Онегин и Ленский под дубом и тут Татьяна руина, жесткий гомосексуализм

В стихах. Уровень пошлости экстремальный. Гадал Онегин под листвой, Зачем фамилия у друга Есть Ленский: он же горловой Сделать не ленится упругий. Но вот и Ленский, "о приятель, Ты помнишь, каждую мне ночь Ты плакал, что твою любовь Взяла вдруг женщина так нагло. Сейчас романтика душа В тебе уже воскрешена, Ты плачешь только от того, Что член в тебе - как в горле ком." "Я помню, я писал стихи, Так много было и так страстно... У Софьи оказался вич, Не знал я, что это заразно..." "Коварны по натуре дамы, Я сам, как помню, на балу Букет вдруг получил в подарок, Тот что понюхать не могу..." "Давайте лучше мы сыграем В печеньку здесь, в этом лугу, Сейчас только её достану... Любите мак или кунжут?" "В посыпке смысла нету здесь, Когда начинкой наша смесь... О боже, здесь Татьяна бродит, За дуб я спрячусь, скрой меня!". Татьяна шла походкой кроткой, Как будто по стеклу боса, Вдруг видит: Ленский стал неловко. "Ленский, а что это вы все стоите тут?" "А что, лучше мне упасть?" Тут тихий смех Татьяны шоркнул, "Владимир, слушайте меня... Мы с вами виделись уж много, И со стыдом признаюсь я, Что мне Онегин не герой, Но вы им стали сей порой, Поэтому я вам подарком Хотела б сделать защеканку" "Татьяна... что вы... Как же так?.. Давайте лучше посидим, Печенье с кремом поедим... Это кунжут, а это мак...". Онегин просто вне себя: "С чего, с какого хуя бля Он угощает тут Татьяну Тем, что мы сотворили сами Вдвоем и для себя?! Ну их! Я выпалю в эту пизду Гомосексуализма пулю". ... Татьяна кровью истекла; Пока была она тепла, Ленский пытался было сунуть, Однако Женя не давал. "Что ты наделал, мой Евгений! Мертва..." - "одною дурой менее... Опасно геев путать с гетеро." "Ты чудик, ты смертоубийца!" - "Зато отнюдь не пиздолиз я" Конец.