Mors Concur Omnia

Дин заканчивает заталкивать камни в горло Адама и слегка отталкивает меня от тела. С силой, о которой я даже не подозревал, он поднимает Адама в воздух и швыряет его далеко в озеро. Дядя Дин возвращается ко мне, переводя дыхание. Я просто смотрю. Он понимает, что я не уйду, пока не буду готов, поэтому перестает просыпаться. Я смотрю на Адама, не мигая. Его тело начинает тонуть. Ему потребуется всего лишь минута, чтобы полностью погрузиться в воду. Я больше не могу видеть своего брата. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на дядю Дина, а он смотрит на меня сверху вниз. У Адама нет глаз. У Адама нет моих глаз. У Адама глаза Матери. — Ты не можешь пойти домой. Дядя Дин нарушает тишину. «Я знаю.» Мы оба киваем, но он отходит первым. Он хватает меня за рукав и тянет к своему грузовику. Он останавливается перед пассажирской дверью и снова поворачивается ко мне. Его глаза сканируют мое тело. Он решает рукавом вытереть мне лицо, стереть с меня брата. Затем его взгляд опускается на мою шею. Он тянется к этому. — Ты все еще носишь это. Он берет золотую цепочку, которую подарил мне два года назад. «Я никогда его не снимал». Ему нравится этот ответ, и он улыбается. Его глаза морщатся, как у Адама несколько часов назад. — Мы с тобой одинаковые, понимаешь? В более чем один путь. — Так мне сказали. Но ты не убивал своего брата. «Особенно сейчас». Вы уверены? Я думаю, что дядя Дин как-то причастен к несчастному случаю на охоте. «Залезай.» Он открывает мне дверь, и я запрыгиваю в нее. Когда он садится и заводит машину, я смотрю на него. «Что вы хотите сейчас.» Скажи мне. Не вы. Он просто поворачивается ко мне. «Мне нужен мой брат». Дин запускает грузовик. «Я знаю.» Скоро. Пока мы едем, мой взгляд перемещается с лица дяди Дина на радио. Сейчас 6:07. Мать, должно быть, злится на Адама за то, что он не пустил нас так поздно. Однако она больше не может его убить. Я уже это сделал. Я снова смотрю на дядю Дина. «У тебя проблема со взглядом». — Прости, дядя Дин. «Дин. Пока зови меня просто Дин. Имя, похожее на имя старика, убившего своего брата. Дин везет нас, пока на дороге не разливается жидкость. Правая ведет в город. Правая ведет к Матери. Я хочу, чтобы мама спела мне. Я хочу, чтобы мама обняла меня. Я хочу, чтобы Мать умерла за то, что оттолкнула от меня Адама. Однако только один из нас мертв. Возможно, тот неправильный. Дин поворачивает налево. Слева ведет к его дому, глубоко в лесу. Левый ведет туда, откуда никто не возвращается. Левая ведет туда, откуда я никогда не выйду. Я смотрю на боковое зеркало и вижу Адама. Он в нескольких ярдах от меня, с него капает вода. Его голубые глаза сияют, когда он смотрит. Я чувствую, как рука Дина расчесывает мои волосы. Он такой же длинный и черный, как и он. Закрывая глаза, я прислоняюсь головой к холодному окну и позволяю Дину продолжать прикасаться ко мне. Я думаю, это рука Адама. — Знаешь, ты всегда был моим любимцем. Я думаю, что я нравлюсь Дину не только по тому, что у нас одинаковое имя и внешность. Я думаю, что я нравлюсь ему так же, как я хотел, чтобы я нравился Адаму. Я думаю, я нравлюсь ему так же, как я нравлюсь отцу, когда его разум убеждает его, что я Дин. Я нравлюсь ему так же, как мне нравится Адам. Понравился Адам.