Сон и ничего большего

Обида, злость, разочарование — огромное множество эмоций, смешались в один гигантский ком в голове, который тяжёлым грузом давил на виски. Плечи были напряжены и сжаты от холода и ледяных капель дождя, который заметно усиливался, что его уже уверенно можно было назвать ливнем. Пронизывающий до костей ветер сбивал с ног куда-то в сторону. Перед глазами мелькала мостовая брусчатка, покрытая многочисленными черными лужами, в отражении которых виднелось застланное темно-синими тучами беспокойное Петербургское небо. Воздух казался невыносимо тяжёлым, а тело сводило от нарастающего напряжения. Всё мрачное пространство освещал единственный на улице тусклый фонарь. Чей-то оставленный около перил велосипед заставил остановиться и наконец поднять тяжелую от тревожных мыслей голову. Взору открылся давно знакомый парень в такой же лёгкой одежде и с ног до головы промокший, что его простая белая рубашка прилипла к телу, подчеркивая весь его сдержанный стан. Его задумчивое лицо с тонкими чертами и взьерошенные, не слишком длинные и не слишком короткие, слегка пушистые коричневого цвета волосы сразу же отозвались теплотой в сердце, которая заставила моментально согреться. Его неловкая, но в то же время уверенная улыбка вызвала небывалое облегчение. — Ты… — Теперь тебе уже ничего не остаётся… — Прости…я… Непродолимое желание докоснуться до него, убедиться что все это не сон, подавлялось каким-то неизвестным голосом внутри, который так и кричал, что нельзя. Все-таки то была не обида, не злость и даже не разочарование, а скорее принятие. Все те чувства, что давно уже были пережиты, сейчас оставили лишь призрачные воспоминания и небольшой горький осадок, который при виде него полностью исчез. Стало легче дышать, а тело так и подмывало броситься ему на шею. Однако внезапно вся лёгкость сменилась вновь знакомой тяжестью, но уже не обиды, а вины. — Я ждал тебя каждый раз после твоих занятий химии. — Что… Невинная улыбка на его лице сменилась горькой умешкой, когда он заметил ошарашенное выражение. — Я все понимал… Теперь ты прийдешь ко мне… Он хотел слегка подбодрить, стараясь заставить забыть все переживания, но из него вырвался лишь саркастичный смешок. Он не хотел быть причиной страданий и боли, как тот, кто хоть и не предумышленно, но послужил причиной этой ироничной встречи. Но случайна ли она?