Мальчик из Питера

"... Попробуй муа, муа,       Попробуй джага-джага..." - стонала из шипящего динамика старого радио Катя Лель. Фёдор покачал головой и отхлебнул из чашки. - Кажется, в этой жизни я успел попробовать только дерьма, - сидящий напротив Ваня оскорбился, приняв оскорбление на себя, а точнее - на свой знаменитый чай. - Вот не ожидал от тебя такой подставы, - Он поднял указательный палец и высокопарно продолжил - это тебе не мусор из пакетика, это - настоящий индийский чай! Да, возможно, сначала он покажется тебе слишком горьким и терпким - не у всех же рецепторы правильно работают, привыкли ко всякой бурде... - Фёдор с лёгкой усмешкой оборвал друга. - Вань, я знаю, к чаю претензий вообще нет - там вкуса почти не почувствуешь, после того как ты туда полбутылки спирта вылил, - Ваня закатил глаза. - Вот вечно найдут, к чему придраться, - Федор улыбался, пил чай со спиртом из аптеки и просто наслаждался. Была середина сентября, и на улице вот уж третий день стояла на редкость солнечная для Питера погода. Теплые послеполуденные лучи проникали сквозь открытое окно в грязную кухню общежития, освещая обшарпанный стол, грязные стены и снующего таракана. Заметив его, Ваня резко наступил на насекомое - на засаленном полу остался лишь небольшой след. Увидев это, Фёдор скривился. - Вот поэтому я и арендую квартиру, - Ваня фыркнул. - Твоя брезгливость тебя погубит. Серьёзно, ты мне пять минут назад рассказывал, что у тебя не хватает денег на жизнь, но при этом ты снимаешь квартиру вместо того, чтобы как все нормальные бедные люди заселиться в общагу. - И соседствовать с вот этими кабанами? Да я лучше на улице жить буду, под лавкой,  - спирт бил в голову, язык начинал заплетаться, а мир вокруг - кружиться. Заметив недомогание друга, Ваня аккуратно забрал чашку из ослабевших пальцев друга и покачал головой. - Так, друг мой, на сегодня хватит, - он опрокинул в себя остатки напитка и помог Фёдору встать. - Ты пьян, тебе нужно прилечь... Давай, я отведу тебя в нашу комнату, отоспишься сегодня там, - сам Ваня будто и не выпил разом почти три чашки пойла, градус которого был опасно близок к отметке 50. Шатаясь, парни пересекли коридор и оказались в одной из комнат, располагающихся в ряд. Она тоже не отличалась вычурностью - четыре скрипучих ржавых кровати, четыре таких же старых стола и стула, которые, казалось, были готовы развалиться от малейшего дуновения, гудящий холодильник в углу и шкаф. Над дверью висела икона Божьей Матери, а на одной из стен - большой плакат с изображением логотипа группы "Nirvana". На одной из кроватей сидел парень в растянутой футболке и играл на гитаре. Несмотря на полную дизориентацию Фёдор невольно задержал на нём свой взгляд, но тут же пожалел об этом: покачнувшись, он едва не сводится на пол. Благо, Ваня успел придержать друга, и аккуратно помочь ему лечь, приземлившись рядом. Старая сетка заскрипела под тяжестью тел, явно давая понять, что ещё немного - и бедному студенту придется спать на полу. - Опа, а цэ шо за хуй? - Голос у парня с гитарой был хриплый, с лёгким надрывом и странным мягким акцентом. Дождавшись, пока голова перестанет кружиться так, будто он только что вышел из центрифуги, Фёдор открыл глаза и наконец рассмотрел собеседника. Он был неплохо сложен - под мешковатой футболкой явно угадывались мышцы и немного жирка - похоже, его ещё не успела истощить голодная студенческая жизнь. Ладони были крепкие и мозолистые - красивые, невольно подметил Фёдор. Волосы очень светлые, почти белые - он отрастил их чуть ниже плеч, и собрал в низкий ленивый хвостик. Но что больше всего цепляло внимание в его внешности - это огромный шрам на лице, пересекающий практически белый правый глаз. Второй же, ярко-зелёный - пытливо разглядывал Фёдора в ответ. - Я тут... Полежу немного. - Тихо сказал парень, прикрывая глаза. - Меня зовут Фёдор, но можешь звать Федей. - раздалось одобрительное фырканье. - А я Коля, - он почувствовал, как Коля похлопал его по плечу вместо приветствия. - Но друзья называют его... - Раздался нечеловеческий визг - Мыкола. - Коля взвыл. - Та ну йоб твою матiнку... Просив же так не называть... - Кажется, Ваня злорадствовал. - Это хохляцкое чмо по ночам бухает со старшаками, а потом творит всякую дичь, за которую нас потом отчитывает комендант, - на фоне едких комментариев Коля причитал что-то нечленораздельное. - Мгм, - мысли ужасно путались, потому Фёдор постарался отключить мозг и уснуть. Не вышло. - А ты на яком факультете вчышся? Чи ты просто зальотный? - Кажется, его новый знакомый работал на ракетном топливе - энергии в нём было на целый завод. Он ни на секунду не замирал - постоянно шуршал цветастым покрывалом, постукивал пальцами по гитаре, беспокойно ёрзал на скрипучей кровати - в общем, делал всё, чтобы даже с закрытыми глазами его присутствие ощущалось. - Архитектура. - Коля уважительно хмыкнул. - Ну нихуя се... Архитэктор будущий. - А ты? Как и Ваня, на филологическом? - Раздалась оглушительная тишина, а затем громкий хохот. - ОЙГОСПОДЫПРОСТЫ ФИЛОЛОГИЯ, - Орал Коля, сложившись пополам. Со стороны Вани также слышались смешки. - Да если Мыкола хоть по-русски научится нормально говорить - уже чудо будет. А то так и болтает на своём хохлятском. - Э-э-э, ты шо, - оскорблённо воскликнул Коля - это ж суржык! Святый полтавской суржык! - Ваня что-то пробормотал и ушёл в другой конец комнаты - судя по звуку, он открыл один из своих тяжёлых фолиантов и принялся читать. - Да иди ты со своим суржиком... Куда подальше. Задолбал. - Коля снова неразборчиво пробормотал - наверное, какие-то проклятия на украинском. - Та ну й пішов ти до дідькіної куми, лярвеня, - он вздохнул, и обратился уже к Фёдору - Те са-авсем хуйово чи ще можу играть? - Тот неопределённо покачал головой - по большей части потому, что попросту не понял половины слов. Настроившись, Коля тронул струны - зазвучали вступительные блатные аккорды. Пел он неплохо, хоть и из-за акцента некоторые слова звучали достаточно комично. Это была какая-то попсовая песня прямиком из советского союза - что-то про белую ночь, облака, сирень и сны. Ему не очень нравились такие песни, но, признаться честно, ему нравилось то, как именно её исполнял Коля - в слегка дворовой манере, не особо стараясь подражать оригинальному ритмичному звучанию, что придавало его версии живости и натуральности. Любил он больше классическую музыку, но, признаться честно, страдать ему было куда приятнее не под Чайковского. Наконец, прозвучал последний аккорд, и Фёдор вздохнул. Непривычную тишину, наступившую лишь на пару секунд, разрывало лишь лёгкое гудение в ушах. - Хо-ро-шо, - промямлил он. - Правда?! Ох, спасибо, не трэба,- заёрзал парень. Кажется, ему редко делали комплименты, а тем более хвалили. Это было бы даже немного смешно, если бы не так грустно. Внезапно Фёдору приспичило. Силясь самостоятельно встать, он ненароком подскользнулся на скользком краешке покрывала и упал, больно ударившись об железный бортик кровати. - Тц, всё же навернулся... - Ваня схлопнул свой фолиант, подбежал и помог ему встать, закинув руку многострадального пьяницы к себе на плечо. - Ты в толчок? - Фёдор был слишком пьян для того, чтобы поправлять друга и объяснять, что это называется "туалет", потому просто кивнул. К счастью, до санитарного помещения парни дошли без происшествий. Справив нужду, Фёдор почувствовал явное облегчение. Голова потихоньку прояснялась, хмель уходил. - Ну, как тебе... Мыкола? - Ванин голос звучал немного язвительно, но вопрос был задан вполне серьёзно. Закончив мыть руки, Фёдор неопределённо пожал плечами. - Не знаю. Необычный. - Ваня покачал головой. - Ох, Федя, только ты можешь сказать об этом объёбыше "необычный"... - Внезапно его осенило. - Федя! - М? - А если вы будете арендовать квартиру вместе?!