15 причин, чтобы в меня влюбиться

У меня в голове вертятся шутки о том, что мужчина никому ничего не должен и вообще ему следует быть сильным и независимым в отношении своих предрассудков по поводу моего возраста и статуса дочери его приятеля… Но… я боюсь даже вдохнуть лишний раз, когда расстояние между нами такое ничтожно маленькое, что будь я хоть немного посмелее, то уже притянула бы его к себе за воротник и прижалась поцелуем к губам, как неоднократно видела в романтических фильмах. Я в этом плане трусиха, да и опыта поцелуев совершенно никакого, поэтому ему запросто может не понравиться. Надо бы для начала потренироваться… на Вуди. — Тебе уже лучше? — спрашивает Илья, отстраняясь, и я понимаю, что момент безнадежно упущен. Впрочем, ответ на его вопрос однозначно отрицательный, ведь теперь мне еще сложнее устоять на ногах не только от алкогольного дурмана, но и от его опьяняющей близости. — Думаю, нам стоит вернуться в зал, иначе ты пропустишь десерт. — Я вообще-то больше шашлык люблю, — фыркаю, ведь в нашей части стола практически только я его и ела. Ира с недавних пор на диете, а невеста Макса — Саша — увлеклась вегетарианством, поскольку теперь у нее есть собака и ей жалко абсолютно всех животных. Ее муж от этого явно не в восторге, поэтому я весь вечер тихонько подкладывала ему мясо, пока благоверная не видит. — Да и к чему такая спешка? Боишься, что я затащу тебя в кусты и изнасилую? Моя попытка разрядить обстановку шуткой чем-то напоминает потуги Димона в произнесении тоста на папином юбилее. Вот точно такая же кривовато-снисходительная улыбка была у его жены в тот момент. — Боюсь, что если друзья твоего папы узнают о направлении нашего разговора, то меня изнасилуют уже они… Морально, — добавляет он, притормаживая поток моих извращенных мыслей. Я усмехаюсь. У него сглаживать неловкость получается немного лучше. — Ты ведь знаешь Димона, он в последнее время такой моралист. Да уж, на праздновании моего шестнадцатилетия он мне прямым текстом заявил, что желает провести два счастливых года, полных простых детских радостей без намека на внимание со стороны мужчин. Впрочем, нет, прямая цитата звучала примерно так: «Ну, ты играй, пока мелкая, главное, чтоб никакие педофилы на тебя не глазели, а то я им мигом моргалы повыкалываю». Он до сих пор в шоке от того, что Макс начал встречаться с Сашей, когда она была в моем возрасте, а тот на десять лет старше. Правда, упускает момент, что и Ире не было восемнадцати, когда у них начались отношения. Но уверяет, что дождался, пока она станет совершеннолетней. — Надеюсь, ты не разделяешь его взгляды и дело не в том, что мне только шестнадцать, — решаюсь сказать, уповая на то, что смогу свалить все на алкоголь. Но я уже почти не чувствую себя пьяной, хоть и по-прежнему слишком очарована близостью Кота и его зелеными глазами. — Нет, — качает головой Илья, слегка помедлив с ответом. Я чувствую себя одновременно обрадованной и раздосадованной. Второе потому, что это непременно означает наличие другой причины, которую он считает еще более значимой. И если повзрослеть у меня получится, то разбить другие его убеждения может и не выйти. — Поверь, я и правда совсем не тот, в кого стоит влюбляться. Особенно тебе, особенно в шестнадцать. Я и так с трудом сдерживаюсь, чтобы не подавать тебе плохой пример и выглядеть достойным и зрелым другом. В качестве бойфренда я куда более плохой вариант, и в доказательство у меня есть куча отрицательных отзывов от моих бывших. — Не знаю, что более странно — то, что кто-то в две тысячи девятнадцатом году еще использует слово «бойфренд» или тот факт, что ты собираешь отзывы своих бывших, — усмехаюсь я, ведь не так давно стало модно говорить «краш», и моя школьная подруга уже замучила меня этим словом во всех его формах и выражениях. Она даже говорит «накрашилась», имея в виду, что вдоволь наобщалась с понравившимся парнем. — Они сами их оставляют, уже все стены в подъезде испортили, — морщится Илья, снова прикуривая. Я завороженно наблюдаю за тем, как он подносит к сигарете огонек зажигалки и выдыхает облако мутного дыма. Все-таки насколько бы вредной не была эта привычка, невозможно не признать, что он делает это очень красиво. — Я не горжусь этим, но со мной, правда, не стоит встречаться. Постоянно пропадаю на работе, не могу запомнить, какие и кому нравятся цветы, а по пятницам обязательно выпиваю с друзьями в баре, чтобы залить алкоголем очередную тяжелую неделю… Тебе ни к чему эти загоны. Первая любовь должна быть… романтичной, что ли. Когда вы по часу висите на телефоне, забиваете на сон, учебу и еду, отсчитываете минуты до встречи друг с другом… Мой взгляд становится скептичным, ведь, как сказала бы Марина, это не любовь, а какие-то эмоциональные качели. Да, они с папой не были друг для друга первой любовью, но у них все было легко, спонтанно и просто. Встретились и поняли, что хотят быть вместе. Без страданий, метаний, выяснений отношений. Мне кажется, так и должно быть со взрослым и зрелым человеком, каким мне и кажется Илья. Папа тоже пропадает на работе, но в моменты, когда удается вырваться, он всего себя посвящает мне и жене… ну, и Димону. Так что дело, видимо, не в занятости, а в том, что Кот все еще не встретил своего человека. — Ваша реклама отношений со сверстником не показалась мне достаточно убедительной, — признаюсь честно, и на губах мужчины появляется немного вымученная улыбка. Надеюсь, я со своими разговорами о первой любви не кажусь ему слишком навязчивой. — Мне нельзя забивать на еду, я и так при росте в сто пятьдесят пять меньше пятидесяти вешу. Макс говорит, что меня скоро сороки утащат, особенно когда хайлайтера многовато использую. Да и цветы не люблю, лучше все-таки шашлык. А по поводу посиделок с друзьями, то я ничего не имею против, я и сама в пятницу могу оторваться где-нибудь… в кафе с мороженым. Илья ухмыляется, ведь знает он все мои походы по кафе с мороженым, один из таких как раз и обернулся тем самым «инцидентом». Он еще неоднократно забирал меня с таких встреч с подружками, но вслух говорить об этом мы, конечно, не будем. — Хорошо, — произносит вдруг Илья после короткой паузы, и я поднимаю на него вопросительный взгляд. Он останавливается напротив и снова опускает ко мне голову, чтобы могла видеть его глаза. — Давай договоримся так — ты попробуешь повстречаться со сверстником и если… через пару лет ничего не получится, то мы, возможно, вернемся к этому разговору. — У меня встречное предложение, — говорю ему в тон, скрещивая руки на груди. Деловая хватка у меня от отца, который с нуля поднял свой бизнес. — Давай ты сходишь со мной на три свидания, и если нам обоим не понравится, то я тут же переключусь на сверстника или кого-нибудь из книжных героев. Обещаю, приставать не буду, просто сходим на свидание. — Идет, — отзывается Кот, долго не раздумывая. Я невольно даже теряюсь от удивления, ведь ожидала, что он ни за что не согласится. — Но время и место выбираю я. Например, завтра после шести у меня есть примерно сорок минут между бизнес-встречей и вечерней тренировкой в моем зале. Желательно возьми с собой форму… ну, и воды побольше. — Договорились, — киваю я, протягивая ему руку, чтобы скрепить сделку. Не знаю, в курсе ли он, но я почти восемь лет занималась гимнастикой, так что мне определенно будет, чем его впечатлить. — Тогда до встречи. Я буду в синем, — шепчу томно, ведь это тоже подсмотрела в кино. После этого я возвращаю Илье пиджак и возвращаюсь в здание ресторана, где как раз вот-вот вынесут торт. Кот заходит в зал примерно через пять минут, и я понимаю, что он задержался, чтобы докурить очередную сигарету. Мы рассаживаемся по своим местам и делаем вид, словно бы и не было этого странного и обнадеживающего разговора всего несколько минут назад. — Марин, а как понравиться взрослому мужчине? — спрашиваю я свою названную мать, потянув ее за рукав бежевого блейзера, накинутого поверх белого шелкового топа. Как и я, она терпеть не может платья, поэтому мы обе выбрали для этого вечера стильные брючные костюмы — только у нее он бежевый, а у меня светло-голубой под цвет глаз. — Он пригласил меня на свидание, но я не знаю, как лучше себя вести… Марина закашливается, подавившись шампанским, и переводит на меня вопросительный взгляд. Вечер потихоньку подходит к концу, поэтому музыка уже не такая громкая, и гости тихонько перешептываются между собой. Ну, кроме Димона, который громко рассказывает папе и Максу очередную шутку. — Надеюсь, этому мужчине не больше семнадцати? — с надеждой произносит она, запивая шампанское стаканом сока. Я качаю головой, и она хмурится. — Ну, есть надежда, что тогда он хоть умеет пользоваться презервативами, — бормочет Марина себе под нос, и я делаю вид, что не услышала. Это такая игра для тех, кому еще нет восемнадцати. Делать вид, что ничего не понимаю в сексе и в извращениях, а БДСМ это просто аббревиатура Башкирского департамента строительства мостов. — Слушай, ну, если он старше семнадцати и обратил на тебя внимание, то он либо педофил, и ты ему и так нравишься, либо… тебе просто надо быть собой, потому что старики хорошо чувствуют ложь. — Он твой ровесник, — замечаю, и Марина снова давится, но на этот раз уже соком. После этого она тянется за бокалом вина. — И он точно не педофил, иначе мне было бы гораздо проще. — Тогда тебе однозначно нужно быть собой, — хмыкает женщина, залпом опустошая бокал. Она делает глубокий вздох и продолжает: — Если он достаточно взрослый и ответственный, то уже понял, могут ли между вами в перспективе быть отношения. Единственное, что ты можешь сделать — ничего не испортить. А вот это не самая простая задача…