Для игрока весь мир – игра

—За четыре месяца до этого— Условия контракта были простыми. У Хаска всë было бизнесом. Документ устанавливал, что Хаску принадлежит огромная доля заработка Энджела, оставляя часть, на которую едва ли можно было прожить, но это было довольно справедливо по сравнению с договором с Валентино, где ему нужно было полностью обеспечивать себя и платить за аренду. Контракт, представленный Хаском, обещал полное проживание, гуманные условия жизни и оплату питания. Он также позволял Энджелу принимать участие в переговорах и заключать определенные сделки, за исключением, конечно, продажи его собственной свободы. Энджел перечитал договор несколько раз, пытаясь найти лазейку, которую Хаск мог оставить между строк, но всë было чётко, однозначно и справедливо, учитывая, что они были в аду. Его смутила часть о том, что Хаск оставлял за собой право вызывать его на работу в любой момент, когда он захочет, но это было стандартным условием в контрактах такого рода. Сделка, которую он заключил с Валентино в прошлом, была необычной, поскольку он имел полный контроль над ним только на съемочной площадке. Даже Вокс прокомментировал, насколько это было странно. В любом случае, не то чтобы Валентино безукоризненно соблюдал этот пункт. Энджел взглянул поверх документа и оценивающе посмотрел на Хаска, развернувшегося к нему спиной, с очередным виски на камнях в руке. Его крылья встрепенулись, и одно из перьев плавно спустилось на пол. Он представил себе Хаска, внезапно вызывающего его для минета в этом офисе. Если его работой будет тасовать карты с периодическими спонтанными отсосами, это просто рай по сравнению с тем дерьмом, через которое он прошёл с Валентино. Хотя у него не было выбора. Все это подписание контракта было просто огромным притворством. Он быстро поставил подпись и положил ручку с контрактом на стол. Хаск повернулся, и со взмахом лапы документы исчезли. — Селес ждала в коридоре, когда Энджел закрыл за собой дверь. Хаск сделал ему краткий обзор того, что ожидается от него в ближайшие две недели. Селес должна была научить его раздавать карты и объяснить правила других игр, в том числе дать инструкции по ведению матчей и опознаванию шулеров. — У меня есть несколько правил, — Хаск поднял лапу, — в моём казино ничего не бесплатно. Все платят за всë. Энджел хмыкнул, вспоминая, как Селес спасла его от злой клиентки бесплатными жетонами. Хаск проигнорировал его, продолжая: — Никакого оружия, если ты не часть охраны. Это не какой-то дешёвый бар. У Энджела в голове всплыло, как Валентино окрасил стены красным после проигрыша. — Не позволяй никому выигрывать. Можешь дать им заработать на паре игр, чтобы они расслабились, но я не хочу видеть никаких крупных выигрышей. Понял? — Да… папочка, — подразнил Энджел, готовый закончить этот скучный разговор. Густые брови Хаска нахмурились: — И не домогайся до остальных сотрудников. — — Ну так, в чем подвох начальника, а? — спросил Энджел, пока Селес тасовала карты для очередного инструктажа по покеру. Энджел пытался дать ей понять, что это не обязательно, потому что он знает, как играть, но Селес настаивала, что он не знает, какой игры от него хочет Хаск. Последние два часа были монотонной лекцией о карточных играх и стратегиях с наставлениями о том, как заговаривать зубы игрокам. Энджел снова попытался отмазаться, но Селес снова настояла. — О чëм ты? — Селес раздала карты. — Какие у него кинки? Она аккуратно сложила оставшиеся карты в стопку и положила между ними. — Не беспокойся об этом. Господин Хаск не вступает в сексуальные отношения со своими сотрудниками. — Реально? — Энджел не особо верил этому. — Реально, — решительно сказала она. Он сделал затяжку сигареты. — Как это? — Вот так, — сказала она, возвращая его внимание к игре. — Тренировочные матчи с Селес стали менее скучными, как только она закончила свою болтовню о способах жульничать и обманывать клиентов. Теперь всë сводилось к перетасовке карт — включая парочку трюков для отвлечения внимания — и игре в тишине. Карточные игры навевали Энджелу воспоминания о детстве, когда они с братом и сестрой играли в карты на полу во время дождя. Он помрачнел. Энджел ненавидел вспоминать. Спустя неделю, Энджел уже раздавал карты на игральном этаже под наблюдением Селес, стоящей рядом. Это было не так отстойно, как он изначально думал, и, как ни странно, его узнавало не так много клиентов. — Я думаю, они не привыкли, что на тебе столько одежды, — предположил один из его коллег. Те, кто узнавали его, походили на бешеных собак, перед которыми размахивали куском сырого мяса. — Тебе не говорили, что ты выглядишь точь-в-точь как Энджел Даст? Этих клиентов он любил разводить больше всего: они были лёгкой мишенью и их внимание заранее было на нём, а не на игре. Он чувствовал себя как рыба в воде, когда улыбался своим поклонникам, время от времени «случайно» касаясь их, передавая карту. Они обещали ему весь мир, будучи уверенными, что выиграют игру и потом угостят его чем-нибудь. Было забавно наблюдать, как они уходят, поджав хвост и с пустыми кошельками. Время от времени появлялся Валентино, но только для того, чтобы его выгнала охрана или забрал раздраженный Вокс. Каждый раз, когда он устраивал свои набеги на казино, число жертв росло, а его попытки добраться до Энджела становились все более и более агрессивными. Ходили слухи, что продажи резко упали с тех пор, как Энджел ушёл. В последний раз, когда Вокс приехал, с трудом затаскивая Валентино в лимузин, Хаск пошутил, что ему стоит «надеть ошейник» на своего мужика. Энджел фыркнул, скрывая свою улыбку, опасаясь, что Валентино заметит его смех, но не способный полностью сдержаться. Он работал в казино уже около месяца, и, на удивление, даже не жаловался, но не мог не чувствовать себя беспокойно. Раздача карт потеряла свой шарм (если он вообще когда-то был) и каждый день быстро стал предсказуемым набором событий. Часть Энджела надеялась, что Хаск вызовет его ненадолго, просто чтобы разбавить рутину, но Оверлорд, несмотря на полный контроль над его жизнью, был по непонятной причине полностью отделён от неё. Они не разговаривали с тех пор, как Энджел подписал контракт. Энджел должен был радоваться, но всем, что он чувствовал, было одиночество. – На следующий день он запросил встречу с Хаском. По условиям контракта это было разрешено. Как ни странно, ответ был получен уже через час. Один из работников подошёл к нему в начале раздачи карт для Блэк Джека, и подменил, чтобы он мог подняться к Хаску. Найти дорогу к офису оказалось проще, чем на первый взгляд, и он осознал, насколько свыкся с казино и его внутренней кухней. Он постучался в дверь, и Хаск позвал его внутрь. В этот раз тот находился не за столом, а у бара, уже готовя им обоим напитки. Оба напитка были темно-янтарного цвета и подавались в коктейльных бокалах. Энджел не мог не заметить, что Хаск сделал ему Хэнки Панки. Этот напиток был одним из его любимых, пока он был жив, в основном из-за названия. — Сазерак? — спросил он, угадывая напиток Хаска. Он одарил его улыбкой. — Vieux Carré, — французский акцент был идеальным. — Если у тебя есть все эти штуки, почему не нанять кого-то, чтобы делали тебе напитки? — Потому что я люблю делать их сам. И никто не может сделать их так, как мне нравится. Не задумываясь, Энджел склонился над столом, поддаваясь старым привычкам: — Да? И как же тебе нравится? — Мы оба знаем, что ты пришёл не за этим, — Хаск не отстранился, но мягко сменил тему. — Итак, чего ты хочешь? Энджел задумался, усилить ли напор, но принял решение отступить. Хаск был прав, он пришëл не за этим, и, если переборщит, он может не получить то, чего хочет. — Я хочу питомца. — Сделано. — И новую работу. — Правда? Селес сказала, что ты неплохо справляешься с раздачей карт. — Дело не в этом, мне просто… мне скучно. — Хорошо, и что ты хочешь делать? — Из своего ящика Хаск достал сигару, отрезал один конец и поджёг. Энджел потянулся в свою куртку за сигаретой и Хаск без вопросов предложил ему зажигалку. — Я хочу выступать. Хаск рассмеялся, неправильно понимая услышанное. — Это не какой-то бордель. В ответ на это, Энджел уставился на уши Хаска и чуть не подавился сигаретой, трясясь от смеха. Уши Хаска прижались к голове, что только заставило Энджел упасть со стула в очередном приступе хохота. — ДОСТАТОЧНО! — Неожиданно комната потемнела, и силуэт Хаска вырос и размылся, заставляя Энджела замереть. «Чëрт», — подумал он. Он не помнил, когда в последний раз его избивали, кажется, ни разу с момента освобождения от Валентино, но только что он сильно проебался. Так же быстро, как Хаск трансформировался, он вернулся к своей обычной форме. Кости в его теле затрещали разрядами электричества, возвращаясь на свои места: — Выпустил пар? — Это был скорее не вопрос, а предупреждение, что в следующий раз на неосмотрительность Энджела глаза не закроют. Энджел выпрямился, кивая. — Да, сэр. — Хорошо, — Голос Хаска снова стал гладким, но глаза остались красными, как горячие угли. Энджел опустошил свой бокал, неожиданно нуждаясь в алкоголе. — Как я и говорил… Я управляю уважаемым заведением. Я в курсе, что твой предыдущий владелец имел намерение открыть бордель, если бы выиграл моë казино, но, как мы оба знаем, этого не произошло. И я собираюсь вести дела так же, как и до этого. — Я… — Энджел замялся, неожиданно неуверенный, можно ли на это что-то ответить, — Я думал, может я могу выступать на одном из шоу у вас… Теперь наступила очередь Хаска смеяться. — Что? Ты забыл, что я известный актёр? — Известный порноактёр. Я помню. Защищая своё искусство, Энджел даже забыл бояться. — Прошу заметить, что я получил много-много наград за свои фильмы. — Фильмы, которые люди смотрят не ради сюжета. Э-э, если он там вообще есть. — Там куча сюжета! — Энджел ударил ладонью по столу, — Один раз я играл- Хаск поднял руку, заставляя его замолчать. — Я правда не хочу об этом знать. Кроме того, я видел тебя в зале с клиентами. Ты можешь больше. — Но ты минуту назад сказал, что я хорошо справляюсь с раздачей карт. — Так и есть, — согласился Хаск, — Но над твоими манёврами можно поработать. — Я обчищаю кучу людей. — В основном твоих фанатов, — заметил Оверлорд. — Мне нужна стабильность. Тебе нужно заговаривать игрокам зубы. А это уже требует актёрского мастерства. — То есть ты говоришь, что…? — Я говорю, что, как только ты научишься ежедневно обводить вокруг пальца достаточно ничтожных демонов, а не просто красиво стоять за столом дилера, я рассмотрю твой запрос снова, — он сделал последнюю затяжку сигары, — А теперь иди и заведи себе питомца. Это поддержит тебя после нашего разговора.