mon Chaton ronronne (мой Котёнок мурлычет - фр.)

      Свечи прогорели, вкусный ужин из жареного раклета, который пришлось с боем отбирать у Плагга, и нежных морских гребешков остыл, лепестки роз унёс прохладный ветерок, бутоны красных роз на расстеленных подушках стали увядать. Не пришла. Даже не позвонила. Не вспомнила. Нуар задвинул свой супергеройский гаджет, снова превращая его в компактный тубус, поднял взгляд на небо, в котором уже давно гасли звёзды и занималось зарево рассвета. Ни одного нового сообщения, ни единого звонка. Глубокий, судорожный вздох. С тяжёлым сердцем Адриан Агрест поднялся с настила крыши, подошёл к краю и, выдвинув шест, слился с мраком тихих улиц.       Ветер свистел в ушах - и в собственных, и в тех, что давал ему Плагг, усиливая все звуки в несколько раз. Вот они, такие восприимчивые и чувствительные, дёрнулись в направлении слишком отчётливого всхлипа. И прозвучало в этом звуке что-то знакомое, что заставило остановиться и внимательней прислушаться.       - Я же обещала прийти... А он, наверное, давно уже ушёл... Да как я могла! - сбивчивый шёпот, тихое шмыганье носом, - Забыла! Напрочь забыла! Дура! Растяпа! Как теперь смотреть ему в глаза? Он больше не придёт... Он будет меня ненавидеть!       Новое рыдание уцепилось за что-то в груди и дёрнуло вперёд, побуждая двигаться на звук. Нуар спустился по водостоку на несколько этажей ниже, спрыгнул на перила чьего-то балкона, своими мягкими, бесшумными шагами подобрался к углу и уселся, как самый настоящий кот. Лишь размером великоват. Глаза, сверкающие зеленью в темноте и выхватывающие любое движение даже в самой непроглядной ночи, уцепились за силуэт девушки, сидящей на огороженной решёткой, открытой мансарде в окружении огоньков самых обычных гирлянд. Они лишь слегка подсвечивали молочную кожу плеч и тёмные волосы силуэта, обнимающего колени и уткнувшегося в них лицом. Вот только кошачьему взору было чётко всё видно - его неуверенная в себе одноклассница-катастрофа, неуклюжая, которая всегда старалась не выделяться среди других, но с другой стороны была очень дружелюбной, отзывчивой, хоть и стеснительной. Адриану она всегда казалась немного милой, а в последнее время всё чаще и чаще он стал задерживаться на ней взглядом, когда они находились в колледже на занятиях.       Руки сами выхватили шест из поясного крепления. Прыжок по дуге, приземление на перилах. Теперь он невероятно чётко видит хрупкие вздрагивающие плечи.       - Эм-м... привет. - рука в когтястой перчатке сама тянется к затылку, ерошит светлые волосы, губы растягивает виноватая улыбка кота-обольстителя.       Резкое движение головой, огромные голубые глаза полные слёз, припухший нос и искусанные губы.       "Нет, Адриан, ты обманывал сам себя. Иногда Маринетт бывает невероятно милой, прямо как сейчас."       - Супер-Кот?!.. - старается быстро вытереть глаза и нос, чтобы не показать своих слабостей, - Но... что ты... Что ты здесь делаешь?       - Был в патруле, пробегал мимо. Услышал, как ты плачешь, а негативные эмоции привлекают акум...       - Да-а?.. - Маринетт снова шмыгает носом и спохватывается, - Да! Чёрт! Прости-прости, я всем доставляю хлопоты и проблемы... и тебе больше не нужно переживать! - она слегка отползает назад, упираясь спиной в облицованное перекрытие мансарды, выставляя руки перед собой и пытается улыбнуться, - Вот, видишь? Я уже больше не расстроена, совсем-совсем!       Но он видит, что за её улыбкой кроется виноватая гримаса. В уставшем мозгу промелькнула мысль, что завтра не нужно в колледж, репетитор по китайскому языку приедет после обеда... Решение задержаться родилось само собой, как и спокойная улыбка на губах. Плавные и тягучие движения самого настоящего кота на миг делают фигуру парня текучей, как вода, пока он мягко спускается с перил, бесшумно подходит и усаживается рядом на деревянный настил, так же откинувшись спиной на перекрытие.       - Я побуду рядом, чтобы ты успокоилась. - совершенно очаровательная, клыкастая улыбка.       - Спасибо... - тихий ответ. Маринетт снова подтянула колени к себе и уткнулась в них подбородком, скосив глаза в сторону внезапной компании. Компании парня, по поводу которого сокрушалась всего минуту назад. Ей было стыдно и неудобно перед ним.       - Что тебя так расстроило? - осторожный вопрос.       Девушка удивлённо подняла голову и уставилась во все глаза на Нуара. Этот блохастый нахал может быть... чутким? Несколько секунд он не двигается, глядя в сторону зарождающегося на горизонте зарева и Маринетт чётко видит скрываемую им грусть. Потому что... потому что прошло уже достаточно времени и она хорошо знает своего напарника. Кот повернулся, не услышав ответа:       - Если не хочешь говорить, то я не стану осуждать...       - Я сильно подвела одного своего хорошего друга. - четко проговорила она, глядя точно в зелёные глаза с вертикальными зрачками, - Такого друга, в руки которого я без сомнений могу доверить свою жизнь. Могла...       Её взгляд снова заволокло поволокой слёз и Маринетт поспешила отвернуться, давя новые всхлипы. Когтистая лапа уверенно легла на плечо, осторожно прижала к широкой груди, пока девушка закрыла лицо руками.       - У меня тоже есть такой друг. - спокойно говорит Нуар, - Каждый раз, при каждой встрече, снова и снова я доверяю ей свою жизнь. Я даже в неё влюбился, как последний дурак... - Маринетт внезапно прекратила всхлипывать, замерев от услышанного, - И знаю, что она не может ответить мне взаимностью, но всё равно продолжаю свои попытки обратить её внимание на себя. Может, во мне ещё живёт надежда, что в будущем я смогу добиться её расположения.       - Не оставляй своих попыток, Кот. - тихо говорит девушка, уткнувшись в его плечо, - Может оказаться и так, что она ослеплена кем-то другим... Но когда прозреет, уверена, она сможет рассмотреть тебя. Ты же, на самом деле, такой замечательный!..       - Спасибо. - в его голосе слышно улыбку, - Ты никому не скажешь?       - Нет. - она качает головой, уткнувшись лбом в сильное плечо, - Не скажу.       Возможно, это было неправильно - говорить о себе в третьем лице, но сказать Нуару хоть какую-то часть правды было приятно. Если бы не Адриан, так плотно присутствовавший в её жизни, Маринетт давно бы поддалась на все кошачьи чары и слегка помпезные ухаживания. Возможно, это было несправедливо - что им приходится скрывать друг от друга реальные личности. Ведь, если бы только Кот узнал, если бы увидел, что та в кого он влюбился - абсолютная растяпа, которая не может и пары слов нормально связать, когда волнуется... Если бы Кот только знал... то не считал бы её такой привлекательной. Или всё сложилось бы наоборот? Что бы он сделал?       "Ничего. Он не стал бы смеяться. Потому что Котёнок, а я знаю точно, предан мне как никто другой... никто... никогда... какой приятный звук..."       И хоть это было одной из множества способностей, которые давал ему Плагг, Адриан никогда не пробовал использовать её специально. Так, было - вырвалось пару раз, стоило его Леди удачно приземлиться сверху или случайно прижаться как следует во время битвы с акумами. С тех пор он учился контролировать эту вибрацию в груди, которая, стоило лишь слегка резче выдохнуть, вырывалась из нутра соответствующим звуком, издаваемым всеми представителями семейства кошачьих. Сейчас Нуар делал это специально, чтобы успокоить одноклассницу. Когда девушка на его плече стала дышать более расслабленно и слегка повернула голову, устраиваясь удобней, а её рука спокойно скользнула ему на живот для удобства, Нуар опустил взгляд, чтобы полюбоваться результатом. Маринетт мирно спала, слегка приоткрыв губы. Спокойная, расслабленная. Адриан позволил себе глубокий вдох, усиливая естественную кошачью способность, чтобы девушка не проснулась, убаюканная этим звуком, пока он будет осторожно спускать её в комнату и укладывать под одеяло. Что он чувствовал, когда смотрел на неё спящую? Она просто вызывала спокойную улыбку, в то время, как сердце болело о другой. Как и у неё - о нём. В смысле, как об Адриане, а не Супер-Коте. Доска с коллажем его модельных фотографий только подтверждала эту теорию.       - Город скоро проснётся, я должен идти. - прощаясь шёпотом, Нуар выскользнул в люк-окно над кроватью и уже на перилах мансарды обернулся с улыбкой, - Ещё увидимся, Маринетт Дюпен-Чен!..