Это всего лишь маленькие истории большой жизни

      Ветер перебирал траву на пустом поле. Вдали виднелась небольшая деревня, в которой, на время, остановились Лисы. Вся команда, уже выпустившаяся, решила выехать на природу для отдыха и встречи, и выбрали для себя отдаленную точку на карте.       Палящее солнце нещадно выжигало голубые глаза, которые пытались найти полевые ромашки, который россыпью расположились на цветущем лугу. Среди мелких гусиных лапок и мать и мачех затесались и высокие стебли с белыми лепестками на концах.       Ободранные руки тянулись и аккуратно срывали каждый цветок и делали это с такой нежностью, будто хотят собрать вместе с цветком всю жизнь и все его целебные свойства, чтобы любая хворь и недуг обходил стороной обладателя шикарно - белых цветов.       Не смотря на ожоги крапивы, которые рыжий получал в ходе этого дела, не смотря на то, что он царапал руки об колючие цветы и травы, он продолжал собирать до тех пор, пока в его руках не соберется букет, который необходимо было обхватывать двумя руками, чтобы тот не развалился. Пришлось обокрасть целое поле, чтобы собрать всю белую россыпь в единую кучу. Будто мальчик с сачком, который стремительно ловил звезды, парень ловил белые отголоски любви между жаждущими крови растениями.       Радостный, с широкой улыбкой на лице и с волдырями на руках, от крапивы, он шагал в сторону домика, где расположились монстры. К сожалению, не было достаточно большого дома, поэтому в каждом жило по 2-4 человека. Именно поэтому Нил выбрал жить с Эндрю и с его братом, который был так похож лицом.       Подходя к деревянному домику, из-за которого слышались глухие стуки, парень насторожился. Он не думал, что происходит что-то опасное, но внутреннее чувство говорило, что что-то явно не так и надо быть аккуратнее. Выглянув из-за угла, тот увидел прелестную картину: низкорослый, но крепкого телосложения парень, активно рубил дрова, чтобы растопить печку в доме. С каждым замахом его мышцы напрягались и с каждым стуком он, на долю секунды, расслаблялся. Лучи солнца играли на рельефе мышц блондина и лишь нарукавники не позволяли запрыгнуть зайчикам на продолжение его рук, но отражаясь от лезвия топора они прыгали в его глаза и позволяли раскрыться глубине его карих очей, в которых было проще утонуть, чем разобраться. По ощущениям, Эндрю абстрагировался от целого мира и окружил себя куполом, защищая не только от людей, но и от проблем, но только одному человеку было позволено разрушить эти границы       -Эндрю? - сказал Нил и вышел из тени дома, становясь под лучи солнца, которые с удовольствием пробегались по его телу и зажигали волосы в яркий костер.       -Что? - Эндрю со всей силы воткнул топор в бревно и посмотрел на рыжую проблему, вытирая пот со лба.       -Я тут тебе собрал кое-что       Только в этот момент взгляды упали на огромный белый букет в пострадавших руках Нила. Эндрю тяжело выдохнул и подошел к парню, параллельно обрывая одуванчик у самого корня. Он взял одну ладонь Джостена и начал обрабатывать его ожоги соком желтого цветка, который успел испачкать своей пыльцой нарукавники блондина, вот только его это не волновало. Миньярд медленно и методично выдавливал сок из стебля и обрабатывал все волдыри, не обращая внимания на недовольного Нила, который хотел подарить ему цветы, но не доставить проблем.       -Зачем? Я же в порядке... - тихо сказал Нил и отвел взгляд на бревно, в которое был воткнут топор, идеально отполированный до блеска.       -Ты никогда не в порядке, а я лишь не даю тебе умереть - сказал как отрезал парень и даже не взглянул на того, от чьего вида его сердце замирает, а слова так и начинают сочиться лишним недовольством.       Блондин будто специально задерживал пальцы на теплой коже Рыжего, будто хотел обхватить их и сильнее сжать, рассмотреть и понять цел ли он, не смертельно ли и не поранился ли. Душевное тепло просачивалось сквозь неловкое умение, которое тот развивал вместе с тем, с кем разделял слова и постель. Любовь для них непонятное и сложное чувство, которое складывалось в небрежных привычках и в неловких действиях. Учились они этому вместе, будто первоклассники учащиеся говорить: с начала по слагам, складывая слова, а потом пытались складывать предложения и абзацы, а потом и целые текста.       Пока Эндрю не убедился в том, что все раны, полученные во время боевых действий с цветами, не были обработаны, он не поднимал глаза, но как только он нанес последний мазок от уже увядшего цветка, тот наконец поднял глаза. Напротив стоял парень с мордой недовольного лиса, но с такими прекрасными голубыми глазами, в которые успело просочиться солнце, медленно катящееся к закату. Из-за солнечных зайчиков он немного щурился и не смотрел белому кролику в глаза.       Солнце будто хотело выделить эту недовольную личность, чтобы его похвалили и сказали что он молодец, чтобы получил тепло не только от лучей, но и от родных рук       -Я тебя ненавижу - уверенно сказал Эндрю и резко и небрежно коснулся шероховатых губ парня. Это действие было показателем их неловкости и продвижения, которые свершались с каждым новым годом их совместного времяпрепровождения. Даже после выпуска, даже когда все опасности позади. Они все равно находили друг для друга места в своей душе и сердце, не позволяя ничему внутри им исчезнуть.       -Я тебя тоже - хитро улыбнулся Лис и всучил блондину огромный букет ромашек, которые чем-то напоминали ему его возлюбленного.       После этого действия тот улыбнулся шире и быстрым шагом покинул задний двор домика, чтобы спрятаться в тени и выпить хотя бы глоток воды, спасаясь от этой жары, оставляя Эндрю в легком непонимании, но удовлетворении.       Нил думал, что эти цветы будут сожжены на следующее же утро, но как же он ошибался, ведь по приходу в их дом, в прихожей, в простенькой геометрической вазе, стоял тот самый большой букет ромашек, который был символом мысли Нила об Эндрю. Но лишь спустя пять минут разглядываний он заметил, что в букет был добавлен один единственный новый цветок - аккуратный, желто-рыжий одуванчик. Прямо в середине букета, на его верхушке, выбиваясь из общей массы, олицетворяя место Нила в сердце низкого монстра. Означало, что рыжий лис занимал самое центральное и ключевое место в жизни того, кто совсем недавно считался опасным для общества, но усмиренный тем, кто внезапно ворвался в его жизнь и перевернул все вверх дном.