Тайна Безмолвного Леса. Хранительница Камней

Погода сегодня явно не располагала к «круизу». Поднялся шквалистый ветер, на море разыгрался ощутимый шторм. Компания перенесла себя обратно в Андеадлинг с помощью Порталиуса, оставив то, во что превратился Бизер, где-то позади. Лулу почувствовала небольшое облегчение от того, что теперь у них на одно препятствие меньше. Осталось только ещё разобраться с Макгроу, но все они надеялись, что пророчество им в этом поможет. Майк ждал их у причала с недовольным видом. Рядом с ним, к огромной радости девушки, стоял Феникс. Лулу было приятно знать, что тот никак не пострадал и не попал под влияние Макгроу. Майк раздавал глаза-алмазы и наушники для того, чтобы ребята могли слышать и видеть то же, что и он сам, хотя и не в таком качестве. Майк кутался в дырявую куртку, а на ногах у него были разные кроссовки и хлипкие джинсы не для такого ветра. Лулу невольно подумала, что сейчас он похож на того мальчишку, с которым она познакомилась и стала дружить несколько лет назад. Но приступ ностальгии быстро прошёл, стоило парню открыть рот. Выдавая ей приборы, он возмутился: — Я думал, ты порвала с этим, — он кивнул на Колина. — А я думала, что порвала с тобой. — Мы женаты, как ты смеешь! — Ты уж определись, имеешь ли ты ко мне какие-нибудь претензии или нет. — Ах, это ты тот самый знаменитый ловец призраков с необычным даром? — вдруг встрял Густав между ребятами. — Я всегда так мечтал познакомиться с тобой. Можно мне автограф… м-м-м, вот здесь! Змеевик закатал штанину, представляя всему миру свою белую гладко выбритую голень. Майк так опешил, что даже не нашёл, что сказать. — Э-э-э… — О, ты такой скромняжка! — Густав изящно провёл длинным ногтем по плечу парня так, что тут дёрнулся. — Но нечего переживать – мы тут все свои, а с тобой обязательно подружимся, пупсик. После очередного подмигивания и воздушного поцелуя сверху Майк принялся бормотать что-то невнятное и отмахиваться от змеевика, как только мог, но выглядел при этом очень жалко. Лулу не могла скрыть улыбки, наблюдая за разворачивающейся перед глазами сценой. — В общении с Густавом есть один несомненный плюс, — сказал Тано, встав рядом. — После его приставаний напрочь отобьёт желание делать то же самое с девушками. Потому что на своей шкуре испытаешь всю эту мерзость. — Ты от меня без ума, не отнекивайся! — крикнул ему Густав. Майк тем временем сдался и, сев на корточки, пытался вывести еле пишущей ручкой свою угловатую подпись на ноге змеевика. И злился, что у него это никак не получалось, а позориться приходилось всё дольше. — Что, теперь не будешь мыться? — подколол его Тано. — И вообще, нашёл с кем флиртовать! — Ах, мальчики и девочки, вы не переживайте: меня на всех хватит! Крис и Лирри прибыли практически одновременно. Гармен доставил дочь на космолёте, но выглядел дядя явно недовольным. — Вы совсем сбрендили! — ворчал он, активно размахивая руками. — Куда вы собрались? Ещё и мою дочь с собой тащите! Вокруг война и голод, а они на корабле плыть собрались. — Так мы и плывём туда, где войны нет, — попыталась объяснить Лулу. — И чтобы мир спасти, нам нужна Лирри. Но дядя Гармен слушать её не хотел. — Мир спасти! А без Лирри никак обойтись нельзя? — Видимо, совершенно никак, — неожиданно подал голос Кристиан. — Даже меня отпустили из нашей части. — Ну, у вас там поди ещё учения идут, — Тано скрестил руки на груди. — Из боевого сражения ты бы так просто не вышел. — Ты неправ, — покачал головой Густав. — У них всё там, начиная с этапа призыва очень непросто. Даже если ты доброволец. Ограничения во всём, обрыв связи с внешним миром. — Йо, а откуда такие познания? Ты что, служил? Это бы объяснило, почему мы оказались на одном курсе, хотя ты меня старше на год. — Нет-нет-нет, — Густав помахал ладонями, — ни в коем случае, мама бы не допустила для меня такой участи, да и я – уж прости меня, дорогая принцесса, – не обладаю столь горячим патриотизмом, как наш доблестный Крис. — На этой фразе щёки Кристиана заметно порозовели и вовсе не от мороза. — Но я встречался с военным… На этой фразе все закатили глаза, а больше всех возмутился дядя Гармен: — Мы тут что, собрались, чтобы языками чесать? Где этот ваш корабль? Я поплыву с вами. — Майк, у тебя хватит дублонов? — ундина повернулась к нему. — Нет, придётся везти тебя в чемодане, ты как раз поместишься. — Ты что, шутишь? — Конечно, шучу! Не поместишься. Лулу хотела было его стукнуть, но сам Майк уже развернулся к толпе пассажиров и дал команду надеть волшебные очки – глаза-алмазы, как он их называл. Теперь все могли воочию наблюдать, как гигантская махина – точь-в-точь «Чёрная Жемчужина» из «Пиратов Карибского Моря»[1] приближалась к берегу.

***

Им определённо дул попутный ветер: добрались до Обливиоса очень быстро. Правда, это были те же два часа, что и пару лет назад, когда Лулу в первый раз плыла на корабле. Просто теперь была другая компания – такая разномастная, вечно о чём-то спорящая, что время протекало куда быстрее. Например, Густав, получив автограф от Майка, подутратил к тому интерес и неожиданно переключился на ничего не подозревающего Феникса, цепляясь к его необычному происхождению. Да и невесёлые думы словно подталкивали корабль, которому не нужен ветер в мёртвые паруса, скорее добраться до пункта назначения. В Обливиосе их встретили Карл и Рубина. Неласковая сестра сухо кивнула ундине и дяде Гармену, которого она почти не знала, и едва скользнула взглядом по остальным сопровождающим. Карл в свою очередь с улыбкой поприветствовал всех прежде, чем перейти к делу, и раздал скрученные свитки. — Мы идём в таверну. Лулу и Майк должны помнить, где это, но на всякий случай – вот карты. — Девочки уже там? С ними всё в порядке? — Да, они вас давно ждут. Хотя наверняка будут это отрицать. Особенно фея с большими… крыльями. — Бофара? — Да, точно она. Умяла три тарелки борща и четыре порции рагу, пока феи ждали вас тут. — Каков наш план, капитан? — спросил Тано, лениво прохаживаясь вдоль берега, сунув руки в карманы узких брюк. Приподняв специальные очки, он щурился в туманную даль, пытаясь разглядеть хоть что-то поверх утопающих в молоке крыш, однако ему это плохо удавалось. — Ну и туман тут у вас! Даже у нас в Андеадлинге сегодня всё не так мрачно. — Как будто тебе не нравится, — воскликнул Густав. — Мне? Мне как раз нравится. Особенно, когда стемнеет, можно будет пугать каких-нибудь простофиль. Бу-у! Густав аж подпрыгнул от неожиданности, и у них завязалась шуточная потасовка. Колин не верил своим глазам. Пока Майк вместе с Карлом рассказывали о дальнейших действиях, падший словно выпал из реальности. Он видел перед собой только её. Она стояла перед ним, словно живая. Ничуть не изменившаяся с их последней встречи. Он ненавидел Тобиаса за то, что тот подтолкнул её к суициду. То зрелище должно быть было ужасным: она истекала кровью с ножом в груди. Колин хотел, чтобы она жила. Он мечтал избавиться только от Карла, соперника. Он хотел быть её покровителем даже на небесах. Он также готов был стать ей просто другом, когда ему вырвали крылья, и он вновь приблизился к смертным на шаг. Но не успел. Когда его низвергли, Рубина уже лежала в сырой могиле. А сейчас она снова стояла перед ним, слегка просвечивая, с зияющим разрезом в груди. Ему так хотелось коснуться её огненных волос, но разумом Колин понимал, что никогда больше не сможет этого сделать. И поэтому не знал, что сказать. И нужны ли вообще были слова? Зато от Лулу ничего не скрылось. Лёгкая обида, когда она увидела застывшего Колина и его изменившийся до неузнаваемости взгляд, сменилась сладкой грустью. Она была очень рада за него, ведь наконец-то он смог увидеть свою настоящую любовь. Но девушке от этого стало слишком печально. — Не о том думаешь, — покачал головой Тано, подходя сзади. Лулу вздрогнула и едва не замахнулась рефлекторно, чтобы атаковать. — Ха, а я говорил, что из тумана очень удобно пугать всяких простофиль. — Я не простофиля! — Конечно же, нет! Ты просто безответно влюблена в этого козла, а сейчас смотришь, как он томно вздыхает по давно усопшей возлюбленной. — Тано поднял руки кверху. — Никого не осуждаю из вашей троицы. Но ты единственная из них ещё пока живая. И тебе следовало бы задуматься над тем, как именно ты проживёшь эту жизнь. У этих двоих, — он кивнул на холодную и гордую Рубину и на мявшегося от волнения Колина, — нет никакого будущего. И поэтому они цепляются за прошлое как за то единственное, что у них осталось. А у тебя всё ещё бьётся сердце. И только ты можешь направить свой жизненный мотор в любую сторону. Лулу посмотрела на Тано совершенно другими глазами. Моргнула пару раз, чувствуя как то непонятное, сжимающее сердце чувство, для которого не находилось слов, отпускает и становится легче дышать. Она была уверена, что Тано применил свои ментальные способности, повлияв на рассудок. Здесь, в Обливиосе его чип никак не отслеживался, также как в Небыле. И Тано мог свободно внушать, влиять на поведение, мысли и чувства. Она улыбнулась и глубоко вздохнула. — Спасибо. Что бы ты ни сделал – мне стало легче. — Я всего лишь сказал тебе правду. [1] Серия приключенческих фильмов о пиратах в Карибском море