На краю света.

Проходили дни, Акиро и Дели совсем сдружились и стали почти как братья. Они весело проводили время, как будто ничего вокруг и не существовало, даже не смотря на то что Дели так же был котом. Но как они и ожидали, вскоре пришли его друзья, и пришли они явно не с дружеским настроем. - Акиро, мы знаем что Данделион скрывается у тебя. Отдай нам его и покончим с этим, - опасно проговорил Лиссем. - Ой, даже на чай не зайдете? Фу, какие вы невежливые, я с такими не вожусь, идите отсюда, - с усмешкой ответил всем троим Акиро, держа на руках кота, которая никак не хотел уходить, чувствуя тревогу для него. - Не язви, и отдай нам его. Мы просим по доброму, - добавил Хао. Акси же стояла в стороне, она не хотела трогать Акиро, он был ей хорошим другом, но если он и правда скрывал Данделиона, от этого ей становилось очень грустно. Заметив это, Акиро сказал: - Акси, лучше уходи отсюда, это не твоя битва,- и немного помолчав, он нехотя добавил, - Живой ты сегодня не уйдешь, если останешься. - Знаешь что, мы были семьей, все время с тех пор как чудовище носящее имя Данделион убило твою маму! Мы были там, ты же сам все видел..., - ответила более серьезным голосом ему демоница. - Видел что? Мертвое тело матери? Да, видел. Но вот Хао, поведай мне историю, о там как ты продумал такой бомбезный план, убить мою мать и свалить все на Дели? - поняв что он проговорился, он крепче сжал кота в руках и отошел от демонов на пару шагов назад, а те все поняли без слов, они догадались кто прячется за шкурой кота, но не осмеливались подойти ближе. - Я..? С чего ты взял что это я убил ее? Тебе он наплел? Намяукал на ушко? - немного нервно начал оправдываться Хао. - Ох Хао.. Ты должен был запомнить, белые колдуны никогда не врут, особенно столь могущественные как Дели, они просто не умеют этого делать. И не он сегодня должен умереть, а вы все, - грозно прорычал посдедние слова Акиро, и спустив с рук кота, начал внешне меняться. Глаза налились черно- кровавым цветом, кожа приобрела немного бледный цвет, когти разрывали ногтевую пластину, и в принципе тело становилось куда больше. И началась битва, преобразившиеся демоны дрались между собой, Акиро дрался за Дели, чтобы любой ценой его защитить, другие же дрались за его смерть. Казалось бы, стоило за что драться, но Акиро полюбил этого человека, как друга и просто человека, не смотря на его кошачье тело. "Чистота, прозрачность и свет" - подумал Дели, смотря на него. Конечно, его мать вырастила его таким, любящим добро, она знала ч о вскоре ему понадобиться это. Она знала что он должен стать таким, почувствовать все прелести жизни ощущая свет. И она смогла. Но витав в мыслях, и не заметил как сзади пробралась Акси и попыталась снести кота той же черной сферой, которой убили маму Акиро, но Дели был быстрее, и силой придавил ее к земле, что почувствовалась ее дрожь, на что отвлекся Акиро, и что стало его величайшей ошибкой, доля секунды, и с двух сторон он получил две черные сферы в спину, пропитывающие его насквозь. От одной такой ему бы еще ничего не было, но от двух умирает даже самый сильнейший. Увидели это и Дели, и Акси, увидели как Акиро, еле держась на ногах падает на землю. Дели сразу же подбежал к нему и лег на грудь, тем самым проверяя пульс, Акси же убежала к остальным и смотрела за картиной. Из маленьких кошачьих глаз покапали слезы, и сквозь силу Акиро подняв руку, начал их вытирать, и улыбнувшись сказал: - Прости, я не уберег.. тебя.. И вместо того чтобы мысленно ответить, Дели слез с него, и мордочкой уткнулся в щеку Кира, от чего через минуту прошло сияние, которое ослепило демонов, но когда они открыли глаза, увидели двух парней, один сидел на коленях, придерживая голову того, что лежал. Тот самый момент... Как бы Данделион хотел обернуться человеком раньше, он бы смог спасти его. Но судьба развернулась под другим углом. - Теперь ты наконец то можешь говорить.. Скажи что нибудь.. Я хочу услышать твой голос..,- прошептал Кир из последних сил. - Край света.. Ты прав, это место можно назвать краем света, и ты его прекрасный обладатель. Прекрасный друг..,- заплакав, он остановился, ведь слезы душили изнутри и он не мог ничего выдавить из себя,- Ты светлый Кир..Свети так же красиво всегда. - А ты следи за моим краем света и береги его ладно?- дотронувшись до браслета рукой, который был уже не на шее, а на руке у Дели, грустно улыбнулся и рука трогавшая браслет невольно упала. Птицы перестали петь, море перестало шуметь и Акиро.. Он перестал дышать. Его пустые глаза были наполнены слезами, а на безжизненном лице была глупая, но счастливая улыбка. Его первая и последняя искренняя улыбка, посвященная Данделиону. Подняв глаза с мертвого друга на демонов, Дели не двигаясь с места начал шептать что то невнятное, в следствие чего, из его груди просочился огромный луч света, который прямиком освятил всю троицу испуганных демонов, и после того как луч исчез, от них остались лишь три кучки пепла. А сам же Дели, примкнул головой к холодной груди друга, и громко заплакал, теперь было можно, теперь его никто не слышал... Три года спустя: Дели стоял на краю берега и пил кофе, на часах было 7:34, но для этого времени было через чур светло. То самое число, прошло ровно три года с тех пор, и вот он стоял и смотрел на яркое небо, ведь тогда он сказал ему, чтобы тот всегда светил так же ярко, и теперь каждый год, тем же числом, Дели проводил весь день у берега, и смотрел на яркое солнце, ведь он знал, это Акиро, Акиро так светится для него. И даже сейчас, сейчас он светится для него. И весь день, просидя на берегу моря, он рассказывал что у него случилось за этот год, смеялся и смотрел на небо, в ожидании заката, которого он совсем не хотел. Но закат был неизбежен, и солнце уходило за горизонт, а Дели, теребя браслет на руке, снова плакал, снова расставался с другом, снова мучительный и трудный год без него. - Скоро снова увидимся Аки! Я буду скучать по тебе, - и вытирая жгучие слезы с щек, он встал и не разворачиваясь ушел в дом, где прорыдал всю ночь, но после уснул от того что слишком много плакал. И через год снова будет так же, и через десять лет, и через век, он всегда будет сидеть у моря и разговаривать с Киром в один единственный и болезненный для него день... Было ли это для него проклятием или спасением? Теперь это уже не имело значения...