Кровавые Цветы Любви

— Эй, ты в порядке? — взволнованно спрашивает подруга, когда Миньярд в очередной раз убегает посреди спарринга в туалет. — Продолжаем. — рвано кивает и хмурится блондин, затягивая повязки на руках потуже. Он становится в боевую позицию и ожидает, когда подруга сделает так же, но та стоит, прожигая Миньярда строгим взглядом. — Если ты плохо себя чувствуешь мы не будем сражаться, а перенесём всё на следующий раз. — руки упираются в бока, нож покоится в ножне на поясе. — Жить буду, давай не будем зацикливаться на этом. — Эндрю. — хмурится девушка, оглядывая друга с ног до головы. Его поза так и кричит о напряжении, глаза острые, как лезвия ножей, которые прямо сейчас он сжимает в кулаках до побеления костяшек. — Рене. Не сейчас. И ей ничего не остаётся, кроме как вздохнуть, обвести Эндрю ещё одним изучающим взглядом, а потом всё же принять боевую позицию. *** — Что тебя беспокоит, милый? — присаживается рядом Бетси, вытирая руки об красное кухонное полотенце в тёмную клетку и наклоняясь на уровень головы приёмного сына. — Ничего, мам. — вздыхает после небольшой паузы Эндрю, поднимая голову с рук и протирая пальцами глаза. Женщина ещё с пару секунд взволнованно смотрит на Миньярда, а после всё же сдаётся: — Хорошо, сынок, расскажешь когда сможешь. Ты у меня сильный, со всем справишься. Она поднялась со стула и поправила фартук. Подходя к духовке, женщина открывает дверцу и разгоняет рукой в забавной перчатке пар. — Пирог будешь? — тепло от открытой духовки и лязганье приборов заполняют небольшую, но уютную кухоньку, немного разбавляя атмосферу. — С чем пирог? — появляется в дверном проходе помятый после дневного сна Аарон. Он, слегка копируя брата, – ей богу, мальчик, тебе внешности мало? – салютует ему и подходит к матери у плиты. Та целует его в блондинистую макушку и треплет волосы ещё сильнее. — С клубникой. — по доброму улыбается она, и на щеках образовываются неглубокие ямочки, а зелёные глаза немного щурятся. — М-м, почему не киш, — трётся, словно кот, носом о мамино плечо парень, зевая и причмокивая губами. — Потому что киш был в прошлый раз, милый, сегодня у нас пирог с клубникой. Хочешь, могу тебе приготовить ещё что-то? — снова чмокает сына Добсон, только на этот раз в лоб и проходится ладонью по чужому, ещё тёплому, плечу. — Расслабься, ма, всё хорошо. С клубникой, так с клубникой. — он тычется носом в плечо Би в последний раз и отходит к кофе-машине. *** — Можно выйти? — слышится хриплый голос откуда-то сзади. Множество пар глаз моментально оглядываются на одного из блондинов за последней партой. Тот весь скукожилсяи сжимает под партой кулаки. — Миньярд, 5 минут урока прошло, какой туалет? К тому же, в последнее время ты очень часто просишься выйти, не думаешь, что нужно как-то решать этот вопрос… — женщина лет 49, называющая себя учителем Химии, закидывает вечно сползающих край большого платка на плечо и приспускает прямоугольные очки на кончик носа, бегая глазами по классу и в конечном итоге возвращаясь в старшему Миньярду. — со своим здоровьем. — всё же подобрала формулировку шатенка, складывая руки на груди. — Да идите вы, — срывается с места Эндрю, а вслед слышится громкий смех одноклассников. — Заткнулись, или я вам шеи сверну, ублюдки. — рычит на них Аарон, взволнованно смотря на дверь. *** — Эй, Нат, а какие твои любимые цветы? — подходит к рыжеволосому юноше одна из чирлилирш. Патриссия Тёрнер – угольно чёрные кудрявые волосы до лопаток, спереди две прядки ярко розовые, мулатка с витилиго и крошечным мозгом. — Пионы! — выкрикивает её подружка и они начинают перепалку. — Паучья лилия. — хмыкает себе под нос на немецком Эндрю, отчего голова Веснински моментально поворачивается в его сторону. Брови нахмурены, в глазах плещет недоумение. — Что-что? Эй, Натти, что он такого сказал, что ты отвлёкся от нас? — зовёт его Лилит – подружка Патриссии, хватаясь сцепленными в замочек руками за плечо рыжего и часто моргая. — Ничего. — ещё мгновение хмурится Натаниэль, смотря на невозмутимо отжимающегося Миньярда, а после всё же поворачиваясь к девушкам и обхватывая Лилит рукой за талию. — Ах, а я? — Пухлые губы с розовым блеском на губах формируются в букву «О», а и так большие глаза расширяются ещё пуще. — Девочки, милые, меня на всех хватит, — подмигивает Тёрнер Нат, цепляя её кисть второй рукой, прокручивая Патриссию вокруг её же оси и притягивая ближе, приобнимая и направляясь в сторону выхода из спорт зала. *** — Окей, я знаю, мы все не в таких суперских отношениях, но я, всё же, должна поднять этот вопрос. Монстрик, мы всей компанией заметили, что ты стал странным. Вечно бегаешь в туалет, побледнел, голос хриплым стал, что с тобой? У тебя проблемы со здоровьем? — и можно было подумать, что Элисон насмехается, но она абсолютно серьезно и уверенно смотрела на сжавшегося Эндрю. — Элли, я думаю, он сам нам расскажет, когда будет готов и если вообще есть что рассказывать. — мягко говорит Рене, когда друг так и не отвечает. — Скажи, им можно доверять? — тихо спрашивает Эндрю на итальянском. Уокер удивлённо хлопает ресницами, но всё же отвечает ему на том же языке: — Ещё ни одну тайну, которую я им рассказала, не растрепали, а что? — Я.. хочу вам всем рассказать кое-что. — шепчет блондин, не веря в свои же слова. — Хорошо, когда? — пока сама Рене погрязла в волнении и размышлении о том, что же случилось у друга, её рот говорил сам за неё. — Сегодня. В кафе у школы. — бегло бросает Миньярд и быстрым шагом покидает столовую, зная, что подруга сама передаст приглашение. *** — Я до сих пор не верю, что эту встречу организовал ты, Монстрик, — тарабанит ноготками по поверхности стола Рейнольдс, осматривая бледного Эндрю. Тот ещё пару раз осматривается, будто проверяя, нет ли тут кого-то ещё, кто не должен его услышать, а после тихо выдаёт: — Если вы расскажете об этом хоть кому-то – вам не жить, — кто-то хочет уже что-то возмущённо буркнуть, но он продолжает, — я болен Ханахаки. Тишина, повисшая после этой фразы почти оглушающая. Он смотрит в окно на проезжающие машины и терзает чуть отросшими ногтями нижнюю губу. — Ты что?! — первый очнулся Мэттью. — Нет-нет, погоди, то есть, я правильно понял? Ханахаки - болезнь, которой заболевают раз в десятилетия, чему причиной становится невзаимная любовь, и ты болен ею? Бро, я, конечно, всегда знал, что у тебя с юмором туго, но— Эндрю закашлялся, прикрывая рот рукой, а после медленно опустил её на стол. Раскрытая ладонь окрашена в бордовый, капли крови так и норовят просочиться меж крепко стиснутых вместе пальцев, а на середине лежит два окровавленных цветка Паучьей лилии. — Ты действительно не шутишь, Миньярд? — ошарашено и немного строго спрашивает Даниэль, с трудом отрывая взгляд от руки блондина на столе и переводя его на янтарные глаза, что неотрывно смотрели на цветы в своей раскрытой ладони. — Эндрю.. — неверяще шепчет Уокер, а в серых радужках бушует ураган. *** Скрывать больше попросту не получалось. Приступы кашля со рвотой участились, кожа совсем побледнела и приобрела нездорово-серый оттенок. Эндрю теперь практически всё время лежал на кровати, встать сил уже не было. Рядом с кроватью всегда стояло ведро, а в комнате витал запах крови и его любимого клубничного пирога, который Би теперь готовила ему едва ли не к каждому приёму пищи свежий. Она пыталась натягивать ободряющую улыбку, но выходило, честно говоря, не очень. Представьте, ваш сын болен, ему осталось всего ничего, каких то жалких несколько дней, а вы ничем не можете ему помочь. Ваш сын блюёт кровью вперемешку с цветами, а вы ничего не можете сделать. Аарон ходил подавленный и опухший. Точнее как ходил, он почти не отходил от кровати близнеца. Сидел рядом, держал того за руку, вспоминал какие-то их совместные истории с детства и читал ему книги. Рене у них в прямом смысле поселилась. Ей постелили в гостевой и теперь она, вместе с Аароном, часами напролёт сидит у кровати лучшего друга детства. *** Вокруг суматоха, все бегают, Аарон, кажется, кричит ему не закрывать глаза и не покидать его, Бетси до боли сжимает его кисть, а Рене, плача навзрыд, наблюдает за ним. Соцветия насквозь проросли в лёгких, не давая хозяину и шанса на вдох, а шапочка большого цветка Лилии щекочет и так разодранное горло. *** Эндрю Джозеф Миньярд 1994-2010 Быть может, в следующей жизни ему повезёт в любви больше?