tragédie théâtrale

Знаете, когда на вас почти 10  лет не обращают внимания, а потом замечание какого-то новенького делает вас центром внимания? И именно это замечание положило начало издевательствам надо мной с усмешками, вроде: "Ой, посмотрите, выпендрится перед новеньким захотел? Ну ничего мы тебя на место поставим, выскочка". И так каждый день. Из раза в раз. Одно и тоже. Как будто они настолько глупы, что не могут понять очевидного. Так бы и продолжалось дальше, если бы в один день в мой класс не перевелся бы заменитый(только в нашем богом забытом городе)актер, а именно — Гоголь Николай. Его появление в нашем забытом городе повергло всех в шок и удивление. Стоило ему зайти в кабинет как его тут же облепили безумные фанатки и завидующие парни. Мне же было всё равно на актеров. Я предпочитал слушать, а не смотреть, но про популярного блондина всё же слышал. Бросив взгляд на полчище демонов в у двери, я продолжил записывать число в тетрадь, старательно выводя каждую букву.     -Привет! Я подсяду?— над моей головой раздался высокий юношеский голос. Будучи сосредоточенным на письме, я не сразу понял, что обращаются ко мне     - Эм.... ну.. садись.....— я убрал свою сумку-шоппер, лежавшую на соседнем стуле и повесил на спинку своего.   -Ура, спасибо!— Плюхнувшись на стул, юноша обернулся ко мне и протянул руку — Я Николай!     Я молчал. Мне не хотелось говорить с ним, ведь это значило бы показать свое лицо. Показать глаза. Но ответить что-то нужно было, поэтому,  не поднимая головы, я ответил:     —Фёдор. Достоевский Фёдор.     —Приятно познакомится!— Николай мне улыбнулся, а потом достал из своей сумки ручку и тетрадь.     * Звонок*       —Ну вот. Мы с вами даже урок не смогли нормально провести. Ну ладно, в следующий раз я вас всех спрошу и Николая тоже! Кажется, в твоей школе уже обогнали эту тему?     —Да, это так, Марина Александровна.     —Вот и славно. Значит на следующий урок тоже принесешь выполненное задание. У одноклассников спросишь     —Будет сделано!— Николай поднял руку, будто отдавая честь— Федя, а ты чего сидишь?     Вопрос застал меня врасплох. Обычно я прихожу под конец перемены, чтобы одноклассники не смогли поиздеваться надо мной. Но... что сказать человеку, который об этом не знает? Если скажу правду, уверен, он начнет меня жалеть и говорить, что все будет хорошо. Но если совру?... ко мне будет потеряно всякое доверие, ведь рано или поздно он узнает обо всём.     —Ты не хочешь со мной говорить, потому что стесняешься меня??      Я молчал. "Вот как мне тебе сказать, что я просто ни с кем не общаюсь, при этом не показавшись грубым в твоих милых, наивных глазах?" Мозг работал на полную, выискивая нужный ответ и наконец, я выдавил из себя пару позорных слов:     —Эм, живот болит...— Я вздохнул. Да, симулировать болезни мне приходилось частенько, поэтому должно прокатить— иди один, я потом подойду.     — Ну нет. Пойдем в мед.пункт. Я это так просто не оставлю— Гоголь положил руки на пояс.— сможешь сам встать?     Чёртчёртчёртчёртчёртчёрт. Не прокатило, он не ушел. Хочет к медику вести, блин. Теперь моя задача, реалистично симулировать боли в животе. А также не показать лицо(задание со звездочкой)     — Я сам поднимусь.— Я принялся осторожно складывать учебники в сумку. Николай терпеливо ждал. Видимо ему совсем плевать на то, что скажет учительница на его опоздание. Хах.     — Закончил? Давай руку.     — Да чтож я как маленький ребёнок? Я ведь здесь учусь дольше, верно. Ох....— Я схватился за живот. Нет, серьзно. Внезапная остро-режущая боль пронзила меня где-то в районе брюшной полости и я согнулся от боли. Николай встровоженно посмотрел на меня, а потом кинув "жди здесь", убежал.     "Ну вот и твоя смерть, Фёдор".- думал я.-" Доигрался. Умрешь здесь в одиночестве. Все будут только рады. И одноклассники, и учителя, и отец....". Живот скрутило ещё сильнее, до того, что хотелось выть и рыдать.    Но я не мог ни думать, ни плакать, ни кричать, мог только терпеть эту боль и ждать конца. Я сидел на корточках, обхватывая руками ноги и пытаясь удержать ускользающее сознание. Сколько бы не говорил себе "Не засыпай!" или "Сейчас кто-нибудь поможет!", я не верил этому. Поэтому через пару минут безуспешных попыток побыть в сознании, я провалился в тьму.       Некоторое время спустя.         Я очнулся в кабинете мед.сестры. Тут всегда пахло спиртом и различными лекарствами, что необычно для школы. Мне с трудом удавалось оставаться в сознании и ещё труднее— шевелить конечностями. Но, что удивительно, живот, вроде, не болел. Я аккуратно повернул голову и увидел нашу медсестру и Гоголя, о чём-то беседующих. Кажется, они меня не замечали. Повернув голову обратно, я заметил, что рукава и штанины подвёрнуты из-за чего были видны все мои шрамы..... ЙОСАНО-САН, НУ, ЧЕРТ ПОБЕРИ. Вот так всегда. Я с Дазаем также познакомился. Я попытался было подняться и спустить рукава, но в животе закололо и я издав приглушенный стон, лёг обратно. Но на этот раз Йосано-сан, наша мед.сестра, меня заметила.     — Опа, очнулся, Достоевский?— она близко наклонилась ко мне.     — Здрасьте, Йосано-сан— страшнее отца только эта женщина, поэтому нужно быть аккуратнее.     — Милый мой, ну сколько можно? — она вздохнула и махнула головой на порезы— как теперь оправдываться будешь?     — Это не я.— на автомате выпалил я, понимая, что звучу совсем глупо.     — А кто? Гоголь?     — Я? — Услышав свою фамилию, Николай откликнулся.     — Нет, твой тёзка.     — Ааааммм— Николай теперь полностью обернулся и с интересом разглядывал меня. А вернее мое лицо.... ГЛАЗА!     В панике я повернулся к стене, надеясь, что белобрысый не увидел. Пожалуйста.     — Эй, ты чего?— Йосано в недоумении подняла бровь, а потом бросила взгляд на Гоголя — А, ясно. Коля, милый, выйди, а то Федечка тебя стесняется.     — Ладно? Я пойду на уроки, поправляйся!— Николай махнул рукой и вышел за дверь.         —Йосано-сан, простите меня. Мне жаль, очень жаль.     — А у меня-то зачем прощения просить. Лучше попробуй объяснить почему, иначе отправлю к мозгоправу, Агате Владимировне.     — Я не смогу сказать, Йосано-сан. Дело не в вас или Агате Владимировне и не в этой школе.... Дело во мне и я сам со всем разберусь.     — Нет. — Йосано положила кулак на мою голову. — ты ещё ребёнок, Фёдор. И один со своими проблемами не справишься. Хоть из-за своего трудного детства пытаешься казаться взрослее, на деле, ты ещё малыш. Который думает, что пытаясь умереть, ты сделаешь нам одолжение.     —..... А разве это не так?     — Ещё как нет! Федя, да мы с Кое ради тебя даже судебное дело завели. Постоянно пытаемся огородить тебя от отца и от его родственников. Но ведь есть причины по которой ты пытаешься покончить с собой. Мы не знаем, что с тобой происходит и если ты будешь молчать, мы никогда и не узнаем. Если у тебя есть проблемы, расскажи мне. Но если ты сейчас не готов, можешь идти. Но помни, что я всегда готова тебя выслушать, Достоевский.     — Знаю, я ценю это, Йосано-сан. Я расскажу вам чуть позднее, когда.... когда подберу подходящие слова.     — Хорошо, надеюсь ты сдержишь обещание. Можешь идти.     —Чуть не забыл, что с животом?     — Мальчик мой, с животом-то всё в порядке, просто кто-то в очередной раз пропустил завтрак.... А может даже и ужин.     Я неловко переминулся с ноги на ногу и Йосано-сан лишь закатила глаза.     — Ладно, иди уже!     Я вышел в просторный коридор. Стены здесь были серо-голубые с белыми полосками ,разделяющих стену на два прямоугольничка. Время было около двенадцати. Пятый урок заканчивался. Смысла идти туда нет, подожду возле кабинета. Я поднялся на третий этаж и сел на скамеечку в коридоре. "Ляпота~" — подумал я и тут прозвенел звонок. Ну как обычно. В коридор посыпались мои одноклассники и, конечно же, они делали вид, что меня не существует. Но только в коридоре или в местах, где могут быть взрослые и камеры.     Николай вышел последним, окруженный компанией красивых девушек. Но выглядел он грустным и отвечал вяло... Пока не увидел меня.     — Фёдор! Как дела??? Всё в норме?? — Николай пристально смотрел на меня.     — Да, я в порядке. Как химия прошла? — зачем.я.это.спросил.     — Да всё нормально было, ну кроме того, что учительница меня сразу невзлюбила(((     — А, ясно.— Я всё ещё верил в то, что Николай не видел моего лица, поэтому тщетно пытался скрыть его отросшими волосами. Николай заметил мои потуги и всё-таки спросил     — Фёдор, если тебе не сложно, ответь на мой вопрос. Зачем ты пытаешься скрыть свое лицо, когда я рядом?         Я знал, что он спросит это. Но так и не смог придумать отговорку. Если скажу правду, то он меня тоже покинет? Возненавидит? ... но мне ничего другого не остаётся. Плевать, что будет. Он слишком медийная личность, чтобы что-то мне сделать или сказать.     Я убрал волосы с лица и закрыл глаза. Выдохнув, я открыл их и наконец увидел Николая, который теперь удивлённо смотрела на меня:     — Говори, что на уме. Не люблю когда молчат, а потом обсуждают за спиной. Если тебе не нравится, скажи прямо, я не буду обижаться.     — Нет, я это... как сказать.... восхищён?? — Николай улыбнулся и выглядел достаточно убедительно — знаешь, мне нравится цвет твоих глаз. Он необычен и выделяет тебя среди других людей.     — Спасибо.... — Я отвёл взгляд. Казалось, он первый кто мне это сказал. Первый, кто не стал меня ненавидеть.     —Достоевский!!!     Внезапно на меня со спины кто-то накинулся. По голосу я уже догадывался, что это за человек     — Достяяяяя — протянул "Дазай"— Ты, как? Мне Чуя сказал, что тебя в медпункт увели. Я волноваааался     "Дазай" специально тянул звуки, дабы быть убедительнее, хотя работало слабо. Гоголь удивлённо поднял брови     — О, так вы знакомы?     — Эм...  Ну дааа? — Я отвёл взгляд. Знакомство с "Дазаем" было самым странным в моей жизни. Сейчас это смешно, но тогда я сломал руку, а этот клоун — ногу. А дело в том, что прыгнув с крыши,  он свалился на меня! И познакомится мы успели в карете скорой, пока он извинялся. Хех, по итогу к нему пришел его друг и добил и так больную ногу. А ко мне никто не пришел. Я пролежал месяц в больнице, а потом вернулся к отцу, который вскоре отправил меня обратно с переломами рёбер.     — Ой, Коляя, лучше тебе не знать как мы познакомились. Иначе ты потом Федю от себя ни на сантиметр отпускать не будешь...— "Дазай" загадочно улыбнулся и схватил меня за локоть.     — Пожалуй, мне уже страшно.— Гоголь посмотрел на меня и странно улыбнулся.  Я показал улыбку в ответ, а потом вырвался из рук "Дазая":     — Твой рыжий мальчик тебя искать не будет? — видели бы вы его лицо. Смесь какой-то глупой оптимистичности и отчаяние. Парень улыбнулся, но его глаза покраснели:     — Уверен, что не будет! Думаю, ему сейчас вообще не до меня.......— "Дазай" опустил голову и принялся ковырять землю ногой.— Как насчёт сходить со мной в кафе сегодня? Я угощаю.     — Я не пойду. Мне надо учиться.— Даже если не буду, с ним я всё равно никуда идти не хочу. Да и что-то с ним не так.     — Колечка??     — А, я пойду, почему нет?     — Урааа, я буду пить не в одиночестве!     Знал ли "Осаму" что прозвучало это откровенно плохо и .... одиноко? Нет, с ним определённо, что-то не так!     — А повод какой?— Николай кажется стал что-то подозревать.     — Нууу — "Дазай" склонил  голову набок и хитро улыбнулся — меня Чуя бросил...     Я встал в ступор. "Чуя"-то? Бросил его? Он ведь только-только сказал, что "Чуя" ему сообщил, о том, что я в медпункте. Звучит как бред сумасшедшего, и по реакции Николая, думаю, он был со мной согласен.         — А мне жаль? Ты в порядке? — Николай решил скрасить неловкую тишину     — Даа, поэтому я и предлагаю со мной выпить. Одному страшновато что-то....     — Окей.     "Дазай" улыбнулся Гоголю, а потом повернулся ко мне и вручил какую-то коробочку. Я вопросительно поднял глаза, а брюнет загадочно улыбнулся, развернувшись полубоком и засунув руки в карманы.     — Что это? — "Может это бомба, кто знает?"     — Подарочек, Достя. Не волнуйся, не бомба,— Он подмигнул.— ну, я пошёл, мне ещё до дома надо добраться и мать предупредить. До встречи! "Дазай" быстро спустился по лестнице, а я сразу же открыл коробочку. Там были деньги. Много. Возможно, это то, что я когда-то ему одолжил, но никогда не ждал, что он мне их вернёт. Я знаю "Дазая " с класса 9 и точно уверен, что не будь серьёзной причины он бы не стал мне отдавать долг. Причина... может быть только одна причина и это его смерть.... О,нет.... Я не сказал ему ничего. Меня одолевали тревожные мысли и сомнения. Зачем он мне отдал это? Что если он попытается сделать что-то плохое? Паника уже почти охватила меня, как Николай, который стоял всё это время здесь, положил свою руку мне на плечо.     — Фёдор? Что такое? — я поднял свои глаза и увидел напротив волнующийся взгляд. Гоголь смотрел в мои глаза, как будто ожидал найти в них ответ.     — Денис, он.... что-то плохое случится. Пожалуйста,— я взял Николая за руки.— проследи за ним.     Блондин кивнул.     Я ему верю.            Но почему чувствую тревогу?...    конец 1 главы(бета)