Часть 4
31 марта 2024 г., 13:57
Прошло пять лет с того самого момента, как Нами покинула Сеул. Она уезжала с разбитым сердцем и полными слёз глазами. Её целью был Кванмён.
Когда есть цель, человек ищет способы её достижения. Вот так и Нами. Она нашла жильё, работу, посетила больницу, прошла все необходимые обследования и стала просто жить. С работой и жильём повезло. Одна женщина подсказала, что доктор из больницы ищет для своего пристарелого отца сиделку. Нами пошла на собеседование и нашла сразу и жильё, и работу, и своего личного доктора.
И всё бы хорошо, но она не смогла забыть Чонгука, как не старалась.
***
— Как ты, дорогая? Что сказал доктор? — безэмоционально спрашивал Чонгук. Он придерживал телефон у уха плечом, перебирая документы, которые передал ему частный детектив. Там были листы, с отчётом о наблюдениях и фотографии Нами и её детей, четырёхлетних двойняшек: мальчика и девочки. — Ничего нового, дорогой. Доктор предлагает ещё одно обследование, но оно тоже стоит денег, — раздался в трубке капризный голос Со Юн. — Да, я понял, поговорим дома. Сейчас я немного занят, — он отключился, отбросив телефон на стол и, углубившись в подробное изучение отчёта. Ошибки быть не могло. У него есть и сын, и дочь. Ему не нужна никакая экспертиза, дети похожи на него, как две капли воды. Рассматривая фото, он, как будто бы, возвращался в своё детство. Нами не сделала аборт. Боже, он готов расцеловать эту глупую девчонку. Судя по тому, что живёт она не богато, Чон надеялся договорится с ней и забрать детей, предложив ей крупную сумму денег. Обсудив с братом свой план и услышав поддержку в ответ на своё решение, он незамедлительно заказал билеты в Кванмён, на завтра, на одиннадцать утра, и отправился домой. Предстояло ещё обсудить его план с женой. Они прожили вместе три года, за это время они не стали ближе. Первый год они жили весело, ещё продолжалась студенческая жизнь. Постоянные полёты на остров Чеджудо, всего какой-то час с хвостиком, туда и столько же обратно. Жизнь в отеле «Бонус Кутюр». Да Чонгук, практически, летал на учёбу. Сдавал зачёты, сессии. Да и за дипломом прилетал, успев потусить с сокурсниками в ресторане, ещё и парочку сокурсниц трахнул на прощанье, там же в туалете ресторана, и благополучно улетел к жене. После началась работа. Но, изменений в жизни не было. На втором году совместной жизни, Чонгук начал задумываться о детях. Но Со Юн пока не хотела их заводить. Она так и сказала: — Дорогой, надо пожить для себя. Заводить ребёнка, это большая ответственность, — тогда он согласился. Но время шло, а жена не хотела брать на себя такую ответственность: — У нас вся жизнь впереди, куда спешить?! На третьем году Чонгук начал настаивать на детях, да и его отец частенько интересовался, когда же они подарят им с мамой внуков. Тогда Со Юн и сказала, что у неё какие-то проблемы со здоровьем. Она не может забеременеть. Начались походы по врачам. Дорогостоящее обследование и лечение. Но, судя по сегодняшнему звонку, результатов ноль. Со Юн предлагала и Чонгуку пройти обследование: — Милый, может у тебя что-то не так? — мурлыча намекала она. Но Чонгук ссылался на занятость на работе. Несколько месяцев назад он нанял детектива и тот нашёл Нами и детей. Появилась надежда. Он должен с ней договориться, он пойдет на любые её условия. Он решил забрать детей, или хотя бы сына. Чем тратить деньги на бесполезное лечение Со Юн, в своём здоровье, Чонгук был уверен, он выкупит своего ребёнка.***
Нами, забрав детей из детского сада, направлялась с ними в парк. Она уже три дня обещала малым погулять, съесть мороженное, покормить уточек в пруду, но всё не получалось, то какие-то дела, то испортилась погода и пошёл дождь. А вот сегодня, светило солнце, настроение было хорошим, да и спешить никуда не надо. Дедушку сегодня его сын забрал на обследование, так что, Нами была свободна. Они покатались на каруселях-лошадках, покормили уточек, побегали наперегонки с другими детьми и теперь сидели в кафе, объедались мороженным. — Чжунхо, милый, ешь аккуратно, не вертись, у тебя всё щёки в мороженном, — Нами, смеясь, влажной салфеткой вытирала малышу щёки. — Мама, а вот тот дядя на нас всё время смотрит, — проговорила малышка Нари, указывая за спину Нами. У Нами кольнуло сердце. Она застыла, что-то подсказывало ей, кем может быть этот дядя. — Мама, — девочка повернулась к маме, — он идёт к нам. Она округлила свои глазки. Нами подняла взгляд на подошедшего к их столику мужчину и встретилась точно с такими же глазами, как и у ее детей. — Привет, — тихо произнёс Чонгук, улыбаясь.***
Часами ранее:
— Нет, нет и нет!!! — истерила Со Юн. — Я не хочу детей. Мне ещё рано их заводить, я сама ещё ребёнок. Чонгук смотрел на неё и удивлялся, как он согласился на ней жениться? Как он прожил с этой девушкой три года? Как он смог вытерпеть всё её закидоны и истерики? Да просто ему было по-фиг! Точно. Его устраивало всё. Но теперь не устраивает. Он хочет ребёнка. И если Со Юн не может родить, то пусть принимает его сына. — Нет, Чонгук, пожалуйста, пойми меня! Я не смогу его воспитать… — Мы найдём ему няню. В этом нет проблем, — Чонгук стоял на своём. — Тебе не придётся его воспитывать. Со Юн, хочешь ты или нет, я просто довожу до твоего сведенья, что завтра я еду за своим сыном, и через пару дней вернусь с ним, или с двумя. У меня ещё и дочь есть. — Может ты мне весь детский сад привезёшь? — визжала Со Юн. Такой, свою жену Чонгук не видел никогда. Она была неуравновешенной, могла сорваться, накричать, обидеть, оскорбить. Но, чтоб вот так визжать… Он молча встал, не желая дальше продолжать этот спор. — Я тебя предупредил, — сказал он и вышел из комнаты. Со Юн услышала, как хлопнула входная дверь. Схватив вазу со стола, девушка швырнула её в противоположную стену. Та разлетелась на мелкие осколки. Со Юн, обхватив себя за плечи, заорала. — Ааааа! Да что ж такое! — она схватила свой телефон. И не обращая внимания на прислугу, поспешивную на звон стекла с пылесосом, быстро набрала нкжный номер и как только услышала знакомое: «Ало» заистерила снова: — Минхо, представь, у Гука есть дети. Я хотела его выставить неполноценным мужиком, а какая-то дура уже родила ему. Если б я знала… — она слушала, что говорит ей Минхо. — Нет, милый, деткам уже по 4 года. Это было ещё до нашей свадьбы… Да ладно!.. Гук мне никогда не изменял... Конечно уверна. Наша встреча? Да в силе... Я его ненавижу! Да, он уезжает к ней, хочет забрать или выкупить своего ребёнка… Ха-ха-ха, ну да дурак, какая мать продаст своего… — говоря это она развернулась к выходу и замерла на полуслове, в дверях стоял Чонгук и, сжимая кулаки и губы, смотрел на неё, —… ребёнка, — закончила она свою речь. — Я перезвоню. Она отключила вызов. И улыбнулась Чонгуку. — И давно ты тут стоишь? — милым голосом произнесла она. — Давно, — отрезал Чонгук. — Я услышал всё, что мне надо, — он подошёл к столику, забрал свой телефон, который забыл уходя и теперь был несказанно рад этому. — Я завтра уезжаю, пробуду там пару дней. Надеюсь, когда вернусь, тебя здесь уже не будет, Милая! Он развернулся, что бы уйти, но Со Юн опередила его. Забежав вперёд, она положила ему руки на плечи и заворковала: — Милый, ты всё не так понял. — Ага, не так, — убирая её руки, произнёс Чонгук. — Ты ещё не все деньги из меня вытянула, — он глянул на жену. — А замуж за меня шла с тем же расчётом, или всё же были ко мне чувства? — Конечно были, я и сейчас люблю тебя, Гуки. — Да, да. Я в курсе, я слышал, — он легко оттолкнул её. — Я пошёл, встретимся у адвоката.***
Чон стоит перед Нами. Он видит ее растерянность, её неуверенность, её переживания. — Могу я присесть? — произнёс он тихо, но уверенно, впрочем как и всегда. Красивый, уверенный, невозмутимый, не терпящий отказа. Зачем он здесь, как он нашёл её? — Нами, я присяду? — переспросил Чонгук и увидев ее согласный кивок, присел, сразу переключаясь на детей. — Меня зовут Чонгук, а тебя? — спросил он мальчика, который во все глаза его разглядывал. — Чжунхо, меня так дедушка назвал, — гордо ответил малыш, выпремляя спину и плечи. И глядя на его забитую татухами руку, произнёс, уверенно указывая пальчиком на, изображённого на ней, тигра. — Это я. — Да, это ты, — улыбаясь произнёс Чонгук и развернулся к девочке. — А ты, милая принцесса, как тебя зовут? — Нари, — произнесла девочка и ткнула пальчиком в его тату «тигровая лилия» — А это я, да? — Да, принцесса, это ты. Видишь, какая она красивая, — он указал на цветок на своей руке. — Но ты в тысячу раз красивее. — А ты, что, наш папа? — вопрос мальчика застал мужчину врасплох. Чонгук облизал пересохшие губы и перевёл взгляд на Нами. — Это вам мама скажет. Да, мама? — он посмотрел на неё. — Нет, дети. Этот дядя не ваш папа, — она смело глянула на Чонгука. — Настоящий папа не будет заставлять маму убиваать своих детей. Чжунхо не мигая уставился на маму: — Он хочет нас убить? — Нет, малыш, мама шутит, — Чонгук улыбался ребёнку, но тот отодвигался от него. Чон глянул на Нами. — С ума сошла, говорить так при детях?! — Я повторяю твои слова, — Нами не могла остановиться, она должна защитить детей, своих детей. Она чувствовала, что Чонгук появился не случайно. — Нами, я хочу общаться со своими детьми. — Это мои дети, Чонгук. А тех, твоих, ты убил своими словами. Ты женат, у тебя своя жизнь и свои дети… — У меня нет чужих детей, и я развожусь с ней, Нами, — он попытался взять ее за руку, но она отдернула её. — Это твои проблемы, Чон, — Нами встала из-за стола. — Пойдёмте, дети. Прогулка закончилась. Он смотрел им вслед, пока они не скрылись в потоке людей и думал, почему он такой глупый. Он сам испоганил свою жизнь. Ему 25 лет, а что он имеет? Да, работа — благодаря папе, связи — благодаря папе, квартира — благодаря папе, деньги — благодаря папе, жена, мать её, уже бывшая, тоже благодаря папе. Все в его жизни — благодаря папе. Детей сам сделал и тех не сберёг. Но приложит все усилия, чтобы изменить это. Он попробует вернуть и Нами, и детей.***
Чонгук пробыл в Кванмёне неделю. Он несколько раз виделся с Нами и детьми, но теперь его принимали в штыки. Дети проявляли интерес к нему, но сразу вспоминали, что говорила мама и сжимались, прекращая общаться. Чонгук не знал, что делать. Боясь накосячить ещё больше, он решил уехать и пока не мешать им спокойно жить. — Нами, я уеду, — говорил он в их последнюю встречу, на которую еле уговорил Нами. — Но я прошу тебя, не отказывайся от моей помощи. Я могу помочь, у меня есть деньги, я же знаю, что ты две работы тянешь. А дальше будет ещё сложнее. Дети растут, растут и их потребности… — Какой умный стал, — перебила Нами. — Сам осознал всё это, или кто помог? — Нами, я вижу это. Я не хочу, чтобы мои дети не доедали, чтобы носили абы что, чтобы ты надрывалась на работе… — О! И за меня вспомнил?! Спасибо. Но поздно. Я уже не та доверчивая, влюблённая дура. Я забочусь сама и о себе, и о своих детях. — Нами, о наших детях, — перебил её мужчина. — Это мои дети, Чон Чонгук. Всё, разговор закончен! — она встала и, не оглядываясь, пошла прочь. — Нами, подумай. Я позвоню тебе через пару дней, — крикнул он вслед. Но она, не оборачиваясь, помохала рукой.***
— Юнги, ты можешь мне помочь? — Чонгук снова звонил другу. — Что за проблема, Гук? И Чонгук рассказал ему, как съездил впустую в Кванмён, встретился там с Нами. Увидел своих детей. — Юнги, они так похожи на меня. Это нереально! Это, как я встретился с собой маленьким, — умилялся он. — От меня Нами помощь не примет, но от тебя может. Ты бы мог познакомиться с ней, типа случайно, проникнуться её жизнью и помогать: дарить подарки ей, детям, на праздники и просто так, — рассуждал Чонгук. — Наверно, я смогу тебе помочь. У меня по-работе командировка, в другой город, но я могу переиграть и поехать в Кванмён. Там есть филиал нашей фирмы и несколько нерешённых вопросов. Я мог бы попробовать встретиться «случайно» с твоей Нами, ну а там, как пойдёт. Я думаю, от подарков на праздники она не откажется. А если она вспомнит меня? — Навряд ли вспомнит. Она мало проучилась тогда. Я думаю нет, не вспомнит. Если вспомнит, убеди, что обозналась. Ты же бываешь очень убедительным, когда хочешь, — они оба рассмеялись. — Ладно, Гук, помогу, — заверил друг.***
Прошло ещё 3 года. Мин Юнги сдружился с Нами. Она даже не соединила с ним Чонгука. Тот был прав, Юнги, если хотел, был убедительным, добрым и внимательным. Нами ему доверяла и дети его полюбили. Часто Нами даже оставляла детей с ним, когда тот приезжал в город, «по-работе» и заходил проведать своих знакомых. Познакомились они довольно просто. Нами чуть не сбила машина, а Юнги оказался в нужном месте, в нужное время. Он проводил девушку домой, успокаивая и поддерживая её. Узнал, что у неё есть детки, рассказал о своих двух мальчишках. На этой ноте они сдружились. И теперь Юнги приезжал к ним, как старый друг. Останавливался не в отеле, а у Нами. И, в знак того, что она не брала денег за проживание и еду, он привозил им хорошие подарки. — Чон, я чувствую себя сволочью. Ведь она кормит меня, я живу у неё, а плачу́ за это твоими деньгами, — часто смеялся Юнги. — Пользуйся моей добротой, друг, — отвечал Чонгук. — Это больше похоже на твой дебилизм, чем на доброту. — Согласен, — не обижался мужчина. — Но, пока я не вижу другого решения. Мои звонки она продолжает игнорировать. — Если бы ты знал, Гук, как она вкусно готовит. Еслиб я не был женат на моей крошке Юми, я бы женился на ней. — И не мечтай об этом. Она будет моей! Я обязательно что-нибудь придумаю.
