Каждый твой вдох и выдох.

Туркин примыкает к пухлым губам жены, обнимая ту за талию, прижимает ближе к себе, к своему телу, к своей груди. Языком проникает в её рот, ласкает им язычок жены, а после проходится по каждому зубику в полости её рта. Сплетает языки изначально в схватке, словно звери дерутся, а после и в страстном танце. Камилла тихо смеётся и и отвечает на поцелуй. Целует нежно, осторожно, но при этом с некой похотью и страстью. Ее руки были чуть ниже плеч мужчины. Упирались в них, но не отталкивали шатена  от себя. Продолжил бы поцелуй, но из-за нехватки воздуха вынужден был отстраниться от губ любимой. Отстранившись от нехватки воздуха, та вновь прижалась к груди супруга, обнимая его. Смотрит в глазоньки, заправляя прядь волос ее непослушных за ушко. Улыбается, кончиком носа проводя по скулам жены. Казалось бы, после стольких лет вместе, люди остывают, становятся холоднее друг к другу, а их чувства, что были в молодости угасают. Только вот, Туркин с каждым годом, лишь сильнее и сильнее влюбляется в супругу, словно все начинается с самого начала. Он уже знает её наизусть, с каждой стороны, но не перестаёт безгранично любить. —я скучал,— он вздыхает, улыбается, шепчет тихо, вновь целует в щеку. — я тоже скучала,- с тихим вздохом облегчения отвечает та, обнимая мужчину. Та переместила руки с его плеч на спину, прижимаясь к Валерию и, вырисовывая пальцем всякие геометрические узоры на его спине. Сейчас, когда в доме спокойно, и оба любимых чада очень уж заняты в государственных учреждениях, супруги могут провести время наедине друг с другом, наслаждаясь прекрасными мгновениями тишины. Безусловно, с детьми все тоже было замечательно, но порой требуется отдых от этих прекрасных созданий. Голова девушки опускается чуть ниже плеча мужа, словно Камилла прислушивалась к его сердцебиению. Если бы она могла остановить время прямо сейчас и переместить только на момент её знакомства с Валерием. Она бы с радостью прожила все эти моменты. Осознание симпатии. Первое признание. Первый медленный танец в дк. Первый поцелуй. Его предложение. А после появление Паши. Если бы можно было сделать из этих воспоминаний фильм, записанный на касету и пересматривать его каждый вечер. — чем предлагаешь заняться, пока детей нет?- спрашивает Камилла, пока её губы расплываются в лёгкой и дразнящей улыбке. —ты смеёшься сейчас надо мной?—отвечает тот вопросом на вопрос, прижимая возлюбленную ближе к себе. Мужчина поправляет её волосы, убирая некоторые пряди волос с лица, дабы те нагло не мешали. —во-первых, заканчивай с глупыми вопросами, Туркина, а во-вторых, ответ очевиден,—шатен усмехается со своих же слов, примыкая губами к нежной коже шеи девушки. Несильно сжимает её талию, плавно переводя ладони на бедра. Лёгкий и тихий смешок слетает с уст Камиллы, когда её супруг прижимает её к себе ближе, целует, а его руки блуждают по телу, переходя от талии до бёдер. Точно готов расцеловать её всю, не оставив ни один участок тела без внимания. Готов, провести несколько часов только с ней, впадая на это время в довольно странное,но приятное состояние, когда осознаешь, что кроме вас двоих нет больше никого, и никто не смеет вам мешать. — если бы ты уточнил, что именно хочешь от меня, я бы поняла тебя, ничего не спрашивая,- ехидно улыбаясь, произнесла брюнетка, пока её рука поглаживала кудри Валеры. Как бы она не переживала о последствиях, она любила слегка дразнить супруга. Задавала глупые вопросы, хотя всё прекрасно понимала; делала вид,что не услышала или изредка подшучивала. Но она никогда не переходила черту, видя, что вот-вот и из ушей Туркина пойдёт пар. Как и сейчас, Камилла была не против слегка подразнить мужа. И видимо эта черта в девушке и передалась Алёне, хотя девочка внешне точная копия отца. Пожалуй, это мужчине в супруге и не нравилось. Не нравилось то, что в один момент она может начать строить из себя ту ещё дурочку, которая ничего не понимает. Но, в этих ситуациях надо ещё присмотреться и понять, кто кого. Шатен пользуется случаем, меняя их местами, так, теперь Камилла стояла у кухонного гарнитура, а по обе стороны от неё руки Туркина, которые, так сказать, слегка переграждали ей проход. Девушка уже хотела отойти и направить в спальню, когда неожиданно для неё, Валера меняет их местами, не давая ей ни малейшего шанса на побег. —да что ты говоришь,—продолжает он, несильно кусая её шею, оставляя после этого нежный поцелуй, дабы возлюбленная не почувствовала ни капли боли. Одной рукой, все же, медленно расстегивает пуговицы на её блузке, опускаясь поцелуями чуть ниже: ключицы, плечи, а после и вовсе, зарываясь носом в её прекрасную грудь. —все ещё будешь продолжать строить из себя ничего непонимающую девчонку, милая?—интересуется тот, усмехаясь. Будто, заранее уже знает, что Камилла и сама не в силах будет таким образом «сопротивляться» и всеми способами демонстрировать непонимание о чем идёт речь и к чему ведёт все это муж. Камилла слегка прикусывает нижнюю губу, наблюдая за действиями супруга. Та слегка откидывает голову, открывая ему больший обзор на слегка бледную и длинную шею. Только его горячие и влажные губы касаются её ключиц и плеч, как тут же с её уст слетают пару тихих и протяжных стонов. — о чем ты, Валера?- уверенно произносит брюнетка, зарывшись руками в кудри супруга и, поглаживая их. — всё о том же, любовь моя, — Туркин улыбается, наслаждаясь своеобразным массажем головы от супруги, таким незамысловатым и приятным. Вместе с этим успевает наслаждаться и её тихими, еле слышными стонами, только вот, сам валера уверен, что они такие тихие ненадолго, до поры до времени. Они, словно музыка для его ушей, то, отчего он сам ловит неимоверное удовольствие, которое, наверное, и мало кому знакомо. Валера слегка приподнимается наверх, зубами стягивая аккуратные брители бюстгальтера с изящных плеч любимой, тем самым ослабевая элемент нижнего белья, чтобы её прекрасную грудь никакая ткань больше не скрывала. Не проходит и минуты, как мужчина слегка припускает бюстгальтер на её талию, а повернув его на 180 градусов и вовсе расстегивает, откидывая в сторону, как самую ненужную сейчас вещь. Когда же бюстгальтер оказывается уже на полу, а девушка остаётся прижатая к кухонному гарнитуру, с растегнутой блузкой и оголённой грудью, та непроизвольно издаёт недовольный стон, но легкая улыбка всё же появляется на её губах. Плавно целует её грудь, облизывает язычком каждый сосок по окружности, упокаивая одну руку на оголенной спинке, нежно придерживает за неё, если она решит прогнуться под ним, чтобы не упала. Постепенно её руки оказываются под свитером супруга, поглаживая пресс, уделяя внимание каждому кубику. Мужчина губы свои кусает, как только нежные пальчики супруги на своём прессе ощущает. Ощущает, как она обводит по контуру каждый кубик, отчего самого даже мурашить начинает. казалось бы, такое действие простое и лёгкое, но заводит до ужаса. заводит с самого начала, и не отпускает ни на секунду. Но она не успевает снять верхнюю одежду и убирает руки. Камилла чувствует всё. Валерия, который прижимает её к гарнитуру, держа её и, блокируя проход, но она и не возражала. Она чувствует его горячее дыхание, что обжигало её нежную кожу. А после тихие и сладостные стоны слетают с её уст, когда горячий язык супруга прикасается к её груди. Туркина выгибается в спине, выпячивает свою грудь перед Валерием, словно требуя большего. Усмехается с реакции любимой, да и не только с этого, а ещё и с того, что сам же, предугадал её дальнейшие действия, в виде прогиба в спинке. Да, и тяжело было не предугадать заранее, сколько лет они уже вместе, а влечение к этой прекрасной девушке с каждым годом только больше, и больше, ни на одну чёртову минуту ведь не угасает. Прикрыв глаза, та уже была готова получить очередную порцию горячих поцелуев. Но вот же не задача. Супруг видимо решает сыграть с ней в ту же игру, что сама Камилла ранее. Девушка тихо и растроенно вздыхает и опускает грудь, после чего застегивает блузку. Она пару минут сверлит слегка недовольным взглядом Валерия, а после отходит в сторону, приметив, что проход больше теперь свободен. Отстраняется от сладости, в виде её груди, улыбается, когда на неё смотрит, смотрит, как она грудь вперёд подаёт, точно большего прося. Сам-то понимает прекрасно, чего хочет, что вот-вот и изнемогать уже от желания начнёт. —чего же ты хочешь, милая?—его очередь издеваться над ней. Его очередь делать вид, что он не понимает, к чему она клонит. Проучить любимую тоже надо, не всегда же, чтобы ей все так просто с рук сходило. — даже не знаю, чего это я,- говорит брюнетка. Ухмыляясь, но при этом с ноткой дерзости и недовольства. Сквозь шелковую блузку просвечивается её грудь и твёрдые соски. Узел внизу живота завязался, а бабочки бились о стены живота. Та показательно отвернулась и ушла в спальню, после чего присела на кровать, снимая блузку и, переодеваясь. Мужчина внимательно наблюдает за каждым действием жены, в голове, отмечая, мол, неужто ей можно над ним издеваться, а ему самому - нет? Несправедливо. Кладёт руки в карманы, смотря за тем, как недовольная, но тем не менее, возбужденная супруга ушла в их комнату. Через минуту он оказывается облакотившимся о дверной проём их комнаты. Девушка видит супруга в дверном проеме и лишь улыбается. Та откидывает блузку куда-то в сторону. Любуется ею, любуется её прекрасным телом, которое ещё пару минут назад было практически все в его поцелуях. Подходит к возлюбленной, осторожно на кровать её кладя, на спинку, а сам над ней нависает. Когда же Валерий подходит ближе и через считанные минуты, та уже лежит под ним, а его руки - на резинке штанов. —ну чего же ты, убежала?—улыбается, свободной рукой начав с бёдер Камиллы штанишки стягивать. сам заведён до чёртиков, поэтому и продолжит начатое. На этот раз, девушка пару минут назад самостоятельно сняла с себя блузку, времени на это тратить не пришлось. Валера вновь, целует её грудь, после себя оставляя алый засос. Пару горячих поцелуев она всё же получает, но почувствовав, что теперь на её груди помимо влажных следов от поцелуев супруга, красуется алый засос, та непроизвольно, сладко и тихо стонет, выгибаясь в спине. Усмехается, вспоминая их первую страстную близость, тогда-то он понял, что хочет каждый день засыпать и просыпаться рядом с ней. Взгляд на неё поднимает, окончательно с неё штаны стягивая. Ладонью по ножкам её проводит,  а через секунду руку на резинке трусиков её упокаивает. Когда штаны Камиллы оказываются на полу, брюнетка приподнимается на локтях и смотрит на Валерия. Недолго думая, та кладёт свою руку на его шею, протягивая к себе и нежно целуя, когда другой рукой, девушка снимает свои трусики, откидывая их в сторону. Мужчина покорно продвигается к ней чуток ближе, тем самым сокращая расстояние меж ними, и безусловно, отвечая на поцелуй. Несильно кусает её пухлые губы, отчего та издает характерный тихий стон, но Туркин не смеет отстраниться даже на секунду, хочет целоваться с ней сейчас и наслаждаться каждым мгновением этого поцелуя. Ввлерий понимает, что супруга и сама отлично справилась с оставшимся препятствием на её тельце в виде последнего элемента нижнего белья, отчего ухмылки довольной сдержать не может, потому и улыбается прямо в поцелуй. Теперь, когда она полностью обнажена перед ним, он может вдоволь насладится ею, её прекрасным телом, каждым изгибом. Сейчас, во время поцелуя, он плавно раздвигает её ножки, поглаживая внутренние части бёдер. Специально придаёт напора их поцелую, целует страстно, одновременно с этим, вставляя в неё указательный и средний пальцы. Отстраниться от себя не позволяет, знает прекрасно, что доставляет удовольствие любимой, так пусть довольные стоны удовольствия она вовлечет в их поцелуй. Девушка чувствует страсть и желание, что исходят от мужчины. Она это чувствует на себе и своей нежной коже. Камилла целует супруга нежно, но при этом углубляет поцелуй, не желая отстраняться от Валеры. Она хочет чувствовать его не только на своей коже, но и в себе. И, кажется, он читает её мысли. Не проходит и пяти минут, как она чувствует в себе два его пальца. Та прогибаться в пояснице, тихо и сладко стонет прямо в поцелуй, забравшись рукой в кудри супруга. Свободная рука Камиллы стремительно ползёт к низу живота. Та касается ею небольшой горошинки над промежностью и начинает массировать её, продолжая пускать тихие и сладкие стоны из уст, целуя супруга. Мужчина усмехается от желания девушки, от того какая она сейчас. как сильно она хочет его и с желанием своим справиться не может. Довольный слышать её прекрасные стоны прямо в страстный поцелуй. Пальцы в ней ускоряют свое движение, на этот раз не плавно двигаясь в ней, а скорее наоборот, правильнее даже будет выразиться, насаживая Камиллу на них. — ну и что ты делаешь со мной?- с очередныи сладким стоном, томно спросила девушка. Туркин улыбается, когда слышит её риторический вопрос. Проводит кончиком носа по её скулам, несильно кусая нижнюю губу. — наслаждаюсь, милая, только наслаждаюсь,—шепчет он, опускаясь поцелуями ниже, к шее. Целует, зубами оттягивает кожу, после себя оставляет ещё пару засосов. хоть и знал, что Камилла уже давно его жена законная, но любил таким образом помечать. Указывать на то, что она принадлежит только ему. Девушка чувствует, что ещё до ее оргазма осталось не меньше трех минут. Обеими руками она тянется к широким и накаченным плечам Валерия. Впивается в кожу своими ногтями, царпает, стонет и выгибается. Та невнятно мычит имя супруга и изливается ему прямо на его пальцы. Её ножки дрожат и она это видит. Мужчина демонстративно облизывает пальцы, на которые буквально минуту назад излилась. Турбо, усмехается порой от реакции её, и её тела: стонов, изгибов, содрагающихся ножек. Какому мужчине не понравится, когда исключительно от его действий девушка так себя ведёт, когда в буквальном смысле с ума сходит. Брюнетка опускается на мягкую поверхность, расслабляясь. Она тяжело дышит минуту-две, пока её дыхание не приходит в норму. Тогда та приподнимается на локтях и тянется к лицу любимого. Она обхватывает его скулы и притягивает его лицо к своему. Их губы соприкасаются, обдавая друг друга жаром и страстью. После, непосредственно отвечает на её поцелуй, не менее страстно и жадно. Сейчас, ими обладает только похоть и невероятное желание друг к другу, невероятное желание, как можно скорее овладеть друг другом. Ему нравится, как она лежит под ним, извиваясь, как она находится под всей его властью. Девушка и не собирается отстраняться, она целует супруга с особой жадностью, так, будто это был последний раз, когда она могла ощутить его губы на своих. Но ведь это был далеко не последний и не первый поцелуй. Камилла отстраняется, когда воздух заканчивается у обоих. Брюнетка вновь тяжело дышит, но тянется к штанам супруга, намекая, что они лишние. Он чувствует, как девушка начинает расстегивать ширинку на его штанах, ухмыляется, параллельно с этим, помогает ей избавиться от них. Как только орган Туркина ничего не скрывало, тот подставил его к половым губам супруги. — с ума меня сводишь, милая,—шепчет он, делая резкий рывок, правильнее будет выразиться толчок, тем самым вставляя агрегат в Камиллу. Сам рычит от удовольствия, ибо чувствует как стенки влагалища сжимают его орган, а после разжимания сжимают снова, с новой силой. Девушка вновь выгибается в спине, не сдерживая тихие сладкие постанывания, когда чувсвует половой орган Туркина, что упирался в ее половые губы. Она убирает руки от лица супруга, после чего ладонь правой руки ложится на её грудь, сжимая её до приятной боли. Камилла чувствует, как Валерий делает резкий толчок, входя глубже, а после брюнетка начинает сжимать стенки влагалища вокруг члена возлюбленного. — я даже ничего для этого не делала,- ухмыляется девушка, прикрывая карие глаза и, томно выдыхая. Другой рукой та зарывается в кудрях Валеры, слегка сжимая их и, оттягивая. Мужчина упокаивает свои ладони на талии супруги, сжимая её до приятной боли после каждого толчка. В один момент, он вдруг тянет возлюбленную на себя, тем самым ещё глубже вталкивая член в неё, до упора. Сам рычит, получая такое наслаждение, да так, что видно, как кадык на его шее двигается. Голову слегка наклоняет, начиная личико её своими поцелуями влажными покрывать: лоб, щеки, нос, скулы, губы, брови, он целует все, кажется, каждый миллиметр, не оставляя ни один участок кожи на её лице без внимания. Ему важно подарить свою ласку и любовь ей всей, от ног до самой макушки головы. Ножки Камиллы не прекращали дрожать, пока сама девушка, то и дело извивалась, лежа под Валерием. Он двигался в ней резко и быстро, что ей безумно нравилось. Она чувствовала его сильные руки на своей талии и не могла не издать сладкий стон, запрокидывая голову назад. Её голос слегка охрип от громких постанываний имени супруга. Вновь та поднимает руки и укладывает их на массивные плечи Туркина, оставляя на них тонкие белые полоски, что через пару секунд приобретали алый цвет. —тебе совсем не нужно что-то делать, чтобы сводить меня с ума, родная,— шепчет тот, кусая мочку её ушка. Туркин действительно безума от возлюбленной и совсем неважно в каком она состоянии, в одежде она или без. Он способен целыми днями думать только о ней, ибо никто и ничто больше в голову не лезет. Отстранившись, спускает свои руки с её талии на ножки, нежно поглаживает и их, отдавая девчонке даже некий баланс: двигаясь в ней быстро и грубо, но одаривая ласковыми и медленными касаниями. На слова мужа та лишь хмыкает, после чего слегка приподнимается и оставляет пару горячих и влажных поцелуев на его шее, спускаясь ниже. Теперь на его шее красуются три алых засоса. — Валера, не останавливайся!..Я уже почти!..- кричит брюнетка, выгибаясь в спине и, придвигаясь ближе к Валере. Она хочет чувствовать его глубже и быстрее, пока узел внизу её живота туго затягивается. Туркин счастлив слышать удовлетворённые стоны и крики супруги, осознавать, что только из-за него она так трясётся, дрожит, именно он–причина её такого состояния, такого состояния её тела. Покорно тянется ближе к ней, позволяя целовать и себя, свою шею, оставлять на своей коже засосы, такие же, какие и он оставлял несколько минут назад. После её криков мольбы не прекращать двигаться в ней, не останавливаться ни на секунду, он тянет её к себе за ножки ближе, только набрав темп. Осознает, что ещё чуть-чуть и она, вновь, испытает оргазм, впрочем, как и он. Чувствовал, как стенки во влагалище сокращались, сильнее и, в этот раз, надолго сжимая член. Безусловно, мужчина мог бы и сократить темп, помучав любимую и значительно расстянув удовольствие, но если бы он сделал так, он бы оттянул долгожданный момент и для себя, а на вот это, он уж точно не был готов. Комнату наполнили учащенные вдохи и выдохи, более громкие хрипы и стоны, чем были до этого. Щлепки тел стали слышаться чаще и громче. Эти двое точно брали максимум друг от друга. Камилла отстраняется от супруга, оставив поцелуй на его подбородке. Улыбка, то и дело мелькала на её губах, когда та запрокидывала голову и, сжимала руками мятую простынь. Девушка старалась оттянуть этот момент оргазма, как можно дольше, чтобы каждый из них мог насладиться друг другом, чуть больше. Брюнетка чувствует, как Валерий только ускоряет темп и с её уст слетает хриплый стон. Она слышала тяжёлое дыхание супруга, свои стоны и шлепки тела-о-тело. Оргазм уже приблизился и девушка вновь издаёт громкий и сладкий стон имени своего возлюбленного, после чего выгибается в пояснице. Локти уже не держат её тело на весу и та, падает на подушку, пока её ножки всё ещё тряслись. Вслед за любимой изливается и Туркин. Вытаскивая орган, плавно выпрямляет её ножки, ласково поглаживая. Слегка наклоняется, целует её в лобик, а после и ложится рядом с ней. Сейчас им обоим просто необходим заслуженный отдых. Обнимает ту за талию, притягивая ближе к себе. Наверное, ему всегда будет мало её, никогда не надоест. —я тебя люблю, никогда не забывай об этом,—шепчет он, одаривая её очередным поцелуем в щеку. Годы шли, а эти слова говорить реже он не стал. Мягко гладит её плечи и шею, ловя момент и наслаждаясь и им. Детей нет, тишина, они сами распределяют свое время и то, чем бы им сегодня заняться. Так вот, сегодняшнее утро-день ушло на то, чтобы удовлетворить друг друга и сполна насытиться этим. Девушка улыбается и обнимает супруга, прижимаясь к нему. Та тянется рукой к одеялу, накрывая им себя и Валеру, после чего целует его в щеку. — и я тебя очень люблю,- шепчет Туркина, оставляя нежные поцелуи на щеке мужа. Вскоре та засыпает, обнимая супруга и, прижимаясь к нему. То, как она любила его и детей, нельзя было просто выразить одним словом. Она могла бы написать об этом картину, посвятить стих, только, чтобы они знали, как сильно она их любит и ценит.