спрашиваешь меня про Лейлу? Дурашка, что в твоей голове? — нахмурился Джисон, сидя на кровати. — Чем тебя заинтересовала богиня из детских сказок? Я думал, что ты хочешь просто провести время со мной, как делают все подружки. Конечно, Джисон с радостью пришёл, точнее — появился в их с Хёнджином комнате, выгоняя Хвана за дверь и занимая его место на кровати. Удивительно, что принц не разозлился на такое… да и вообще ничего не ответил. — Я… думаю, она скоро должна появиться. Раз уж леди Наби уже в герцогстве, — начал Чонин, объясняясь. — Лейла?.. Ты уверен, что она вообще появится? — нахмурился Джисон, с недоверием смотря на Чонина. — Слушай, Чонин, Лейла — это детская сказка, в пророчестве было просто о том, что святая должна спасти империю от демона, а не от бывшей богини. — Но ведь Лейла демон! — Нахмурился Чонин. — В конце же она точно стала демоном. Павшая богиня и демон это ведь одно и то же. — Не забивай себе голову ерундой, — Джисон сразу же перестал валять дурака, став Хан Джисоном, которого Чонин так боялся изначально. — И не порть события настолько сильно, как ты уже это сделал. Хочешь, чтобы тебя убили люди, которым не нравится, что ты нарушаешь их планы? Думаешь, то, что Хёнджин не встретился с Наби, изменило его судьбу? Ты переменная, малыш, и твоя жизнь по сути то, что мешает всем. Абсолютно всем, даже в какой-то степени мне. И Чонину ничего не оставалось, как согласиться с ним. То, что он меняет сюжет под себя, означало полную перестройку всего мира. И уже нельзя знать наверняка, что будет в будущем. — Уж лучше готовься ко дню рождения Хёсон, — невзначай напомнил ему Джисон. — Он ведь уже завтра? Чонин кивнул, хоть у него уже было всё готово. Он купил для Хёсон куклу. Маленькую деревянную куколку, что была похожа на саму именинницу. Ей это очень понравится, учитывая, что именно подобных кукол она коллекционирует в секрете от герцога. Для неё такой подарок будет ценнее излюбленных всеми денег. — Я уже к нему готов, — наконец, улыбнулся Чонин, заслуживая довольную улыбку в ответ. — Ты умничка, а я пойду схожу до библиотеки, — подмигнул Джисон, и тут же испарился. Чонин, кажется, никогда не привыкнет к тому, что его «сходить» — это телепортироваться. Сразу же после этого Хёнджин спокойно зашёл в комнату, лег обратно на кровать и закрыл глаза, не проронив ни слова. Выглядело это так, будто бы Джисон проворачивает подобное каждый день, и он уже привык. Такое поведение принца немного напрягало. Чонин ведь даже не знает, чем он таким занимался, что так вымотался, хотя и подозревает, что тот решал проблемы империи вместо пьющего императора и ходящего на свидание кронпринца. — Ваше Высочество, с Вами всё хорошо? Вы какой-то уставший… — нахмурился Чонин. Хёнджин выглядел хуже обычного. Чем он только занимается по ночам, что так устаёт? Кажется, он не спал той ночью. — Почему ты не спускаешься на трапезы? Горничные жалуются, что ты совсем перестал радовать их своей уродливой мордашкой, — задал встречный вопрос принц, даже не раскрывая глаз. — Вы считаете моё лицо некрасивым? — расстроенно произнёс Чонин, игнорируя возникшую у принца ухмылку. — Оно милое, а всё милое — уродливое, — жёстко отрезал Хёнджин всё также с закрытыми глазами, в чём, кстати, был особый шарм. — Ах, так значит, я милый? — обрадовался Чонин, но Хёнджин лишь безнадёжно вздохнул. Будь тут Феликс, точно бы осудил Чонина. — Ты не ответил на мой вопрос. Я не люблю, когда мой питомец не кушает, не играет, не слушается и не светит своим личиком где только можно. Будь добр, веди себя так, чтобы я был доволен. — Я очень рад, что Вы волнуетесь за меня. — Я этого не говорил. Со стороны Чонина послышался довольный смешок, из-за которого принц даже соизволил приоткрыть один глаз и посмотреть на Яна. Чонин со стороны выглядел как домашний лисёнок. Маленький, немного дикий, но добрый и глупенький. Он не будет понапрасну использовать когти и никогда бы не укусил своего хозяина, лишь был бы ему верен, иногда прибегая к излишней лести. Конечно, он должен защищать хозяина, но выглядит таким слабым, и защищать нужно тут только его. Удивительно, что этот домашний зверёк пытается строить из себя хищника. Невольно Хёнджин сам улыбнулся, подмечая для себя, что эта его милота не такая уж и уродливая, какой он её считал. Теперь он, наконец, может уснуть в тишине? *** Чонин проснулся прямо у входа в лес. Его снова зовут чьи-то голоса, но уже настойчивее — они тянут его в чащу. Не по своей воле он заходит дальше, глубже, чем до этого. Ян даже не успевает понять, как оказывается в какой-то огромной пещере. Конечно, сначала Чонин ничего не понимал и бродил по этой тёмной бездне, казалось, вечность, как вдруг взгляду предстало еле заметное красное свечение, так и манившее его. Слово зачарованный, Чонин пошёл на свет, надеясь увидеть хоть что-нибудь. Хоть когда-нибудь. «Это… магия?» — подумал Чонин, когда его окружили столпы других огней разных цветов, приводя к источнику света. Встретил его мужчина с очень длинными чёрными волосами, из которых выглядывали рога. Помимо этого, у встретившего его было больше рук, нежели у человека, что поразило Яна. Неужели он увидел бога? Если приглядеться, мужчина выглядел знакомым. Будто бы они уже виделись когда-то… Он держал чьё-то тело у себя на коленях, а в одной из рук и вовсе находилось чьё-то сердце, которое, казалось, ещё билось. — Подойди ближе, Ян Чонин. И конечно, он повиновался. Как только он подошёл достаточно близко, то смог разглядеть лицо человека. Им оказался Хёнджин. Чонин ужаснулся, сразу же отходя назад. Хёнджин мёртв. Он точно мёртв! — Не опоздай, Чонин. Ян в панике уже начал было кричать, даже хотел было завалить вопросами — например, чьё сердце сейчас мужчина держит в своих руках, но с ужасом осознал, что не может даже говорить, и, схватившись за горло и отчаянно пытаясь что-либо сказать, Чонин проснулся. *** — Лес, — вскочил, словно ужаленный, Чонин, смотря на обеспокоенного кота. — Мне срочно нужно в лес, Феликс, собирайся. Встав с кровати, Чонин начал переодеваться. Отсутствие Хёнджина в комнате ещё больше подбивало бежать в этот злополучный лес. «Чонин, что с тобой? Ляг обратно». — Где принц? Почему он не тут? — на панике восклицал Чонин, надевая обувь. «Чонин, успокойся! Принц ушёл по делам, как раз насчёт будущего приёма. Попросил передать тебе, что сегодня точно переночует в главном дворце». — Что?! Приём?.. Ах, да, приём, — переключился из волнения Чонин, потирая переносицу и пытаясь прийти в себя. — Ликси, мы должны быстрее заключить контракт, иначе я опоздаю. «Ликси? О боже, отвратительное прозвище! Хуже чем Черныш!» — Ну и привередливый же ты, — посмеялся Чонин и потянулся погладить коту шёрстку. — Ладно, надо готовиться к новому дню… Ужасный сон. «Тебе приснился кошмар? Но ты не плакал в этот раз… Кстати, мне пришли известия из внешнего мира. Кто-то очень сильно тобой заинтересован из внутреннего мира. Тебе стоит быть очень осторожным. Я убегал днём, как раз просил узнать вероятность твоей гибели — и показатели пророчат восемьдесят восемь целых девять десятых процента! Если избежишь смерти, то будешь счастливчиком». — Спасибо за предупреждение, но, кажется, что это не меня ждёт нечто ужасное, — вздохнул Чонин, вставая с кровати и потягиваясь. — Удивительно, с кем именно ты связывался? «Секрет! Этот дух очень тебя оберегает, и сказал, что если ты всё же умрёшь, то весь мир будет обречён». — Как трогательно, — посмеялся Чонин, открывая шторы и смотря на открывшийся взгляду восхитительный рассвет. Сегодня день рождения Хёсон, и если всё-таки она влюбилась в Хонджуна, то, значит, будет издеваться над главной героиней, но у неё ничего не получится и её праздник станет праздником Наби. Даже на собственном дне рождения Хёсон отходит на второй план. В дверь постучались, а затем и вошли две горничные. Как раз именно они всё это время, пока Чонин уживался во дворце, помогали ему и наблюдали за ним. Одну звали Миён. У неё были собранные в пучок чёрные волосы и добрые глаза — во всяком случае, так казалось Чонину. У второй, Дженны, рыжие волосы были собраны в два хвостика, и на вид казалось, что ей лишь семнадцать лет. Она была очень активной и милой, что весьма удивляло. Чонин и подумать не мог, что в Рубиновом дворце есть такие жизнерадостные люди… кроме него, разумеется. — Господин Ян, пора одеваться. За Вами прислали карету из герцогства, — сказала Миён, и Дженна активно закивала головой в подтверждение. — Удивительно, и почему Его Высочество вообще разрешил нашему любимому Нини поехать на этот банкет! — возмущалась Дженна, расчёсывая Чонина. — Верно, Дженна, разве можно отпускать его так далеко? — возмущалась в ответ Миён. Девушки вели себя так, будто Чонин не понимает, о чём они говорят. — Нашего мальчика ведь очень балуют! Спустя некоторое время Чонин наконец-то сидел в карете с подарком для Хёсон и в компании парочки рыцарей Рубинового дворца. Оказывается, даже для прислуги Чонин был питомцем принца. И Ян бы соврал, если бы сказал, что ему это не на руку. Главное, чтобы его любила прислуга и, возможно, наложницы, которых он так и не увидел. Банкет был на высоте. Герцог постарался, и гостей было не мало. Всё было изысканно украшено, и даже стоял отдельный стол с подарками, но свой Чонину хотелось вручить имениннице лично, пусть она и наверняка злится после того, о чём ему написала Шарлотта. Даже удивительно, но Чонин не заметил Хёсон, зато увидел того странного мага в компании герцога и магов из магической башни. На этот раз он был одет в форму магов башни: на нём был белый плащ с серебряной вышивкой, а на лице оказалась всё та же тканевая маска, только теперь другая. Кажется, более дорогая? Теперь она была украшена жемчугом. «Это странно…» — нахмурился Чонин, уже собираясь подойти к ним поближе. — Господин Ян! — Отвлёк его звонкий женский голос. Это точно была Наби. — Приветствую Вас, очень рада, что Вы пришли. — И я Вас приветствую, леди Юн, — поклонился Чонин, точно чувствуя на своей шее пристальный взгляд девушки. — «Её наверняка заинтересовал ошейник. Интересно даже, что она сейчас подумала про первого принца…» Но Наби ничего не сказала, хоть ей, кажется, точно этого хотелось. Как бы тогда он выкручивался? — А где Ваша сестра? — спросил Чонин, так и не увидев главную героиню вечера. — Хотелось бы лично поздравить её от лица первого принца и графства Ян. В один момент лицо Наби омрачилось и, казалось, она из-за чего-то расстроилась. Неужели Хёсон уже успела разозлиться на неё и сотворить какую-то глупость? Наверняка Чонин опоздал на банкет, потому что Дженна и Миён не хотели его будить. Обычно этим занимался Феликс, но его во дворце тогда не оказалось. — Она… — девушка прикусила губу, — убежала. Расстроилась, что я пришла, и убежала. — Просто взяла и убежала? — удивился Чонин — Как же праздновать без главной героини вечера? Так не пойдёт. Куда она убежала? На секунду на лице Наби показалось открытое удивление. Неужели Чонин, не зная Хёсон лично, готов пойти и вернуть её просто потому что у этой «змеи» день рождения? Действительно человек большой души. — Она убежала в свои покои, — сказала Наби после долгой паузы. — Они на третьем этаже, в конце коридора. Я буду рада, если Вы её вернёте. Не знаю, почему она меня не любит, но я бы хотела, чтобы она счастливо отпраздновала своё совершеннолетие. — Вы можете быть во мне уверены, леди, — поклонился Чонин, прижимаяк груди коробку с подарком. Уходя, он чётко ощущал спиной чужой взгляд. Взгляд, которым словно хотели его убить. *** Поднявшись на третий этаж, Чонин чётко ощутил не слишком радостную атмосферу. Возникло чувство, как будто бы он первый день в Рубиновом дворце. Слуг не было, и стояла гробовая, очень давящая, тишина. Неужели Хёсон, которая любит роскошь, готова жить в таком пыльном, дешёвом на вид этаже? Второй этаж был намного лучше, чем этот, да и в книге Хёсон жила на втором этаже, ближе к герцогу, а вот Наби, наоборот, была заселена на забытый всеми третий этаж. Почему же так всё поменялось? Чонин точно не мог быть этому причиной! Ну, наверное… Дойдя до конца коридора, Чонин уставился на очень ветхую и побитую дверь. Она казалось очень хрупкой, будто сломается, как только он её коснётся. — Проваливайте, я точно знаю, что Вы стоите за дверью, — встретил его не слишком доброжелательный, но довольно милый женский голос. — Извините, леди, что тревожу Вас, но не слишком ли это по-детски — сбегать со своего же банкета? — усмехнулся Чонин, на что в ответ послышался удивленный возглас. — Чего? Эй, кто Вы? — тон стал грубее и ниже. — Голос точно не герцога и не придурка Джихуна, да и этой дрянной розоволосой девке не подходит… Хотя кажется таким же бесячим и писклявым. — Какая Вы грубая, леди, — посмеялся Чонин. Его совсем это не задело, ему только лишь восемнадцать в этом теле, голосок ломается просто. — Моё имя Ян Чонин, и я от лица графства Ян и первого принца захотел лично поздравить и передать подарок. На пару минут за дверью всё затихло, но вдруг девушка взвыла. — Щибаль, какого чёрта именно ты?! — Расстроено крикнула она, и с силой что-то ударила. — Ёнмоко, мичинном. — Эй, а вот это действительно грубо! Я не сумасшедший и не… — но вдруг Чонин прекратил свои возмущения и замолчал. Она сказала всё на корейском. Дверь с силой распахнулась, и Хёсон с удивлением уставилась на Чонина, смотрящего на неё с точно таким же выражением лица. — Ты понял что я сказала?! — Ты кореянка?! Хёсон, ничего не говоря, пригласила Чонина зайти. Комната оказалась очень просторной, но простоватой. Обычная кровать, столик у окна, два кресла и два шкафа, да тумбочка у кровати. Даже в графстве у Яна комнатка смотрелась шикарнее! А тут — такая простота для дочери герцога… — Присядь, — попросила она, приглашая к столу, и Чонин послушно сел на кресло, поставив подарок на пол. Хёсон копалась в тумбочке у кровати, и, взяв какую-то книгу, небрежно кинула её на стол, удивляя Яна. Название было написано на корейском, и, что ещё хуже, оно гласило: «Шипы и розы». — Быть не может… Откуда?! — Чонин был действительно поражён. Не похоже, что она от руки её написала. — Это официальное издание. Книга переместилась со мной, — произнесла Хёсон и нахмурилась. — Меня и в Корее звали Юн Хёсон. Моя внешность лишь немного отличалась. У меня были шикарные густые чёрные волосы! Хотела бы я их оставить, конечно. — Что ты делала перед тем, как попасть сюда? — нахмурился Чонин. Он грезил о Хёнджине, и вот судьба решила, что он обязан его спасти. Но как же сюда попала Хёсон? — Проклинала автора за его идиотский финал и за то, что моя любимая Хёсон попала в монастырь, где и провела свою жизнь, а потом я злая легла спать, — серьёзно произнесла девушка. — Я главная фанатка Хёсон и главный хейтер главных героев. Ты мог видеть мои комментарии, мой ник «Лучше души только сиськи». — Так это ты называла Хёнджина тупым петухом, а главных героев размазнёй и придурками без чести?! Вот уж не думал, что увижусь с легендой… И ты не поверишь, но… Я делал то же самое. Только думал о том, что Хёнджин не заслужил такой финал. Смерть — это слишком жестоко… Он лишь хотел, чтобы его любили, — вздохнул Чонин. — Кстати, если тебе интересно, то мой ник был «Богоподобная редиска». Хотя, навряд ли тебе это что-то даст. Но Хёсон, наоборот, раскрыла рот от удивления и начала заливаться смехом, и она смеялась так долго, что Чонин успел почувствовать себя оскорблённым. — Так это ты тот идиот, который писал фанфики про Хёнджина и ОМП, где они трахались каждую главу? Ну и как тебе твои мечты? Оправдались фанфики-то? — Хёсон залилась новым приступом смеха, даже не пытаясь успокоиться. Чонин тоже в этом фандоме был той ещё популярной личностью. — По ошейнику вижу, что оправдались! Они принялись обсуждать роман, и Хёсон поделилась своими теориями. Когда Чонин рассказал, как сюда попал он сам, её будто бы осенило. Они оба не любили главных героев и оба сочувствовали злодеям. Неужели роман действительно обладал такой силой, что смог переместить внутрь себя двух преданных читателей? Один — хейтер главных героев с идиотским ником, другой — сохнет по главному злодею и пишет с ним фанфики, где тот занимается с ним такими извращениями, о которых оригинальный Хёнджин даже знать не должен был… Ведь если так подумать, то умер-то он девственником. Хёсон рассказала, как узнала о романе, как придумала такой крутой ник и даже рассказала о своём постыдном фанфике, который переплюнул даже БДСМ-фантазии Чонина. Она писала фанфик, где главными парами были Наби и Хёсон, а также Хёнджин и Хонджун… Уж действительно, роль злодейки ей подходит, а иначе как можно было додуматься написать историю про инцест? Они просидели так довольно долго. Два преданных читателя, которые даже в фандоме укоренились как главные идиоты! Их даже хотели отменить английские фанаты за их непредсказуемые выкиды. Им действительно надо было многое обсудить, ведь, если честно, то им двоим пришлось несладко. Вдруг Чонин вспомнил про подарок. Из-за всей этой удивительной ситуации он так и не вручил ей его! А ведь кукла хорошенькая, её сделали на заказ. — Кстати, с днём рождения. Я думал, что буду дарить оригинальной Хёсон, но, надеюсь, тебя это тоже порадует, — и он протянул ей коробку. Та с подозрением уставилась на Чонина, но всё же коробку открыла — и оказалась удивлена. Миленькая и маленькая — её копия была одета в синее платье, а волосы были украшены в тон платью бантиком. Кукла действительно произвела хорошее впечатление. Чонину даже показалось, что девушка сейчас заплачет от восторга. Всё же перед ней её любимая Хёсон. Хоть и деревянная, хоть и неживая. Она мягко улыбнулась Чонину и прошептала еле слышное «спасибо». Оба понимали: будь тут оригинальная Хёсон — она тоже была бы рада. Вдруг окно в комнату разбилось, и в него влетел огромный мускулистый мужчина, облачённый во всё чёрное. Лицо его оказалось скрыто белой улыбающейся маской. В руках он держал кинжал, а его боевая стойка уж точно не предвещала ничего хорошего. мужчина резко кинулся на них, но Чонин и Хёсон одновременно кинулись в разные стороны, что и спасло их, но не стол — тот с треском сломался под нападавшим. На раздумья не было времени, поэтому, поднявшись Чонин был готов начать драться. Мужчина неуклюже встал — так, словно телом управлял не он вовсе, а кто-то другой, — и снова кинулся на Чонина, но тот увернулся и нанёс удар нападавшему по ногам. Наёмник потерял равновесие и повалился на пол с громким стуком, словно был близок к тому, чтобы продырявить пол. Хёсон, стоявшая до этого в стороне, подбежала к шкафу и, достав оттуда ножны с мечом, кинула их Чонину, но тот лишь непонимающе взглянул на неё. Пока нападающий поднимался, Чонин всё же вынул меч, и просто стоял с ним, чтобы потом выдать: — И что мне с этим делать? — Ты же мужчина! Какого чёрта ты не знаешь, как обращаться с мечом в романтическом фентези-средневековье?! — А сама что ли не могла научиться им пользоваться, зачем тебе вообще меч в комнате?! Разумеется, нападавший не стал просто стоять и набросился на бедного Чонина, повалил его на пол и оседлал. Тот сразу забыл, что такое воздух, ведь его придавила стокилограммовая, если не больше, туша!.. Меч, оказавшийся бесполезным, отлетел под кровать Хёсон, а мужчина лишь взял кинжал в обе ладони, собираясь нанести решающий удар Чонину в грудь. Как только он собирался напасть, Ян схватил его за руки, со всей имеющейся силой стараясь не дать ему опустить их. Хёсон сильно запаниковала и стала в воздухе чертить магический круг. Она намеревалась использовать магию! Чонин же ей не сказал, что он проводник! — Хёсон, я проводник! Не используй магию! — Крикнул Чонин, и девушка тут же прекратила. — Убьёшь сразу нас обоих! — Ты… твою мать, ублюдок, ты не мог сказать мне об этом раньше?! — Разозлилась она. — Богоподобная редиска, уж не думала, что ты такой идиот! Но она всё же решила разобраться, пусть и по-другому. Хёсон сняла с себя туфлю и со всей великой женской мощи впечатала её нападавшему в голову — и какое же было их удивление, когда нападавший потерял сознание, а туфля благополучно осталась у него в голове… С помощью Хёсон Чонин скинул с себя этого здоровяка. Глядя на то, как он просто безжизненно лежал на полу, оба одновременно сглотнули и переглянулись. — Ты, кажется, его убила… — удивлённо произнёс Чонин, с испугом глядя на вторую туфлю Хёсон, которая всё ещё была на ней. — И это твоё «спасибо, госпожа, за спасение»? — Зашипела от злости та, отворачиваясь и подходя к мужчине. — Почему каблук так легко вошёл ему в голову? Осмотри его, а я пока изучу кинжал. — А почему ты не осмотришь его сама? — Трусливо протянул Чонин. — Знаешь, у меня ведь осталась вторая туфелька, — мило улыбнулась Хёсон, и Чонин с каменным лицом направился к трупу. Первым же делом Чонин снял маску. Под ней оказалось бледное, усыпанное морщинами лицо, от которого несло гнилью. Судя по всему, он был мёртв ещё до того, как напал на них, а значит, им управляли. На ощупь мужчина оказался очень мягким, будто бы внутри были не кости и органы, а пух… Ну конечно! — Хёсон, это кукла, — вынес вердикт Чонин. — Кто-то использовал магию порабощения и сделал из трупа свою марионетку. У него попросту нет ничего внутри. Именно поэтому твоя туфля так легко пробила ему башку… — У меня тоже для тебя новости. — Хёсон задумчиво покрутила кинжал и положила его на стол. — Лезвие было с ядом. Это очень похоже на почерк магической башни… — Магическая башня хочет от тебя избавиться? — Удивился Чонин, но Хёсон отрицательно покачала головой. — Не от меня, а от тебя. На меня ведь этот увалень не нападал, — вздохнула она. — Но что я такого мог сделать им, что они решились на такую подлость? — задумался Чонин, и тут же вспомнил предостережение Феликса. — Я кому-то мешаю, но непонятно, кому именно. Хёсон вздохнула и подошла к Яну, осматривая его. Хоть один маленький порезик — и, считай, он был бы уже в гробу. Как только она убедилась, что Чонин в полном порядке, своей тяжёлой рукой влепила ему настолько сильный подзатыльник, что Чонин едва не отлетел.