Человеку нужен человек.

Что это, блять, такое было? Причин для тотального ахуя у Александра предостаточно. Как его вообще занесло именно в эту минуту в эту богом забытую курилку, расположение которой любезно подсказал один из студентов? Миронов просто хотел уединиться, отдохнуть от дел, потому что довольно трудно вливаться в рабочий процесс спустя полгода так называемого отдыха. Желал вдохнуть немного никотина и с новыми силами вернуться на пары. Но его планам не суждено было сбыться. Ещё на подходе мужчина услышал приглушённые писки, но не придал им значения — мало ли кто и чем там занимается, да ещё и в такую погоду. Компания студентов не сильно утруждала Миронова, хотя, по его мнению, увидев преподавателя, они обычно предпочитали ретироваться. Широко распахнув дверь и торопливо застёгивая пальто, февраль — не май всё-таки, Александр увидел причину звуков. А точнее, предположил, что она скрывается за широкой фигурой человека, стоящего у стены. Ну или просто какой-то парень решил подышать-постонать на кирпич во время перерыва. Лезть в чужие дела не хотелось. Разговаривать с кем-то после лекций — тем более. Давненько мужчина так много не говорил. Связкам хотелось дать время отдохнуть. Так что мыслей тревожить соседей по курилке не было. Если бы не одно «но». Кажется, его присутствие никто не заметил, поэтому не стал прекращать свои игры — не было предположений, как это ещё можно было назвать. Звуки становились всё более различимыми, а «широкая спина» всё так же надёжно скрывала происходящее. Всё больше копошение напоминало что-то незаконное: резкие жесты, возня, жалобные стоны. Стоп, что? Стоны? Внезапное осознание ситуации окатило его холодной волной. Что-то здесь явно было не так, и стоять бездействуя Александр уже не мог. Не успев даже прикурить, он быстрым шагом направился к той самой спине, позабыв все нормы приличия. Может, именно сейчас он совершал ошибку, ведь предположения могли оказаться ложными, но было уже слишком поздно. Миронов подошёл почти вплотную, когда широкоплечий смутно знакомый студент наконец повернул голову, очевидно услышав шаги. Когда взгляду мужчины открылось то, что скрывалось за этим парнем, глаза в ужасе распахнулись шире. В метре от Миронова стоял он. В голове мимолётно пронеслась мысль: «Он меня преследует?», но она быстро отошла на второй план, потому что внешний вид этого парня был ужасен: растрёпанные русые волосы, испачканные в крови, которая струйками стекала с подбородка. Скорее всего, она будет неприятно высыхать, стягивая кожу. Затуманенный взгляд, направленный сквозь насильника, потрёпанный ворот куртки. Длинная, изящная шея была покрыта укусами. Настолько безжалостными, что, казалось, на парня напала стая вампиров. И нет, лучше бы мужчина не смотрел вниз, потому что именно в тот момент он понял, что застал изнасилование в самом разгаре. Посреди рабочего дня в курилке университета один студент пытался изнасиловать другого. И он стал тому свидетелем. Оставался лишь один вопрос: почему именно Миронов застал эту сцену? И что самое странное, всё это происходило с обладателем манящих глаз. В университете, где каждый день бывает огромное количество людей, они снова встретились. Ещё и при таких обстоятельствах. Контроль. Миронов должен иметь контроль над собой, чтобы прямо сейчас, вместо того чтобы избить насильника до полусмерти, он смог в большей степени подумать о жертве. Обидчик, видимо, не ожидавший появления третьего лица, не успел вовремя сосредоточиться и среагировать. Поэтому, когда его всем корпусом повернули к себе, он отлетел в сторону от одного точного удара. Когда ему удалось прийти в себя и сфокусировать взгляд на преподавателе, Миронов заметил что-то похожее на панику в его глазах. Так хотелось выбить из студента всю дурь, потому что никто не имеет права творить такое с живым человеком. Не имеет права притрагиваться к нему. Делать больно ему. Он не позволит страдать ещё одному владельцу таких прекрасных глаз. Миронов крикнул что-то жёсткое, не заботясь о чьих-то чувствах. Возможно, он обещал скорую расправу, но студент оказался быстрее. Он в последний раз посмотрел на свою жертву, всё ещё не проявляющую эмоций, и выбежал из курилки. Не догонять. Помочь — набатом твердил внутренний голос. Попытки расшевелить пострадавшего не увенчались успехом, поэтому Миронов, больше не пытаясь обратить на себя внимание, снова пробежался глазами по ужасающему состоянию парня и стал одевать его, стараясь не задевать лишний раз. Но тут тот очнулся. Как по щелчку пальцев вышел из транса и, бросив пару фраз о том, что об этом лучше не распространяться, убежал. Словно его тут и не было. Словно всё произошедшее Миронов напридумывал сам. Так вот: «Что это, блять, такое было?». Во второй рабочий день! Александр курит, стоя на всё том же месте, топча окрашенный кровью снег. Он увидел много лишнего, того, что не должен был видеть никто. Он спас или сделал только хуже? Оба участника происшествия просто сбежали, оставив мужчину разбираться с этим самостоятельно. Очевидно, ему о многом предстоит узнать в этом месте. Как хорошо, что сегодня он встретится с Русланом. Определённо нужен свежий взгляд на ситуацию. А то уже становится непонятно, реально ли это всё?

***

Ноги сами несут Максима вперёд. Он даже не понимает, как выбегает из университета, как по пути сталкивается с Серым и, под его ахуевающий взгляд, пролетает мимо. Тот что-то кричит — про пары, внешний вид или что-то ещё. Не имеет значения. Максим, словно на автопилоте, бежит домой по знакомому маршруту, избегая метро. Сквозь падающий снег он едва различает окрестности. Глаза затуманены, и это только усложняет ситуацию, но ему всё равно. Снег собирается в ботинках, тает, пропитывая носки холодной водой. Волосы мокрые — шапки на голове, разумеется, нет. Пару раз Максим падает, поднимается, вытирает руки о куртку. Прохожие бросают на него недоумённые взгляды. Они явно не понимают, куда мчится этот грязный, мокрый, испуганный парень. Максим бежит, кажется, вечность. Живёт он в трёх станциях метро от университета, что только усугубляет положение. Но «дом», куда он мчится по заснеженным улицам, минуя однотипные девятиэтажки и пустые дворы, — вовсе не его квартира. Это крыша соседнего дома, место, которое парень ласково называет «жожей». Пять лет назад, когда они с родителями только переехали в этот район, у него ещё не было ни работы, ни Серого. Прятаться от родителей приходилось где придётся. Именно тогда, скитаясь зимой по подъездам соседних домов, он нашёл вход на эту крышу. Дверь на «жожу» была чуть ли не единственной открытой, если это можно так назвать. Старые здания никто не ремонтировал, поэтому соседи самолично занимались организацией пространства, но именно до этой двери не добрались. Да, там висел замок и было приколочено пару досок, но лишь для видимости. Минуя этажи один за другим, Максим не думает ни о чём. Он лишь проверяет карманы на наличие сотового и наушников, без которых не представляет своей жизни, и бежит вверх. Неизвестно, откуда в нём берутся силы подниматься в таком побитом и замёрзшем состоянии, но Веренин уверенно двигается к цели. Наконец парень минует последний лестничный пролёт и, широко распахнув дверь, вдыхает прохладный февральский воздух. Тут всё было родным. Привычный вид открывает обзор на весь район: его прошлую школу — кажется, пятую по счёту, что он сменил, — дом Серого, заснеженные деревья и улицы и, конечно же, его ненавистную панельку. Место, куда не хочется возвращаться. Место, в которое он возвращается из-за Маши. Максим садится на выступ на краю крыши и свешивает ноги. Каждый раз, приходя сюда, он старается не шуметь — жителям последних этажей хорошо слышно, если кто-то бродит по крыше. Он достаёт наушники и, распутав провод, подключает их к мобильнику. Тот заботливо оповещает его, что заряда осталось всего десять процентов. Становится грустно. Впервые за последние два часа становится от чего-то грустно. Открыв ВКонтакте и запустив дорогой сердцу плейлист, Максим замечает несколько непрочитанных сообщений от Бурого: Сергей Бурый: Золотой, что произошло? Сергей Бурый: Если это Антон — я убью его!!!!! Сергей Бурый: Максим? Сергей Бурый: Ради Бога, не молчи! Сергей Бурый: Максим, я вижу, что ты в сети, блять, ответь. Сергей Бурый: МАКСИМ! Серый волнуется — Веренин это понимает. Будь его воля, он бы заперся где-то подальше от всех существ на Земле, но в данную минуту он не мог так поступить с другом. Поэтому Максим быстро набирает сообщение: Вы: Серый, я позже тебе всё объясню. Нормально объясню, обещаю. Меня не будет в ближайшее время, напиши старосте, прикрой. Мне нужно побыть одному. Долгие секунды в ожидании ответа. В голове куча переживаний, но чёткое убеждение — нужно всё рассказать. Пора. Таить больше нельзя. Только не от него. Сергей Бурый: Я понял. Будь в порядке, пожалуйста. И короткое: Вы: Буду. Nina Kraviz — Tarde Новая песня в наушниках. Новое решение, ставящее на кон всё. Один свидетель. Несколько новых шрамов, что в ближайшее время точно появятся. Новая проблема. Кровь на руках, одежде, волосах. Резинка, стянутая с руки и собравшая пряди в хвост. Ноги, свешенные с крыши. Поломанный парень. Всё, как обычно. Холодно ногам, промокшим от тающего снега. Холодно пальцам рук, испачканным в крови. Холодно шмыгающему носу. Холодно щекам, по которым стекают слёзы. Холодно сердцу. Так неистово холодно. Словно в гробу. Под толщей промёрзшей земли, на глубине нескольких метров, в деревянной коробке. Холодно.

***

Александр подъезжает к клубу за пятнадцать минут до назначенной встречи. Руслану он отписался, чтобы тот не встречал: хотелось хотя бы минуту побыть одному, чтобы переварить свои мысли. Место привычно встречает его мерцающей табличкой «TWILIGHT» и очередью из потенциальных посетителей, что нетерпеливо ждут, когда их пропустит внутрь охрана. Чудом найдя парковочное место, Александр выходит из машины и направляется к дверям заведения, ловя на себе яростные взгляды из толпы. Вряд ли кто-то ожидает, что какой-то строго одетый тип просто пройдёт мимо всей очереди и будет без вопросов пропущен охраной. Возможно, они принимают его за вип-клиента, раз охранники лишь вежливо с ним здороваются. Но правда куда интереснее. Вопрос на миллион: откуда у среднестатистического преподавателя (да, порой он всё же пишет научные статьи) деньги на дорогое жильё и автомобиль? Нет, Миронов не выигрывал в лотерею, не занимал миллионы у брата, который страстно желал помочь ему прямиком из Германии, и уж точно не занимался криминалом. У него был небольшой секрет. Ну, как небольшой. Сеть клубов в Сочи считается? Когда-то давно два брата решили сепарироваться. Младший погрузился в писательство, которое почти не приносило дохода. Старший же, Дмитрий, занялся бизнесом и открыл небольшой клуб в их родном городе-курорте. Бизнес оказался успешным, и спустя пару лет «TWILIGHT» превратился в сеть прибыльных заведений. Тогда Дмитрий, полный планов на международное развитие, передал дела любимому младшему брату и умотал в Германию. Александру оставалось лишь контролировать сотрудников и подписывать бумаги, за что он получал приличный процент дохода. Со временем Александр перебрался в Москву, где открылся головной клуб, из которого было проще управлять всеми точками сети. Он появлялся здесь пару раз в месяц, но в последнее время, после пережитых событий, его визиты стали ещё реже. Поэтому сотрудники были удивлены, внезапно увидев его персону, да ещё и без предупреждения. Впрочем, Костю предупредить должны были. Конечно, Дмитрий знал о том, что брата давно не видели в клубе, и частенько донимал Александра разговорами на эту тему. Родной всё-таки. С виду заведение не сильно отличалось от множества подобных, если не считать обилия неоновых фонарей и внушительного числа сотрудников. Клуб занимал два этажа. На первом располагался танцпол с подиумами и шестами для танцоров. Те демонстрировали всё своё мастерство, выступая в откровенных костюмах, привлекавших взгляды. Справа вдоль всего зала тянулся бар, который заканчивался диджейской стойкой на платформе в углу. Слева — зона с диванами, обитыми красной и чёрной кожей. Здесь обычно сидели либо наблюдатели, либо те, кто ждал своей очереди на вип. Для приватных танцев были выделены отдельные комнаты, проход в которые находился в глубине основного зала. Комнаты разделялись на категории по цветам дверей. Зелёная — обнажённый танец, красная — танец с прикосновениями, фиолетовая — полноценный секс. Но была и четвёртая комната — чёрная. Она находилась дальше всех, а доступ туда могли получить лишь особенные клиенты с хорошей репутацией, приличным опытом и, конечно же, деньгами. В ней можно было воплотить любые фантазии: от связывания до порки. В чёрной комнате работали исключительно профессиональные танцоры, опытные и добровольно идущие на такие условия. «Старички» заведения. Если подняться по винтовой лестнице, сразу открывалась зона для отдыха — место для тех, кто хотел немного тишины и покоя. Здесь стояли такие же диваны, как и внизу, но свет был приглушён, а не выключен совсем. Далее по коридору находились кабинет Александра, комнаты персонала и вход на площадку под открытым небом, которая в данное время года, разумеется, была закрыта. Туалеты, к слову, были на каждом этаже. Александр проходит вглубь зала, где музыка беспощадно терзает барабанные перепонки. Протолкнувшись сквозь толпу отдыхающих и дежурно поздоровавшись со всеми сотрудниками, включая бармена Костю, которому всё же сообщили об их с Русланом визите, он устраивается на самом дальнем диване в ожидании друга. Без лишних вопросов ему сразу приносят стакан воды, зная, что мужчина наверняка за рулём. Миронов расслабленно проверяет время, взглянув на сотовый в поисках уведомлений, и погружается в ожидание. Обыденное дело для пунктуального человека. Изучив взглядом пространство и отметив для себя пару предметов мебели, которые стоило бы заменить, где-то справа он слышит шорох и чувствует знакомый запах одеколона. На диван по соседству садится Руслан, как всегда, одетый для клуба довольно просто, но с шармом: льняные бежевые брюки, кирпично-красный свитер с высоким горлом, который деликатно скрывает шею, и любимая серьга, удачно сочетающаяся с серебряным браслетом на правой руке, которой прямо сейчас он смешно причесывает пышные усы. Они, в отличие от щетины на подбородке и щеках, выглядят ухоженными. Очевидно, Руслан готовился: следы от свежего бритья выдают его старания. Руслан был на три года старше Александра, но тот всё равно звал его ласково — «Русик». Всё потому, что от этого человека шла такая волна позитива, что порой его можно было принять за ребёнка в теле взрослого. Руслан Солнцев — даже фамилия говорила за себя — был архитектором и зарабатывал приличные деньги. По крайней мере, его такса Батон и попугай Пиздюк жили в шоколаде. Чего говорить, даже Миронов, который полгода жил за его счёт, особо ни в чём себе не отказывал. Руслан принял его без лишних вопросов, ведь иного от него и нельзя было ожидать. Про таких, как он, говорят: душа компании. Анекдоты? Легко! Сварить самогон? Запросто! Сыграть на гитаре? Несите две! При всём этом Руслан был одинок. Такой ловелас, хоть и с причудливым юмором, а ходит холостым. Этого Александр никак не мог понять. Познакомились они тоже весело, в стиле Русика. Прямо за этим самым столиком Александр в одиночестве боролся с желанием напиться после очередной ссоры с бывшей женой. Руслан подсел и с простым «Привет, кислый!» настолько разрядил обстановку, что Александр неожиданно доверился ему и рассказал всё. Так они и спелись. Суровый препод и солнечный архитектор. Инь и ян в чистом виде. — Привет, Саш. Давно ждёшь? — спрашивает друг, садясь вполоборота с тёплой улыбкой. — Не особо. Я, честно говоря, недавно приехал. Тебя легко пропустили? Вадим на охране ещё помнит? — Александр пытается казаться весёлым, но в голосе слышна нервозность. — Ха, ещё бы. Меня забудешь. Вадим, начальник охраны, однажды спутал Руслана с бомжом, ведь тот решил выгулять свои самые драные шмотки. Ещё шапку нацепил так, что русые волосы смешно торчали из-под неё. Тогда Александру пришлось долго извиняться, а Вадиму выживать месяц без зарплаты. — За рулём? Могу заказать тебе что-нибудь, но сам воздержусь, — спрашивает Александр, зная любовь друга к выпивке. — Не, твои приключения я лучше на трезвую послушаю. Выкладывай, как ты? — быстро переключается Солнцев. По правде говоря, Миронов надеялся хоть чуть-чуть оттянуть момент рассказа, чтобы немного побыть в тепле компании друга, но сейчас увиливать уже не имеет смысла. Если его накроет, то он всегда сможет найти в кармане брюк спасительные таблетки. — Тяжело. Спустя столько времени без работы довольно сложно снова влиться в коллектив и весь этот график, — Александр решает для начала поведать о чём-то более отвлечённом, в надежде всё же помедленнее окунаться в произошедшее. — Уверен, что именно это тебя волнует? — настойчиво спрашивает Руслан. Да, его напор не перебьёшь. — Ну, клеится, кажется, ко мне одна дама. Бегаю как школьник от неё по всему университету. Из-за громкости музыки, бьющей, казалось, в самый мозг, мужчинам приходится разговаривать, склонившись друг к другу довольно низко, поэтому следующую фразу Александр получает в самое ухо: — А тот пацан? Ну, глазастый. Медленно перейти к теме, видимо, не получится. Глубоко вдохнув, Александр смотрит на друга. Внутри всё сжимается: — Он — её копия, только мужская и повзрослевшая. Я клянусь, таких глаз больше нет на Земле. Может, ты скажешь, что я спятил на фоне годовщины с её… — Александр мнётся, не в силах подобрать слов, — смерти. Но, чёрт, я не могу перестать об этом думать. Ещё и… И он рассказывает. О том парне, об увиденном, что шокировало до глубины души. Переживает всё заново, сжимая кулаки, чтобы унять дрожь. — Н-да, ужасно жаль его, — выдыхает Руслан. — У тебя теперь что-то вроде синдрома спасателя? — интересуется он, зная, как важно для Миронова контролировать всё и как сильна его жажда спасения ближних после произошедшего. — Я не знаю. Но я не могу это так оставить, понимаешь? Только не его. Если… если окажется, что с ним происходит что-то ещё более ужасное, то что? Нет, я понимаю, что он мне никто, но… Блять, да я не мог его там просто оставить, — голос Александра срывается. Эмоции наконец вырываются наружу, как вода из пробитой плотины. — Спокойно, Саш. Я понял, всё понял. Ты сделал всё правильно, просто держи себя в руках. Я имею ввиду, не начни только следить за ним, — просит друг. — Когда в прошлый раз ты решил быть героем, всё закончилось плохо, ты же помнишь? Конечно, он помнит. Миронов работал в одном довольно престижном вузе, в котором ранее и встретил свою бывшую жену Оксану — пианистку, проводившую пару раз в неделю бесплатные уроки для всех желающих в вузе, умело создавая впечатление, что искренне заботится о людях. Их брак уже трещал по швам, когда на горизонте появился студент. Парень лишь раз попросил помощи доброго преподавателя, и Александр, не отошедший от потери ни на грамм, протянул руку. И зашёл слишком далеко. Так далеко, что ненавистная жена окатила его волной претензий, а по всему университету поползли грязные слухи о связи преподавателя со студентом. Оксана попала в яблочко, а Миронов — под увольнение. Тот студент сразу разорвал с ним все связи, дабы сохранить своё место, в чём Миронов не мог его винить. Мужчину поддержали лишь Руслан и брат, случайно узнавший обо всём от самого Руслана. С тех пор Александр жил у друга. Руслан поддерживал его, но в какой-то момент, прямо сказав, что пора двигаться дальше, заставил Миронова найти работу. — Я не совершу прошлых ошибок. Тем более, Оксана далеко. Пусть только попробует всё испортить, — последние слова прозвучали более яростно, чем планировал Миронов. — Кстати, о ней. Я забрал документы. Она, конечно, пофыркала, что приехал не ты, но я смог отбиться от этой сумасшедшей. Теперь ты мне должен обед, — лучшее качество Руслана — умение переводить всё в шутку. — Обед максимум для Батона могу организовать, — Александр отзывается уже с заметной улыбкой. Солнечная аура друга начинает успокаивать. — Договорились. Эй, смотри, — Руслан жестом показывает на одну из танцовщиц, — а она симпотная. Как тебе? Заказать? — спрашивает он, расчёсывая усы — всегда так делает, когда думает. — О нет, Русик. Не сегодня. Отвянь уже от моих подчинённых, тебя тут и так каждая собака знает, — усмехается Миронов, привычно зачёсывая волосы назад. — Ну спасибо, друг, — Руслан надувается как обиженный ребёнок. Ну что за сюр! — Блять, ладно. Бери её. Я всё равно планировал домой. — Сначала выпить, потом домой! — уверенно заявляет Руслан. — Ты же не хотел? — Александр удивлённо поднимает бровь. — Времена меняются. Давай-давай, иди, заказывай выпивку, — Руслан начинает толкать Миронова с дивана. — И скидку для друга не забудь! — напоследок кидает мужчина, на что получает лишь неприличный жест в свою сторону. Подходя к бару, Александр с тоской думает, как бы разговор не зашёл о минувшей годовщине. В планах было выпить совсем немного, чтобы утром без похмелья поехать на кладбище. Выбора не оставалось. Он и так слишком затянул. Просто не простит себе.

***

Холодно. Очень холодно на кладбище. Ей там, наверное, холоднее. Лежать такой маленькой и беззащитной под слоем промёрзшей земли в полной темноте. Александр надеется, что её душа нашла прибежище в лучшем месте. Этот мир оказался слишком жесток для его ангела. Мужчина опускается на колени, аккуратно кладёт цветы на снег и стряхивает белые хлопья с надгробного камня, ласково проводя пальцами по буквам. Вслед за первой слезой с губ на выдохе срывается: — Привет, доченька… — Александр хотел сдержаться, не планировал давать волю чувствам, но теперь вытирает рукавом пальто проступившие слёзы. — Прости, что не пришёл в тот день, я... Не смог. В годовщину её смерти просто не смог. Напился. Разгромил дом. Как и три последних года. Никогда не приходил в нужную дату. Восемнадцатое февраля перечёркнуто чёрной лентой. — Прости... Ей бы через месяц исполнилось пять. Эмилия была замечательным ребёнком. Всего за два года она подарила Александру столько счастья, сколько он не испытывал за всю свою жизнь. Дочь дала ему причины жить. И продолжает давать до сих пор. Тату под сердцем напоминает об этом каждый день. Коробка в стеллаже на кухне приносит боль, но это единственное материальное воспоминание. Маленький лучик света появился случайно. Это была незапланированная беременность, но, как оказалось, самая желанная. Будущие родители сделали всё для комфорта малышки, скупив чуть ли не весь ассортимент в детских магазинах. Знали бы они тогда, чем всё закончится… Оксана. До трагедии у них были ссоры, но лишь на бытовом уровне, вроде разбросанных носков или немытой посуды. Александр догадывался об её ментальных проблемах, но мысль о разводе никогда не приходила ему в голову. До трагедии. Тогда это событие шокировало всех. Казалось, Оксана приняла всё легче остальных, но, по всей видимости, она просто переживала смерть дочери по-своему. Со временем жена начала винить в случившемся Александра. Семья Оксаны поддержала её безоговорочно, обвинив его во всех бедах, включая её ментальное состояние. Александр всеми силами пытался сохранить брак, ведь Оксана для него была единственным напоминанием о дочери. Но женщина превратила его жизнь в ад. Оксана привила ему чувство вины за смерть Эмилии. Постоянно напоминала об этом, хотя потом сама же покупала таблетки, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Женщина его ненавидела, а он пытался найти в ней спасение. Александр верил ей, ведь самый родной человек, по его мнению, не мог лгать. Контроль. Нужно иметь контроль над любой ситуацией. Он считал, что мог бы всё предотвратить, если бы был внимательнее, собраннее. Он срывался на всех, а в большей степени на себя самого. Ездил по пустым улицам каждую ночь, крича в окно Ауди от боли. Именно поэтому он так полюбил свою машину. За рулём он находил хоть какое-то успокоение. А сколько пар очков он сломал, вымещая злость и отчаяние? Бывало, что под рукой ничего другого просто не оказывалось. Спасибо, жена. Спустя полгода Оксана окончательно слетела с катушек. Ей диагностировали биполярное расстройство, но женщина отказывалась лечиться. В приступах мании она находила всё новые способы навредить мужу. Благодаря их семейному статусу у неё было множество открытых дверей для того, чтобы испортить его репутацию. Она знала об ориентации мужа, а именно о его симпатии как к мужчинам, так и к женщинам, поэтому именно эта информация стала её оружием. Сначала она пыталась задеть его через родителей и друзей, но это не сработало. Тогда она решила разрушить его карьеру. Сфабрикованные доказательства, клевета… Она тщательно всё продумала, использовав свои манипуляции на полную силу. И, как уже известно, её усилия оказались более чем успешными. С тех пор Александр и Руслан усиленно занимались документами для развода, ведь Оксана уж очень не хочет терять свой статус. Кого же тогда ей донимать? Невозможно. Бедная Эмилия. Она не заслужила таких родителей. Ничего из этого она не заслужила. Какой же пиздец.

***

Noize MC — Вереница Сколько дней прошло? Два? Десять? Раз за разом открывая диалог с Серым, Максим вдруг осознаёт — неделя. Неделя, в которой его словно не существовало. После тех часов на крыше он просто пошёл домой. Дождался темноты. Возможно, уже была ночь, потому что дома все спали. Максим был спокоен, почти равнодушен. Ни истерик, ни слёз — будто все чувства выгорели до тла. Он разулся, съел что-то похожее на еду, умылся и лёг прямо в грязной, пропитанной кровью одежде. Мелочи. Это не имело значения. Так и прошла неделя. Серый не прекращал писать — спрашивал, когда Максим вернётся на учёбу, переживал, что преподаватели начнут строить догадки. Писал и про Александра, в шутку обсуждая, как тот сводит с ума девушек, не зная, что об этом человеке Максим не желал ничего слушать. От случайного свидетеля хотелось избавиться, но никак его не вспоминать. Поэтому зачастую сообщения Бурого оставались без ответа. Хотелось просто умереть. Дождаться, пока засосы и синяки сойдут, пока раны затянутся, и умереть. Покинуть мир чистым, без следов этой грязи. Веренин ел, что-то он определённо употреблял в пищу: остатки выпечки с работы, где он пропадал почти сутками, или засохшие печенья дома, куда возвращался лишь поздней ночью. Общался он только с сестрой, и то, если удавалось пересечься. Спрашивал её о чём-то, пытался проявить интерес, но всё это быстро стиралось из памяти, как и сами дни. Всё сливалось в один нескончаемый круг: утро, сборы, работа, Маша, сон. И снова. День за днём. Серый продолжал заваливать его сообщениями. Среди них были и те, что всегда оставались проигнорированными — вопросы об Антоне. Да, нужно рассказать, Максим понимал беспокойство друга, но всё откладывал этот разговор на потом. Только не сейчас. И не сейчас тоже — когда он снова, поздним вечером понедельника, стараясь не шуметь, открывает дверь в квартиру, встречающую его тишиной и мраком. Здесь будто никто не живёт. Это старая хрущёвская трёшка. Если открыть обе двери, сначала металлическую, а потом деревянную, сразу попадаешь в длинный коридор, будто засасывающий своей темнотой. Справа кухня, где, если повезет, и не будет отца, сидящего за столом с бутылкой водки, можно найти что-то пригодное в пищу. Далее по коридору спальня родителей — участок, который Максим всегда проходит как можно быстрее и бесшумно. В самом конце — его комната, где он запирается на щеколду, хотя она не сильно спасает. Это родное пространство нельзя назвать необычным или каким-то выделяющимся. Единственное, что говорит об обладателе комнаты — гитара, стоящая в углу. Старая, но горячо любимая сердцу вещь. Соседняя от комнаты дверь ведёт в ванную, олицетворяющую слова «ржавчина». Там Максим хранит свои секреты, запечатлённые на бёдрах. Хорошо, что доступ к ней всегда открыт. Рядом — туалет, а в самом конце коридора, слева, будто в другой вселенной, комната Маши. Она стоит обособленно, как символ надежды, что у Машеньки есть шанс не быть, как они Тяжело. Возможно, всё же стоит вернуться на пары, пока родители не начали замечать его прогулы. С преподавателями получится разобраться, но, чёрт, как же не хочется видеть людей! Миронова, Касторского, даже Бурого, который не перестанет наседать с расспросами. Синяки сошли, кровоподтёки тоже. На удивление, даже новых шрамов не появилось. Почти успех. Получится ли завтра выдержать?

***

Поездка на кладбище оказалась отличной идеей. Александр чувствует, что выполнил ежегодный долг, и, что важнее, смог наконец собрать мысли в кучу. Эта передышка наедине с собой дала ему возможность остановиться и поразмышлять о случившемся. А именно понять, что очень важно поговорить со студентом. Он просматривает список обучающихся. Фамилию и имя парня он запомнил плохо — на перекличке было не до того, — но знает, что не ошибётся, увидев знакомые инициалы. Так оно и происходит. — Максим Андреевич Веренин, значит, — задумчиво произносит мужчина, поправляя очки на переносице. Откладывая список, Александр возвращается к подготовке лекций и семинаров. Завтра предстояло провести целых пять пар, и работы было невпроворот. Он что-то постоянно записывает в своём любимом блокноте, печатает особо важные моменты на ноутбуке и всё думает о том, что пора бы снова сесть за статьи. Давно он этим не занимался. Пары с группой Максима проходят у него лишь по понедельникам. На этой неделе Веренин в аудитории так и не появился, но уже четверг, а значит, пора готовиться к возможной встрече. Ой как хотелось верить, что парень просто куда-то уехал, а не натворил чего-то с собой после случившегося. Этот университет начинал вызывать вопросы: как часто такое тут происходит? И что ещё здесь скрывают? Ещё немного покопавшись в документах, Миронов решает узнать время и смотрит на часы. Часы, которые он разбил. Чертыхнувшись, он поднимается, берёт их с полки и отправляет в мусорное ведро. Его взгляд машинально падает на руку — воспоминания о боевых ранениях после драки с зеркалом, которого тоже теперь нет. Отлично, хотя бы кожа почти зажила, даже тату не пострадала. Вот бы и вещи могли так же регенерировать. Он добавляет в блокнот пару пунктов о том, что нужно заменить поломанное, и, выключив свет через систему «Умный дом», ложится спать. Сны этой ночью к нему не приходят. Наутро Александр заказывает доставку завтрака. В последние дни нет ни времени, ни сил на готовку. Его хватает только на подготовку к работе и пару минут душа, прежде чем он отрубается, чудом успевая дойти до постели. О тренировках он даже не вспоминает, но если так продолжится, Миронов рано или поздно утратит всю свою форму, превратившись в колобка. Гири наверняка уже покрылись пылью. На парковке его ждёт сюрприз: та самая чёрная кошка, которую он встретил в первый рабочий день, снова сидит рядом с его машиной. Тогда же он впервые увидел Веренина. Может, это знак, что сегодня они пересекутся? Пару раз проведя рукой по шерсти кошки и заметив, что та совершенно его не боится, наоборот, сама ластится, мужчина с тёплой улыбкой осторожно пересаживает её подальше и, наконец, садится за руль. Даже курить сегодня не хочется. Солнце приятно ласкает лицо, напоминая о приходе весны, музыка ненавязчиво играет в салоне, а Александр, предвкушая новый рабочий день, направляется в университет. Людмила Андреевна обещала принести сегодня к чаю печенье. Александр не собирается отвечать ей взаимностью на её двусмысленное гостеприимство, но от чая отказываться, конечно, не станет. Он только надеется, что её весеннее обострение не сыграет с ним злую шутку. Хотя Миронов и сам чувствует себя мартовским котом. Какое-то слишком радостное настроение. День оказался тяжёлым. Александр действительно устал, и даже чай с печеньем не помогли. Желая хоть пару минут побыть в тишине перед встречей с Русланом, решившим прогуляться с Батоном, а заодно и увидеть друга, он замечает на первом этаже дверь в лаборантскую. Большинство студентов уже разошлись, оставались лишь вечерники и пара-тройка первокурсников, поэтому мужчина надеется, что кабинет пустует. Незапертая дверь не смущает преподавателя — за день сюда мог забежать кто угодно и уйти, забыв закрыть кабинет. Однако, посмотрев вниз, Миронов видит полоску света, проникающую в коридор из лаборантской. Надеясь, что кто-то и свет забыл выключить, он всё же заходит внутрь. И застывает на месте, ошеломлённый тем, кого видит внутри.

***

Максим смог пережить этот день. После недели отсутствия влиться в учебный режим было сложно. Во вторник прийти в университет он так и не решился, но сегодня, в пятницу, всё же пересилил себя. Куча хвостов, которые придётся досдавать, пропуски, конспекты, расспросы Серого... Сегодня он не смог ему сказать. Весь день выслушивал его недовольство, но вроде сумел уговорить подождать ещё немного. Ехать вместе домой тоже отказался, сославшись на то, что нужно навёрстывать учёбу, и делать это лучше всего в стенах университета. Именно поэтому сейчас Максим сидит в лаборантской, в которой частенько прятался от мира, если не хотел возвращаться домой, а на крыше было слишком холодно. Ещё на первом курсе, когда парень только нарабатывал хорошую репутацию, он смог выпросить у преподавателя по основам экономики ключ от этого кабинета, чтобы «грызть гранит науки» во внеучебное время. Сказать честно, этим он тут особо не занимался. Зачастую лишь спал на узком диванчике, слушал музыку или тупо смотрел в окно, дожидаясь закрытия учебного заведения. Вот и сейчас, желая ещё оттянуть момент возвращения домой, Веренин сидит за партой у окна и курит, вслушиваясь в вечернюю тишину улицы. Вслушивается он внимательно, поэтому шорох открывающейся двери слышит быстро. В мгновение потушив сигарету, чтобы, не дай бог, не наругали, Максим поворачивается к источнику шума. Миронов. Отлично. «Пис» решил испортить мир. Как мило.

***

Александр ошарашен. Видимо, чёрная кошка действительно была знаком, раз сейчас он стоит, упёршись взглядом в Максима, чьи глаза выражают испуг. В помещении легко пахнет никотином, отчего и самому хочется затянуться. Александр очень надеется, что страх в глазах парня — из-за боязни быть пойманным на курении, а не из-за присутствия самого Миронова. Мужчина негромко кашляет и, решив, что смысла откладывать этот разговор больше нет, произносит: — Здравствуй, Максим. Преподаватель аккуратно проходит вглубь лаборантской, закрывая за собой дверь. Двигается медленно, ведь совершенно не понимает, чего можно ожидать. Вдруг сбежит? — Здравствуйте, — безэмоционально отвечает Веренин, — я уже ухожу, поэтому и до свидания. Максим в спешке начинает собирать свои вещи, закидывая их в рюкзак, и даже не смотрит на мужчину. Но тот успевает среагировать. Он мгновенно оказывается у двери, перекрывая выход. Максим замечает это и замирает на месте, пока преподаватель уверенно говорит: — Не уходи. Я хочу обсудить тот случай. — А я не хочу. Пустите. Парень пытается аккуратно протиснуться к двери, но Александр останавливает его жестом, вытянув руку. «Ха, какой абсурд. Я так бежал от этих воспоминаний, а теперь этот левый мужик хочет об этом поговорить!» — думает про себя Максим, но вслух лишь зло бросает: — Что вам нужно? Я закрою хвосты, не переживайте. Александр удивляется, слыша такую неприязнь в голосе. Неужели сам факт того, что он стал свидетелем происшествия, так сильно задел Максима? — Как ты? — спрашивает он, стараясь настроить парня на диалог. Миронов правда пытается не давить, но иначе не получится, он уверен. Находясь на расстоянии вытянутой руки, он буквально чувствует напряжение студента. На удивление, сам Александр остаётся спокоен. Пока что. — Тебя не было в университете. Тебе нужна помощь? — с надеждой в голосе добавляет он, пытаясь заглянуть парню в глаза. — Нет! — яростно бросает Максим, поднимая взгляд и в упор прожигая голубым пламенем дыру в преподавателе. — Мои слова не изменятся. Забудьте о том, что видели. Понимая, что прямо сейчас парень просто его оттолкнет, Александру приходится пойти в наступление. Он кладёт руки на дрожащие то ли от напряжения, то ли от страха плечи студента, слегка подталкивая его к стулу, и тот неожиданно подчиняется. Максим садится, ссутулившись и избегая взгляда. Неужели боится? — Я никому не скажу, — с этими словами мужчина отступает на пару шагов и скрещивает на груди руки, давая понять, что он не собирается посягать на личное пространство парня. Максим, в свою очередь, что-то усиленно обдумывает пару секунд, и, вдохнув поглубже, поднимает на преподавателя взгляд, видимо, ожидая услышать чужие слова. — Это, может быть, не моё дело, — осторожно начинает Миронов, — но то, чему я стал свидетелем, не должно происходить ни с кем. Просто скажи: ты в опасности? Или это какие-то ваши... странные игры? Как мне показалось, тот парень пытался тебя изнасиловать. На последнем слове Максима передёргивает, и, сдерживая ком в горле, он опять отводит глаза. Александр Михайлович улавливает эту смену настроения, и его взгляд наполняется такой тоской, что можно расплакаться. — Тебе нужна помощь, я прав? Александр выжидающе смотрит на сгорбившегося студента. Тот съёживается, словно пытаясь исчезнуть. Бедный мальчик, кажется, таит в себе столько боли и переживаний, что даже может посоревноваться в этом с Мироновым. Тишина между ними затягивается, но Александр не пытается её нарушить. Он терпеливо ждёт, понимая, как важно дать парню время. Максим, борясь с собой, наконец произносит: — Вы правы... Слова звучат настолько тихо, что их едва можно расслышать. Александр ловит на себе взгляд студента — короткий, почти испуганный, но решительный. Он уже почти радуется, решив, что парень готов ему довериться, но эта надежда рушится вмиг, когда Максим говорит уже громче: — Вы правы — это не ваше дело. Играйте в спасателя в другом месте. До свидания. Миронов настолько шокирован, что сначала даже не понимает смысл сказанных слов. Они звучат как пощёчина, особенно после того, как преподаватель почти почувствовал, что с ним будут честны. В его голове всё ещё звучат последние фразы, а Максим уже встаёт и направляется к двери. Схватившись за ручку, студент на секунду замирает, а потом бесшумно выходит, аккуратно притворив за собой дверь. Он снова сбежал. Заставил почувствовать надежду на контакт и сбежал. Не желая оставлять всё как есть, Александр выходит из кабинета и бросается за ним. Веренин уже исчезает из виду в конце коридора, но преподаватель почти не сомневается, что тот направляется к выходу.

***

Максим выбегает из здания, проклиная себя за слабость. «О чём я вообще думал?» — повторяет он про себя. На секунду ему показалось, что можно довериться, что спасение рядом. Но какое спасение можно найти в незнакомом человеке? Да, на мгновенье расслабился, потому что никто, кроме Серого, ему никогда не помогал. Никто не лез в это. Но была ли это помощь? С каких вообще пор Максим мог кого-то волновать? Парень спускается по ступенькам и ругает себя без остановки за такую заминку. Не замечая ничего вокруг, бежит дальше, пока не врезается в чью-то грудь. Как водой окатывает. Сначала Максим видит ботинки, которые немного испачкались в грязи, что неудивительно в такую погоду. Отведя взгляд в сторону, он замечает собаку. Длинную таксу шоколадного цвета, которая активно его обнюхивает, пытаясь упереться в ногу лапами. Но ей не позволяют. — Батон, фу, уйди! — раздаётся голос сверху. Кажется, Максим сошёл с ума. Он поднимает голову и видит усатого мужчину, который только что назвал собаку Батоном. — По-моему, это собака, а не хлеб, — машинально говорит Веренин. — Что? — не понимает мужчина. — А, его зовут так просто. Извини, что врезался, я как-то не рассчитал. Ещё и Батон тут напал на тебя. Собаки нет? Максим теряется от количества слов и растерянно отвечает: — Нет… У друга есть. — Наверное, учуял! Как зовут? — мужчина вмиг оживляется. Как легко его обрадовать. — Максим… — отвечает парень, растерянно, не понимая, почему его имя так важно. — Да не тебя! — искренне смеётся мужчина, а его пёс, поняв настроение хозяина, начинает вилять хвостом. — А… — Максим открывает рот, но не успевает что-либо сказать. Его перебивает знакомый голос преподавателя, звучащий тяжело и прерывисто, словно Александр только что пробежал марафон. — Максим! Руслан? — сначала отчаянно зовёт, а затем удивлённо кричит тот. Максим застывает. Подняв глаза на Руслана, он замечает, как тот сначала радостно смотрит куда-то за спину Веренина, а после, нахмурившись, переводит взгляд на него самого. В этот момент Максим слышит, как шаги становятся всё ближе. Не говоря ни слова, он срывается с места и бросается бежать в сторону дома, надеясь, что никто не попытается его остановить. Александр, запыхавшись, подбегает к Руслану. Понимая, что сил на погоню уже не остаётся, он останавливается, тяжело переводя дыхание. — Это кто? — удивлённо спрашивает Руслан, кивая в сторону убегающего парня. Тем временем Батон, узнав Александра, уже вовсю скачет вокруг него. — Это он. И, кажется, разговор не удался, — обречённо отвечает мужчина, точно зная, что Руслан поймет, что он имеет в виду.