За правду надо платить!

Солнечные лучи с озорством играли на пыльной поверхности. Это здание было таким величественным, но при этом таким пустым. Огромные стеклянные панели, обклеенные газетами… Интересно, кому пришло в голову это делать? Может, строителям? А может, нашлись какие-нибудь тронутые на голову, что решили таким интересом скрасить свой досуг? Это неизвестно. На оконных панелях виднелись очертания железных прутов, на которых должны были держаться светодиодные ленты. Эти прутья были аккуратно изогнуты в разные мультяшные мордашки — главных маскотов этого места. Время идёт, а они нетронуты, сохранились даже очень хорошо. Раздался глухой, но металлический стук — подошва кроссовок мягко приземлилась на железную панель. Было страшно, что эти хлипкие и тонкие полки, собранные в несколько опорных столбов, не выдержат железный «пол». По сторонам валялось несколько коробок, огромных, явно с чем-то тяжёлым внутри. Осмотрев помещение получше, в нос мерзкой щекоткой забралась пыль, заставляя чихнуть и назойливо почесать его. Карие глаза осматривали зал: привычный кафельный пол, выложенный в шахматном порядке. По центру, когда-то стояла золотая статуя глэм-рок Фредди, но теперь там пусто. Лишь чуть дальше, где не дотягивают шаловливые солнечные лучики, можно было размыто разглядеть какой-то хлам. Грегори сжал край своей кофты. Рюкзак неудобно сидел на спине, от чего пришлось его поправлять. Мальчишка ненавидел рюкзаки, но разве есть другой выход? На те же грабли он вставать не собирался, ему не 12, как было тогда, он пришёл не с пустыми руками. Хоть он и надеялся, что задержится здесь ненадолго, что эта вылазка будет пробной и его не затянет в безвыходную ситуацию. По просторному зданию эхом раздавались шаги по металлу. Грегори аккуратно опустил ногу на перекладину лестницы, пробуя её на ощупь, выдержит ли она. Да, конечно, она выглядит надёжно, но осторожность никогда не помешает, падать отсюда не входило в планы. Убедившись в надёжности лестницы, парень начал медленно спускаться, настороженность обострили потные ладони. Каким бы смелым подросток ни был, нервозность и волнение давали о себе знать с физиологической точки зрения. Вскоре ступни встретили твёрдую и устойчивую поверхность. Честно признать, пахло наверху получше, чем внизу, но что поделать, ожидать такое можно было. Грегори ругнулся, когда буквально сделав пару шагов, его кроссовки наполнились пылью и осадком от бетона. Разукрашенные граффити стены говорили о том, что здесь он не первый гость и точно не последний. Проходя по главному залу, сквозь пыль и разный хлам, Грегори подошёл к столбу, на нём криво, зелёным граффити было написано: «Не оставайся здесь один». Мда, хорошее предупреждение, очень хорошее. Обойдя и пройдя дальше, он увидел небольшую тележку с зонтом, на ней были пустые пластиковые стаканчики и даже фантики, наверное, кто-то был здесь относительно недавно. Посмотрев правее, на огромную стену, он увидел логотип «Фазбера» с глэм-рок Фредди посередине и названием компании вокруг. Вскоре Грегори наткнулся на картонную стойку с глэм-рок Чикой, Роксаной и Фредди. Только вот Фредди был сломан, на нём лежал покалеченный бот. В слегка вытянутой верхней руке у него красовался фонарик. Грегори не покидало чувство, что это не совсем случайность… но разве он сейчас будет над этим задумываться? Аккуратно взяв фонарик и включив его, он убедился, что тот работает. — Работает, — подметил мальчишка. — Хорошо, значит, попользуюсь этим, чтоб на своём энергию не тратить. Грегори охватило лёгкое чувство дежавю. Тот же фонарик, год с хвостиком назад, он держал в руках. Повернув голову обратно, Грегори обратил внимание на большой проход, в котором было темно. На стенах правее была куча разных граффити, какие-то вырисовывались в слова, предложения, но большинство из них — это были бессмысленные линии или рисунки. Включив фонарик, мальчик аккуратно подошёл к этому проходу, только сейчас он заметил здесь железные перегородки, которые крутятся, если положить в них жетон. Одна из таких перегородок отсутствовала. Осветив помещение фонариком, было видно, что по правую сторону места не так много, опять же граффити, коробки, пыль… и эта пыль стала только ощутимей, иногда приходилось дышать ртом. Поворачивая голову налево, было не лучше, проход там был завален. Там стоял небольшой бульдозер, сделанный явно фирмой «Фазбера», ведь он был именно той расцветки, какая обычно у продукции этой компании. Но занимательно было даже не столько этот бульдозер, сколько обломки некогда величественной статуи глэм-рок Фредди. Грегори смутило только то, что статуя не блестела тем золотым отблеском, всё было ржавым и покрытым каменным налётом. Самым близким обломком была голова. Вблизи она казалась ещё больше, почти под подбородок Грегори. Непривычно было видеть обломки статуи, которая как будто совсем недавно стояла и освещала своей красотой это место… Хотя Грегори не сожалел, что это место превратилось в руины, ведь оно никогда не было безопасным. Долго копаться в своих мыслях и воспоминаниях Грегори себе не позволил, он пришёл сюда не затем, чтоб стоять и ностальгировать. Повернувшись правее, Грегори прошёл дальше, он вошёл в зал побольше, где стояли доски, коробки, пыльные грязные бетонные полы и где-то даже валялась строительная ткань. Первым его встретила мусорка в виде Роксаны, около этой мусорки была железная тележка, ничего интересного на ней не было, только два синих стаканчика на верхней полочке и коробка на нижней. Пройдя дальше, через тусклый свет фонарика, можно было найти перевёрнутый столик и деревянные стенды с полками, на которых, видимо, когда-то лежали игрушки или мерч, ведь над этим всем висела вывеска с нарисованными маскотами. Грегори и раньше не очень радовали эти милашные постеры и вывески, а сейчас, особенно после того как он увидел всю суть, что скрывается за этой милотой. Пройдя дальше и завернув между стендами, он заметил игрушку Роксаны. Пройдя дальше и завернув ещё раз, он сделал некий круг, что позволило ему попасть на другую сторону помещения. Левее, ближе к стене, стоял ресепшн, а правее были маленькие столбики, между которых была протянута толстая красная верёвка. Пройдя дальше, Грегори посмотрел на огромную панель телевизора на стене и возмутился. — Он ещё работает?! Каким образом? — недоумевал подросток. — Столько времени прошло, а он работает… пиздец какой-то, что не так с этим местом? Грегори сам не знал, с чего вспылил, может от скуки, а может из-за нагнетающей атмосферы. Парень только вздохнул и завернул налево, где сразу его встретила лестница. Лестница была не в лучшем состоянии, где-то ступеньки и вовсе разрушены и раскрошены, но это трудностей не доставляло, уж лучше, чем шагать по мелким ступеням, которые Грегори так ненавидел. Дойдя до заворота и поднявшись ещё на пару ступенек, парниша громко сматерился и чуть не выронил фонарик от того, что тележка, стоящая на краю лестницы с банкоматом для билетиков на ней, решила в случайный момент прокатиться с огромным грохотом вниз, слава богу левее от мальчишки, и грохнуться на пол, на завороте между лестниц. — БЛЯТЬ! ЁБАНЫЙ ТЫ РОТ... — крикнул испуганно парнишка, хватаясь за сердце. — Пиздец какой-то, — уже без крика, раздражённо прошипел он. Грегори решил спуститься к банкомату и пнуть его со злостью, но после небрежно спросил у банкомата: — Интересно, у тебя деньги есть внутри? — ответа не последовало, как и ожидалось. Даже попинав его и посмотрев под ним, монеток не было, от чего Грегори только цокнул. Поднявшись окончательно, Грегори попал в коридор, который заворачивал аккуратно округлённым способом. На стенах висело два плаката, один был изуродован до невозможности, второй ещё как-то можно разобрать. Это был плакат с рекламой конфет с луной на упаковке, на самом постере был Лундром, который изображал сон, кладя голову на сложенные ладошки. — Интересно, почему сон изображают в этой позе? Никто ведь не спит вот так, это бред, — докопался до мелочи мальчишка. Махнув рукой на это, Грегори вышел из коридора и появился в ещё одном помещении. Чуть левее, среди хлама, стоял бот с фонариком в руках, который был ещё в более нормальном состоянии. Грегори знал, что подойдя к боту, ничем хорошим это не кончится, но разве Грегори когда-то слушал своё чутьё? Аккуратно подойдя к боту, как и можно было ожидать, тот резко заработал и на пару секунд закричал сигнализацией, светя фонариком в Грегори. Мальчик вскрикнул и отшатнулся, бот не сдвинулся с места, просто вырубился, выронив светящийся фонарик из рук. Грегори матерился снова, кажется... в этом приключении он вспомнил все маты, которые он только знал. Пройдя чуть дальше, Грегори увидел стойку с полками и, посмотрев на неё, увидел небрежно сидящую игрушку Фокси? Не Роксаны, а именно Фокси!? Откуда она могла здесь быть? Хотя, при наличии граффити в этом помещении, можно догадаться, что возможно, кто-то недавно купил эту игрушку и оставил здесь. Пройдя к синей двери, Грегори открыл её, только сейчас он заметил, что все проходы и двери какие-то большие… ну точно больше 2 метров. Для чего это было сделано? Грегори сразу отмахнул этот вопрос, это не так важно сейчас. Мальчишка вдруг вспомнил о своём рюкзаке на плечах и пожалел, что вспомнил, ведь теперь он зациклился на неудобстве этой вещи на его плечах. Теперь Грегори шёл по мосту, ограждённому как пластиковыми, так и железными заборчиками. Но даже так, виднелись верхушки искусственных пальм за этим всем. Пройдя дальше, он снова попал в широкий коридор. Прямо напротив мальчишки, на стене была надпись зелёными граффити: «Я провёл здесь всю ночь и выжил». Эту надпись ещё перекрывал рисунок морды зайца, что напоминал Грегори Ванни… не самое приятное напоминание об этой личности. Подойдя к стене, изучая рисунки, Грегори услышал скрип и, посмотрев в направление звука, увидел, как красная дверь с хлопком захлопнулась, от чего Грегори вздрогнул. Эту дверь преграждали доски и куб, на котором на железных палках держался мотоцикл в сине-фиолетовой раскраске. — ПОМОГИТЕ! КТО-НИБУДЬ, МЕНЯ СЛЫШНО? — кричал чей-то то ли детский, то ли подростковый голос. — ЭЙ! Грегори вздрогнул и моментально замотал головой, ища источник звука. Голос был нечистым, хриплым и будто с помехами. Грегори быстро помчался к этому звуку и, пробежав к какому-то входу, он обнаружил рацию, сделанную в стиле маскота Роксаны. — ПОЖАЛУЙСТА! УСЛЫШЬТЕ МЕНЯ! МНЕ СТРАШНО! Я НЕ ЗНАЮ, ГДЕ Я! — слышался голос из рации. — Эй! Эй! Что случилось!? Кто ты? Где ты!? — говорил взволнованно Грегори. — Я… я не знаю, где я! Мы с моим другом взяли по рации и разделились, чтоб осмотреть здание тщательнее, — запыхавшись говорил голос из рации. — Я дошёл до провала под гоночным треком Рокси… но какая-то железная хуйня взялась из ниоткуда и схватила меня! — Серьёзно!? Это блять в другом конце здания!! — возмутился от страха и адреналина мальчишка. — Я… я знаю! Знаю… помогите! Прошу!... — рация замолчала, но вскоре послышался пронзительный крик. — НЕТ! НЕТ! НЕТ! ТОЛЬКО НЕ ЭТО! ААААА! Грегори выронил рацию, зажав уши от пронзительного крика. Рация стукнулась об каменный пол и замолчала. Грегори испуганно трясся… не был он готов к такой ситуации, и он слышал крик, знакомый крик одной назойливой ходящей железяки, что Грегори так ненавидел. Грегори мигом снял рюкзак и трясущимися руками стал искать телефон, найдя его и посмотрев на верхнюю часть экрана, увидел, что связи нет. — ЧТО!? ВЫ СЕРЬЁЗНО!? ГЛУШИЛКИ!? ОТКУДА ТУТ БЛЯТЬ МОГЛИ ВЗЯТЬСЯ ГЛУШИЛКИ!? — Грегори попробовал что-то сделать, но это не приносило результатов. — ДА НУ ТВОЮ МАТЬ! НУ ЧТО ЗА ПИЗДЕЦ! ЭТО ЖЕ ОЧЕВИДНО ЛОВУШКА! Грегори бесился, он не знал, что делать, времени терять нельзя… эта тварь точно здесь, возможно, тут есть и вправду человек, а может, и опять же, ловушка. Грегори так надеялся, что это будет просто вылазка, чтоб осмотреть территорию и убедиться в своих догадках. А что делать сейчас? Идти обратно? Пойти в полицию? Грегори закатил глаза при упоминании полиции и не сдержался, съязвив вслух: — Ооо, ну конечно, они прям так мне и поверят. — Грегори съязвил недовольно. — И что я им блять скажу: “Ой! Вы прикиньте! Я забрался на заброшенную территорию, за вторжение на которое мне должен быть штраф, и там я наткнулся на рацию в виде Роксаны, и по этой рации кричал какой-то парень, который с другом решил разделиться, чтоб обследовать Мега Пицца Плекс, но он застрял под гоночным треком Рокси, и ещё за ним гоняется какая-то железная хуйня, которая тут, кстати говоря, уже шатается больше года! И отрывает конечности, складируя их в недрах этого ЕБАНОГО МЕГА ПИЦЦА ПЛЕКСА, БЛЯТЬ!” Грегори дрожал от злости и страха. Да, каким бы смелым Грегори ни был, он боится, он может считать себя достаточно взрослым, упрямым, но он остаётся ребёнком. Перед глазами был вход в лифт, точнее, лифтовую шахту, лифтовой кабины не было, наверное, лифт наверху. Сжав в руках фонарик и посмотрев, Грегори решил, что он просто зайдёт проверить и всё. Выдохнув, он зашёл в шахту лифта, на самом полу было четыре маленьких столбика, на которые ставится лифт. Было куча мусора, а также граффити на стенах. Почему-то Грегори успокаивало, что здесь кто-то был, ведь это давало мысль, что тут безопасно и проверено. Посмотрев налево, он увидел лестницу… серьёзно? Откуда в шахте лифта взяться лестнице? Но этому вопросу мальчишка дал объяснение, что может, с лифтом может что-нибудь случиться, а спуститься или подняться надо, или ещё чего-нибудь. Подойдя к лестнице, Грегори услышал грохот, и в эту же секунду с громким звуком лифт упал на то место, где пару секунд назад был сам Грегори. Подросток завопил от страха и прижался к лестнице. Сердце задрожало и бешено забилось, но осознав всю ситуацию, Грегори понял, что он в ловушке, он испуганно крикнул: — НЕТ, НЕТ, НЕТ! ПОЖАЛУЙСТА! НЕТ! ПРОШУ! — голос мальчика начал дрожать, и из глаз потекли слёзы. — ГОСПОДИ… НЕТ, НЕТ… блять! Блять! Блять! Грегори накрыл вопиющий ужас, выхода нет, даже самой маленькой щели, чтоб протиснуться. Он знал, знал весь ужас этого места, знал, что шансы выжить здесь минимальные. Слёзы лились ручьём, ноги подкашивались, а в горле был ком. Грегори рухнул от страха на жёсткую поверхность и начал рыдать, оперевшись рюкзаком о лестницу. Он ревел, выл. Отчаяние поглощало разум, он здесь, совсем один, нет пути назад, дальше его точно не будет ждать ничего хорошего. Грегори захотелось домой, просто домой, прийти и вцепиться от страха в Ванессу, извиниться за своё поведение, упрямство, за все ссоры, которые он начинал, просто обнять и плакать, сказать слова, которые он бы никогда не мог сказать из-за гордости.