Теряя себя

Ты можешь убегать куда угодно, сквозь космос, планеты и время. Беги так далеко, насколько хватит духу. Так быстро, насколько можешь. Играй, увиливай, ври, убеждай всех вокруг. Но я найду, Ли. Я тебя найду. Я распахнула глаза. Опять сон, опять чей-то голос, шепчущий из далёкой темноты. Перед глазами все плывет, мне понадобилось несколько минут, что бы прийти в себя после очередного сна. В каюте абсолютно никого нет, слышно далекий писк приборов и шаги по железным пластинам, покрывающим весь корабль. Кевлар и алюминий, кто бы мог подумать, что сквозь десятки тысячи лет технологии изготовления кораблей, летающих по просторам космоса, так и останутся неизменными. Сны. Мне пришлось забыть о нормальном сне, каждый раз закрывая глаза я погружаюсь в пучину странного и далекого. Могу ли я называть это сном? Скорее нет, чем да. Что-то между ведениями и сном. И каждый раз низким и спокойным голосом, мне сообщают, что найдут. Символика, неизвестный язык, люди, их запах ощущаю так ярко, будто они лежат рядом со мной. Когда нормальный сон стал для меня роскошью? Скидываю с себя плед, опуская босые ноги с круглой кровати. Почему круглой? Не знаю, традиция или вкусовой выплеск, но на кораблях, особенно зембитах, всегда стоят круглые кровати. Лаконичная комната в полумраке, подсвечивает только темно-фиолетовая лампочка. Подойдя к огромным панорамным окнам корабля, всматриваюсь в бесконечный космос за ними. Всегда разный, никогда не бывает одинаковым. Отметив, что корабль стоит на невидимой зоне пропуска к Егену, начинаю быстро собирать нужные вещи для «выгрузки» на планету.

***

В то же время, военная база Егена

— *Ка Роден, дом Талур-Вагира прибыл, ожидают допуска на влет, — низко поклонившись сообщает солдат высокому мужчине, очень внимательно разглядывающему карту военных действий на приборной панели. Медленно подняв голову, *улир сузил глаза, обращая внимание на то, как напряжен солдат. Будет ошибкой не упомянуть, что напряжены были все. Величайшие домы галактики сегодня собрались на одной земле ради одной общей цели. Всего существует девять домов — точнее сказать императорских семей, управляющих теми или иными землями. Два самых великих: дом Талур-Вагира и дом Рауда. Между этими двумя домами никогда не было мира, но и войну никто не начинал, методами тонкой политики две верховные семьи сохраняли баланс и не переходили черту. — Открыть доступ и сообщите Ка Вагеру о прибытии, — грубый мужской голос прозвучал уверенно и четко, поклонившись, солдат поспешил выполнять приказ. Сегодня все семьи собирались на нейтральной территории дома Егена. Эта семья всегда славилась своим нейтралитетом и торговыми путями. Их торговля проходила везде, где были разумные существа, подвластные великой девятке. Ка Вагер — правящий император дома Еген, пожилой и глубоко почитающий традиции, всегда сохраняющий спокойствие и нейтральную сторону в любых конфликтах. Самый старый правитель из всех императоров, что удивительно. Не многим удается донести свою власть в такие глубокие года. Железная дверь разъехалась, пропуская внутрь императора. В силу возраста он, прихрамывая, медленно прошел к столу, на который падала проекция боевых действий и устало взглянул на зону, где войска несли наибольшую потерю. Она мерцала ярко красным цветом, указывая на скорое поражение в этой битве. Ка Роден поклонился, а густые, седые брови императора сошлись на переносице: — Есть новости? Галлар Рауда сообщил мне о новой поставке оружия в Мекрополис, — он провел рукой по серой бороде и поднял взгляд на Ка Родена, — Фейд Рауда с отрядом так же должны прибыть в скором времени. — Наши войска отступают, пустынная местность дает преимущество противнику, но отряды Рауда улучшают ситуацию прикрывая воздушной артиллерией, — улир тяжело вдохнул, будто пытаясь убедить не только Ка Вагера, а и себя в позитивном положении дел, — в любом случае, ваше величество, большая часть Мекрополиса все еще под нашим контролем. Немного помедлив, он добавил: — Безопасность Егена усилена, — замолчал, подбирая слова, — Талур-Вагира и Рауда — вот за что я опасаюсь больше всего. Император мягко рассмеялся. Он прекрасно понимал, о чем говорит его улир. Взрывная смесь двух домов, королевские особи, каждый со своей культурой и устоями. Жестокие, властные, имеющие огромную силу и власть. Подобная встреча совершалась больше ста пятидесяти лет назад и закончилась она тем, что Талур-Вагира были на грани объявления войны дому Рауда. — Будем надеятся на благоразумность Галлара и Янока, — император подошел к огромному панорамному окну, высматривая в глуши космоса что-то, известное только ему, — пару дней назад я общался с послами Талур-Вагира, они убеждали, что Янок твердо настроен как можно быстрее решить конфликт, так как не верит в Пророческую войну, о которой твердит дом Лионеров. Дом Лионеров — исключительно скрытая расса, придерживающиеся глубоких религиозных усмотрений. Правящие в ней — исключительно женщины. Видящие. Так их называют, такими они и являются. Да, не все члены королевских семей верят в пророчества и пути, о которых вечно твердят Лионеры, но поверхностно придерживаются и уважают видящих. Именно они пророчат судьбоносные события, и приравнивают их к пророчествам. Именно они считаются темными праведными лошадками всей галактики. Что происходит у них в семье — известно только им, их руки тянуться везде, но они невидимы, и только избранные становятся свидетелями их действий. — В любом случае, ваше величество, у нас нет другого выбора, — Роден устало поднял уголки губ, — твари наступают, если мы будем воевать поодиночке, нас перебьют быстрее, чем в Великой бойне. Единственный вариант — сплотиться, армии домов Рауда и Талур-Вагира сильнейшие из сильнейших…

Церемониальный зал Егена

Огромные железные двери с стеклянными вставками открылись, пропуская яркий свет на все церемониальную свиту Талур-Вагира. Мой дядя, великий император Янок Талур-Вагир, медленно шагал, в окружении лучшей охраны. Солдаты испытанные болью и кровью, готовые стоять за своего вождя до последнего вздоха. Таких тренировали с детства, уже с 8 лет они обучались боевым искусствам и мастерству владения оружием. Они синхронны настолько, насколько это возможно. Каждый их шаг был отточен до идеала, концентрация только на безопасности императорской семьи и высших чинов. Темно-серая одежда, с вставками из матового, облегченного титана, защищающими жизненно важные органы. Они были безупречны, лучшие в своем деле. В таком же костюме шагала и я, совсем недалеко от дяди. Сразу за его женой и сыном, так как я входила в императорскую семью. Наложницы и военные командиры шли на пару шагов назад. А уже потом остальная свита и слуги, которые были взяты с собой. Так как я вхожу в число военных командиров, моя одежда не сильно отличалась от одежды солдат, разве что более облегающая, для удобства. Из оружия были только два стальных ножа. У каждого обязано быть с собой оружие, особенно в такое время. Даже жена Янока, леди Мона, носила под голубым порхающим платьем, с такой же накидкой на голову, нож. Проходя по огромному залу, я внимательно рассматривала каждую деталь. Привычки дают о себе знать и ты пытаешься контролировать каждый миллиметр пространства, каждое живое существо, которое может нести хотя бы минимальную угрозу. А угрозу нести может каждый. В моем мире ты каждый день сталкиваешься с ситуациями, которые грозят твоему здоровью и жизни. Все-таки Еген точно такой же, как и восемь лет назад, когда я была тут последний раз. Украшений в зале не было, никаких торжеств и огромных портретов. Все очень строго, серо, но довольно светло. Свет равномерно распределялся по трем ярусам, балконам, что уходили вверх, к стеклянному потолку. На балконах уже располагались некоторые великие семьи, которые прибыли раньше нас. Дом Раудов, насколько я знаю, прибыли одни из первых. Зацепившись взглядом за выделяющиеся фигуры, я сразу определила их нахождение. Первый балкон справа. Рауды очень сильно отличались внешностью от остальных. Они будто бы были стальные, все мужчины исключительно коротко стриженные, почти под ноль, а то совсем лысые. Бледно-серые оттенки кожи и серые глаза без бровей. Все до ужаса высокие и сложены телом, многие бы позавидовали их физическому сложению и подготовке. Одеты в черные военные костюмы, с холодными взглядами и отсутствием сердца. Рауды отличались исключительной жестокостью и хладнокровием, и когда я говорю исключительным, я вспоминаю момент, как их император Галлур Рауд убил свою жену прямо на глазах её маленького сына, за то что та помогла сбежать предателю. Когда я была меньше, мое сердце холодело от присутствия кого-либо из их семьи. Но сейчас другое время, сейчас мое сердце давно охладело и вряд-ли что-то сможет его растопить. — Голова раскалывается, — сообщаю своей наставнице — Аме, именно она помогала справляться мне с моим «даром». Без её наставлений и нравоучений, я бы давно сошла с ума, в прямом смысле, и лежала бы в белой палате, куда отправляют всех неугодных, — скорее бы уже попасть в свои покои. Ама только поджала губы. Конечно она не ответит, эта строгая женщина преклонных лет считает, что этикет превыше всего. Сейчас на нас смотрят сотни глаз, пока мы медленно продвигаемся к большому общему столу, находящемуся в конце зала, где уже восседали другие правители. О какой больной голове может идти речь? А глаз на нас смотрело действительно много, из толпы слуг, свиты и семей я не могла зацепиться ни за что. Все такие разные и напряженные, столько охраны и красивых женщин. Удивительно, как одна общая проблема может соединить всех…

Первый балкон справа, церемониальный зал Егена

— Таллур-Вагира, собственной персоной, — молодой мужчина улыбнулся краями губ, улыбка вышла немного злобной, неприязнь на его лице было видно из далека, — Янок сильно постарел, видимо правление не идет на пользу. Два мужчины стояли немного отдельно от всех, вальяжно облокотившись на перила балкона. Они внимательно рассматривали прибывший дом, во взгляде читались насмешка и небрежность. Никто в этом зале не был рад такому положению вещей, однако сцепив зубы выдавливали улыбки, дабы не провоцировать конфликт. — Да ладно тебе, Фейд, хоть что-нибудь новенькое происходит, — второй мужчина чуть склонил голову, засматриваясь на кого-то в толпе, — сколько нового мяса, наложниц себе Янок выбрал достойных. Фейд медленно перевел взгляд на идущих женщин, в порхающих синих одеяниях. Все они были разными, разный цвет кожи, волос и телосложения. Но все очень красивы. Он перебрал скучающим взглядом каждую и ответил: — Да, вкус на женщин у него был изначально, — эту фразу он почти выплюнул. Вдруг в его взгляд попала девушка, идущая вместе с семьей Таллур-Вагира. Она не была так же разодета, как наложницы, а облачена в военную форму, шла уверенно и прямо, взгляд цепко блуждал по залу, она что-то прошептала женщине идущей рядом и закатила глаза, не получив ответа, — это кто? Второй мужчина обратил внимание в толпу, высматривая того, о котором спросил старший Фейд: — Племянница Янока, обучалась на уровне его детей, имеет отличную военную подготовку и руководит отрядом, — он помедлил, — очень дрянной характер, изворотливая и хитрая, каждая проведенная операция успешна, их солдаты верят, что пришла по пророчеству, но сама очень скрытная, я ни разу не контактировал, хотя был бы очень не против, — мужчина грязно улыбнулся, еще раз окинув взглядом девушку. Фейд тоже смотрел, в голове еще раз промотав её характеристику, отметил, что для всех достижений она слишком юна, да и тело не выдавало никаких великих физических подготовок. Высокая, худощавая, темно-каштановые волосы завязаны в высокий, тугой хвост. Походка ровная и плавная, голова немного вздернута вверх. Очередная избалованная наследница императора, не больше. Он и сам не заметил, как их взгляды сомкнулись. Девушка заметила пристальное внимание к её персоне и гордо, немного насмешливо смотрела, подняв голову вверх. Во взгляде читался вызов и немного интереса, видимо юная наследница и вправду была очень наглая и уверенная в себе, так открыто на Фейда женщины не смотрели. С обожанием — да, со страхом — да, но не с откровенной наглостью. — Имя? — спросил он у своего капитана. — Ливия, вроде, — мужчина что-то внимательно просматривал в своих наручных часах, — да, Ливия Таллур-Вагира. Фейд поднял уголки губ и оторвал свой взгляд от девушки, переключившись на отца, с которым как-раз сел рядом Янок, вежливо здороваясь одним махом головы. Ну что ж, веселье началось. *Ка — уважительной обращение к царским особям. *улир — главнокомандующий армии Еген.