Гріє яскравіше за сонце!

Самое ужасное, это когда ты видишь проблему человека, а сделать ничего не можешь -мам, я уже говорил, что не имею ничего против твоих мужчин! Просто пусть это не касается меня. Делай что хочешь, -говорит Хан в трубку матери, идя по набережной вместе с его другом Чаном. Старший просто игнорирует этот разговор друга с матерью до того момента, пока Джисон не скинет трубку, не достанет сигарету с пачки, подожжет её и не закурит, пуская сигаретный дым по улице. -и часто у тебя такие с матерью стычки?, -спрашивает, поднимая глаза, будто хочет помочь, но не знает чем. Но он знает. Парень знает всё: чтобы Хан ему не рассказывал, старший везде мог найти решение и ответ. Младший все шутил, что Чан будет его личным психологом. Но на самом деле, так и было. Старший мог решить абсолютно любое дело без криков и драк, он был самый спокойный из всех знакомых Джисона, и это было тем, что Хан так ценил в своем друге. Темноволосый знал и про проблему в семье младшего, но не знал что сказать: Вот по вашему мнению, что можно сказать человеку, которого все дество били всем чем попало, мать водила своих мужиков домой и первое время даже не стеснялась заниматься с ними сексом при ребёнке! После, когда она поняла, что детя отпугивают, она просила сына пойти прогуляться пару часиков, посидеть у друзей и так далее. Что нужно сказать человеку, который рассказывает тебе о том, как его насиловал брат? Или о том, как до него домогался сын одного из мужчин его мамаши!? Да ничего стоющего ты тут не скажешь. Может быть, ты поспоришь со мной, скажешь такому человеку, мол: прими это как опыт, это было и больше не будет, ты не допустишь этого, отпусти это! Но поверь, это никак не поможет. Мысли съедали и не забывали о крошках на пальцах, жить было не возможно. Одна мысль о том, что ты грязный, что ты уже испорченный, что ты больше никогда не сможешь никого к себе подпустить, убивало. И Чан знал об этом, поэтому просто молчал и смотрел с надеждой, что когда-то, Хан все таки сможет хоть чуть-чуть это отпустить. Хоть чуть-чуть, самую малость. -почти каждый день, я привык уже, ничего страшного. -понял. Чан и ответить ничего не мог, и обнять не мог: его друг ненавидел прикосновения. Хан не позволял никому, в том числе и ему лучшему другу, прикосаться к нему. Максимум-пожатие руки. И не больше. Джисон просто боялся прикосновений и рук людей. Он уже и не помнит, когда в последний раз обнимал кого-то. Наверное, это было около... Полгода назад(?) Хан и сам не знал. -который час? -20:39, -неспеша отвечает млаший, аккуратно поднимая взгляд на Чана и смотря ему в глаза. -скоро домой тебе? -сейчас. Он просто ушел, бросив резкое "до завтра" и скрылся за поворотом. Теперь, он один на один со своими мыслями, на целую ночь.