Слепой к судьбе

На заре пылала битва. Посреди живописного и абсолютно красивого летнего, нетронутого человеком поля схлестнулись в яростной битве не на жизнь, а на смерть две орды солдат. Люди в броне были различимы лишь цветом одежды и некоторых мелких деталей, что обрамляли коней кавалерии и командующих этими батальонами. Всё проще некуда. Одна армия послала свою часть разобраться с врагом под покровом ночи, но, вычислив их замысел, противник подготовил контратаку и выслал большое количество солдат справится с нашествием недруга. На фоне льющейся уже не первый час крови можно было распознать красные, ближе к винному цвету, накидки на броне и ярко-синие поддоспешники, что отчаянно махали железными орудиями смерти в попытке забрать на тот свет больше, чем это сделает другая сторона. Вполне обыкновенная картина для сих времён. Ведь что может быть удобнее, чем подстроить одну небольшую войну, что бы отвлечь внимание народа от разгорающегося пламени революции? Однако война затянулась уже на очень многие года. Всё это время обе стороны наращивали и также быстро теряли свою военную мощь, не желая отдавать свою землю захватчикам другого цвета. — Чёрт, какие же всё это глупости… Прозвучал молодой, чуть подуставший голос, что был немного приглушён. предметом во рту говорившего. — …На кой чёрт они вообще здесь сошлись? Видно же, что силы равны и… Эх… Эти дураки перебьют друг друга, даже полдень не наступит! Докончил свою мысль молодой человек, не мальчик, но ещё и не мужчина. Нечто среднее между заигравшимся во взрослого ребёнка и взрослого, что не может осознать свою зрелость. Усталый, но полный решимости вздох выбил из в меру узких губ парня колосок какой то случайной растительности, что смахивала на пшеницу. Ленивый, но готовый действовать звук поднятия тела ознаменовал окончание отдыха и вновь трубя начало бурной жизни. Лёгкий стук железных пластин на плечах, короткий и чёткий хруст костей, неспеша превратился в длинный каскад громких потрескиваний суставов в одном длинном потягивании. Кожаные элементы крепкой, но очень грубой куртки похрустывали от движений их владельца — светловолосого короткостриженного парнишки лет примерно восемнадцати, но обладающего внушительным ростом, но слегка слабой комплекцией для всего того снаряжения, что он нёс на себе. — Пора бы уже пойти денег заработать, а то так и буду кожаные лоскуты жевать. Полежать я всегда успею! Паренёк потянулся за спину, сорвал с пояса почти пустой тряпичный кошелёк, хранящий в себе всего два серебряника и один бронзовый. Осмотрев своё небогатое добро в очередной раз, в тусклой надежде, что количество столь важных в его жизни денег резко увеличится, парень в безнадёжном вздохе протащил его обратно. Продев и завязав два шнурка, что отходили от «горла» кошелька на пояс, он вложил руку за спину и поправил висящий на спине мешок, что он недавно сам смастерил из лоскутов выстиранной одежды убитых им людей. Следом корпус наклонился вперёд и руки потянули за голенище потрёпанных и чуть жмущих у носка сапог, заставляя тех сесть в хотя бы терпимое положение на ступне. Разогнувшись, он просунул правую руку за спину, оставляя левую возле перевязи из нескольких ремней, что обвязывала его где то стащенный и побитый нагрудник, и ухватил всей кистью за длинную рукоять висящего на его спине предмета. Лёгким движением он снял гарду с крепления в виде двух «U"-образных крючков и вынул из-за спины меч. Этот меч был чем то из ряда вон выходящим. Чем то, что простому человеку покажется бессмыслицей и недоразумением, но в умелых руках человека, что прямо сейчас держит его, это было оружие сокрушительной мощи! Очень длинная рукоять, обмотанная бинтами и имеющая навершие в виде толстой круглой медали, резко переходила в гарду, состоящую из двух длинных и узких стальных прямоугольника, направленных в сторону острия, очень узкого и тонкого лезвия, что в длину было почти как пять длин рукояти, сужающееся к острию и имеющее грубое шестиугольное поперечное сечение. Этот меч был чуть меньше роста обладателя этого ужасающего оружия, что со стороны выглядело как абсурдно вытянутый обыкновенный меч, что компенсировал свою малую толщину своей длиной и чудовищным рычагом у рукояти. Воспользовавшись плечом, как опорой, он дугой опрокинул меч вперёд себя и воткнул его остриём в землю. Из-за сильной инерции и маленькой толщины клинка, меч вошёл довольно глубоко в почву под раскидистым крепким деревом. Парень осмотрел оружие на предмет видимых повреждений и не обнаружив оных, он одним рывком выдрал меч из земли и ловко закинул его за спину, усадив на крючки, что были призваны удерживать его там во время путешествий, ибо изготовление ножен для такого огромного клинка — чистое безумие. Трата на материал была бы колоссальна, а использование ножен снизило бы мобильность оружия в сотни раз. Ведь что бы вытащить такой длинный клинок даже из половинчатых ножен, потребуется чудовищно много времени, тем более из статичного вместилища меча. При невероятном стечении обстоятельств, когда меч всё же удалось бы вытащить из-за спины, невозможно было бы совершить стремительный вертикальный удар, ведь нужно было бы доворачивать кисть, теряя силу удара. — Надеюсь, они оставили мне кого то поинтереснее. Тогда я смогу потребовать больше денег за свою помощь. Сказал молодой человек и, вздохнув, побежал вперёд… Всё это время он находился на небольшой возвышенности, на холмике, где росло одинокое дерево, так что при спуске вниз наклонная поверхность позволила развить дополнительную скорость. Кое как обритые русые волосы трепетали под натиском встречного потока ветра, сбивая и без того сальные волосы в ещё большие колтуны, но одновременно ласкали лицо парнишки, из-за чего на нём вспыхнула широкая улыбка, а глаза невольно закрылись, наслаждаясь этим блаженством, словно прямо перед ним, в чуть более пяти сотен метров впереди и не было никакой битвы. Ноги несли его очень быстро, едва замечая препятствия из камешков и редких холмиков земли на своём пути, и просто перелетая их, врывались в почву и с силой толкали тело вперёд. Его выносливости и физическим данным можно было позавидовать, ведь махать такой огромной штукой, как его меч — задача не из лёгких, так что это скорее побочный эффект от обладания подобным мечом. Место действия становилось ближе с каждой секундой, и самозабвенность медленно, но верно улетучивалась, освобождая место холодному трепету пред предстоящей битвой, в которой он ни за хвост собачий рисковал, ввязываясь в подобную авантюру в попытке заработать на завтрашний день. Несколько минут такого темпа потребуется чтобы добраться до бойни. Пара десятков секунд… Ноги начинают приятно поднывать. Сорок. Некоторые солдаты уже обращают внимание на приближающегося мечника. Минута с лишним. Несколько воинов в красных одеждах встали в стороне от основной массы, готовые встретить одиночку встречными выпадами. Полторы минуты. Можно было отчётливо разглядеть солдат, что были подуставшими от бойни. Девяносто. Рука взлетела за спину и схватила за рукоять. Две минуты. Мышцы напряглись. Осталось десять секунд. Глаза бешено впились в солдата, в которого парень нацелился. Семь. Глаза расширились, рот раскрылся, а лёгкие наполнились воздухом. Пять секунд. Мечи врагов вздыбились кверху. Рука рванулась вперёд, с лязгом высвобождая вило-подобную гарду. Торс провернулся вправо, левая рука вылетела вперёд, правая согнулась. Удар! Оглушительный лязг стали и грохот металла разразил поле. Устремившиеся в парня два меча рыцарей были отброшены, а один даже сломан под натиском гигантского меча, а длиннющая полоса стали врезалась в тушу бойца, промяв доспехи. Тому, что был справа, тому, что оказался под прямым ударом диагонального вертикального разреза, напрочь снесло голову, разорвав железный шлем. Его тело пошатнулось, его повело по направлению движения клинка парня, зацепившись за выступающий наплечник очередной жертвы, огромный меч чуть изменил направление и влетел в плечо второму, что был слева, полностью отрубив руку и помяв кирасу. Разразился истошный крик. Тело мечника-одиночки крутанулось на месте и меч, словно смертоносный вихрь, подобно первому удару пробил голову рыцаря, уничтожив каску и мгновенно убив того. Спереди послышался шум. Трое. веерообразное расположение. Рывок руки вправо и смертельный волчок сделал скоростной оборот, и владелец, крутанувшись на пятке, придал мечу чудовищную скорость и в один удар вспорол грудную клетку одному из нападавших с лица, однако в мечника уже летел вертикальный удар. Времени на контратаку не было, ноги согнулись, и ловким перекатом парень избежал удара в ключицу. В процессе вращения он выкинул руку с мечом в сторону, давая тому место для перемещения. и на выходе из переката он второй рукой схватился за землю, крутанулся в сидячем положении, посылая удар чудовищной силы в сторону рыцарей. Две ноги второго рыцаря, того, что ещё не наносил удар, оказались отделены от туловища, а последовавший вертикальный удар добил беднягу, войдя через шею до груди, проминая броню. Атаковавший мечника рыцарь вновь замахнулся своим полуторным мечом и в отчаянном крике совершил тычковый удар в направлении груди вставшего в полный рост парня. Но теперь у последнего было достаточно времени. Он отпрыгнул вправо и вскинул руку с мечом, выбив клинок рыцаря из его рук. Оставшись с тенью былого величия, рыцарь завизжал и попытался угодить мечнику в шею быстро выдернутым из-за пояса кинжалом. Из-за маленькой дистанции невозможно было совершить полный замах, так что ударив левой рукой наотмашь и попав рыцарю в шлем, звякнула стальная перчатка, что была надета на левую руку мечника, в отличии от голой правой, и рыцарь оглушённый, подался в сторону. Этим и воспользовался парень. Перехватив меч обеими руками, он совершил горизонтальный разрез и также порвал торс противника. Чуть отдышавшись, он понял, что в его сторону бегут ещё пять рыцарей в красном. Парень вертанул головой и найдя взглядом синие накидки, побежал к ним, волоча меч правой рукой за спиной. Подбежав к синей стороне, его встретил гостеприимный замах булавы от какого то здоровяка в тяжёлой броне. За спиной юнца были пять рыцарей с мечами, а перед ним бугай с булавой, что вот вот ударит парня. Мечник присел и рванул влево. Тот рыцарь, что был за его спиной, поймал удар предназначенный парню и с хрипом упал на земь со вмятой головой. Огромный меч уже летел в сторону второго и третьего рыцаря, что ошеломлённые таким финтом, забыли о защите и поплатились, мгновенно потеряв свои головы, что с лязгом стали снёс меч юного воина. Бугай понял, что парень на «синей» стороне и отправил второй удар булавы точно в плечо четвёртого рыцаря, раздробив кость и мгновенно убив вторым ударом в голову. Последний, пятый рыцарь повернулся и хотел было побежать назад, но юнец совершил колющий удар своим мечом, держа тот за клинок второй рукой. Меч, благодаря своей огромной длине, настиг беглеца и, пробив спину, убил врага, пронзив сердце. Перекинувшись взглядами с некоторыми «синими» рыцарями, мечник побежал обратно к красным. Поняв, что этот парень может стать ключом к победе в этой битве, за ним рванули несколько других воинов. Пользуясь отличным прорывным потенциалом мечника с гигантским клинком, рыцари убивали каждого, кто выживал на пути победного вихря. парня, что унёс уже около трёх жизней, оставляя за собой промятую броню и ошмётки вырванной плоти повсюду, попадая и на самого мечника, окрашивая того в кроваво-красный оттенок, превращая того в демона битвы, что крутил свою карусель погибели, вращая огромный меч, что рвал и метал собой всё, что встречалось на его пути… Прошло прилично времени, ночь уже вступила в свои владения что ныне принадлежат ей по праву. Мечник побирался по полю битвы, обыскивая и осматривая павших в бою, из-за того что он прибился к «синим» рыцарям, он добровольно отказался заниматься мародёрством среди тел стороны победителя, поэтому довольствовался лишь врагом. Найдя совсем немного добра, он сложил полученное сокровище в кучу. Один арбалет, три кинжала, пучок болтов для арбалета, новые перчатки и наконец-то приятные для ношения сапоги вместе с кучкой монет что были при себе у некоторых рыцарей, неизвестно почему… — Ита-ак… Семь серебряников и десятка бронзы… Неплохо… С моими это всего девять монет поблагороднее и одиннадцать обычных, то есть у меня уже есть один золотой! В этой стране была довольно неоднозначная система денег. Золотые — серебряные — бронзовые, именно такой была иерархия монет, золотой представлял из себя десять серебряных, а один серебряный это десять бронзовых. Учитывая цены, один золотой это было достаточно для одного-двух дней умеренного питания. половина батона хлеба стоила около трёх бронзовых в зависимости от селения, бутыль вина обошлась бы в один серебряный, если брать самое паршивое, и ночь в гостинице это три серебряных, если взять ту что без клопов… Так что один золотой это было более чем замечательная награда за сегодняшний день, однако его ещё ждал подарочек от командира синей армии, коей он сегодня помог обойтись малой кровью взяв на себя почтительное количество вражеских мечей. Собрав имеющиеся трофеи в мешок, и повесив арбалет за спину, на шнурок которым он обвязал плечо и рукоять арбалета, он побрёл в сторону перелеска, где чуть в глубине обосновался лагерь синей стороны. Войдя в лагерь его тут же встретил тот самый бугай что был с булавой… — Ха-ха! Вот и наш юркий гость! Ты это… Прости что тогда чуть не огрел тебя, ты ни черта не похож на наших ребят так что, сам понимаешь. — Понимаю, мужик, я на большее и не рассчитывал, но спасибо тебе что хоть голову на плечах имеешь что б сообразить в пылу битвы что я не за тобой пришёл. Ответил юнец… — А звать то тебя как, пацан? — Димитрий, сам кем будешь? — Гелиот. Ответил здоровяк своим низким басом и протянул руку, Димитрий, так звали юного мечника, ответно обхватил предплечье гиганта и пожав руки они друг другу улыбнулись. — Тебе как залётному надо бы подойти к нашему капитану, Николану, только называй его и по званию тоже, а то его недавно повысили и он не терпит когда его зовут не как «капитан Николан», так что если хочешь расположить его начни с этого, хотя конечно на многое не надейся, ты конечно нам подсобил, но не думаю что за убийство десятка-другого солдат Вландира тебя обсыплют золотом и почётом. — Понятное дело… Ладно, давай, Гелиот, я пошёл. Попрощавшись со своим новым знакомым Димитрий пошёл вглубь лагеря, там где возвышалась самая красивая из палаток. Большая кубическая фигура из ткани с вытянутым верхом была увешана синими знамёнами с золотым львом в короне, что в своих лапах держал меч. Это была палатка капитана. Подойдя ко входу, что представлял из себя разделение двух кусочков ткани, Димитрий вздохнул и раздвинул руками полотна. — Капитан Николан? Позвольте переговорить. Сказал Димитрий глядя на внутреннее убранство. Капитан что был увешан бронёй над синим поддоспешником, сидел за простеньким складным деревянным столиком, собранным из нескольких досок и осматривал бумаги что освещались двумя свечами расставленными по краям стола, возле бумаг стояла чернильница с большим красивым пером в ней. Стальные глаза молодого командира поднялись на парня и он медленно сказал. — Ах… Это ты тот наёмник… Узнал Димитрия Николан и потянулся к поясу. Помимо стола тут также были две небольшие сумки и спальный мешок размещённый прямо на земле, а под потолком висела на верёвочке масляная лампа что тускло освещала палатку из белой плотной ткани. Очень просто, ровно так как и должно быть в подобных местах. — …Так понял ты пришёл за вознаграждением. Вот твоя доля, я уже всё выписал, так что пререкаться о количестве денег нет смысла. Николан достал из-под стола маленький мешочек и отпустил его над деревянной поверхностью. Что то слабо бряцнуло в нём. Негусто. Димитрий подошёл к столу и взяв мешок раскрыл его и посмотрел внутрь… — Три серебряных? Вот уж не думал что Имперская армия так обеднела… Усмехнулся парень и посмотрел на мужчину в броне, что уже открыл рот чтобы ответить. — По бронзовому за голову, ты сделал хорошую работу, спасибо что снизил наши потери, но на больше ты не наработал, тем более нынче все так получают, так что радуйся тому что есть. А теперь ступай отсюда, мне надо закончить… Сказал тот и вновь наклонился к бумагам. Его молодые, но покрытые мозолями руки держали голову что имела угловатые черты лица и пшеничные волосы, примерно до подбородка. Было видно что он пришёл в армию совсем юнцом, и даже удивительно что он в его возрасте уже дослужился до командующего отрядом, вернее было удивительно что он дожил до этого звания… — Ладно, спорить всё равно не хотелось… Я пока поброжу в ваших рядах, а у ближайшей деревеньки отобьюсь от вас. Сказал Димитрий и вышел, Николан хотел что то сказать, но как только он поднял голову, он увидел лишь колышущуюся белую ткань входа. Димитрий шёл к тому месту где он встретил Гелиота, вокруг горели костры, пыхтели кони изредка смеялись угрюмые солдаты что уже накатили за победу в этом бою, где они потеряли немало людей, но всё могло бы стать ещё печальнее если бы не Димитрий, так что иногда пацан ловил на себе почётные взгляды, но ещё чаще эти взгляды были нацелены на ту огромную полосу железа что он нёс на своей спине. Это было что то новое для их глаз, но подойти и задать вопросы об этом оружии у них не было ни сил ни желания. Дойдя ко входу в лагерь Димитрий тут же приметил огромную фигуру бойца с булавой, что ныне сидел возле костра в простенькой майке и мешковатых штанах что то обсуждая со своими скорее всего хорошими товарищами, что своей четвёркой расселись вокруг небольшого источника приятного тепла что прогонял прочь тьму ночи. Димитрий подошёл со спины к Гелиоту, и только по пристальному вниманию сотоварищей, Гелиот понял что за его спиной кто то есть. Он обернулся и весело сказал. — О! Димитро! Ну что, много выклянчил у капитана? Ха-ха! — Я Димитрий, а не Димитро. Ответил парень и сел на поваленный ствол дерева возле Гелиота, его тут же принялись пристально осматривать солдаты вокруг. — Так вот он ты… Твою мать, тебе нормально с такой фиговиной за спиной ходить? Спросил один из солдат. Димитрий усмехнулся и сказал. — Не первый год, так что я уже привык. Но тут вмешался другой голос, постарше. — Хм… Сколько не воюю, но ни разу не видел такого молодого с таким огромным мечом, помню только что слышал историю о неком Судье Ричарде, придворном палаче Империи, что носил огромный фламберг во весь его рост, но не думал что увижу что то подобное своими глазами. Димитрий вновь ухмыльнулся и сказал. — Ну, будет ещё время. Я с вами пошляюсь немного, и у первого поселения отойду обратно, не люблю скопления людей, но так хоть не заблужусь. Мужчины погрузились в молчаливую тишину, и лишь их глаза, что бегали по одежде мечника выдавали их желание узнать о парне побольше. Гелиот первым нарушил тишину. — Слушай, а где ты научился махать этим здоровяком? Сказал тот указывая на меч Димитрия. — Да так… Всегда держал в руках оружие большого размера, вот и привык. Меня воспитывал знакомый моего отца, отставной командир штурмового отряда, и у него не было мечей под детскую руку, поэтому так и получилось что в семь лет я уже махал полуторником, а сейчас… Это уже дело привычки, мой меч превосходит длину ваших обычных двуручных мечей на много раз, но махать мне им чуть потяжелее чем вам вашими одноручными. Почтительные но недоверчивые взгляды пехотинцев отметили его слова и Гелиот продолжил. — Заманчиво, а что это за знакомый твоего отца? Имперец или королевский командир? Это был очень сложный вопрос… Сказать что Димитрий был воспитанником королевства Вландир навлекло бы на него неприязненные речи, а врать что его приёмный отец был имперцем — было глупо ведь империя не обладала такими войсками. Выбор был прост, как и сам Димитрий… — Это Лорд Белиот, один из лучших мечников прошлого королевства, он ушёл из армии с приходом этого безумного придурка на трон. Он не разделял его взгляды и поэтому не хотел быть его мечом и ушёл на своих правах. — Достойный поступок… Значит ты из королевства? Ха, удобно иметь в отряде воспитанника лучшего мечника вражеской страны! Задорно сказал мужчина что был напротив Димитрия и Гелиота, он ранее не говорил, поэтому его глубокий приятный голос удивил Димитрия. Его… Не осудили? Удивительно, Димитрию казалось что имперцы ненавидят королевство, но видимо он сильно заблуждался… В армии ведь люди воюют, а не какие то звери… — Ага… Благодарен за такие слова, я тоже думаю что Белиот поступил благородно… Можете налить чего-нибудь? А то горло пересохло от бесед… Робко попросил выпить Димитрий и почти сразу получил кружку под нос. Оттуда приятно пахло вином. Он принял её с осторожностью и сказал. — Спасибо, не думал что вы такие гостеприимные… И чуть отхлебнул. Поток ободряющей ягодной жидкости промочил рот Димитрия и чуть разогрел его немного озябшую шею. — Война или мирное время — плевать. Нельзя забывать о том что все мы люди, а в такие времена поддерживать друг друга — основа вышивания, так что чему тут удивляться. Сказал тот старший, что и протянул Димитрию кружку с вином. На что парень лишь тепло усмехнулся и пригубил ещё немного напитка которого так долго хотел. Прошло достаточно времени за бесцельными обсуждениями быта крестьян, коими были большинство из солдат тут. Все дворяне и знать, что присутствовала в регулярной армии, либо забоялась смерти и отошла на менее смертельные позиции, либо, ведомые своей гордостью и, видимо, глупостью, перемёрли в первый год войны. Так что в войска призывали, а порой и принуждали идти простых крестьянских мужей, оставляя хозяйство на попечительство своим жёнам и детям, делая их сложную жизнь едва выносимой. Однако, как бы то ни было, этот отряд был определённо бодрячком. Едва была, стрелы тоже, а мечи даже хвастались блеском на солнце. Дело шло к полуночи и люди, что изрядно подвыпили, уже шли на боковую. Димитрий не стал исключением и после пары кружек его повалило. Он нашёл какую то грубую мешковину, оставшуюся после пищи бойцов и соорудив импровизированное спальное место на одном из сундуков, что выделили солдаты, он, покрывшись мешковиной и сняв всё излишнее с себя, улёгся спать… — Димитрий… Димитрий… Вставай, братец, сегодня у нас великий день! Послышался детский подростковый голос… Димитрий открыл глаза и… Увидел Андреа, своего старшего брата. — Ах~… Что? А-а~… Да-да, встаю, встаю… Очень неохотно потянулся в уютной белёсой постели молодой Димитрий и очень медленно, как бы нехотя поднялся. Пред ним предстал его брат в полный рост — блондинистый и зеленоглазый красивый малый одетый в коричневые шорты, высокие носки и дорогие туфли, а также свободную белую рубашку с множеством узоров и изредка встречающейся золотой нитью. Он стоял широко расставив свои крепкие длинные ноги и уперев руки в бока, а на лице сверкала белозубая озорная улыбка. — Ну? Проснись и пой, соня! Ха-ха! Поскорее собирайся и спускайся вниз, к отцу приехал сир Белиот! Они будут кушать и тренироваться после обеда, а после чего господин Белиот на пару с отцом и нас подтянет! Ну-же! Мы ждали этого дня весь месяц! Не смей раскисать пред ликом отца! Его задорная и оптимистичная речь всегда наполняла Димитрия уверенностью и гордостью за такого энергичного и крайне талантливого брата, он и о большем мечтать не смел, лишь бы побольше проводить с ним времени сражаясь на мечах. Андреа вприпрыжку выпорхнул из комнаты Димитрия и скрипнув крепкой деревянной дверью с металлической окантовкой сделанной специально для этого дома. Комната была полна мебели, платяные шкафы, большие тумбы с украшениями и безделушками Димитрия, широкие свободные окна с превосходными стёклами, столь прозрачными что любо смотреть в них было, подсвечники из металлов, что были скручены в такие причудливые узоры от которых в голове складывалась головоломка по их изготовлению роскошная огромная кровать с навесом и прекрасными подушками и одеялом что так и манило своим уютом и лаской, но сегодня был особенный день, так что нельзя было задерживаться ни на миг. Сегодня приехал любимый знакомый двух братьев и друг их отца — Лорд Белиот, лучший мечник Королевства Вландир! Отец каждый месяц устраивает встречу с лордом Белиотом, проводя время на пиру а после чего упражняясь в искусстве владения мечом на заднем дворе особняка семьи что была на почтительном счету у короны. Наспех одевшись и забыв застегнуть одну из пуговиц на своей рубашке что ничуть не отличалась от одеяний Андреа Димитрий посмотрел на себя в большое ростовое зеркало сделанное далеко на севере королевства, что превосходно отражало картину молодого парнишки с перебинтованным коленом, взъерошенными блондинистыми мягкими волосами и готовой на всё улыбкой что сверкала на его округлом лице. Подтвердив приличность своего внешнего вида он выскочил из своей комнаты отодвинув и закрыв крепкую дверь, оказавшись в одном из концов просторного коридора что полнился подсвечниками, тумбами и дверьми что были ничуть ни хуже наполнения комнаты Димитрия. По пути по коридору из одной из дверей вышла молодая леди, одетая в светло-бежевые одеяния служанки. Это была Лилия, любимая служанка маленького Димитрия. Розовощёкая подтянутая красавица с покрытой головой и немного выбивающимися из-под платка на голове чёрными волосами эта девушка была олицетворением доброты и радушия, постоянно наставляя резвого и ветренного Димитрия с его волевым характером на путь истинный, и занимаясь обучению этикету что ценился в слоях дворянства, членом которого и был Димитрий. — Ох, господин Димитрий! Куда вы так спешите…? Спросила Лилия и преградила путь Димитрию, она нависла над ним и опустив руки ему на грудь, она своими тонкими длинными пальцами поправила пуговицу на его рубахе и сказала чуть строго, но оттого даже более мило. — …Господин Димитрий! Что же вы так легкомысленны к своей внешности? Господин фон Андарес накажет меня если вы в таком виде явитесь перед ним! Прошу вас, молодой господин… Будьте внимательнее… Чуть сконфуженный Димитрий потупил взгляд и сказал. — Прости, Лилия… Я торопился на встречу Белиота и моего отца! Посему я так был неосмотрителен, спасибо тебе… Та лишь улыбнулась и погладив Димитрия по голове она сказала. — Ничего страшного, юный господин… Я понимаю, ну-же, поспешите, господин фон Андарес не любит ждать! Димитрий обрадовался и обняв служанку за пояс, он улыбнулся той и побежал дальше по коридору, оставляя за собой лишь грохот каблуков его ботинок. Димитрий спустился вниз по большой двойной лестнице через просторную залу, под потолком коей висела очаровывающая своим размахом люстра с множеством подсвечников что пока что были пусты, но уже под вечер они наполнятся качественными свечами что будут освещать и без того светлую от блеска металлов и стекла главную залу особняка семьи фон Андарес. Выйдя на улицу через распахнутые двойные двери Димитрий вдохнул утренний прекрасный воздух что тут же придал ему желания жить и радоваться. Всё вокруг было превосходно. Крестьяне работали далеко в полях, богатые домики столичного города полнились в кольце крепких стен что огибали собой очень большое пространство, а вдали замок Индочиле возвышался своей кипой башен-пик над высокими стенами и оборонительными сооружениями что делали это строение почти непобедимым и непокорным для любого вторженца в столицу Вландира. По правую руку от входа в особняк стояла карета на вымощенной подъездной дорожке. Она была черна и запряжена белошёрстными лошадьми, а возле входа в неё стояли трое человек, высокий мужчина в чёрном жилете, чёрно-белых штанах и высоких сапогах, с большой треугольной шляпой с пером, на бритой голове, которую украшала завитая в колечки длинная рыжая борода. Возле него стоял спиной к Димитрию не менее высокий широкоплечий мужчина с длинными пшеничными волосами ниже плеч, одетый в коричневый жилет отделанный золотой нитью, под ним была белая широкорукавая рубаха. Стоял этот мужчина в коричневых штанах выполненных из дорогих тканей, в высоких сапогах что выглядели очень неуместно на фоне богатых одежд надетых выше по телу. А возле этого мужчины стоял… Андреа, что махал Димитрию и зазывал его ближе к карете, что то неразборчиво говоря. Димитрий задорно подбежал к своему отцу и приехавшему Лорду Белиоту и встав возле отца, по левую его руку, противоположно Андреа, маленький дворянин сказал. — Здравствуйте дядя Белиот! Это честь для меня созерцать ваше присутствие сегодня утром! Бородатый мужчина усмехнулся и сказал задумчивым и рокочущим голосом в летах. — Здравствуй юный лорд! Месяц прошёл с нашей прошлой встречи а ты всё также бодр, словно я и не уезжал, ха-ха! Посмеялся тот и махнул на Димитрия ладонью, смотря на главу семейства фон Андарес. — А твой младшенький подрос! Андреа конечно маленько повыше, но я думаю Димитрий его скоро догонит. А ты вот, друг, всё также серьёзен… Ни улыбочки на тебе не встречаю, давай же сегодня повеселимся вдоволь, и сегодня я готов поспорить что я точно заставлю тебя даже малость улыбнутся, дружище! Давай же, проследуем в твой дом-крепость и отпразднуем мой приезд, старый товарищ! Хлопнув по плечу отца Димитрия Белиот скорым шагом прошёл мимо Димитрия и направился к дому… Посмотрев тому вслед, юный Димитрий услышал что то странное… — Папа? Что с вами? Почему ваша рубашка окрасилась в… О боже! Димитрий мгновенно обернулся, и его взору предстал резко сменившийся пейзаж… Поля были опустошены, мощёная дорожка залита кровью, а карета истыкана стрелами и обрызгана кровью, воняло горящими досками, а небо заволок чёрный дым… Но самое устрашающее — его отец, что наклонив голову лежал возле кареты, облокотившись на её колесо, держа в другой руке свой роскошный длинный двуручный меч… Он был без жилета, а порезанная рубашка была полностью вымазана кровью, а с лица стекали струйки густой крови с отслоившейся плотью, а прямо на груди зияла большущая дыра с обугленными краями, из которой тянулся лёгкий дымок, словно из печной трубы… Проснувшись с диким криком Димитрий схватив меч наотмашь им махнул, пытаясь убить устрашающее наваждение. — Блять, пацан! Охренел что ли? Уймись, дурак! Грубо сказал какой то низкий голос… Протерев сонные и залитые слёзами глаза, Димитрий огляделся… Он сидел на сундуке, его ноги покрыты пустым мешком, а в его руке обратным хватом сжата рукоять его меча. Вокруг было раннее утро, а возле сундука Димитрия, что находился под открытым небом возле одной из палаток столпились несколько солдат, их он ещё не встречал… — Тихо! Мы тебя будить пришли, тебе какая то чертовщина снилась? Ты стонал и извивался… Вот и решили тебя разбудить, а ты своей херовиной махать начал. Всё нормально, пацан? Спросил тот же голос… Среднего роста мужчина наклонился к нему и вопросительно закусил губу, потирая кольца кольчужной брони что была надета на него. — Ах~… Что? А-а~… Да-да, нормально всё… Встаю…