We can handle it

      Глубокая ночь.       Дилан даже не пытается заснуть, просто лежит на своей кровати, повернувшись к стене. Он не был достаточно близок с Брендоном, но то, что произошло, сильно ударило по его эмоциональному состоянию. Не помогало и то, что с Ло практически случилось то же самое. Не важно сильнее ли мироходцы обычных людей, как успокаивала его Шэрон, он всё равно молился всем богам, чтобы Лололошка проснулся.       Три дня. Целых три чёртовых дня. Никаких изменений в состоянии шатена. Неутешительные выводы. Врачи тоже не верили. А сам Дилан чувствовал себя беспомощным, бесполезным и это отвратительно. Что ещё хуже, сейчас он просто боится смотреть на Ло и это так неправильно. Геймер хотел закрыться, хотел не чувствовать себя так паршиво, но уже поздно. Заниматься этим нужно было в самом начале. Не открываться прилипчивому, заботливому, очаровательному соседу. Тогда, быть может, всё сейчас было бы хорошо. Ну или хотя бы не настолько хуево.       Но вот он просто лежит и смотрит в стену. Должен поговорить, успокоить, поддержать. Но трусит. Боится. Хотя это Лололошке плохо, это он попал в аварию, испытал сильнейший шок, а сразу после всего этого дерьма узнал, что человек, с которым он ехал скончался.       Дилан просто отвратительный парень. Чем он вообще нравился Ло? Может стоило поговорить об этом и... Да о чем он сейчас думает? Программист с силой надавил на переносицу, чтобы прийти в себя.       Стоило хотя бы попробовать заснуть, а завтра... Завтра они обязательно поговорят. Желательно обо всём.       Пытаясь попасть в царство Морфея, Дилан почувствовал небольшое движение на краю кровати. Не зная Лололошку на столько хорошо, он бы знатно обосрался, но брюнет уже выучил многие привычки первокурсника. Например, перемещаться тихо-тихо, да так, чтоб испугался любой от внезапного появления человека за своей спиной. Ло видимо даже не осознавал этого, просто бессознательно делал свою походку беззвучной. В общем, второкурсник не сильно испугался, хотя это было неожиданно, да.       Что ещё было неожиданным, так это то, что казалось только руки шатена лежали на кровати, а сам он сидел на полу. Обычно он хотя бы касался пальцами, но сейчас вёл себя очень отстранено. И это коробит что-то внутри Дилана. Его парень был очень тихий, подавленный, совсем не такой, каким должен быть.       Они оба знали, что Дилан не спал. Так что очевидно, что Лололошка начал рассказывать именно ему, а не просто так в пустоту. То, что эколог практически никогда не делился своими переживаниями, означало, что Дилан просто обязан был его выслушать. Потому что это признак огромного доверия со стороны Ло.       – Мы общались за день до этого, – голос был пустой, от чего брюнету стало не по себе. – Он рассказал немного про своё детство, рассказал почему не может починить свою машину.       Дилану определённо не нравилось куда это шло, где-то в подсознании он уже сделал свои выводы, но молился, чтобы они оказались не правильными.       – Я предложил ему помочь волонтерскому центру, меня как раз в этот день спрашивали, есть ли в знакомых кто-то умеющий водить и со своей машиной, – продолжал свой рассказ Лололошка.       – И он с-согласился, – голос надломился. – Сказал, что его дедушка вероятно был бы счастлив, если бы он дал Ласточке второй шанс, – голос дрожал, еле выговаривая некоторые слова.       – О-он сказал, что починит машину за одну ночь и действительно п-починил её, – были слышны слезы.       Не выдержав, Дилан поворачивается в сторону Лололошки. И представшая картина разбивает ему сердце на миллиарды осколков. Его парень, его любимое солнце сидело перед кроватью и плакало. Лицо расположилось на руках, а по нему нескончаемо бежали слезы, в то время как взгляд, казалось, смотрел в никуда. Всегда жизнерадостные глаза, светившиеся изнутри, были потухшими.       Осторожно, стараясь не напугать, Дилан мягко касается руки Ло. От этого первокурсник заметно вздрагивает и взглядом впивается в глаза программисту. Сейчас в них отражалась лишь безнадёга.       – Это всё моя вина, – яростно начинает шатен. – Если бы не я-       Договорить ему не дают, так как его резко перебивают.       – Нет, – крепко сжимает дрожащие руки и повторяет, уверенно глядя в глаза напротив. – Нет. Ты не виноват. Это могло произойти с Брендоном и на каршеринге. Просто так получилось. Такое вот стечение обстоятельств места и времени.       – Ты не понимаешь, – Лололошка яростно мотает головой в разные стороны. – Я видел двух мужчин. Они, казалось, знали, что я был там, рядом с ними. Хотя на самом деле я без понятия, где мы находились. Они хотят вернуть меня, как-то вытащить из этого мира. Понимаешь? Я снова написал заметку, чтобы не забыть. Они говорили про какую-то загадку, что заберут меня, когда земля оденется в белое платье, рядом со спящим енотом.       – Они как будто подстроили это. Я не знаю как, но... – чуть промолчав, он продолжил, говоря хриплым голосом, так тихо, будто надеясь, что Дилан не услышит. – Они вероятно рассчитали всё до мелочей и если бы я был один...может...       Из его глаз с новой силой полились слезы.       Всё это время Дилан крепко держал чужие, обычно горячие руки, что сейчас были слишком холодные, подрагивающие. Он решил дать высказаться своему парню, но мысли путались. Его хотят вернуть? Забрать у Дилана? Он не хотел. Не после всего.       Сильно закусив губу и зажмурившись, он почувствовал, как Лололошка заполз на кровать. Открыв глаза, перед ним предстало обеспокоенное лицо. Даже слезы перестали течь. Вот всегда он так, когда кому-то плохо, сразу забывал о своих проблемах.       Притянув Ло, программист сильно прижался к телу парня.       – Не хочу, чтобы ты уходил, – шептал он в ухо экологу. – Не хочу, чтобы ты оставлял меня. Л-Ло, пожалуйста. Я не смогу без тебя. Не после всего, что мы пережили. Не после того, что мы узнали. Не после случившегося.       Он замолчал, крепко прижимаясь к подтянутому телу. Будто тот прямо сейчас раствориться в воздухе, будто это их последняя встреча.       Никогда Дилан ещё не чувствовал себя на столько уязвлено, никогда так не доверял, не нуждался в ком-то. Он уже решил открыться. Так какой смысл держать всё в себе, если Ло может просто пропасть?       – Я люблю тебя, Ло, безумно люблю. Я не представляю, как буду жить без тебя. Даже если мне сотрут память, думаю, они таким образом просто вырвут моё сердце и я буду опустошен, – У него самого на глазах слезы. Какой отвратный день. Хотя нет, отвратная неделя. Он просто хотел, чтобы всего этого не произошло, но они здесь и ничего уже не изменишь.       – Дилан, ты потрясающий, – Ло начал хихикать, видимо уже истерически, от переизбытка эмоций.       Программист удивлено уставился на мальчика. Хотел уже что-то сказать, как Лололошка продолжил.       – Я чувствовал себя просто отвратительно, да и до сих пор так себя чувствую, но ты, – он прижался ко лбу, чуть соприкасаясь носами, и смотрел прямо в серо-синие глаза, что сейчас казались абсолютно чёрными. – Ты просто вытаскиваешь меня из этого болота. Я не знаю где был бы сейчас без тебя.       Улыбнувшись, он поцеловал Дилана в лоб.       – Я тоже люблю тебя, – шепчет первокурсник, смотря такими любящими глазами, что и никаких слов не требуется. Но даже так, табун мурашек проносится по телу Дилана. Разве мог он отпустить этого человека? Вызывавшего в нём просто невероятную бурю эмоций, казалось наполняя всю его жизнь яркими красками.       – Мы обязательно узнаем, как решить эту ситуацию, – уверено продолжил его парень. – Но не сейчас. Сейчас я хочу насладиться сном в обнимку со своим любимым человеком, – и улыбается широко-широко. Ну и как в такого не влюбиться?       Ответ: никак.       Так что, решив оставить всё на завтра и наконец отдохнуть от пережитых эмоций, они, крепко прижавшись друг к другу, медленно погружались в сон.