Фиолетово-красный

Сперва Гэвин не особенно волновался. Он разобрал ящик с бельём — довольно спокойно, — затем приступил к поискам на полках в шкафу — более интенсивно — и закончил лихорадочными метаниями по небольшой квартире. — Куда же он подевался, — бормотал Гэвин, пока рылся в корзине с чистым и сухим, но ещё не разложенным по местам бельём. — Может, случайно попал к Ричарду?.. Поисковая операция получила новое направление. Теперь Гэвин выдвинул ящик комода, где в специальных органайзерах соседствовали носки и трусы, свёрнутые в рулончик, и стопка аккуратно сложенных футболок. Зародившаяся было надежда быстро потухла. Нет, среди чёрно-белого царства порядка совершенно никак не мог затесаться старый носок в фиолетово-красную полоску. Вернее, фиолетово-розовую — ткань сильно выцвела, даже несмотря на то, что столь ценную вещь Гэвин стирал исключительно руками. Ради этого носка он научился штопать дырки по видео с Ютуба. Да что уж там, последние годы даже надевал поверх Того Самого Носка другой, новый, чтобы истончившаяся ткань не протиралась. И ногти на ногах подстригал очень коротко — всё по той же причине. Гэвин вытряхнул содержимое комода на кровать и рылся в нём так же отчаянно, как собака ищет место, где спрятала кость. Совершенно безрезультатно — носка нигде не было. — Блядь, — пробормотал Гэвин и сел на покрывало, опустошённый и растерянный. В комнату заглянул Ричард. Увидев груды вещей и сидящего посреди всего этого безобразия Гэвина, он нахмурился. Диод на виске жестянки блеснул жёлтым. «Сейчас спросит, что случилось», — подумал Гэвин и оказался прав. — Что случилось? Выглядишь расстроенным, — Ричард осмотрел учинённый при раскопках шкафа и комода бардак и вздохнул так искренне, словно и правда мог дышать. Теперь расстроенным выглядела и жестянка. Вот же чёрт. — Я потерял одну вещь. Нечто очень важное. Ричард обеспокоенно приблизился. — Что именно? Документы в тумбе под телевизором, табельное в прихожей. Если ты про анальную пробку… — Не-не, — Гэвин поспешил прервать поток предположений. — Это… Ну… Короче, это носок. Фиолетовый. — Без пары? — уточнил Ричард. Гэвин закивал: — Да-да! — Дырявый такой? В полоску? — Именно! Ты нашёл его? — у Гэвина аж от сердца отлегло. Ну конечно, Ричи помнил всё, не мог забыть и про носок, если уж видел его однажды. — Где он, знаешь? Ричард странно посмотрел на Гэвина и с опаской произнёс: — Ну да. Я его выкинул. Хорошо, что Гэвин сидел. Если бы он стоял, точно шлёпнулся бы задом на матрас. — Как это — выкинул? — собственный голос показался чужим, губы пересохли. Ричард мигнул жёлтым диодом и ответил: — Помнишь пакет, который стоял у двери всю неделю? Мы собрали старые майки и джинсы и по пути на работу выбросили вещи в контейнер на углу. Позавчера. Гэвин помнил. В стрессе голова заработала быстро, так что он вскочил и начал торопливо одеваться, чем ещё больше обеспокоил и без того встревоженного Ричи. — Я не понимаю, в чём дело, — заявил он расстроенно. — Гэвин, может, объяснишь, что происходит? Куда ты собрался? — Контейнер. Мы его вскроем! — Из-за носка?! Гэвин чертыхнулся, пытаясь застегнуть ширинку — между зубчиками попала ткань трусов, и теперь замочек на молнии отказывался двигаться не только вверх, но и вниз. После очередного яростного рывка сдвинуть замок удалось, только вот застежка сломалась к чертям, и Гэвин лишился последних джинсов. Это стало последней каплей. Гэвина понесло: — Блядь! Ну я так и знал! Какого чёрта ты трогал мои вещи? Тем более выбрасывал их, а?! Тебя там в Киберлайф не обучили, что трогать чужое нельзя, или как? Злые слова сорвались с языка быстрее, чем Гэвин успел понять, что он говорит. И кому. Но они уже вылетели и повисли между ним и Ричардом во внезапной, вязко-тяжёлой тишине. — Я… Блядь… Ричи, я не это хотел сказать, — промямлил Гэвин, но по совершенно нейтральному выражению лица Ричарда понял, что слишком поздно. — Извини. Я совершил ошибку и пересёк твои границы, рассчитав уровень нашей близости неверно. Постараюсь не допустить подобного в будущем. Сказав это, Ричи развернулся и собрался уйти. Гэвин вскочил и догнал его у двери, поймав за руку. — Постой. Прости меня, идиота, я ляпнул хуйню. Просто… Пойми, это был не обычный носок. Он был очень важен для меня, — Ричард едва заметно приподнял брови, и Гэвин понял, что признаться всё-таки придётся. — Окей, окей. Ладно. Ты скажешь, что это полная хуйня, я знаю, ты не веришь в такие штуки, но тот носок приносил мне удачу. Ричард вздохнул, словно держал на плечах невероятную тяжесть и сейчас смог сбросить её. — Гэвин… — Нет, погоди, выслушай меня, — Гэвин зачастил, схватив Ричарда за плечи. — Я и сам в такие штуки не верил, думал — хуйня полнейшая. Но ты даже не представляешь, сколько раз я проверил: свидания, тесты, допросы и задержания… Один носок я отдал Тине, и он тоже работает, можешь у неё спросить! А второй оставил себе. Хранил ради особенно важных случаев. Он был моим талисманом на удачу много лет, понимаешь? — То есть, — медленно произнёс Ричард, — в наш первый раз он оказался на тебе не случайно. — Конечно нет. Пусть счастливый носок тогда был ещё и с дыркой на большом пальце, но помог, как помогал всегда. Свидание завершилось ровно так, как Гэвину и хотелось — общение перетекло в горизонтальную плоскость, а контакт с напарником стал гораздо более тесным. — Но почему ты не сказал мне раньше, Гэвин? Я бы ни за что не выкинул вещь, зная, насколько она важна для тебя. — Да ну брось, это же стрёмно. Тем более ты в такое не веришь и вряд ли понял бы. Так что теперь надо вскрыть тот контейнер и достать его. Завтра на задержании он мне нужен. Ричард приобнял Гэвина и нежно погладил по спине. — Три важных момента. Первый — если для тебя что-то важно, то я это уважаю вне зависимости от того, насколько верю сам. Второй — тебе не нужен талисман, чтобы хорошо делать свою работу, быть любимым или проходить тестирования. Ты хороший коп, Гэвин, и сможешь провести задержание что с носком, что без него. Третий — если тебе так будет спокойнее, подумай о том, что на замену удаче у тебя теперь есть возможность положиться на точный расчёт. Для этого есть я. Прикрою тебя и не позволю ничему плохому случиться, обещаю. Ричард притянул Гэвина к себе и наклонился, чтобы их губы встретились в поцелуе. Через пару минут, когда они оторвались друг от друга, он прошептал: — Я могу быть твоим талисманом, если хочешь. Внезапная догадка немного отрезвила затуманенный ласками разум, и Гэвин предположил: — Контейнер уже увезли, да? Ричард кивнул. — Вот чёрт, — Гэвин вновь испытал укол злости, сожаления и чувства потери, но поймал виноватый взгляд серо-голубых глаз и вспомнил, что и сам оказался хорош: ляпнул хуйню, не подумав, обидел Ричарда, притом ещё и Киберлайф приплёл, что было уж совсем нехорошо. И всё-таки Ричи выслушал его, понял и постарался утешить. Таким разбрасываться не стоило, это уж точно, поэтому Гэвин решил подыграть ему: — Значит, натянуть счастливый носок я не смогу. Остаётся натянуть тебя, раз уж ты за него теперь. Ричард легко рассмеялся, откинув голову. Его тихий смех до сих пор оставался непривычным — вряд ли кто-то, кроме Гэвина, вообще слышал его, да и ему самому не слишком уж часто доводилось. — Это мы организуем, — заявил Ричард, награждая Гэвина лёгким поцелуем. — Сразу после того, как разберём завалы на кровати. — Ты неисправим, — Гэвин фыркнул, шутливо боднув Ричи головой. — Ты тоже. За это я тебя и люблю, — очень серьёзно отозвался тот. — И я тебя, жестянка. И я тебя... Гэвин подумал, что за вылетевшие злые слова он извинится ещё раз, так, чтобы никаких сомнений у Ричарда не осталось. А ещё — что удачи и так успел хапнуть с лихвой. Разве нужен талисман тому, кто настолько счастлив?