— Чем маешься?
Хвост дёрнулся от неожиданности, а натренированное жизнью ухо инстинктивно встрепенулось на звук. Зашелестели страницы закрываемой тетради — когти мягко царапнули бумагу.
Энджел привычно опёрся на барную стойку локтями и деловито встал, скрестив ноги. Совсем уже свой, бар, считай, его второй дом. Тут приласкают, приголубят, нальют, выслушают, потому и стоит вальяжно, заглядывает что в глаза, что в отсутствующую душу равноценно. На Хаска давно так не смотрели. Первое время эти взгляды пугали, хотелось сжаться, спрятать нежное и сентиментальное поглубже в бутылке или под стойкой, не подать виду, оградиться стеклянной стеной и подавать напитки в окошко. Деловые отношения, исключительно бармен и клиент. Но сейчас он привык настолько, что временами возникает желание горделиво распахнуть затёкшие крылья, да только развернуться негде. Приходится скромно довольствоваться прямохождением и отставить полёты до лучших времён. Они ещё не на таком уровне отношений.
Энджел наконец-то сменил материал перчаток — липкий и скользкий латекс больше не тянет пушистый загривок, теперь жёсткий подшёрсток приятно оглаживает чуть бархатный розовый. Хаск мельком оглядывает помещение на наличие зрителей и, убедившись в их конфиденциальности, лениво ластится под ладонь. Его ночной посетитель умильно склонил голову на бок, укладываясь щекой на руку.
— Ничего интересного, — отмахнулся Хаск, пряча тетрадь под стойку.
Бумага неловко упала на выставленные в ряд ликёры на полке.
Энджел подозрительно прищурился чуть приближаясь к границам стойки — то ли напугать, то ли поиграться, — но лишь огладил напрягшегося Хаска по подбородку и сел на соседний стул, звеня каблуком по длинной железной ножке.
— Даже не посекретничаешь? — мальчишеский прищур хитрый, голос сквозит ребячливостью.
Хаск выдохнул, принимаясь замешивать лёгкий безалкогольный шейк — приятное нововведение для непьющих, Чарли была в восторге от такой инициативы с его стороны, — Энджел оценил разнообразие и с недавних пор к смеси соков пристрастился. Лакированное дерево звонко цокнуло под тонким стеклянным дном бокала и Энджел приложился к соломинке.
— Не в этот раз, — хрипло хмыкнул Хаск, по-отечески взъерошивая белёсую челку.
Мягкий.
— А чего так? Мне же интересно. Вдруг, мы не знали, а ты в тайне от всех поэмы строчишь, — он хихикнул под тёплой ладонью, — Тогда я бы предложил Чарли ввести в культурную программу литературные вечера.
— Тайны на то и тайны, чтобы их не разглашать.
— Но с друзьями-то можно.
Хаск снова хмыкнул и на стойку встал второй бокал, ни градуса алкоголя. От трезвости в последнее время не мути́т.
Его смена официально кончилась, немногочисленные жители разошлись по комнатам, в это время на его территорию заходит только один человек по негласному приглашению.
Тетрадные листы неловко подслушивают тихие ночные разговоры, покорно ожидая, когда их в следующий раз раскроют.
С недавних пор Чарли разгорелась новой волной энтузиазма и теперь с вдохновением взялась и за работников отеля тоже. Не ясно, то ли присутствие отца так благотворно повлияло, то ли победа над небесами в день истребления. Если до этого её выличество обязывало их участвовать лишь в групповых мероприятиях в качестве массовки, теперь же её светлая головушка пошла по другому пути и раздает индивидуальные задания каждому. Ниффти теперь активно прорабатывает свои натянутые отношения с пылью, Аластор подозрительно часто стал околачивается где-то на горизонте рядом со старшим высочеством, а Хаск вот — строчит.
— Что это? — Хаск царапнул когтем красный переплёт.
— Теперь это твой личный дневник! — заголосила Чарли, по-девичьи хлопая в ладоши. — Я подумала, раз ты не хочешь участвовать в групповой рефлексии по вечерам, то ты можешь делать это сам и выливать мысли на бумагу!
Хаск нахмурился, недоверчиво осматривая тетрадь. Чарли его невпечатлённый вид то ли не заметила, то ли проигнорировала, и улыбнулась в стакан с апельсиновым соком.
— Если ты не заметила, я как-то не особо вписываюсь в ваш клуб весёлых и находчивых.
— Чушь, ты замечательный парень!
Хаск недоумевающе приподнял длинную бровь. “Парень”? Этот статус он перерос ещё лет девяносто назад, странно слышать такое в его-то почтенном возрасте.
— Для меня важно, чтобы все в отеле были в порядке, — вкрадчиво произнесла Чарли, подняв на него полный надежды взгляд. Стало как-то неудобно. На Хаска давно так не смотрели. — Поэтому я буду очень рада, если ты прислушаешься ко мне и начнёшь следить за своим состоянием.
Не будь Хаск сплошным комком шерсти и перьев, Чарли бы заметила, как по его коже пробежала волна мурашек. Иногда Морнингстары впечатляли таким своеобразным добродушием и неоспоримой верой в человечество.
Он неловко почесал нос, убирая тетрадь под стойку.
Благодарность в улыбке Чарли можно было разливать по бутылкам.
Тетрадь долго пылилась за ненадобностью и укоризненно смотрела на Хаска нарисованным глазом на корешке каждый раз, когда тот наклонялся взять что-то с к полки. Идея принцессы сквозила чёрными дырами недочётов, потому что, во-первых, Хаск был нисколько не обеспокоен своим душевным равновесием, чтобы блюдить учёт, поэтому с самого начала не видел в этой задумке смысла, во-вторых, он не маленькая девочка, чтобы запоминать каждый свой шаг и трепетно вписывать его в тетрадочку, как нечто важное, и, в-третьих, ничего супер важного в его жизни не происходит, так что и писать-то туда нечего. Казалось, что происходящее у Хаска не несло ровно никакого смысла ровно так же, как и он сам. Жаль только бумагу зря переводить. Вот что ему туда записывать, сколько бутылок он выпил за это утро? Расписывать мануал неудачных попыток утопления? Сборник анекдотов от пьяного Энджела?
Однако, каждый раз после того, когда принцесса искренне радовалась вранью о его тёплых отношениях с несчастным продуктом мануфактуры, совесть больно выдёргивала перья из его крыльев и вела требовательной жёсткой рукой против шерсти. Поэтому тетрадь он-таки открыл, решив, что стоит попытаться найти в затее Чарли смысл хотя бы из уважения.
Сумбур из мыслей на бумагу не укладывался, выводясь корявым размашистым почерком нехотя и сухо, но Хаск правда пытался. Изо дня в день в промежутке между двенадцатью и часом ночи, когда все расходились по комнатам, а Энджел ещё не порадовал бар своим присутствием, в тетради появлялись неловкие записи особо запомнившегося. В какой-то момент даже вошло в привычку. Эдакий мозговой штурм. В порядке это держало слабо, Хаск, скорее, только чаще напоминал себе о собственной никчёмности в каждой строчке, но такой рукописный мазохизм здорово отвлекал от бутылки, поэтому что-то хорошее для его здоровья в этом всё-таки было. Всяко лучше диалогов тет-а-тет с бутылкой рома в безмолвном ожидании последнего посетителя.
12.03.
Принял партию алкоголя в бар. Криворукие импы разбили четыре бутылки виски. Нагоняй, почему-то, не получил. Нормальный день.
14.03.
Ниффти попросила помочь ей вытереть пыль в углах главного зала. Куда-то делась стремянка. Поднял её. Не помню, когда в последний раз летал. Она захотела покататься у меня на спине. Было даже немного весело.
15.03.
Энджел попросил посидеть с его поросем. Обещал пригнать какой-нибудь подгон за помощь, но я особо не надеюсь. Мог бы ничего не обещать, я бы и просто так помог. Свин забавный. Вроде, я ему даже нравлюсь.
17.03.
Аластор сегодня странный. У него подозрительно хорошее настроение. Подогнал мне хороший эль. Видел их с Люцифером, то ли отношения выясняли, то ли просто ребячились. По-моему, они притворяются, что недолюбливают друг друга.
20.03.
Нечего было писать. Особо ничего не происходило. Принцесса с Вэгги сегодня устраивали себе свидание, попросили последить за отелем, потому что Аластор куда-то свинтил. Как будто бы тут что-то происходит, чтобы беспокоиться.
22.03.
Энджел почему-то пригласил меня завтра в кино. Видимо, это тот самый подгон за помощь. Оригинально. Я не против, но раз уж хотел отдать должок, мог бы ради меня так сильно не париться, хватило бы и бухла какого-нибудь.
23.03.
Фильм был дерьмовый. Сюжет безвкусица, персонажи клише, концовка предсказуемая. В конце все умерли. Мы были разочарованы, обосрали сценаристов. Не жалею, что сходили. Хаять рукожопых киноделов с Энджелом было забавно. Потом предложил сходить в жральню, угостил буррито. Неплохой день.
26.03.
Сегодня опять видел Аластора и Люцифера вместе. Подозрительно, но, по крайней мере, Аластор меня не трогает.
28.03.
Энджел сегодня притащил мне какое-то новое пиво. Вкусное, мне понравилось. Надо будет предложить ещё какой-нибудь фильм глянуть, под это пиво хорошо пойдёт.
29.03.
Меня бесит Валентино. Хочу набить ему ебало. Энджел, когда напьется, ни о чем, кроме него, не говорит.
1.04.
Сегодня Аластор нафокусничал и заменил мое пиво в бутылке на свиную кровь. Хуёвая шутка. Ниффти несколько раз за день сказала, что у меня спина белая. Энджел сегодня оделся в какой-то белый костюм. Она сказала ему то же самое
и только потом поняла свою ошибку. Это было действительно забавно.
3.04.
Заказал в бар партию того пива, которое мне принес тогда Энджел.
5.04.
Утром предложил Энджелу посмотреть фильм, когда он вернётся. Он, почему-то, обрадовался. Жду. Надеюсь, ему понравится.
6.04.
Энджел предложил сделать кино-вечера традицией. Мне нравится идея.
8.04.
Люцифер сегодня подарил всем уточек в виде их самих. Моя забавная.
9.04.
Прошло три месяца со дня истребления. В отеле траурная вечеринка в честь Пентиуса. Чарли говорит «Пентиусу бы не понравилось, что мы грустим».
12.04.
Сегодня приходила Черри. Энджел был на работе, так что я предложил ей сыграть в карты. Она не выиграла у меня ни разу.
15. 04.
Энджел зачем-то подарил мне ортопедическую подушку.
16.04.
Подушка охуенная.
18.04.
Ниффти продолжает просить меня покатать её. Покатал её тридцать минут сегодня и устал. Стар я стал для этого. Но было забавно.
20.04.
Сегодня был киновечер. Несколько раз переносили из-за работы Энджела. Снова мощно обосрали фильм. Было весело. В конце Энджел уснул у меня на плече, отнёс его в комнату. Она вся отвратительно розовая, глаза вытекают, не представляю, как он там живёт. Порось был рад меня видеть, чуть не разбудил хозяина.
6.05.
Пытаюсь смириться с мыслью, что мне кто-то нравится. В моём возрасте уже как-то не солидно.
Энджел заслуживает лучшего.
Диван в главном холле мягко освещался холодным электрическим светом телевизора. Фильм закончился, по экрану медленно ползли строчки титров. Хаск, накрывшись крылом и свернувшись калачиком на краешке дивана, тихо мурчал во сне после сессии поглаживаний в четыре руки. Вывеска бара тускло мигала, бликуя на ювелирно расставленном в ряды стекле.
Энджел шуршал бумагой, умилённо прикрывая рот ладонью. Некрасиво, конечно, с его стороны лезть в чужие личные вещи, но он убеждал себя в том, что Хаск сам виноват, что не прятал такое лучше. Чёрная шариковая ручка уверенным почерком вывела вокруг последней записи сердечки.
Я определённо заслужил такого
замечательного человека, Хаск. Испытывать чувства солидно в любом возрасте, котик. Особенно, когда эти чувства взаимны ～♡✧*。
