импровизация души..

— у меня хотя бы только спина болит, — продолжила диалог. Попов сел рядом со мной на кровать, облокотившись на руку. — а почему ты дома не раскрываешь крылья? — задала вопрос я, который давно меня волновал. — тебе же не комфортно, — продолжила. опустив взгляд, в поисках ответа, на заданый на столь неожиданный вопрос с моей стороны, но Арс всё же ответил — придёт время и я их раскрою, — осевшим и тихим тоном произнёс он, почти в темноте. комнату освещала лишь полная, во всей красе луна. — ладно. твоё решение, — отведя взгляд с выдохом и возможно даже немного сухо промолвила я. — ну хорошо, доброй ночи, — пожелав мне, поднявшись и направившись к выходу сказал Арсений. — доброй., — с какой-то некой надеждой, что и вправду доброй, успела выкинула я, как дверь уже оказалась закрытой. я продолжила лежать, думая что усну, но увы этого не произошло, боль в спине не так сильно мучила, ведь за предыдущие два дня было и похуже и поняв что уже битые тридцать минут я не могу уснуть, я решила пойти на кухню. я начала приводить план к действиям. встав, пройдя к двери я тихонько её открыла и так же тихонько прошла на кухню и включила чайник, спустя минуты четыре он разгорелся до кипятка, я налила его в кружку где уже лежал чайный пакетик малинового чая, добавив кипятка, ёмкость с водой начала постепенно окрашиваться в красный цвет. подойдя к окну, я начала просто смотреть в даль, на другие здания. на кухне так же темно, и в этой самой, атмосферной темноте я начала напивать второй куплет, некой песни «покойник». обняв себя левой рукой вокруг талии, я начала. — я бы хотела стать твоим одеялом., — не шёпотом, а на максимально пониженых тонах. — ...что бы ночью ты со мной спала и не замерзала. — ...согреть тебя тем, что от меня осталось. Лишь бы ты не заболела, лишь бы утром улыбалась., — отпив немного чая я продолжила. — ...я бы хотела жить с тобой в одном теле. я начала петь свою полюбшуюсю часть, из-за чего я незаметно улыбнулась — ...игнорировать соседей, что стучат по батареями. — ...днём или ночью — это неважно, я так счастлива с тобой в этой большой многоэтажке. закончив, я почувствовала чьё-то присутствие и дыхание сзади. — красиво., — послышалось с выдохом. я развернулась и оказалась, почти впритык к Арсению, но у меня в руках кружка благодаря которой, мы и сохраняли небольшую, но дистанцию. поставив предмет на стол, я прижалась к нему, сразу почувствовав как тепло разливается по моему телу и я обхватываю руками торс уткнувшись носов в плечо, я вдохнула запах лавандового геля для душа, чувствуя этот запах я испытывала спокойствие. мне очень плохо внутри, днем я жизнерадостная, но когда я переступаю порог дома, все позитивные эмоции улетают прочь, а ночью я могла и заплакать, думая о проблемах. что и произошло сейчас. проронив первую слезу, я всхлипываю, отстранившиевося Попова, он посмотрел мне в глаза, которые у обоих блестели от света уличных фонарей. — мне плохо. очень., — шёпотом сказала я. — я не понимаю, что со мной. я устала. я не знаю кто я и что я., — тараторила я чуть ли не в истерике — я. никто., — быстро успокоившись и поняв, что нагородила лишнего, хоть и правду, отстранившись, поторопилась удалиться с кухни — извини., — опустив взгляд, сухо и быстро кинула я. уже закрыв дверь, я прошла к подоконнику, ловко запрыгнув, я устроилась на нём, несмотря на боль, что внутри, так и снаружи, именно в этот момент я чувствовала себя комфортно, прислонившись лбом к стеклу, я смотрела в окно, на горящие фонари, нечастые проезжавшие машины и луну, она бесспорно прекрасна. я сидела так долго, около часа, если не больше, но вдруг к горлу подкрался комок, начало першить, я уже начинаю кашлять спустиашись с подоконника, до сих пор пытаясь откашляться, в горле сильно першит, на глазах выступила влага, я начала задыхаться, облокотившись руками о стол, я попыталась стабилизировать дыхание, ровно пробывать дышать, немного придя в себя, я хотя бы смогла почувствовать, что у меня как будто, что-то щекочит в горле — кха, — выплеснула кровь, прислонив ладонь ко рту, я пулей вылетев с комнаты и направилась в ванную. в ярком белом свете, я увидела, что рука в крови, снова начав кашлять, ногр ослабли, начали подкашиваться, я села на пол, на колени, из-за рта брызгала моментами кровь. и наконец вылетело кровавое перо, не маленькое, сантиметров десят с облегчением, я прижалась к шкафчику, который находился под раковиной, продолжая держать в руках окровавленное пёрешко с острым кончиком стебля. примоушавшись и поняв, что сожитель спит, я поднялась, достав из того же шкафчика под раковиной, тряпку, я начала вытерать кровь с пола и дверцы. в спине чувствовалась боль, но я её не особо не воспринимала. уже начав пытаться вывести из жёлтой ткани остатки крови, но не получалась, аккуратно её сложив и приняв решение, что разберусь с ней утром. тихонько открыв дверь и так же тихо я прошла в комнату. свернувшись в полуколачик на кровати, я вновь попыталась уснуть как двум часам ранее но мне не удалось это сделать, так как через минут тридцать я почувствовала очередную порцию боли, но в этот раз режущею, в зоне тех самых ран на лопатках, откуда как раз таки и должны в скором времени полезть новые конечности. боль была сильная, но не резкая и благодаря этому мне удалось сохранять тишину, чтобы вновь не пробудить сожителя поднявшись с кровати, я начала сноваться по комнате из угла в угол, странно и глупо думая, что это как-то поможет, или может от безысходности. но вдруг резкая боль ударила по ранам, как будто в них воткнули что то острое. издав рык, а после невольно болезненный стон, я облокотилась предплечьями рук о стену, адская боль не унималась. продолжая громко дышать, шипеть и чуть ли не кричать, пытаясь перетерпеть этот кошмар. в ушах встал белый шум, я ничего не соображала. почувствовав чужие касания, я проигнорировала, потому что было ясно кто это. Арсений, он увидел, что из тех ран выглядывают острые стебли. основа самих крыльев. — блять., — услышала я ели слышно в комнате которую по-прежнему ярко освещал месяц. уже чувствовав как мою спину пронзает лёгким движение игла, я прогнулалась от небольшой боли улажив меня на кровать, дверь захлопнулась. когда обезболивающее подействовало я уснула.

***

открыв глаза от лучей солнца которые даже через веки слепили меня, я вновь их закрыла от яркого света. услышав мужские голоса, судя по всему на кухне, я поняла, что у нас ребята в гостях попытавшись подняться, я не смогла от чего снова упала на бок, оказалось, что новые конечности, которые отрасли за ночь, очень тяжёлые. — ты проснулась? — войдя в комнату спросил Арсения. — как видишь епт, поможешь встать? они тяжёлые пиздец. — давай, конечно, — немного смеясь, согласился он на помощь. обойдя и встав на против меня, Арс подал мне руку, с помощью которой я смогла уже принять позу сидя, до сих пор сильно держась, уже за два запястья, с трудом, но всё же я стою, ебать. — хорошо, то что ты стоишь, это достижение. тебя сильно перевешивает? — сложно сказать, но достаточно сильно, чтобы упасть, — почему то неуверенно вырвалось у меня. — тебе сложно ещё стоять, я чувствую, ты вцепилась в мои руки настолько сильно, что сопротивляться сложно, — улыбаясь сказал Арсений, смотря мне в глаза. — ну.. я только что с ними проснулась, конечно мне сложно, — с легкой усмешкой произнесла я. — так, ладно. попытайся сопротивляться весу крыльев, — начал свое обучение Попов. я сильно напряглась, пытаясь вытянуть, скажем так, их на свою сторону, и вроде как, получилось. — спокойно стоишь? — спросил Арсений. — вроде как да. — хорошо, думаю ходить будет не сложно. — надеюсь.