Электрическая страсть

Помарка. Я буду переодически использовать имя Гордон Фриман в замен привычного нам Джи-Мен. Фанаты Халвы не бейте, но слыхаь теорию о том, что это предположительно Джи это Гордон из будущего. Если, что, простите за это. ——————————————————— ТВ всегда доверял своей интуиции, но в этот раз она его подвела. И можно сколько угодно рассуждать, что бы с ним было, если бы в тот день он они не сошлись на крайне мутном и не очень прочком союзе, завершив эту вековую войну, но факт остается фактом — сейчас, он влип и пытался всеми возможными силами найти выход из сложившейся ситуации, но все его доводы и решения сводились к одному единственному выход из провальной по всем фронтам ситуации. Оказывается, у него странные фкусы в партнёрах... ОЧЕНЬ странные~ Когда ТВ впервые встретил Джи-Мена, он растерялся, хотя это еще мягко сказано — все произошло слишком быстро и внезапно для толь вступившего в ряды альянса титана… Вот из спешно приземлившегося бронированного вертолёта выходит черноволосый мужчина в строгом черно-сером костюме, а вот он уже разносит подоспевший спасательный отряд агентов состоящий в основе из камер в щепки точным выстрелом золотистой лазерной установки на плече. А стоит всей заварушке успокоится, а поднявшемуся от лопастей вертолёта облаку пыли опустится на землю и вновь открыть взору затянутое облаками серое небо, как этот тип заявляет, что у титана выразительные черные глаза с бесподобной центральной гетерохромией, и делает с ним селфи на весьма странный телефон, если этот тоненький полупрозрачный девайс таковым можно назвать. Если все произошедшее это розыгрыш, тогда, наверное, нужно было улыбнуться или хотя бы пожать руку за стол неординарный подход к юмору. Но титан не очень понял, что это было, а было ли вообще? Самое странное и невнятное первое знакомство. Но эта странная манера поведения, с одной стороны, развязное и открытое, а с другой, холодное и мрачное настроения переплелись в самый необъяснимый симбиоз, найдя себе пристанище в худом но жилистом и от этого не менее сильном теле. Титан и сам не помнил, как это они успели союз заключить, когда начали видеться чаще чем раз в четыре месяца и без резкого желания прирезать друг друга. Помнил лишь — как он очнулся в тёмном зале, за скудно обставленым столом в не вызывающей доверие компании. Кто эти люди? Узнать двух своих коллег, по бокам от себя любимого он мог из тысячи, уж слишком знакомы ему, стали эти кудрявые, ядерно вишневые пряди, и прямой, аккуратный черные водопады с серебристым отливом у корней. К счастью (или нет), Джи поспешил познакомить «гостей» со всеми присутствующими и таки пояснить о ситуации. Оказывается, он, как уполномоченный командир какого-то там флота, какого конкретного Тв не расслышал и был вынужден додумывать все сам, таки соизволил ответить взаимностью на просьбу о переговорах. Вот только. Зачем нужно было похищать, потенциальных союзников, не ясно, для анонимности? Видетили, им эта война стала не выгодна, от того они готовый на перемирие но с условиями. Куда же без этого, было бы подозрительно, если условия не озвучивались или отсутствовали в принципе. Еще не совсем отошедший от снотворного, ТВ был не в силах на агрессию или панику. Он просто сидел и надеялся, что все еще спит а этой такой у него бредовый сон Только стоило титану заприметить даболе знакомое фиолетовое оружие, как ему захотелось вернуть, весьма ценное обмундирование, ставшее уже частью его рук. Но его остановили. Следующие несколько минут титан были вынуждены наблюдать разыгрываемое перед ним шоу, что то среднее между детским садом и вооруженным ограблением в подворотне. Вроде им и угрожали, но делали это так не навязчиво и уклончиво, что придраться не то что бы нельзя, да и не возможно, он точно словил какую-то ошибку в коде, иначе объяснить все происходящее было просто невозможно. ТВ уверен, что Джи-Мен рожден для подобных ролей. Вселять страх одним прикосновением и доводить до истерики попадающими в цель словами, одним своим взглядом указывать человеку на его место, в любой ситуации сохранять спокойствие и в итоге всегда получать желаемое — все это исключительно командорские привилегии. Под их влияние попадают все, кому посчастливилось пообщаться с Джи лично. ТВ не стал исключением. Когда мужчина отвез его и еще двух титанов на вертолете прямиком к основной базе альянса, чтобы титаны могли без проблем вернутся, и, так сказать, дополнительно закрепить союз столь невзрачным действием, как подбросить троих до базы, ТВ иначе взглянул на «нового» союзника, с которым сидел плече к плечу в верталете и выслушал его тираду о личной жизни в качестве начала их не совсем понятной но тем не менее дружбы. Этот человек искренне любил свою жену и не держал зла на троих титанов, а было за что? Они выполняли свою работу он выполнял свою, он точно не пьян? А сейчас уделяет все свое внимание троим титанам, с коими они, по сути, совершенно чужие люди. В тот вечер титаны был как в абстракции. Молча пялились в одну точку, переодически перебрасываясь короткими и односложными предложениями, просто пытаясь обработать все что с ними произошло за последние, как позже выяснилось от других агентов, пять часов. Но не более. А сейчас... Титан готов признаться самому себе, что это черноволосый мужчина с кейсом, это и есть тот самый, когда влюбился на всю жизнь и до самого гроба без раздумий и мнимых сомнений. Он и сам не заметил, как начал искать родные белоснежно голубые глаза в этой отчужденой для него толпе других скибилистов и пытается заполнить пустоту безумными, порой, неоправданно жестокими поступками... Гордон обращался с титаном, как с родным сыном. Конечно, в его тоне и манере речи сквозили высокомерие и вычурностью, что уже порядком приелась, но нельзя было не заметить удивления приближенных военных генералов, когда на, казалось бы, глупые вопросы ТВ, мужчина отвечал с такой заботой, словно это доставляло ему неимоверное удовольствие. Агенты, как со стороны альянса так и со стороны скибилистов, поставили бы двадцатку, что так оно и было. Джи стал первым человеком в его жизни, которого он так сильно боялся и хотел одновременно. Хотел, порой, сильнее чем боялся… Словно первокурсница взрослого состоятельного профессора. Или девочка-фанатка великого голливудского актера, в котором разглядела идеал мужчины. Джи долбаны 67 лет, а ТВ каких-то тридцать шесть и то, исполнявших ему не так давно. Джи любит свою миниатюрную жену а та его, она переодически мелькала рядом с ним и стремилась поправить непослушный галстук мужа с его идеально голубой рубашкой, постоянно целуя мужа в щуку и причитая о его тяжелой работе, в его то возрасте, а титан безвозмездно влюбился в Джи, оставив сон и нормальный прием пищи, сосредоточившись на своем новом кумире. Чертова Санта-Барбара. Почти три месяца они то и дело проводили вдвоем каждый день. Командор с гордостью показывал новоиспеченному коллеге свои военные учереждение и их космический крейсер, пришвартованный меж луной и Марсом, спрятавшись за земной спутник и всячески скрываясь с неба, там же, ему довелось познакомиться и с остальными Астро, коим оказался Гордон, а так же, величественный арсенал различных орудий массового и точечного поражения. Агент, в свою же очередь, демонстрировал умение обращаться с их доброй половиной арсенала, чем, по всему насторожил командора. Оружие, судя по презентации Учёных, было весьма новым и сконструированно относительно недавно, его можно понять, да и многие уже имеющиеся агрегаты были внеземного происхождения, а тут такая ловкость. Они вместе вернулись на землю на очередную базу и даже застали весьма нелепую ситуацию среди армии скибидистов, два рослых военных весьма громко выясняли отношения, а крошечный паразит, зацепившись за их руки старался разнять столь грубую беседу на повышенных тонах. Военный неплохо так наваляли друг другу до их прибытия, а вот Гордон не спешил вмешиваться в разборки, позволяя двум солдатам навешать друг другу тумаков. А только после этого, поспешно разнял двух засранцев, устроивших публичное мероприятие. ТВ непонравилось это зрелище, били они от души, разбив друг другу лица в кровь, о чем поспешно сообщил Джи-Мену — со временем агент перестал бояться высказывать свое мнение, так как разговоры по душам занимали большую часть их с Фрименом общения. Разговоры о семьях, личной жизни, об увлечениях и Джименовских способах управления армией. Разумеется, от ТВ не укрылись факты жестокого обращения с солдатами и даже простых работников цехов, но титан не стремился что-либо исправить. Во-первых, его никогда не интересовали военные режимы и военные дисциплины, как бы парадоксально это не звучало, у Астро все значительно строже и сильно разнилось с привычным ему военным режимом от того, он нисколечки не разбирался во всем этом, во-вторых, он не знал историю становления такого тоталитарного режима, чтобы судить о настоящем и вмешиваться, в-третьих, единственной проблемой, которая начала занимать титана через несколько недель пребывания вблизи с командором скибидистов — как сохранять сосредоточенный вид, когда вместо того, чтобы слушать Джи, ты думаешь о том, что хочешь забраться к нему на колени и, прижавшись всем телом к его и жадно поцеловать. Говорят, мы всегда ищем такого спутника жизни, который был бы похож на наших родителей. Девушки ищут в парнях копию отца, парни в девушках — копию матери. Так как ТВ всегда нравились парни а отца у него как такого-то и нет, он не знал, кого ищет. А потому первый состоявшийся взрослый мужчина, так ясно и четко продемонстрировавший агенту свою силу и первенство, и при этом относящийся к нему с должным вниманием и уважением, захватил разум титана. ТВ бы многое отдал, чтобы однажды упасть перед Джи на колени и сделать ему глубокий минет, как бы старенно и возможно мерзко это не звучало. Ну или чтобы просто озвучить свои чувства. Он бы многое отдал, но молчал. Что он может получить от гетеросексуального мужчины, относящегося к нему как к сыну, да и к тому же являющегося довольно жестоким руководящим глубоко религиозной армии? Ироничную насмешку? Презрение? А может титан и вовсе будет вышвырнут за пределы базы. В любом случае, признание не приведет ни к чему хорошему. Да и кому нужны слова? Однажды Джи уже слышал фразу: «Я тебя люблю» и ответил на нее взаимностью, а после обменялся с признавшийся кольцами под клятву верности. Наверное, титан чувствует то же, что когда-то давно чувствовала и нынешняя жена Джи. Они оба увидели в нем верность, заботу и способность к самопожертвованию ради близких. Но порой, в своих методах достижения желаемого, мужчина совершает безумные поступки. Никогда не знаешь, что он выкинет в следующий момент. Джи-Мен — расчетливый человек и генерал, готовый, ради собственной выгоды, без колебаний приносить в жертву других. Жену Джи это не напугало, она приняла его положение и методы. А вот титана напогуло. До такой степени, что единственным выходом из сложившейся ситуации он видит скорейшее возвращение на родную базу. Приехать домой и забыть о том, что произошло на базе скибилистов. Устроиться на работу, завести уже свою семью, играть с друзьями в приставку и пропадать за кружкой пива друг у друга по вечерам. Тогда он будет уверен, что контролирует свою скоротечную жизнь. Будет понимать, в каком направлении двигаться дальше и что ему нужно делать. Потому что-то все происходящее с ним сейчас — это хаос из чувств, эмоций и опасений. А его место может занять и Камера. Он не менее уравновешенный титан и вполне справится с совместным руководством на этой стороне баррикад на пару с Джи. Когда терпеть стало невозможно, ТВ решился сказать Гордону о своей рокировке и желании сменить управляющего со стороны агентов, покинув должность навсегда. *** — Закат в горах просто чудесный. Остановившись в двух шагах от балкона, ТВ наблюдал, как человек перед ним подставляет лицо легкому ветру, дующему со стороны заснеженных каменистых гор окружающие этот тихий уголок непривычно потрясающими видами. Разглядывал, как за изящной спиной раздувается ткань прирасстегнутой на несколько пуговиц рубашки, и боялся, что затеянный разговор не приведет ни к чему хорошему. «Надо было изначально Камеру ставить на эту должность, но уже поздно, надо выбирать из этой заварушки, желательно живым». Теперь все предельно ясно: распределять силы подобным образом было ошибкой. Потому что в противном случае, сейчас агенту бы не мешало тянущее чувство в паху от одной только близости с мужчиной рядом. — Ты что-то хотел спросить, друг мой? - да, все правильно, твой. Собственно, больше на этой старане уже ушедшего в прошлое конфликте нет другого мужчины, чье имя титан шепчет перед сном, быстро доводя себя до разрядки. — Угощайся, — запустив одну руку в карман брюк, Фриман обернулся и расслабленно подошел к столу, жестом указав на странную, невесть как созданную вазу с такими же странными фруктовыми конфетами, по конституции напоминающие желе, ка ки почти вся еда их рассы, чтобы отпить еще виски. — Гордон, я… я собираюсь сменить должность, — ни к чему ходить вокруг да около. Лучше рубить с плеча, чем растягивать и делать себе только больнее. — Меня устраивают условия организованный для альянса на этой стороне, все просто потрясающе, но… на базе у меня есть незаконченные дела. Проклятье! Этот пристальный взгляд нужно запретить законодательно и внести в риэстор опасных оружий, а в причинах написать: «Мешает осуществлению глобальных планов и сохранению собранного состояния во время важных разговоров». — До этого ты не говорил мне ни о каких делах, ТВ. Зачем же было тянуть? Мы бы решили их в два счета. Я тебя внимательно слушаю. — Такое не решают в два счета, — он выдержал паузу, чтобы взять себя в руки. Довольно сложно сосредоточиться на нужных мыслях, когда Джи грациозно обхватывает хрустальный бокал, а тебе хочется насадиться на его длинные белоснежные пальцы. — Я хочу устроиться на работу и завести семью. Осуществить планы на жизнь. — И что мешает делать это здесь? — словно услышав глупую нелепицу, Джи вскинул брови и непринужденно наполнил бокал по новой. Границы стерты и теперь агенты живут среди скибидистов, скибидисты среди агентов для всех обустроенный комфортные раены и рабочие места. Это не вызывает проблем. — Там живет симпатичная мне девушка и мне пообещали повышение, до должности о которой я мечтаю уже много лет. Слишком много сил было вложено в учебу и продвижение по карьерной лестнице, чтобы вот так от всего отказаться. В помещении повисла тишина. Ожидая, пока мужчина скажет хоть что-нибудь, агент беззвучно сглотнул и напрягся всем телом. Если сейчас Джи его отпустит, то всему наступит конец. — Ладно, — все же озвучил своей вердикт мужчина, но легче от этого почему-то не стало. — По крайней мере, если девушку можно привезти сюда, то с работой это проблематичнее. Да и вырос ты в объятьях родительской компании, тебя тянет обратно… Я понимаю. — Ты поможешь мне восстановить паспорт? — Паспорт? Разумеется. Через пару дней все будет готово, тебе нужно будет только сфотографироваться, — Джи задумчиво сел за свой рабочий стол в центре комнаты и облокотился подбородком о скрещенные пальцы рук. Он смотрел не на титна, а куда-то в сторону. В этот момент ТВ себя возненавидел больше смерти. — Спасибо. Тогда если что, я в своей комнате, — помявшись на месте, титан поспешил ретироваться в спальню, чтобы больше не вынуждать себя врать и не видеть расстроенное лицо мужчины напротив. Джи-Мена сложно чем-то огорчить, этот человек всегда навеселе, как всем казалось, но сегодня все иначе. Влетев в свою комнату, ТВ направился в ванную, чтобы принять холодный душ. Побыстрее избавиться от чувства, что поступает неправильно из-за собственных страхов. Смыть с себя сомнения и осознать, что все уже решено, все конченно, осталось пару дней. Совсем скоро он окажется дома и начнет новую жизнь, с чистого листа, без лишних хлопот и морочек. Никто не будет читать нравоучительные речи и давать различные советы, раскуривая гранатовый кальян, в который явно добавлено еще что-то нелегальное. Потому что соображать трезво после пары затяжек невозможно совершенно. Совсем скоро ТВ останется один и будет искать на базе кого-то наподобие Джи, но только не пытающего людей и не владеющего многотысячной армией. Титан стиснул зубы и выключил воду. Какое же, все-таки, стремное чувство — эта безответная детская влюбленность. Нет смысла врать самому себе: он хотел бы остаться тут и жить с Гордоном, разделяя все его взгляды на жизнь. Тихая насмешка — Фриман даже не воспринимает титан как парня. Для него он ребенок, совсем юный и зелёный, которого у мужчины никогда не было. Нахмурившись, агент врезался кулаком в стену. Поскорее бы все закончилось. Ему очень срочно нужно вдохнуть пыльного воздуха архивов базы, почувствовать этот жар воздуха от постоянной работы серверных и вернуться в прежний стой жизни. Чтобы постоянная беготня по этажам базы, бесконечные отчёты да круговорот данных затянула и помогла забыться. Осталось потерпеть всего несколько дней… Он не мог заснуть часа четыре, если не больше. За окном уже давно стемнело, погружая мир в черноту горных ночей, а с коридоров больше не доносились голоса работников и солдат. Титан думал, как теперь сможет смириться с одиночеством, познав Джи-Мена. А что будет чувствовать сам Гордон? Наверное, ничего, раз он так просто отпустил титана в его родные края. Чертов хладнокровный ублюдок. ТВ сдавленно простонал и вжался затылком в подушку, резко двигая рукой вверх-вниз по члену. ТВ нравится сравнивать Джи с Черной Мамбой. Брюнет с нечеловеческой грациозностью, чей голос часто срывается на поскрежет-полуштпение. Он то щурится золотисто змеиными глазами, то открыто любезничает, позволяя себя восхвалять не скромничая в разговорах. Всегда до невероятного гордый, но готов в любой момент впится длинными ядовитыми клыками и за мгновение прикончить ненавистного ему работника или сгладата. Парень сильно сжал член у основания и подался бедрами вперед. Отвел назад и снова вперед — его телу необходима разрядка. Через несколько минут отрывистое дыхание переросло в негромкие стоны. — Гордон… Он вспоминает их самую первую встречу. Джи был в облегающем сером пиджаке и кожаных перчатках. Эффектный и статный. От него пахло чем-то сладким, но этот аромат перебивал запах крови и машинного масла. Тв раздвинул ноги шире и надавил большим пальцем на головку члена. А вчера во время очередного заседания он похлопал его по спине и ненадолго задержал ладонь у него между лопаток, ласково надавив на чужую спину. — Блять… Может, это что-нибудь значило? Как и все предыдущие дружеские прикосновения. Титан представил руку мужчины, оттягивающую его за волосы, и выгнулся в спине. — Гордон! Подрагивая всем телом, он излился себе на живот. В комнате вновь наступила оглушающая тишина. Было слышно только сбившееся дыхание, которое титан пытался привести в норму, жадно втягивая ртом воздух. — Тв, Тв… Он замер и даже перестал дышать, боясь открыть глаза. Нет, только не… — Я замечал за тобой странное поведение в последние дни, но не думал, что причина кроется в этом. Он решился посмотреть. Мужчина стоял, сложив руки на груди, возле окна. Его освещал яркий лунный свет, от чего казалось, что черные, местами поселевшие, волосы светятся в темноте. Мать твою… — Неловкая пауза, — Фриман тихо усмехнулся. — Да не стесняйся, все свои. А вообще странно, что парень, утверждающий, будто влюблен в девушку среди агентов, дрочит, выстанывая мое имя. И не просто парень, а ТВмен Титан — он задумчиво поднес указательный палец к губам. — По-моему, тебе определенно есть, что рассказать. — Зачем ты сюда пришел? — ТВ больше не нашел, что ответить. Ему было стыдно за проявленную слабость, пусть он даже и не подозревал, что за ним следят. — Хотел убедиться, что с тобой все в порядке, но застал любопытную картину. — Ясно. Неа, ничего не ясно. Отлично. Просто зашибись. Это же надо было так спалиться. Титан сердито натянул белье обратно, взял край одеяла и стер с живота сперму, не поднимая взгляда на мужчину. — Так ты ничем не хочешь со мной поделиться? — Не уверен, что тебе понравится. — А ты попробуй. Ведь если будешь молчать и дальше, то никогда не узнаешь, что я думаю на самом деле. — Хватит! — впервые за все время он повысил на него голос. И похуй, что может услышать охрана. Это невыносимо. — Я сказал нет. Я не хочу об этом говорить, Джи, — ТВ быстро встал с кровати, но тут же понял, что не знает, как вести себя дальше. — Просто уйди. — Знаешь, когда моя жена мне изменила, я долго не мог найти себе места. Сначала я винил себя — это было трудное время для всех. Хорошо что моя сестра была рядом и не позволила делам пойти на самотек, — он принялся медленно расстегивать пуговицы на рукавах рубашки. — Потом я понял, что это блядская халатность моей жены к семейному делу. Она развелась со мной только из за того, что не хотела строить семейное дело с военным колекой. Назвав меня старым, свентив к более молодому мужчине. Пускай… эта стерва все еще преследует меня, ну… ты и сам все видел. — Закатав рукава выше локтей для большего удобства, он сделал несколько неспешных шагов вперед и оказался перед титаном, который не сдвигался с места. — Теперь я ненавижу молодых, мамкиных богачей. Оу... Так он разведен. Всегда говорил всем о том что любит жену, мол она его солнышко и самое дорогое на свете да и она все это время была рядом, как бы подтверждая все эти слова, а тут такое откровение, даже, неожиданно как-то. — К чему ты ведешь? — Видишь ли, почему-то каждый, кто начинает испытывать ко мне чувства, считает своим долгом найти отговорку и уехать, оставив меня одного, не разобравшись в ситуации. В частности это относится к тебе и к моей жене. Тв шумно выдохнул, нервно облизнув губы. Он бы хотел возразить, да вот только не знал, на что и как. А главное, зачем. — Я перепробовал так много различных способов забыть свою жену и выдворить ее из своей жизни. — он приподнял одну руку и стал медленно загибать пальцы, перечисляя. — Это были наркотики, шлюхи, пытки над провинившимися солдатами и генералами. А еще, — выставив вперед указательный палец, Джи склонил подбородок ниже и внимательно посмотрел в глаза титана. — Был один лейтенант. Молодой, совсем как ты. Я думал, что нравлюсь ему. А он хотел только денег. В итоге он остался доживать свои дни в тюрьме. Грустная история… — Да уж, веселого мало, — ТВ не разрывал зрительного контакта и медленно сходил с ума. Снова этот сладкий запах и хриплый голос. Еще немного, и все самообладание полетит к чертовой матери. — Вот и я так думаю. Но не в этом суть. Я клоню к тому, что ты хотел сбежать, даже не поинтересовавшись, как я отнесусь к твоим… — он указал рукой в сторону паха титана. — Желаниям. ТВ вдруг отступил назад. — Будешь использовать меня, чтобы забыть бывшую? Это просто издевательство! — Да брось, ТВи. Ты же не станешь отрицать, что хочешь, чтобы я поступил именно так, — он вновь подошел ближе. — Уходи. — Гордый глупый мальчик. Джи резко толкнул парня в плечи, и тот упал на кровать. Тут же нависнув над титаном, он приблизился к его уху губами. — Только не говори, что ты думал, будто я так просто тебя отпущу. ТВ дернулся, словно его окатили холодной водой. — И что ты все это время жил в моем доме только потому, что мне было не с кем обходы по базе делать. — То есть ты… — Тшш, — Гордон провел носом по оголенной шее парня. — Все еще не сбежав из этой комнаты, ты сделал свой выбор. Теперь моя очередь действовать. — Тогда действуй, - да, вырвалось. Да, не сдержался. Внизу живота снова заныло, и в этот раз титан намерен воспользоваться шансом который сама судьба так трепетно ему преподнесла. Вот только шансом не на побег, а на получение долгожданной близости. — А вот это другой разговор. ТВ протянул руку и положил ее на спину Джи. Вторую он запустил в его волосы и сжал пальцы, притягивая мужчину для поцелуя. Ощутив чужие мягкие губы на своих, он зажмурился и тут же вдохнул побольше воздуха. Гордон успокаивающе провел ладонью от его груди до живота, от чего в низу живота закрутилось горячие тянущиеся спирали страсти. Да, его тело горело и было напряженно, но душа… Внутри все словно отпустило. — Такой холодный, — пробормотал ТВ. Он провел кончиками пальцев по щеке мужчины, опустился к шее и принялся расстегивать рубашку. — Не мог уснуть и вышел подышать свежим воздухом, — Джи очертил руками мягкие бока титана и спустился к белью, не торопясь стянув его вниз. — Когда не сможешь уснуть в следующий раз, ты знаешь, к кому пойти. Мужчина усмехнулся. Он помог снять с себя рубашку. В след за ней в сторону полетели брюки и боксеры. Джи раздвинул ноги титана в стороны, плавно проведя шершавыми ладонями по его возбужденному члену. ТВ бессознательно сжал пальцы на простыни и открыл рот для короткого вдоха. Гордор поднес два пальца другой руки к его губам, ощущая их мягкость. — К сожалению, смазку я не взял. — Плевать. ТВ тут же принял пальцы в рот и провел по ним влажным языком. Пальцы ласково прошлись по чувствительному небу, собирая слюну, Гордон утробно зашипел и нетерпеливо соскользил к бедру, а после нахально сжала в руках ягодицу, вызывая недовольные мычания снизу. Джи усмехнулся с такой реакции, холодные пальцы нащупывают особо чувствительное место между ягодицами и проталкиваются внутрь, плавно и ласково, давая возможность титану привыкнуть к столь непривычному вмешательству. — Как же я долго ждал момента, чтобы полюбоваться тобой с этого ракурса, — он ввел внутрь один указательный. — Мы оба ждали, — ТВ старался не обращать внимания на неприятные ощущения внутри, тихо поскуливая. Он больше наслаждался открывшейся перед ним картиной — голый и возбужденный Джи развращает его своим гребанным бархатным голосом и сам еле сдерживается от того, чтобы не приступить к делу в сию же секунду. Теперь внутри были средний и указательный. Мужчина согнул застрявший в горле ком, протяжно застонав, чем вызвал у мужчины легкую ухмылку. — Потерпи еще немного мой милый друг. Я не хочу сделать тебе больно. Расслабься, — Фриман сжал член тиатна и повел рукой вдоль всей длинны, надавливая большим пальцем на головку, при этом наклонившись к мягким губам нижнего, проходясь по сладким каралловым лентам шершавым языком. Титан был благодарен ему, что он не торопится и дает время привыкнуть, позволяя расслабиться под горячими подачками командора, облегчая тем самым растяжку. Вскоре Джи затянул титана в долгий и горячий поцелуй, плавно входя в податливое тело под ним. Он медленно вошел примерно на половину, выдохнув горячий воздух от удовольствия. Качнув бедрами назад, он толкнулся еще раз, теперь глубже, от чего ТВ прикусил костяшку кулака. Было больно. Но эта боль стоила того, чтобы её перетерпеть. — Нет-нет, не сдерживай себя, — мужчина убрал руку ото рта парня и склонился над ним, скрестив его запястья над головой удерживая чужие сильные запястья своей тонкой бледной рукой. — Если тебе больно, ты говоришь об этом. Если приятно, говоришь, что приятно. Хотя, вряд ли ты сможешь разговаривать… Но, я хочу знать о твоем состоянии. — В данный момент я думаю о том, что тебе пора заткнуться и оттрахать меня как следует. — Тц-тц-тц, какой грубый тон. Любишь пожестче, — он толкнулся изо всей силы, вырвав из ТВ громкий от неожиданности стон. — Мне нравится. Гордон в сексе властный и требовательный, ему нужно чувствовать своего партнера «от» и «до»: он то резко вбивается, не давая времени на передышку, то входит медленно, но так глубоко, что по позвоночнику проскакивал разряд тока заставляя выгибаться в горячей судороге. Джи не позволяет целовать себя, а делает все сам, когда считает, что партнер заслужил поцелуй — своеобразная игра, в которой ТВ все время было мало, а мужчине нравится наблюдать за его попытками найти в темноте комнаты чужие губы. Грациозно, раскрепощенно, словно он спит с парнем как минимум несколько месяцев и знает все его слабые стороны. Где нужно укусить, а где невесомо провести пальцами, чтобы довести до дрожи. Тв пытается тихо стонать. С его головки подрагивающего от новых толчков члена - на кровать небольшими лужицами скатывались тягучие капли полупрозрачного предэякулята. Джи не ждёт, он толкается глубже и намеренно из раза в раз под другим углом, вновь и вновь задевает пульсирующей головкой члена комок нервов где-то на середине, выбивая из груди нижнего низкие стоны. От этого титана бросает в горячую дрожь. С каждым новым толчком слышится пошлый звук шлепка и быть тихими у них не получается, да и они к этому явно не стремятся. То шлепок выйдет громким, то с уст агента сорвётся хриплый протяжный стон. Под конец, Фримен сжимает бедра до синяков и насаживает на себя по максимуму, наслаждаясь хриплыми стонами под собой. ТВи впивается пальцами в его спину и прикусывает губу когда чувствует, что близок к разрядке. — Да, Гордон! Черт! — не сдерживая себя, он изливается, напрягшись всем телом. Еще через несколько толчков еле заметно улыбается, почувствовав в себе горячее семя. Джи заваливается рядом и теперь тоже, больше чем полностью удовлетворенный сексом, восстанавливает дыхание. *** — Ну так тебе еще нужен паспорт? — мужчина прижимает к себе титана, заворачивай того в одеяло, ласково расцеловывая мягкие щеки и нос — У нас не нужны документы, — устроившись на груди Гордона как можно удобнее, он чувствует, что проваливается в тягучий сон. — А что насчет работы? — Здесь есть вещи и поинтереснее. — Мне нравится ход твоих мыслей. Вскоре титан засыпает с твердым убеждением, что, не сбежав в тот день, он сделал самую умную вещь в своей жизни.