клише

       Пятнадцатилетний отличник, тот самый задира-старшеклассник и постоянные конфликты между ними во время школьных перемен или после уроков – классика. Обычно про таких придумывают задачки в школьные учебники, мол, у отличника было пять яблок, но пришёл хулиган из другого класса и силой забрал три. Сколько яблок осталось у отличника? Подобные условия ставят в тупик Чонгука, которому через пару месяцев исполнятся заветные и долгожданные шестнадцать. Но пока он всё ещё пребывает в мире пятнадцатилетнего подростка с тонной проблем и почему-то думает, что по исполнению шестнадцати все эти проблемы волшебным образом испарятся, а не умножатся в, примерно, тысячу раз. Но пока в его условиях задачи есть: 1) он. то есть чонгук. то есть тот самый отличник, ботаник и мистер-деньги-на-бочку-очкарик; 2) ким тэхён, тот самый хулиган, задира и старшеклассник; 3) яблок у них нет, но, определённо, невзаимное чувство притяжения присутствует, только жаль, что в одну сторону. Чонгук задумчиво кусает нижнюю губу, пока пытается выследить предмет своего тайного шпионажа и при этом сделать это незаметно для, очевидно, предмета этого шпионажа. Пока получается из рук вон плохо, потому что эта задача пополняется дополнительными условиями, без которых получить решение будет нереально. Учитывая, что Ким Тэхён носит кожаные куртки, курит на школьной территории, смело самовыражается и не боится отказать в помощи учителям, Чонгуку будет довольно сложно зацепить его своими круглыми очками (клише), отличными оценками (тоже клише), и совершенно скучным времяпрепровождением вне уроков и факультативов (самое что ни на есть клише). А новые условия заставляют отличника-ботаника зарывать голову в песок с каждым пунктом, потому что: 1) ким тэхён слабых не обижает; 2) при этом он очень любит конфликты и обычно всегда играет в них центральную роль – провокатора; 3) чонгук воспринимает бунтарство тэхёна за смелость и не может не восхищаться. Эти дополнительные условия портят жизнь одному маленькому отличнику, который краской заливается каждый раз, когда смотрит на Тэхёна в толпе старшеклассников. Пусть и у него галстук повязан как попало и свисает на еле держащейся петле, больше похожей на узел для суицида; пусть у него рубашка не заправлена и свободно болтается, скрывая прелести подтянутой фигуры; пусть он и курит, не боясь, что его могут увидеть; пусть неудов у него больше, чем у Чонгука волос на голове – все эти недостатки меркнут под его нездоровым романтизированием из-за любовных романов подобного типа. И сколько раз Чонгук пытался убедить себя, что никакая это не романтизация нездорового образа жизни (опять же, сигарета, кажется, никогда не покинет вечный образ Тэхёна), отрекания от норм морали и этики (мат через слово тоже имеет место быть в обычном разговоре) и отказа следовать установленным правилам школы (Тэхён, видимо, не знает, что такое школьная форма), не получается отвадить собственные чувства и мысли от Ким Тэхёна, как от предмета своего воздыхания. Причин ещё можно найти много, но контратак у Чонгука не хватит, чтобы направить все свои удручающие мысли в положительное русло. Да и сейчас он занимается не самым полезным делом для отличника – шпионит, следит, выслеживает добычу, которую собирается, как оператор дискавери, заснять на свой мобильный. Тэхён в это время как раз должен завернуть в свой любимый уголок – курилку для преподавателей. В такое время там никого не бывает, а если и бывает, то только извечный физрук. Он ошивается по коридорам в поисках чего-нибудь интересного между уроками, и обычно ему всё равно на малолетних курильщиков, потому что однажды он даже попросил в долг у своего же ученика сигарету. Но сейчас в курилке пусто, и Чонгук ликует мысленно. Его план пока идёт идеально, остаётся только выждать нужный момент и быстро сделать снимок. В конце концов, это не что-то противозаконное – все фотографируют предметы своего тайного обожания на камеру, а по ночам пускают на них слюни, а может, и не только. Чонгук, хоть он и самый клишированный отличник из всех, желает того же. Клише. Ботаник втрескался в школьного задиру, и в какой-то момент (с самого начала, если честно) их план по адекватному сближению должен рухнуть. Благо, Чонгук слишком умный, чтобы облажаться. Тэхён показывается на горизонте, светит пачкой сигарет, словно хочет привлечь ещё больше внимания к своей персоне, и заходит в курилку. Чонгук двигается ближе к нему, прячется за стену и включает камеру, готовый в любой момент нажать на нужную кнопку и скрыться в толпе, но… условия задачи подкидывают с каждым разом всё больше невероятных деталей, мешающих Чонгуку воссоединиться, наконец, со своим рыцарем в чёрной кожанке. А именно: а) чхве минхёк, тот самый ущемлённый в детстве подросток, который нашёл себе жертву школьного буллинга в лице чонгука и теперь бегает за ним, как влюблённая девчонка. И Чонгук не сказал бы, что Минхёк приносит ему слишком много проблем — в основном это всего лишь нелестные высказывания, попытки запихнуть ему за шиворот снега в зимний период или жука под футболку на физкультуре весной, кнопки на стуле… Ничего сверхоригинального и нового. Чонгук не жалуется. Ему просто от постоянных нападок становится скучно и неинтересно отмахиваться, потому и сейчас появление нового действующего лица в своём спектакле пропускает. Минхёк встаёт в позу рядом с ним так, что сразу сдаёт спрятавшегося Чонгука с потрохами. Тот шипит на противного одноклассника, но парень усмехается как-то совсем гадко и вопит в ответ почти на весь коридор: — Что, Чон, влюбился в местного хулигана и «бэд боя»? У него из рук пытаются забрать телефон и делают это успешно – идеально продуманный план не включал в себя появление злого огнедыщашего дракона (Минхёка), который разделит принцессу (Тэхёна) с его рыцарем (Чонгуком). Спроецировать всё в виде детской сказки в голове оказалось куда легче, чем задача по математике для первого класса. По крайней мере, Чонгук верит в то, что сейчас у него получится победить злого дракона и вырвать из чужих лап волшебный меч (телефон). Чонгук хмурится и тянется к Минхёку, но только вот парень отскакивает от него и пятится назад. Усмехается, заставляя подчиниться и изменить правила, тем самым намеренно заставляет Чонгука выскользнуть из своего укрытия и оказаться замеченным, но последнего факта никто из них ещё пока не знает. В глазах одноклассника Чонгук видит блеск азарта и желание поиграть чужими чувствами, но всё равно тянется к нему через расстояние, удовлетворяя самолюбие одноклассника, подпрыгивает и всячески пытается забрать себе телефон. Там, в галерее, покоится хоть и смазанное, но сделанное фото Тэхёна! — Не смешно, Минхёк! — Да брось, Чон, ещё как смешно. Видел бы ты свое лицо! — его смех разносится чуть ли не по всей школе, приковывая к ним взгляды. Для Чонгука этот смех звучит подобно злодейскому из мультика. — Умора! Парень продолжает упрямо от него убегать, насколько позволяет узкий коридор, в котором они застряли, а Чонгук, подобно невинному малышу, идёт у того на поводу и таскается за Минхёком, больше напоминая мышку, что пытается напугать волка. И таких дополнительных условий для решения задачи никто Чонгуку не предоставлял, так что теперь верный ответ решения ускользает из его рук всё чаще и чаще, словно пятнадцатилетний школьник не может справиться с задачей для первоклассника. И не то чтобы он до сих пор решал несчастную задачу с яблоками. Теперь даже не в яблоках дело, а в скрытом бонусном решении, к которому он может прийти, если очень постарается: к чувствам, а не к двум оставшимся у отличника яблокам. — Прекрати! Минхёк усмехается. — Что ты там прячешь, Чон? Любовную записку? Чонгук замирает в мгновение и складывает на груди руки. Ему надоело бегать за одноклассником, которого угомонить могут только директор школы и собственные родители, так что решает пойти другим путём. Конечно, для этого требуется вся сила воли, но Чонгуку необходимо открыть бонусное решение задачи с двумя не совсем уверенными переменными, а для этого ему нужен его телефон. — Ага, для тебя, — и, пользуясь замешательством, кидается на него, но вновь просчитывается. Можно сказать, недооценивает противника и собственные силы против любимца физкультуры и всех спортивных соревнований. Минхёк ускользает от него в самую последнюю секунду. — Надоел! — А ты поймай, Чон. Что будешь делать, если я покажу эти фото твоему любимому Тэхёну? Чонгук хмурится и прыгает на него с ещё большей прытью, но в попытке вцепиться в телефон ещё крепче Минхёк делает только хуже – гаджет с оглушительным звуком падает на пол. Прямо под ноги того самого Тэхёна, который вздёргивает вверх одну из бровей и неспешно поднимает сломанный телефон под неморгающими взглядами Чонгука и его тупого одноклассника. В попытках не столкнуться лбами и не потерять телефон, они и не заметили, как практически выкатились к предмету обожания Чонгука прямо под ноги, при этом, очевидно, собрав пыль и грязь со всех стен коридора.

Немая сцена. Те же и Чонгук.

Про роли дракона, верного рыцаря и бедную принцессу все уже давно забыли. Да и не сравнится вблизи Тэхён с хрупкой принцессой, тем более в кожанке, с сигаретой и с подвороченными брюками у щиколоток. Чонгук старается не обращать на это внимание, как и на желание выпрямить его брюки. Через секунду глубокий голос и чужие слова заставляют Чонгука вздрогнуть и одновременно смутиться, а Минхёка покраснеть от стыда. — Завидуешь, что это я его любимый, а не ты? Минхёк от неожиданности издаёт какой-то странный звук, совершенно ни на что не похожий, но Чонгук не обращает на него внимание. Его взгляд прикован только к своему телефону в плену длинных красивых пальцев, и он с позором понимает, что поднять глаза выше никак не может – то ли боится, то ли стесняется. Условия задачи, в которых не было настолько крутых поворотов, бьют его поддых, заставляя растеряться на первые несколько секунд. Потому что решения такой конфузной ситуации у него нет, и как уйти из-под чужого взгляда незаметно он тоже не знает. Он ещё сам свои чувства познать в полной мере не может, поэтому решает выбрать меньшее из двух зол – кланяется в девяносто градусов, щебечет извинения за себя, за своего тупого одноклассника, за свой телефон и в мыслях добавляет «и за свои неумелые навыки в шпионаже». — Простите нас, — Чонгук замахивается на стоящего столбом одноклассника, даёт ему подзатыльник, и Минхёк без возражения отлетает вперёд головой и сразу кланяется. — Мы не хотели вам мешать. Простите. С перепугу оба задевают лбами свои дрожащие колени. Минхёк повторяет за Чонгуком: — Да, простите нас, Тэхён-сонбэ! Тэхён-сонбэ на это только закатывает глаза, играет телефоном в своей ладони и, вынимая сигарету изо рта свободной рукой, не совсем культурно тычет ладонью со злополучным и настрадавшимся телефоном в Минхёка — а тот от страха сразу же подбирается и выпрямляется, как в армии: — Свободен. А ты, — теперь телефон указывает прямо Чонгуку в грудь, — останешься здесь. — Но... Чонгук не успевает и слова сказать, как Минхёк благодарит сонбэ за великодушие и сматывается быстрее, чем самый мощный ветер в истории мира. Светит только его задница, которую Чонгук провожает ненавистным и завистливым взглядом одновременно. Оставаться с Тэхёном один на один в школьном коридоре, когда тот держит в руках его сломанный телефон, — то ещё удовольствие для его бедного сердца и нервной системы. — Но... сонбэ, перемена... — Что с ней? Действительно, она же никуда от него не убежит. Только закончится как раз через две минуты, которые, он уверен, пролетят в компании такого колоритного ученика быстро и незаметно. Только вот наказание за пропуск для Чонгука не пройдёт столь же бесследно и неуловимо. Тэхён говорит с ним открыто и дерзко, вновь затягивается и выпускает изо рта дым. Чонгук почти не моргает, наблюдая за каждым движением. И он решается на отчаянный шаг. Всё-таки... он точно смелый, но в какой-то мере ещё и безбашенный. — Она закончится через парочку минут, и... — И что? Чонгук ещё никогда в жизни не прогуливал уроки. У него в голове возникает мысль наплевать на Тэхёна и свой телефон, потому что ничего стратегически важного в нём нет, и пойти на уроки, но желание узнать, что из подобного их взаимодействия выйдет, подогревает интерес, взращивает интригу и заставляет безвольно сдаться под чужим давлением. Задача перестаёт быть приоритетной, как и желание сфотографировать Тэхёна в его крутом стиле вечного самовыражателя с сигаретой в зубах. Чонгук бы не стал, конечно, использовать фото в плохих целях. Посмотрел бы, повосхищался, возможно, подавился бы в какой-то момент собственными слюнями (примерно на пятый день залипания), а потом, конечно, удалил бы (читать как: распечатал бы в тройном экземпляре, чтобы один носить с собой, второй повесить над столом, а третий спрятать под матрас). С одной стороны у него икс: остаться целым и невредимым, пойти на уроки и не схлопотать наказание, сознаться маме, что потерял телефон. С другой игрек: остаться здесь, попытаться отстоять телефон, прикоснуться к прекрасному и, возможно, зарядиться подобной смелостью для самовыражения. И эти две прямые идут параллельно друг другу. — Ты же хочешь вернуть свой телефон, не так ли? — взгляд Тэхёна всё ещё прикован к Чонгуку, который от смущения не может даже вдохнуть нормально. Чужой голос возвращает его в реальность. Он вздрагивает. Кажется, краснеет. Но кивает в ответ на вопрос и делает это с такой неуверенностью, что Тэхён даже усмехается на подобное проявление смущения. Он не думает, что этот мальчик его боится, потому что уже не раз замечал его около себя с телефоном наперевес, но никак не мог его поймать. Всякий раз, когда Тэхён двигался в его сторону, Чонгук, словно волшебник, испарялся в толпе вместе со своими смешными круглыми очками. Но сейчас сама судьба велела им наконец пересечься, пусть и таким удручающим способом. Стекло на телефоне остаётся треснувшим, и почему-то Тэхён ощущает себя виноватым в этой ситуации, хотя даже с места сдвинуться не успел, когда перед ним развернулся подобный спектакль. — Ну? Тогда подойди и забери у меня его. Чонгук не верит, но всё равно делает один шаг вперёд. Ступает пусть и неуверенно, но зато смотрит только в глаза, показывая, что не боится какого-то старшеклассника и неожиданно прозвеневшего школьного звонка. Теперь уже бояться ему точно нечего – урок пропущен, телефон утерян, репутация подорвана настолько, что смело можно переводиться в другую школу. Тэхён усмехается и красиво уходит в сторону от рук Чонгука. В круглых очках блестят удивлённые большие глаза. И Тэхён не может не закатить глаза на подобное. Он множество раз видел в манхвах подобный блеск у персонажей, пусть они и оставались нарисованными, и никогда не верил, что так можно на кого-то смотреть, но Чонгук раз за разом доказывает ему обратное. Возможно, и тут сработает вечная классика и клише всех поколений, мол, в тихом омуте черти водятся. — И? — Тэхён вздёргивает бровь. — Чего же ты ждёшь? И протягивает в сторону Чонгука его смартфон, и он, конечно, ведётся, вновь двигается в его сторону, но спотыкается о собственные ноги, неуклюже переставляя их под взглядом старшеклассника. Тэхён вроде и смотрит как всегда на всех, но при этом Чонгук чувствует на дне тёмных глаз что-то такое, что заставляет его колени дрожать. И далеко не от страха, но он и думать про это не хочет. Особенно сейчас. Ему бы телефон вернуть, а не плавиться, как мороженое на солнце, над чужими омутами. Приходится лишь признаться себе, что это невероятно завораживает. Чонгук неуклюже взмахивает руками в воздухе, но успевает ухватиться за предплечья парня рядом и повиснуть на них, как обезьянка. Сердце в его груди и в ушах не перестаёт удивлять кульбитами и скоростью, а алый румянец в ответ окрашивает щёки и выдаёт все чувства Чонгука без утайки. — Думаешь, что победил таким способом? Голос Тэхёна сверху пускает волну мурашек. Чонгук чувствует себя главной героиней любовной дорамы, только на фоне не играет слащавая мелодия. — Это был нечестный отвлекающий манёвр. — Я не... Вовсе нет. Я не пытался... — Конечно, — парень усмехается и верит. Или делает вид, что верит, потому что по этому лицу невозможно прочитать никакие эмоции. Чонгук вновь залипает, когда Тэхён, выбросив сигарету, поправляет волосы пятернёй, толкает язык за щёку и, нависая сверху, издевательски тянет: — Интересно, что же мне сделать с нарушителем правил, а? Чонгук жмурится до белых точек перед глазами и пищит через силу: — Простить и отпустить. Я больше так не буду. Тэхён усмехается – это Чонгук слышит, а не видит сквозь сомкнутые до сих пор веки. Он дрожит, как мышка, и предмет его воздыхания делает попытку стянуть с его носа смешные круглые очки, перекрывающие весь обзор на заинтересовавшее лицо. Чонгук пытается воспротивиться, но против такого старшеклассника он пойти не сможет, поэтому покорно даёт снять с себя стёкла и вздыхает. Он открывает глаза, и Тэхён присвистывает. — Ничего себе. Чонгук отводит взгляд и поджимает губы. — Да, они толстые, но это не повод смеяться надо мной! Отдай! Но попытка вновь проваливается, когда Тэхён прижимает его к подоконнику поясницей и, играясь с очками, склоняет голову набок. Смотрит только на лицо, и размер стёкол его сейчас явно не волнует так сильно, как этот мальчик. — Я говорил не про очки. Ты же выглядишь без них... лучше. Чонгук закатывает глаза. Вот в чём кроется подвох такого Тэхёна, идеального в представлении Чонгука. В том, что в высказываниях он – как все. Банально. Клише. Чонгук отшатывается от него в мгновение, и Тэхён не успевает ничего сделать. Без очков, может, он и выглядит лучше, но без них придётся открыть своё лицо всей школе, смотреть на всех без привычных стёкол, которые создавали ощущение защищённости. И без очков.. может, и лучше, но Чонгуку нравятся его очки. — Ну и что? Его вопрос вырывается раньше, чем он успевает его обдумать. Резко, даже слишком, выхватывает очки из чужих рук и двигается по коридору в обратную сторону. Его не так сильно обидели слова, как сам факт того, что Тэхёну он не нравится. Преждевременный, конечно, вывод, но иначе клише не было бы клише, а классика не оставалась бы классикой. Телефон он забывает в руке Тэхёна, но в этот раз парень слишком расстерян внезапной вспышкой, чтобы догнать и отдать чужую вещь. Слова прозвучали грубо? Тэхён стоит в коридоре один какое-то время, пока к нему не присоединяются друзья. Один хлопает его по плечу, второй заинтересовывается телефоном и так по кругу, пока вопросы не начинают раздражать. Тэхён отмахивается от них и убирает чужой гаджет в карман – в конце концов, вина всё ещё гложет его из-за разбитого экрана, а теперь ещё и за то, что обидел такого милого мальчика, пусть тот регулярно и бегал за ним с камерой.

📱

На следующий день Тэхён выискивает в толпе знакомую макушку и круглые очки, но, как и всегда, найти Чонгука оказывается задачей не из лёгких. Он даже не знает, в каком малец классе, и это заставляет его невольно разозлиться, хоть причины для этого, конечно, никакой нет. Перемены проводятся у лестниц, глаза ищут Чонгука, а ладони от нервов потеют чаще, чем раньше. Да и волнения подобного Тэхён никогда не испытывал. — Пятый, пятый, это Сокол. Объект обнаружен в столовой. Тэхён закатывает глаза, когда его друг орёт ему из динамика телефона. Те вдруг вбили себе в голову, что их друг влюбился в прекрасного мальчика из класса младше, и теперь караулит его для того, чтобы признаться или пригласить на свидание. Почему-то это воодушевляет их больше, чем самого Тэхёна, но мешать друзьям развлекаться на переменах, тем более если они ему помогают, он не станет. Сбрасывает звонок и спешит в нужную сторону. Чужой телефон приятно оттягивает карман, и Тэхён беспокоится, что же Чонгук делал целый вечер без своего гаджета. Вдруг сильно расстроился? — Любовь – это так прекрасно, друг, — Суджин закидывает свою руку на плечо Тэхёна, когда тот показывается в столовой. Чонгука он видит сразу. Сердце тут же начинает бешено стучать везде, где находит выход наружу, и волнение на лице отмечает, конечно, вездесущий лучший друг. — Точно втюрился, смотри! Э-э, Тэхён, что это с тобой, а? Тэхён с напускным отвращением на лице сбрасывает с себя чужую конечность и спешит пересечь столовую, чтобы оказаться за столиком Чонгука раньше, чем это сделают остальные, но другие ребята почему-то обходят его стороной, косясь, как на нечто неприметное или слывшее дурными слухами, и это совершенно Тэхёну не нравится. — Тэ-тэ! Клише. Удар поддых, который, конечно, сейчас должен рассорить главных героев до конца истории, но… Перед ним останавливается одноклассница. Условия задачи вновь усложняются. Появляется некая, про которую известно следующее: 1) про неё точно никаких дурных слухов не бегает по школе, все её любят, она красавица, из хорошей семьи и по уши влюблена в задиру школы; 2) ухоженная, перспективная, блондинка и ничуть не тупая, как обычно про это говорят; 3) джиын достаточно хороша, чтобы стать студенткой гарварда или чего-то похожего, заслужить титул «мисс корея» или брать выше. королева, красотка и волонтёрша.

Кли-ше.

… Тэхён закатывает глаза, потому что сейчас ему важнее увидеть Чонгука, а не разговаривать с одноклассницей, с которой они уже пересекались на трёх скучных уроках. — Джиын, потом. И обходит застывшую в смятении девушку, чтобы направиться в сторону стола Чонгука. Тот его не замечает, смотрит только в тарелку и поправляет свои милые очки, постоянно сползающие на переносицу. Кажется, даже носом шмыгает, и это слышно, когда Тэхён подходит слишком близко. — Эй, прелесть, — его слова, пусть и не разлетаются на всю столовую, доходят до ушей Чонгука, и он резко поднимает голову. Его глаза блестят под очками, и Тэхён понимает, что вчера сморозил глупость, когда сказал, что ему без них намного лучше. — Чего тебе? На него явно обижены. И Тэхён собирается это исправить. Садится напротив, но не спешит отдавать телефон под столькими любопытными взглядами. Ему кажется, что эта деталь должна остаться между ними, как что-то личное. Конечно, они привлекают внимание своими немыми переглядываниями. Тэхён сидит напротив него вальяжно, закинув ногу на ногу, в распахнутом пиджаке и свисающем кое-как галстуке на шее. Рубашка висит свободно и не заправлена под брюки. Причёска словно специально растрёпана, но выглядит в его образе гармонично и привлекательно. А Чонгук же… как обычно. Главная его особенность сегодня – отсутствие в кармане телефона. И никакого желания писать контрольную по математике после обеда. Да и за пропуск урока вчера его заставили писать доклад и рассказывать его перед всем классом через три дня. А Тэхёна словно и вовсе не волнует то, что он прогулял вчера урок, потому что, Чонгук уверен, никуда после его ухода парень не пошёл. Они слишком разные, так ведь? Клише. — Встретимся на крыше через десять минут, прелесть. И Тэхён, взболомутивший воду, встаёт резко, отчего стул неприятно скрипит ножками по полу, и уходит. Оставляет его в неведении, полном недоумении и желании скрыться. На него смотрят теперь с интересом, пусть и тот выглядит на фоне всё ещё присутствующего лёгкого отвращения жалко. Его рассматривают только из-за Ким Тэхёна, и опять этот старшеклассник прибавил ему проблем. Лучше бы он и дальше пытался сфотографировать, но ближе не подходил бы. Так было бы намного проще. А сейчас за сутки с ним случилось столько, что и пальцев не хватит пересчитать всё.

📱

Чонгук выходит на крышу через пятнадцать минут. Специально стоял за дверью и выжидал, чтобы помучить нервы бедного парня, хотя и понимал, что особо этим ничего не добьётся. Тэхён вряд ли испугался бы опоздания. Но первое, что Чонгук видит в глазах напротив, облегчение. Как и следуемый за этим выдох, словно тот самый популярный парень и бунтарь действительно переживал, что Чонгук не придёт сюда. — Я уж думал, что… Клише, да? Чонгук усмехается. — Что я не приду? — его самоуверенность и нервозность на фоне настолько очевидна, что заставляет Тэхёна беззлобно улыбнуться и закатить глаза. — Испугался? Последняя фраза похожа на удар на добивание, и Чонгук этого не осознает, пока Тэхён с достаточно ироничной усмешкой не поднимается со своего места. Он превосходит в росте, в возрасте, наверняка и в уровне интеллекта (в том смысле, что Чонгук, конечно, умный, но не изучал программу выпускного класса). Хотя некоторые старшеклассники поражают своими умственными способностями и сдачей всех хвостов с подачи лёгкой руки и нереального везения. Если окажется, что Тэхён из подобных везунчиков, то места для восхищения точно внутри бедного мальчика уже не останется. Ко всему прочему, сейчас условия задачи резко меняются, и перед ними уже нет лишних значений и переменных, нет преград или неловких попыток сфотографировать незатейливо предмет своего восхищения и воздыхания на старенький телефон. Теперь этого телефона у Чонгука нет, а у телефона явно нет целого экрана, а на новый просить денег у родителей слишком стыдно. Признаваться, что просрал мобильник в попытках не опозориться перед крашем… Смущающе, на самом деле. Тем более признаваться перед родителями. Смешно. Особенно для почти шестнадцатилетнего парня, который краснеет от любого пошлого слова. Не научился ещё сдерживать свои гормоны, неуместные смешки, красные щёки. И влажные глаза за стёклами очков он пока тоже не умеет скрывать, из-за чего бывает похож на девочку из аниме. Условия задачи в этот раз предельно просты: 1) чонгук, который стоит напротив с красными щеками и бегающими глазами, толстыми стёклами, сжатыми в кулаки пальцами и ощущением, что потные ладони вытирать о брюки будет не очень красиво в данной ситуации; 2) тэхён, который тоже стоит напротив, но более вальяжно, словно король, засунув руки в карманы своих джинсов, зачесав назад чёлку и открыв вид на лоб (из-за чего чонгук едва не ловит микроинфаркт раз за разом); 3) крыша школы, на которой они одни; 4) расстояние, которого, протянув руку, будет достаточно, чтобы дотронуться до стоящего напротив. Всё предельно просто. Одна постоянная — это Чонгук, а вторая – Тэхён. Если их совместить, то под знаком вопроса окажется сумма третьего и четвёртого пункта, а ещё мыслей самого Тэхёна, который намерен из этой встречи сделать мини-версию их свидания. Так что крыша школы и минимальное расстояние между ними превращаются в завуалированное признание в симпатии, что Тэхён, конечно, пока озвучивать не будет. Присмотрится к мальчику, даст привыкнуть к своему присутствию и тому, что факт подглядывания он, как жертва сталкеринга, прекрасно замечал, замечает и будет замечать (если Чонгук не перестанет этим промышлять). Тэхён делает ещё один шаг и улыбается, потому что последний вопрос Чонгука похож на упрёк, но распахнувшиеся в ту же секунду большие глаза говорят о том, что слова мальчик явно не контролировал. Это заставляет то ли умилиться комичному выражению лица, то ли рассмеяться от нелепости, но Тэхён старается сдержать все свои эмоции внутри. До сих пор помнит, как Чонгук обиделся на толстые стёкла, хотя речь тогда шла не о них вовсе. Да и Тэхён не замечал, что стёкла очков у мальчика настолько толстые, что впору было бы смеяться над ним за это. Он и сам какое-то время носил позорные очки, прятался по углам в начальной школе, лишь бы не смеялись над ним, сидел только на первых партах и не пользовался особой популярностью. А потом он открыл для себя великий мир линз, крутой одежды и честно заработанных на летних каникулах денег. — Это я испугался? — его вопрос выходит ещё более удивлённым, чем вопрос Чонгука. Задача вновь меняет свои условия, но к этому всему присоединяется и желание Чонгука поскорее сбежать отсюда. В его голове отчаянно бьёт в тарелки обезьянка, истошно орёт и не может подсказать, что делать сейчас. Стоит ли вообще рот открывать? Или можно огрести ещё за что-то? Его мозг работает быстрее, а адреналин от страха в крови повышается, циркулирует, заставляя мысли внутри лихорадочно и хаотично бегать в голове. Чонгук жуёт нижнюю губу всего секунду после вопроса, а язык уже тянет ответить дерзкое и смелое: — А кто? Я, что ли? Условия задачи вновь перетасовываются. Остаются только Чонгук, Тэхён и желания обоих, которые пока никак между собой не пересекаются. Тэхён усмехается. Ему кажется, что этот мальчишка хочет над ним просто поиздеваться, но по глазам видит, что Чонгук сам от себя в шоке. Времени тянуть ещё больше нет, так что он с усмешкой отходит к ограждению и присаживается на бетонную подставку. Чонгук осторожно следует за ним, но оборачивается через каждую секунду, проверяя открыта ли ещё дверь. Он в любой момент может отсюда сбежать. Тэхён не станет его останавливать. Но, как только его задница оказывается прижата к горизонтальной поверхности, Тэхён заставляет его напрячься, когда отворачивается и копается в своём рюкзаке. Чонгук уже думает, что сейчас его будут наказывать за дерзкие слова, но Тэхён удивляет его вновь. Чтобы задача медленно не переросла в физику, где одному (Чонгуку) надо будет в активном порядке из пункта А (крыша) попасть в пункт Б (дом), а второй (Тэхён) будет всеми силами пытаться увеличить свою скорость в два раза, чтобы быстрее добраться до первого (Чонгука, соответственно). Нужно будет всего лишь найти скорость первого, второго и то, за какое время это всё осуществится. Но в физике Чонгук не силён, а Тэхён старается этот кабинет вообще стороной обходить, так что считать скорость, работу или энергию по законам Ома или Ньютона они точно не будут. Если Тэхён и знает какой-то закон из физики, то это только тот, что придумал Архимед – после вкусного обеда полагается курить. Поэтому вместе с чужим телефоном достаёт для себя и тонкую сигарету. Глаза Чонгука распахиваются ещё шире, когда Тэхён зажимает её между губ. Телефон в его руках почти как новый: кто-то любезно сменил разбитый экран на новый, а Чонгук даже подозревает, кто бы это мог быть, но на старшеклассника рядом старается даже не коситься. — Что это? Тэхён фыркает. — Не узнаешь свой телефон? Ты вчера оставил его мне, но такие технологии никому и даром не нужны. Чонгук сглатывает, когда смотрит на чистый экран без трещин и царапин. Он видит своё отражение и эти дурацкие очки на носу, видит, что он выглядит в них нелепо, и тянется, чтобы сконфуженно убрать их в рюкзак, но Тэхён останавливает его. Мягко обнимает за запястья и отводит в стороны. Его улыбка широкая и поддерживающая, хотя Чонгук до этого момента даже и не знал, можно ли так улыбаться. — Не издевайся, — успевает сказать раньше, чем Тэхён открывает рот. Чонгук отводит голову назад вместе с руками, уходя от прикосновений. Тэхён всё ещё смотрит на него так внимательно, словно видит насквозь. — Скоро урок начнётся. Мне пора. Но у выхода с крыши его задерживают, а Чонгук слишком смущён, чтобы поворачиваться лицом. Он рад, что Тэхён не напирает на него и не заставляет смотреть в свои глаза. Видимо, прекрасно понимает, что его щёки похожи на два спелых помидора в жаркой теплице. Даже прохладный воздух на крыше не помогает остудить голову и мысли. Приятно очень знать, что Тэхён заботится о нём таким образом. Что подумал про телефон, починил его, отдал обратно в такой… уединённой обстановке. Чонгук – хороший мальчик в отличие от Тэхёна. Он не прогуливает (один раз не считается), не конфликтует с одноклассниками (тот дурак не в счёт), всегда делает домашнюю работу (нечего возразить) и регулярно (аж два раза в неделю) ходит в шахматный клуб недалеко от школы. Тэхён может записаться вместе с ним, чтобы было интереснее, но предложить это Чонгук не сможет никогда в жизни. Условия его задачи предельно просты, как и решение. Оно у него всплывает в тот момент, когда через неделю Тэхён хлопает ладонью по столу на обеде в столовой, где собралась половина школы, и показывает опешившему Чонгуку билеты в кино. На последний ряд. В большом зале, на ночной сеанс, через два дня и на какую-то слащавую мелодраму. Чонгук поднимает глаза и видит, что в этот раз Тэхён заправил рубашку в классические брюки, поуже затянул галстук, но тот всё равно болтается на нём, как удавка, но усмехается всё ещё так, словно хочет у него стрельнуть сигареты. Никаких других переменных рядом с ним нет и не будет, потому что Джиын понимает с первого раза и не претендует больше. Стёкла очков заменяются на линзы не сразу, а постепенно, ближе к выпуску Тэхёна, и уж точно все обратили внимание на его маленького любимого мальчика.

Условия:

1) есть он. то есть, чонгук. то есть, тот самый отличник, ботаник и мистер-деньги-на-бочку-даже-с-линзами-всё-ещё-очкарик;

2) ким тэхён, всё ещё тот самый хулиган, задира и выпускник;

3) яблок у них так и нет, но, определённо, чувство притяжения присутствует и уже даже не в одну сторону, а в обе.

Решение:

чонгук + тэхён = ?

— Тэ! — недовольный голос Чонгука заглушает хриплый смех, и парень спешит стереть каракули, которые рисует от скуки на полях его тетради по математике Тэхён. В рисунках нет никакого смысла, а Чонгук слишком много учится в последнее время. Спешно и быстро, рваными штрихами, он вновь царапает острым карандашом на перестиранных ластиком полях:

x + y = ?

x – чонгук

y – тэхён

чонгук + тэхён = ?

? – сто лет вместе =>

чонгук + тэхён = сто лет вместе

=> ♡