Пульсация

Фемский фейсплейт был уткнут в траву, а манипуляторы и сервоприводы неественно лежали. Оптимус заострил на этом внимание и шагнул к ней ближе. Он дистанционно направил видеопоток со своих опто-сенсоров прямиком Рэтчету на базу, а автоботы позади бегло осмотрели разбитый корабль, половины которого не было. Придётся обратиться к агенту Фоулеру за «скрытной уборкой» инопланетного корабля, даже если и в нелюдимом лесу. — Рэтчет. Степень тяжести? — спросил Прайм и нагнулся ближе к чужим конечностям. — ...Больше средней, и все четыре привода вывихнуты. Фиксирую повреждения шарниров, потерю сознания, но Искра в норме, — вдумчиво ответили по ту сторону. — Погоди! Покажи её живот. Медик заметил какие-то тёмные пятна на траве под незнакомкой, что навело на характерные мысли. Лидер автоботов осторожно приподнял чужой корпус, чтобы сразу же получить по комлинку повышенный тон: — Везите к нам! В соразмере величины корпуса и длинной раны, там энергона вытекло на процентов 60. Глубина пореза явно от надломленных пластин корабля. Поднимайте аккуратно, даже если у неё всё атрофированно! Протараторил медбот. Видеопоток прервался, и Оптимус распределил разведчиков по сторонам: Бамблби с Балкхэдом к останкам корабля для осмотра, а Арси помочь приподнять тело автоботки, чтобы после он взял её на руки. Ибо размеры манипуляторов разведчицы были в разы легче и меньше для хрупкого сейчас корпуса раненой. Позади двое мехов ничего рабочего и целого на Паладиуме не нашли. Правда, с какой-то стороны груды металла Бамблби уловил обонятельными датчиками знакомый, едва доносящийся запах — ранее горевший энергон теперь был залит дождём. Судя по всему, того было немного... Мех жалостливо пробибикал. Незнакомка просто сводила концы с концами. Вскоре он и крушитель молчаливо вернулись к остальным, когда Прайм, с фем на руках, созвонился с медиком: — Рэтчет, нужен мост. — Принято. — Пожалуйста, приготовь сразу на входе кушетку... — голос лидера был мрачным. С печальной оптикой он смотрел на дёргающиеся манипуляторы Спектры, пока та оставалась без сознания. За какие-то секунды перед приходом команды, медбот успел за один раз набегаться больше, чем за последние месяцы, не выходя из базы. Он вывез кушетку из медотсека в главный зал. Сколько мороки предстояло на этот день... И, кажется, ещё будет на вечер и последующую ночь за операцией. Давненько он их не проводил. За долгое время команда особо не получала такие критические уроны от встреч с десептиконами. Впрочем, когда он успевал оффлайнить и до этого? Ему нужно освободить процессор от прочей информации. Недавно он столько в себя загрузил за будничной работой, что теперь ему с трудом пришлось приводить мысли в порядок на холодную голову. Операция — это кропотливая работа. А сегодня — неожиданная. Наконец, автоботы перешагнули через воронку и Рэтчет мигом подлетел к Оптимусу с кушеткой. — Как можно осторожнее. Не зацепи ей живот, — сказал он. Манипуляторы Прайма с медлительностью уложили тело фем на гладкую поверхность, и медик тут же ухватился за кушетку, быстро покидая зал со словами: — Никому не отвлекать! Между ботами ненадолго повисло молчание. Оптимус глухо провентилировал, Балкхэд хмуро потирал манипуляторы, а Бамблби почесал шлем. Напряжённую тишину прервала Арси: — А кто-то отсканировал в лесу её фейсплейт для поиска в базе данных? Оптимус? — По большей части, я рассматривал только её корпусные повреждения. Сделаем это после операции. Тем более, на ней покрас как у полицейского. — Да и она автобот, так что... — крушитель пожал плечами. — Только вот, чего она прилетела одна на таком... Ну, не маленький то корабль был. Это сейчас от него останки, а до этого он же явно был рассчитан на экипаж, да? Бамблби заметно оживился и прокивал ему, глядя на Прайма. Размышляющая Арси также посчитала эту мысль логичной. — Тоже верно, — согласился лидер и повёл надлинзовой дугой в осенении. — Стоит потом у неё об этом спросить. И... пожалуй, деликатнее. — Имеешь в виду, у неё что-то случилось ещё до сегодняшнего крушения? — насторожено спросила разведчица. — Возможно. К слову о корабле: вы нашли что-нибудь уцелевшее в нём? — обратился тот к двум мехам. — Не-а, там всё сгорело до нашего приезда, — ответил Балкхэд. — Теперь это металлическая куча из всего, что было- — Нет! Я почуял там лёгкий запах энергоновых кубов! — внезапно его перебил Би. — И, кажется, у фем его было мало. — Ах, вот как... — Оптимус в тот же миг стал серьёзнее, но его лицо резко погрустнело. — Она осталась в космосе одна, но спустя время наткнулась на Землю. Тут и много энергона, и представлялся шанс более не скитаться по галактике. Возможно, запасы кончались за то долгое время. Констатировал он самое очевидное, как казалось. — ...И обнаружив наши поисковые волны, ей просто захотелось отыскать кого-то... — досадно прозвучало от Арси. Разведчики после этих слов замолчали, как и сидящие недалеко от них трое детей, более не выдвигая предположений. Между ними воцарилась удручённая атмосфера. Сейчас нужно было ждать только слов Рэтчета.

***

Операция длилась уже как два часа и протекала умеренно, без плохих показателей на экранах, что висели над операционным столом. Около него были две большие лампы с разных сторон, обычное дополнительное освещение медотсека — за свет боты не платили, а медику в разы лучше работать под кучей лампочек и благодаря этому чётко видеть корпус пациента со всех ракурсов, — брязганье мелких медицинских инструментов о металлический поднос (большие в ход не пошли, ибо у медика была работа с множеством магистралей в брюшной ране Спектры), и шум от громадных труб у дальней стены, который особо не мешал. Даже не так: он успокаивал Рэтчета. Каждые две минуты алозначный менял маленький зажим для захвата магистралей на паяльник. Возле всей глубокой раны автоботки он закрепил большую конструкцию, у которой шесть штук зажимов. Они держали края раны со всех сторон и раскрывали её шире. Док лично мог не держать этот зажим, и продолжать спокойно разбираться с обрубленными магистралями. Ещё в самом начале операции он выкачал остатки загрязнённого энергона, который обильно вытекал из повреждённых магистралей прямо ему на руки и стол. Иначе так невозможно было работать, а ему было нужно более-менее сухое место раны. Он делал это быстро, но точечно, и спешка была в том, что плохой энергон он оттуда выкачал, тем самым понизив его количество на ещё больше процентов в корпусе полицейской, а закачать в её брюшную секцию чистый и с желательной дозой — сейчас просто-напросто нельзя: его могло хлынуть ещё больше по оставшимся неприпаянным магистралям. Так что у Рэтчета всё было взвешенно. Под контролем, как и всегда. Другого он не допускал. Но, чтобы не допустить на время операции полного энергоного опустошения в теле фем, он придумал подсоединить к её шейным магистралям трубки с очень медленно протекающей голубой жидкостью. Так она размеренно будет течь сверху-вниз к грудному отсеку Спектры, и в брюшную секцию, как и на руки медика, попасть не успеет. К слову о других повреждениях алозначной. Пока он разбирался с брюшными магистралями, и оценил, что почти заканчивает, фемские манипуляторы и сервоприводы он пока не трогал. Вначале медбот помыслил, что первостепенной задачей будет прооперировать энерготочащую рану с её глубинными повреждениями, а обильные вытеки из неё были колосальными, нежели вывихнутые шарниры в приводах Спектры. Сейчас они в спокойном состоянии, и показатели информировали, что боли, как таковой, автоботка в них не чувствует — они просто лежат в неправильном положении, и Рэтчету не нужно было их вправлять в срочном порядке. — Так, хорошо... — со вздохом он отложил маленький зажим и оглядел чистые края раны. Оставалось её запаять. — Большой теперь надо, а он где?.. Паяльник, паяльник... Ага. Его док нашёл с другой стороны от себя, висящего на доске с большими мединструментами. Он быстро выставил руку в сторону паяльника и отцепил его, также быстро наклонившись к раскрытой ране. Мех открепил от её краёв мелкие зажимы, что были по три штуки в одной большой конструкции, и убрал на столик недалеко. Потом он легонько сцепил края раны рядом с друг другом и приставил к ним инструмент. Раздался негромкий шипящий звук. Кстати, теперь звук паяльника на пару с шумом от трубы были единственными, которые он слышал за почти три часа. Удивительно, что по коридорам не ходили. Ещё и так тихо было, будто все молча засели в зале. Хотя, вся ситуация и была причиной... Во всяком случае, троицу школьников он бы всё равно около медотсека услышал бы даже сквозь шум, но и тех не было. Не от того ли, что ранее он всем твёрдо сказал: «Никому не отвлекать»? — Вот уж хвала Праймусу, — протянул Рэтчет. — Такие понимающие... Мгм, теперь шарниры... Предпоследнее, наверное, больше относилось к детям, но у них он тоже видел грустные лица. Он и сам не ожидал, что сигнал окажется от искалеченного автобота. После того, как он убрал все использованные принадлежности в сторону, то на пути к бессознательной фем посмотрел её показатели на экранах: Искра пульсировала нормально; количество энергона в корпусе постепенно восполнялось; увеличенный масштаб на брюшной секции показал прекрасно соединённые магистрали, по которым спокойно тёк энергон; процессорные мощности издавали слабые импульсы, что характерно для дальнейшего выхода в онлайн. Но для активации нужно время, за которое энергон восполнит требуемое количество энергии в теле алозначной. Сперва Рэтчет подошёл к её манипуляторам. На них локтевые сочленения должны были лежать низом к столу, а не верхом. С висящей доски он снял регулятор и аккуратно просунул его между небольших пластин на чужом манипуляторе. Регулятором он нащупал круглый шарнир, и на несколько секунд остановился, чтобы найти нужное положение для поворота. Стоя с левой стороны от полицейской, шарнир, соответственно, нужно тоже повернуть налево, что Рэтчет и сделал. Это вышло немного с натиском, но оно и понятно — фем долго была неподвижна, и конечности атрофировались. Мех проделал ту же процедуру со вторым манипулятором, когда случайно кинул взгляд на фейсплейт Спектры. Он слегка нахмурил опто-брови, додумавшись до кое-чего.       — Вон как, значит, — буркнул медбот, принимая во внимание общий вид ее корпуса. — И чего одна такая на корабле была?.. Впрочем, он не стал сейчас в это углубляться, и перешёл с регулятором к серво незнакомки. Узнавать её личность он с командой будет потом (если не завтрашним утром, судя по её сознанию), а пока его вопрос прозвучал в пустоту. Последние штрихи с шарнирами были сделаны, и док отложил все инструменты на чистку. Через какое-то время, после выхода в онлайн, Спектре останется только опробовать приводы в движении. С отдыхом, при нормализированом состоянии, её сознание вскоре к ней вернётся.