Ласковый ветерок в поле полыни

      Любовь - это выход

за пределы своего "я"

и слияние с тем прекрасным,

что заключено в другом человеке

      Сун Лань по обыкновению готовил завтрак. Он просыпался рано, наравне с Сяо Синчэнем, но друг не торопился покидать постель, оставлять спящего мужа одного. Со временем к Сун Ланю начал присоединяться Оу Лан. Вдвоем они занимались завтраком, оставляли две порции для друзей, а сами принимались за трапезу. Некое смущение и неловкость всегда витало над их столом. Сун Лань не решался делать шаг навстречу целителю. Хоть их взаимная симпатия и была видна невооружённым глазом абсолютно каждому, даос всё же не предпринимал никаких попыток для сближения. Оу Лан решил всё брать в свои руки. Убирая посуду после трапезы, Оу Лан обратился к Сун Ланю. — Пойдем вместе в лес? — Что там делать? — Сун Лань расширенными глазами глядел на Оу Лана. — Мне нужно собрать травы. Вдвоем будет веселее, мы сможем пообщаться, узнать друг друга чуть лучше. — Оу Лан улыбается уголком губ. — О, эм… Да, давай прогуляемся. — Сун Лань отзеркалил добрую ухмылку целителя.       Сборы заняли малое время, и вот два мужчины уже уходили вглубь лесного массива. Они шли бок о бок, едва не соприкасаясь плечами, но физического контакта всё же не допускали. Оу Лан приблизился к огромному кусту, сдвинул ветви и указал на открывшийся проход головой. — Иди вперед.       Сун Лань перевел взор с лица целителя на вход в глубину куста, что доставал по высоте лишь до талии. Пригнувшись, Сун Лань сделал шаг внутрь. За ним зашелестела листва. Оу Лан забрался следом, отпуская густую листву. Оказалось, что куст растет по кругу, а верхушка его сходится, становясь зеленым куполом над образовавшейся внутри крошечной полянкой. Оу Лан вытащил мешочек цянькунь, из него уже достал большой кусок плотной ткани и расстелил на мягкой траве. Из того же мешка целитель достал нарезанные фрукты, пару сосудов с алкоголем и кусочки мяса. Аккуратно расставив яства в центре, Оу Лан протянул руку Сун Ланю. Даос вложил свою ладонь, вмиг ощутив тепло чужой кисти. — Присаживайся. — Тихим голосом промолвил Оу Лан.       Сун Лань выглядел слегка ошарашенно, но всё же уселся, и Оу Лан расположился совсем рядом. Скрестив ноги, мужчины сидели друг против друга, не разрывая согревающее рукопожатие. — Необычный способ сбора трав. — Сегодня вместо травы будешь ты.       Сун Лань увидел дерзкую улыбку вкупе с флиртом, и тотчас расслабился. Теперь целитель находился в привычном образе. Немного выпив и перекусив, мужчины начали диалог. Они делились своим прошлым, рассказывали о семье. Сун Лань поведал о знакомстве с Сяо Синчэнем и последующей дружбе, а Оу Лан — о своем заточении в горах.       Алкоголь закончился, но успел ударить в голову. Они не были пьяны. Лишь расслабленность и веселье охватило головы обоих. Вот они сидят рядом, их лица смущающе близко. Оу Лан придвигается первым. Мягкое касание к чужим губам передает вкус алкоголя, что еще больше туманит мозг. Сун Лань отвечает, углубляет слегка поцелуй, тонкими пальцами впивается в крепкие плечи целителя. Еще немного, и даос, от охватившей страсти, готов будет верхом усесться на целителя. Но Оу Лан, словно услышав мысли, не позволяет даосу успеть проявить инициативу. Целитель вздергивает Сун Ланя, помогает перекинуть через свои бедра ногу, усаживает даоса на себя сверху. Поцелуй уже откровенный и мокрый, слюна размазывается по лицам, влажные звуки разносятся по округе. Оу Лан впивается ладонями в бедра Сун Ланя, не переносит руки на ягодицы. Однако Сун Лань делает это за него. Поняв в этих движениях одобрение, Оу Лан сжимает и сжимает упругие ягодицы, но быстро отстраняется. Рывком он расстегивает пояс, распахивает верхние одеяния, и лишь слой нижних одежд разделяет его руки и тело даоса. Оу Лан возвращает руки на прежнее место, вновь принимается мять мягкие ягодицы. Указательным пальцем одной руки он давит на анус, отчего Сун Лань, не испытывая ни капли смущения или стыда, негромко стонет. Другой рукой Оу Лан оттягивает ягодицу, открывая свободный доступ к тайному месту даоса. — Это тоже можно снять, Оу Лан. — Горячий шепот в губы. — Хорошо.       Сун Лань снимает остатки одежды, в то время как Оу Лан скидывает полный наряд. Оставшись нагими, они возвращаются в ту же позу. Лежащий всё это время поблизости мешок цянькунь оказывается в руках Оу Лана. Не разрывая поцелуй и ощущая скрещенные руки даоса на своей шее, он вытащил небольшую стеклянную баночку, а оттуда пальцами выудил немного вкусно пахнущей субстанции. Смазав ею два пальца, целитель отставил бутылек, чистую руку уложил на ягодицу, вновь оттягивая, и влажными пальцами прикоснулся к сжатому колечку. Оу Лан вводил палец на одну фалангу, а Сун Лань уже не терпел, ожидая большего. Ожидая большой и теплый, крепкий член в своей заднице, Сун Лань насаживается самостоятельно, пока не ощущает костяшки на своих яйцах. — Тебе будет больно. — Медленно растягивая даоса одним пальцем, проговаривает Оу Лан. — Не будет.       Они забылись в несдержанном потоке страсти, Оу Лан продолжал растягивать Сун Ланя, пока не понял, что вставил уже четыре пальца, что входит ими до упора, лишь отставленный большой палец останавливает дальнейшие опасные действия. Оу Лан еще немного ждет, прокручивает ладонью по кругу, и наконец, достает руку. Остатки смазки размазывает по члену, приставляя головку к растянутому анусу. Сун Лань разрывает поцелуй, заглядывает в глаза Оу Лану, обхватывает его член и самостоятельно насаживается. Сун Лань хотел сделать это, глядя глаза в глаза, но распирающее удовольствие заставило закатить глаза, а голову откинуться. Оу Лан вцепился в талию, сильно сжимал кожу на боках, а Сун Лань раскачивался на большом члене, всё увеличивая амплитуду движений. Оба уже не сдерживаются, стонут громко и разнузданно, пот стекает по телам. Сун Лань не выдерживает первым, белесые капли падают на живот Оу Лана, а после размазываются по коже обоих. Оу Лан покидает содрогающееся тело, укладывает Сун Ланя на живот, оставляет его лежать с задранной кверху задницей, и доводит себя до конца рукой. Сперма выстреливает и остается в ямке растянутого ануса, и это искусство обрамлено пышными ягодицами со следами пальцев целителя. Оу Лан смотрит, заставляет себя остановиться, вероятность отпугнуть Сун Ланя тем, что хочется сейчас сделать, слишком высока. Но им было слишком хорошо вместе, Оу Лан хочет запечатлеть это в памяти как своей, так и даосской. Целитель склоняется, обхватывает ягодицы, разводя их в стороны, и проводит языком по колечку мышц. — Что ты!.. — Задушенно восклицает Сун Лань.       Но Оу Лан не слушает. Он присасывается к анусу, слизывает свою кончу и цветочную смазку. Сун Лань, не смотря на дикость подобных действий, ощущает возбуждение, которое будто накатывает с двойной силой. Тугой узел внизу живота на грани разрыва на множество мелких узелков. Оу Лану остается лишь обхватить член Сун Ланя, не отнимая языка, и даос взрывается, кричит и падает. Оу Лан напоследок чмокает ягодицу Сун Ланя, после ложится с ним рядом, убирает мокрые пряди с лица и смотрит. Веки Сун Ланя прикрыты, дышит он через рот часто-часто. — Ты как? — В волнении спрашивает Оу Лан. Всё же мнение Сун Ланя о нем крайне важно. Если будет хоть что-то не устраивать даоса, тот вряд ли согласится быть вместе на пути самосовершенствования. — Превосходно. Но я на один шаг впереди, нечестно, Оу Лан. — Что ж, — коротко смеется Оу Лан, — мы можем сравнять этот счёт.       Сун Лань улыбается, кивает и открывает глаза. — Тебе всё понравилось? — Всё-таки уточняет целитель. — Даже очень. Не стоит переживать, Оу Лан, я в восторге. Так мы будем сравнивать наши очки? — Дерзкая ухмылка проявляется, но милая улыбка стирает ее напрочь. Всё же, несмотря на постоянный контакт с Сюэ Яном и Оу Ланом, Сун Лань не может быть таким же дерзким. — Только если ты согласишься быть со мной, Сун Лань. — Оу Лан переплетает пальцы с Сун Ланем, в лёгком волнении ожидая ответ. — Конечно, соглашусь, Оу Лан. И с тобой, и под тобой, и св… — Сун Лань! — Восклицает Оу Лан.       Они смеются, трепетно и нежно сливаясь в поцелуе.