февраль

Тэн тянет свои руки к морю. Вода касается длинных пальцев с содравшимся черным лаком на ногтях, омывает босые ноги. Теплая. Он садится на колени в воду, даже не думая о том, что длинные шорты могут промокнуть и пойти белыми разводами от соли. Он прикасается к морю, будто оно состоит из тончайшего шелкового полотна, сочится сквозь пальцы. И греет. Тэн тянет руки, чтобы коснуться Куна. Кожа на его пальцах грубая, шершавая. Теплая. Кун тянет его к себе ближе, чтобы Тэн упал в его теплые объятия, растекаясь соленой водой по рукам Куна, по его груди, по мягкому дивану в гостиной. - Уютно? Тэн с места не двигается, мычит что-то невнятное, кивает. Тянется к его губам, чувствует как тот улыбается. Солнечно, и теплый ветер играется с волосами Тэна, портя прическу и путая и так непослушные локоны. В горячих дневных лучах хочется нежиться как в мягких простынях, хочется забыться в этом воздухе, в уже высохшей от утренней росы траве, в колыбельной шелестящей листвы. Тэн закрывает глаза. Кун прикасается к его темным жестким волосам, играется, путает и так запутанные ото сна локоны. Тэн растекается на белых хлопковых простынях, греясь в этих горячих прикосновениях грубых пальцев, в нежных лучах сочащегося через тюль солнца. Убаюканный утренней колыбельной ровного дыхания Куна, Тэн хочет заснуть, чтобы снова видеть море. Называть это “мы”, зарываясь руками в теплый песок и чувствуя такой же теплый взгляд. Чтобы не скучать и не жалеть, а ценить каждую секунду. Каждый стук сердца, прерываемый столкнувшимися взглядами и шумом теплого ветра. Рассмеяться до слез, заставить небо колыхаться от того сколько чувствуешь и сколько хочешь. Хочешь не забыть. Спросить сколько времени и обещать никогда не расставаться, потому что теплые объятия намного важнее и нежнее когда они здесь с тобой, а не с кем-то по телефону. Вдохнуть. Выдохнуть. Собраться с мыслями. И обязательно сказать. Ветер треплет твои волосы, я тяну к тебе свои руки. Мне тепло. Пожалуйста, не уходи.