Конверт

Они были друг для друга всем. Жизнью,смертью,прошлым,настоящим,и коротким будущим,спасением в тяжёлое время. Два подростка,сбежавшие с последнего урока чтобы бегать по всему городу под дождем,танцуя под гитару уличного музыканта. Два подростка,чье знакомство перевернуло с ног на голову жизнь обоих. Ей лишь пятнадцать, а он оканчивает школу. Каждый раз вспоминаю, как мы оглядывались на эту странную пару пока они носились по коридорам нашего учебного заведения. Он на две головы выше ее, а она наивная как ребенок. Когда-то наш учитель,Мистер Спаркс,сильно отругал ее за то что она не выучила урок. Весь наш класс смеялся тогда,каюсь,и мне было смешно. Она в слезах выбежала из класса когда Спаркс сказал что позвонит ее маме. Ей было больно. Очень больно. Мама ее умерла той ночью. Мы не знали, конечно же. Знал только он,ее родственная душа, он,который всегда улыбался этим ярким всплескам эмоций, и молча, ничего не говоря,обнимал ее и накрывал своим плащом. Каждый раз кто-нибудь да спрашивал у них,не брат ли они и сестра,на что они только смеялись и проходили дальше. С ним она ничего не боялась,забывала все свои эмоции,обиды и боль. А он в свою очередь становился таким уязвимым,таким,каким он мог позволить себе быть только при ней. Узнав про случившееся,сразу же пришел к ней, ничего не спрашивая. Просто погладил по голове,и приготовил ее любимый чай,включил какой-то глупый девичий сериал... А после они пошли гулять,и он сорвал веточку сирени, зацветающей прямо под окном. Сорвал,и вручил ей,радуясь той скромной улыбке,появившейся на ее лице. Однажды она не пришла на уроки. Просто заперлась у себя в комнате,не пускала никого когда ей хотели занести домашку. В тот момент мы уже понимали что что-то не так,но не могли разобраться что происходит. Я услышал ее голос,выходя из школы,и немедленно пошел туда,на задний двор. Они сидели там. Сидели молча, ничего не говоря,он просто держал ее руку,сжимая так,словно это могло предотвратить что-то,о чем я не имел представления. -Сегодня я поеду в больницу за результатами...- ее голос был тихий,севший,словно она очень долго плакала. -Я отпрошусь с лекции и пойду с тобой - с непоколебимой решительностью он встал,не отпуская ее руки. В его глазах что-то блестело. Был ли это страх,не знаю,но мне стало невероятно стыдно,словно я стал свидетелем чего-то очень личного,не приспособленного для чужих ушей. На следующий день она снова не появилась в школе. Расспросив учителей,я узнал что и его не было. Следующие десять дней мы их не видели. Все предполагали что эти двое чудаков уехали куда-нибудь на Мальдивы чтобы отдохнуть,и жутко им завидовали. А потом она попала в больницу. Нам так и не объяснили что произошло. Какие-то проблемы с сердечным клапаном заставили бедняжку лечь на койку. Неделю назад она узнала что вероятнее всего погибнет. С этого момента ее парень,друг,родственная душа не отходил от нее, несмотря на все просьбы врачей. А она продолжала улыбаться,даже зная про трагичный исход. Эта улыбка резала ему сердце. Когда наш класс узнал про это событие,так обогатившее наши обыкновенно темы для разговора,мы не знали что и думать. С ней мы никогда не общались. Слишком уж замкнутой,отчужденной и холодной она казалась. А ей не очень то и хотелось нашего общения. Вполне хватало только посиделок с ним до позднего вечера на крышах старых домов. Одним утром она проснулась. Проснулась,и поняла,что живая. Что все ещё дышит,что сердце, сердце! снова бьётся в груди. С вечера остались какие-то скудные воспоминания как ей ввели наркоз. Да...но зачем?...неужели... -Прошу, откройте окно - окликая медсестру она присаживается в кровати. Это все ещё тяжело сделать,учитывая прошедшую операцию,и волей-неволей приходится снова лечь обратно. Молодая женщина подходит ближе и распахивает окно. Ее миловидное бледное личико словно омрачено пониманием чего-то,и это заставляет ее кинуть на пациентку жалостливый взгляд, который та, конечно же,замечает. -Что-то не так? Я всё ещё не здорова?,- проговорила она и вытерла со лба пот. Здесь жарко. Начинается весна. От ощущения что скоро она будет снова плести ему венки из одуванчиков на душе становится тепло-тепло, наверное,даже теплее,чем на улице... -Нет,милая,все хорошо. Твой друг... передал тебе записку - сказала медсестра,и не в силах наблюдать реакцию девушки,вышла из палаты. Сильной помощницу врача назвать нельзя было от слова совсем. А между тем ее пациентка уже с радостью открывала конверт,понимая что сейчас найдет там слова поддержки и объяснение ее выздоровлению. Внезапно руки ее задрожали, листок практически выпал на койку. Каким-то образом смогла она дочитать до конца,чувствуя, как с каждой строчкой в ней что-то рушится. Она была благодарна ему, наверное,но гораздо больше ненавидела. Ненавидела себя за то что позволила этому случится. Еще несколько лет она приходила в школу с таким разбитым видом,что мне хотелось подойти и обнять ее. Без эмоций,с пустыми глазами,она походила на какого-то зомби. А потом, внезапно,все закончилось. Она снова начала жить. Жить, а не проживать. Мы все несколько раз извинились за то что никак не поддерживали ее все эти годы, а она просто молча обняла каждого из нас. Так, как это сделал бы он... Сейчас мы заканчиваем школу. Забыв про старые обиды,мы стали одной большой семьей. И она с нами. Одна из самых известных в школе да и во всем городе людей. Стала активисткой и собирает деньги на благотворительность. Больше я не вижу в ее глазах той пустоты. Только спокойствие и благодарность. Она знает,он хотел бы чтобы она жила так. Поэтому и пошел на тот решительный,крайний шаг. Справедливо было бы сказать что он и научил ее жить... Сидя вчера у нее на кухне,я спросил,что было в том конверте который он передал ей после операции. Она промолчала, только загадочно улыбнулась той самой загадочной улыбкой,которую раньше получал только он. А за окном у нее все также цвела сирень,покачивалась в такт ветру,будто бы смеялась над человеческой простотой.